Take my hand or I'll kick your ass

Саманта очень спешила. Ни прохладный ветер, растрепавший её и так небрежную, собранную впопыхах причёску, ни последствия ночного дождя, растекавшиеся лужами по всей улице, не могли её остановить. Сегодня открытие галереи, и он будет там, просто обязан быть! Не зря же она так долго выжидала, отлавливая в интернете, газетных статьях и даже беглых фразах проходящих мимо людей любую информацию, касательно всего, что связано с Нейтаном и его бизнесом. Отчего-то Саманте казалось, что именно этот день должен стать определяющим. Каждый вечер она ложилась в постель с мыслью о том, что вот-вот наступит тот самый момент, когда она выйдет из толпы, широко расправив плечи, громко прочистит горло, напустит на себя привычный для своей профессии полукокетливый взгляд, используемый только для повышения интереса к себе и более никогда, и протянет крепко (это самое сложное) сжатый в руке микрофон объекту своего обожания. Немногие понимают, что это на самом деле за человек. Люди осуждают его за то, каким его заставляют быть, видят лишь то, что хотят видеть, но никто никогда не попробовал заглянуть за рамки личины, которую ему приходится носить, не задумывался о том, насколько это должно быть тяжело — вести подобный образ жизни, стараясь держать контроль не только над ситуацией вокруг, но и над самим собой. А она понимает, она всё прекрасно понимает. Может быть, из-за того, что знает подобных людей и видит, к чему может привести окружающая жестокость, а может, она и сама такая. Кто знает? В любом случае, надо торопиться, иначе снова придётся довольствоваться местами на галёрке, что никак не входит в её планы. Погрузившись в собственные панические мысли и уклоняясь от хлещущего по лицу встречного ветра, Саманта не замечала, куда идёт. Результат, как обычно и бывает, не заставил себя долго ждать — девушка почувствовала лёгкий толчок в плечо, выведший её из забвения, и едва не выронила от испуга длинный причудливой формы зонт, купленный специально на одном из благотворительных аукционов, устраиваемых семьёй Прескотт раз в полгода-год, которые, как ей казалось, имеют скорее рекламный характер, нежели реальную заботу о несчастных детишках. Это был тот самый день, когда она впервые почувствовала что-то помимо страха и неловкости, стоя рядом с Нейтаном. Юноша одарил журналистку такой манящей, хоть и явно фальшивой улыбкой, описывая этот "предмет истинного искусства", что его тут же захотелось забросать деньгами, прижать зонт к сердцу и больше никогда не отпускать. Не стоит и говорить, насколько Саманта дорожила этой покупкой, так что, успев перехватить её в воздухе, облегчённо выдохнула и виновато подняла голову. — Ой, простите мне мою неосторожность, — затараторила девушка раньше, чем поняла, к кому вообще обращается. — Кажется, я снова витаю в облаках. На эту реплику у неё ушло меньше двух секунд. Вот всегда с ней так: чуть только что-то идёт не по плану, Саманта пугается самой себя и начинает спешно извиняться, даже не подумав о том, навредила ли кому-либо вообще. — Не стоит так волноваться, мисс, — услышала она в ответ. По-джентельменски уютный, мягкий голос, который однозначно успокоил бы кого угодно, только не её, принадлежал среднего роста парню приятной внешности в матовом пиджаке и буквально кричащей "Не смотри! Меня здесь быть не должно!" под ним футболке с милым котиком, наполовину торчащим из картонной коробки. Добавьте к этому нелепому совмещению совсем мелкую, но слишком сильно бросающуюся в глаза бородку, и осознание того, насколько странных людей порой можно встретить на улицах Америки, заставит вас усомниться в собственной нормальности. — Не пострадала даже моя гордость. Рядом с ним стояла девушка примерно возраста Саманты, может быть, на пару лет старше, в тускло-жёлтом летнем платье с красивым цветочным узором. Шоколадного цвета причёску укрывала широкополая шляпа с вкраплённой в обод то ли настоящей, то ли искусственной зелёной лозой. На ногах сандалии на среднем каблуке, в локте небольшая кожаная сумочка. Приезжие, что ли? Судя по нарядам, пара прибыла из тёплых краёв и явно была не готова к коварной встрече с прохладной погодой Аркадии. Можно было бы просто посчитать их чудаками, но воспитание Саманты ни в коем случае этого не позволяло. Парень поправил очки и мягко улыбнулся. Было видно, как он, нисколько не стесняясь, изучает незнакомку глазами, отчего Саманту немного передёрнуло. Щёки вмиг зажглись пламенным румянцем, а дыхание участилось, так что, отведя взгляд, девушка решила как можно быстрее удалиться. Тем более, она действительно опаздывает. И так уже потратила слишком много времени на осмотр нежданных собеседников. И пусть до открытия ещё около часа, ей нужно успеть занять место в первых рядах. — Извините, я спешу, — буркнула она себе под нос, после чего обогнула девушку сбоку и быстрым шагом скрылась за углом рыбацкой лавки Джека Кусто, мысленно выговаривая себе за нерасторопность. Она точно себе не простит, если в очередной раз упустит возможность поговорить с Нейтаном. — Вот так всегда, — вздохнул Уоррен, провожая глазами брюнетку. — Только встречу красивую девушку, как она тут же куда-то убегает. — Может, это потому, что ты всегда смотришь на них, как на свежий бифштекс? — ответила Макс, подтолкнув товарища в спину и тем самым намекая на то, что пора бы продолжать свой путь. — Не говори глупостей, Эм! Я просто внимательно осматривал человека, который в меня врезался. И не смотри на меня так. Не смотри, кому сказал! С лёгкой улыбкой на лице Колфилд молча покачала головой. Бедняжка Уоррен... Что же он никак не сообразит, что пока ты смотришь на свою дичь, ей ничего не стоит взять и убежать. Может, пора бы доставать свой лук и стрелять? Ой, как-то это неправильно звучит. Хорошо хоть, вслух не сказала. Ах, Аркадия... Подумать только, десять лет. Целых десять лет прошло с тех пор, как она покинула Аркадию Бэй по причинам, упоминать которые не очень-то и любила. И, как не странно, этот маленький тихий городок нисколько не изменился с тех самых пор: здесь всё так же можно как мирно прогуливаться по практически полупустым улицам, ловя в объектив фотоаппарата всё, что попадётся на глаза, так и легко найти приключения на свою пятую точку. Аркадия Бэй подарила ей счастливое детство (о котором, впрочем, вспоминать ей слишком тяжело), теперь же будет помогать строить будущее, обжигать внутренний стержень, найти наконец своё призвание. И кто знает, быть может, Макс здесь и вовсе останется навсегда. Всё-таки она многое должна этому городу, а жизнь здесь никогда не казалась ей ненормальной. Сиэтл, конечно, хорош, очень хорош, там много возможностей как для карьерного роста, так и для личностного, а по круговороту жизни город ничем не отличается от того же Нью-Йорка. Но в том-то и проблема: от всего этого глума порой очень устаёшь, а для неё это практически смертельная болезнь. Уоррен, скорее всего, не согласится, но по её мнению только в таких маленьких городках, как Аркадия, можно жить в удовольствие бесконечно. Нет, она, конечно же, не жалеет о своём отъезде. По крайней мере, больше не жалеет. Если уж где и проводить юношеские годы, то в большом городе, сверху донизу набитом развлечениями, различной степени прикольности людьми, а самое главное — красивейшими местами для фотографий. Слегка пошловатое посвящение в студенты ей даже понравилось, преподаватели высшей категории позаботились о том, чтобы она получила должную степень знаний, а свободные от учёбы вечера можно было тратить на всё, что её юной бунтарской душе угодно. О своей детской застенчивости Макс позабыла практически сразу, такие ребята, как Уоррен, в конце концов, не дадут заскучать. Со своим будущим лучшим другом Колфилд познакомилась, как обычно бывает в глупых подростковых комедиях. На одной из студенческих вечеринок, на которую её силой потащила соседка по общежитию Дана, убитый алкоголем парнишка налетел на неё с объятиями, по пьяни перепутав с кем-то другим, и после криков, попыток оттолкнуть от себя наглеца и даже хлёсткой пощёчины отказался отпускать под предлогом "Если я сейчас отстану, к завтрашнему дню ты меня забудешь. Ик!". Спустя полчаса они уже вместе отмечали его день рождения, о фальшивости которого узналось немного позже, а через два часа, ругая парня на чём свет стоит, Макс тащила его обмякшую тушку к общежитию. На следующий день Уоррен встретил её у главного корпуса колледжа с огромными синяками под глазами, небрежно прикрытыми солнцезащитными очками, и тремя розами благодарности (на большее обычному студенту, да после такой вечеринки, наскрести не удалось). Ну... как-то так и подружились. — Ты так и не пояснила, почему мы идём в какой-то там ресторан, а не в "Два Кита", — как бы невзначай спросил Грэхэм, пока Макс искала телефон в сумочке. Как оказалось, она не всё так уж и хорошо помнит, придётся воспользоваться GPS, чтобы не потеряться. Времени у них не то чтобы в обрез, но тормозить точно не стоит. Помимо долгожданного обеда им ещё нужно найти жильё, ибо в отеле обдирают до последней нитки, а на мотели она попросту отказывается глядеть, чего Уоррен никак не мог взять в толк. Однако, зная, что спорить с ней всё равно бесполезно, он заботливо подготовил пару вариантов для съёма. — Я о них столько слышал! Популярнейшее место, не просто так, наверное, а мы предпочтём ему какую-то забегаловку? — А мне кажется, я уже называла тебе причину, — буркнула в ответ Колфилд, не отвлекаясь от поисков. — Я бы не назвал "потому что" настоящей причиной. — Не строй из себя идиота, Уай! — достав наконец-то мобильник, Макс окинула друга щадящим взглядом. — Всё ты прекрасно знаешь. Пошли, осталось недолго. Он порой бывает таким невыносимым. Но за это она его и любит. В те редкие минуты, когда Макс чувствовала грусть или одиночество, этот негодяй всегда оказывался рядом, поддерживал её и менял её лицо какой-нибудь глупой шуткой. Нередко именно Уоррен вытаскивал её на какие-нибудь светские мероприятия, отказываясь слушать любые возражения, заставляя перекрыть все невзгоды куда более приятными ощущениями, даже если это и требовало больших затрат с его стороны, как финансовых, так и эмоциональных. Будь то просто совместный поход на нестрашный ужастик или даже поездка в Лас-Вегас, где девушка всеми силами старалась удержать его от проигрыша своей души в рабство, что как-никак отвлекало от действительно серьёзных проблем и забот. Вот вроде кажется непоседой, но сообразительней человека Макс ещё не встречала. Поэтому его глупые вопросы раздражали даже сильнее, чем нелепый внешний вид. — Ладно-ладно, — парень податливо поднял руки. С ней бесполезно спорить. — Как скажешь. — Зато там есть бар, — усмехнулась Колфилд, удостоверившись, что не сбилась с пути, и убрав смартфон обратно в сумку. — Всё как ты любишь. — Ну вот, опять началось, — обидчиво сложил руки на груди Уоррен. — Если я один раз позволил себе лишнего... — Один раз? — Ну ладно, пару раз! Но это не значит, что можно записывать меня в алкоголики. Вот не захочу и не буду пить! Даже обычный сок. — Ловлю на слове, — развернувшись и по-ребячески хлопнув в ладоши, Макс подмигнула другу. Тот слегка опешил и открыл было рот, чтобы что-то возразить, но так ничего стоящего и не придумал, поэтому скорчил несчастную гримасу и засунул руки в карманы. К счастью, "Логово дьявола" нашлось достаточно быстро и не заставило ребят наматывать ненужные круги — GPS сработал как надо, и, вывернув к очередному переулку, Макс довольно щёлкнула пальцами. Внешний вид заведения, правда, совсем не соответствовал названию: самый обычный ресторан, без каких либо отличительных особенностей, кроме красочной вывески с сексуальной демонессой, покачивающей бокалом с непонятной зелёной жидкостью при помощи своего хвоста. При взгляде на неё Уоррен только хмыкнул и пробормотал что-то про банальности, но после того, как Колфилд больно ткнула его локтем в бок, пожал плечами и вошёл вслед за ней внутрь. Что можно было сказать о ресторане при беглом осмотре изнутри? Чертовски стильно, стоит отдать должное дизайнерам помещения! Идеально отполированные деревянные столы, которые, казалось, заменяли при малейшей царапине, располагались в три ряда и даже не нуждались в скатертях, на каждом из них по центру располагалась толстая восковая свеча, окружённая стандартными солонкой с перечницей, а также раскладным флаером с рекламой новинок в меню. Довольно высокий потолок так же был украшен навесными лампами из свечей, разве что электронных, что вкупе с "огненными" обоями и висящими повсюду мрачными картинами создавало атмосферу некой средневековости, а ужасающие стулья, специально вырезанные очень криво и лакированные костяного цвета краской, так и магнитили взгляд. Ну и явно искусственные "засохшие" растения, покрытые чуть более тёмным серым лаком, были расставлены как возле входа, так и по основному периметру помещения. Что ж снаружи нельзя было сделать настолько же красиво? — Ладно, убедила, — одобрительно покачал головой Уоррен после того, как они с Макс, выслушав приветствие хостеса и выбрав столик для некурящих, опустились наконец на эти классные стулья. — К чёрту "Два Кита", это место мне действительно нравится! — Интернет никогда не обманывает, — улыбнулась Макс, после чего прищурилась и покачала головой. — Ну, в большинстве случаев. Меню ресторана, к сожалению, не обладало такой же оригинальностью, как его дизайн, и большую его часть Макс пролистывала без особого интереса. Это она уже пробовала в Сиэтле, это есть в любой забегаловке Америки, это вообще отвратительно. Конечно, после большого города с его изысканными и экзотическими блюдами сложно чем-то удивить, но ведь Аркадия Бэй издавна славилась своей кухней, в особенности морской. Где же великолепная треска под соусом, расходившаяся здесь когда-то, как пирожки, где форель с зеленью? Хоть что-то, что она ещё не пробовала. Эх, наверное, надо было всё-таки рискнуть и заглянуть к Джойс на огонёк в "Два Кита". Уж она-то точно не разочарует. Хотя Джойс... Нет, даже ради её филигранной стряпни оно того не стоит. Выглянув в окно и отметив вновь надвигающиеся на небо тяжёлые тучи, Колфилд обречённо вздохнула и вернулась к изучению меню. Хоть что-то же здесь должно быть, ну не портьте первые ощущения от такого интересного заведения! Названия блюд-то любопытные, одно только "смертельное удовольствие" чего стоит. А вот посмотришь описание, и как-то сразу фу, интерес вместе с аппетитом пропадает напрочь. Уоррен, похоже, испытывал те же самые чувства, о чём говорило его сморщенное лицо и выдвинутая вперёд нижняя губа — яркий знак того, насколько парень разочарован скудным выбором меню. И ведь что самое поганое — Макс не встретила ни одного отзыва, в котором бы поднималась эта проблема. Кажется, она поторопилась со своим высказыванием об интернете. Надо отдать должное, даже в середине буднего дня, когда среднестатистический человек смахивает со лба седьмой пот на работе, "Логово" умудрилось собрать немало посетителей, где-то около половины зала. Как всегда, несколько человек можно было заметить и у барной стойки, за которой орудовал молодой бармен в забавной кроваво-красной жилетке и с зализанными назад чёрными, как смоль, волосами. На секунду Макс задумалась о том, чтобы подойти и заговорить с ним, чтобы проверить, не вставлена ли у него фальшивая вампирская челюсть. Бармен неохотно потряхивал шейкером, всем своим видом давая понять, что обслуживать полуживых рыбаков, кроме ворчания ничего не способных продемонстрировать, ему ужас как наскучило. Правда, случайно поймав на себе любопытный взгляд шатенки, оживился и кокетливо приподнял бровь, замедляя движения руки. Колфилд улыбнулась и покачала головой, дескать, не сегодня, дружище. А тот и не обиделся, лишь беззаботно пожал плечами и отвернулся в поисках ещё одного потенциального клиента, а если повезёт, клиентки. — Ты что-нибудь выбрала? — поинтересовался Уоррен, чем жутко обрадовал Макс, хотевшую уже было задать тот же вопрос. Небрежно бросив меню на стол, он откинулся на спинку кресла. — А можно ещё раз поменять своё мнение? — Знаешь, на этот раз да, — задумчиво ответила девушка. — Давай позовём официанта, может, чего подскажет. Должно же у них быть фирменное блюдо? — Честно говоря, я бы уже хоть просто виски с сэндвичем бахнул и пошёл отсюда. — Не-а, — покачала пальцем Колфилд. — Никакого тебе виски, ты обещал. Уоррен, казалось, даже не услышал её. Проследив за направлением взгляда друга, Макс заметила, как на невысокую округлую сцену, о существовании которой даже и не подозревала, выходит какая-то девушка, судя по форме, работающая здесь официанткой. Ах, так вот, что это за ресторан такой! В Сиэтле она не раз выбирала именно заведения с живой музыкой из-за их необычной атмосферы и хоть какого-то разнообразия, поэтому такой небольшой приятный сюрприз вновь вернул хорошее настроение. Официантка спокойно подошла к одиноко стоящему посреди сцены микрофону, бросила беглый взгляд на зал и громко щёлкнула пальцами, подав знак бармену. Тот немного помедлил, явно что-то перелистывая под стойкой, после чего взял в руки маленький пульт дистанционного управления и включил нужную музыку. Посетители, привыкшие к здешним выступлениям, не уделили артистке много внимания, всё так же уткнувшись в свои тарелки, лишь немного притихли и прислушались. Ну что ж, ничего не скажешь, поёт эта девушка довольно приятно, — подумала Макс, пожав плечами. Уоррен же уделял внимание не столько её голосу, сколько фигуре официантки, к его любопытному взгляду Колфилд уже давно привыкла, и определить, что именно его интересует в человеке, было не сложнее, чем развести его на гневную тираду и последующую лекцию об истинной красоте и её ценителях в случае малейшего замечания на эту тему. Но и ждать, когда официантка сойдёт со сцены, чтобы Грэхэм наконец вернул себе рассудок, тоже как-то не хотелось, поэтому, чтобы скоротать время, Макс решила всё-таки разобраться с урчащим животом и призывающе приподняла руку. — Официант! — негромко, но так, чтобы её услышали, произнесла она. Как и ожидалось, Уоррен даже не обратил на неё внимания, не отвлекаясь от поющей на сцене красавицы с большой грудью (такие вещи, к собственному стыду, Макс почему-то сразу замечает. Но никому никогда не скажет. Комплексы, вся фигня). Зато на поднятую руку тут же среагировала одна из официанток, явно скучающая рядом с барной стойкой и также наблюдающая за своей коллегой с небольшой долей досады. Обрадовавшись новому заказу, она быстрым шагом направилась к столику у окна, который, как правило, Макс выбирает специально, и объявила о своём прибытии щелчком каблуков друг о друга. — Злобного дня и добро пожаловать в "Логово дьявола"! — звонко проголосила она, элегантно качнув бедром. — Вы готовы сделать заказ? И вот это уже заставило Уоррена оторвать взгляд от сцены, но только ради того, чтобы примагнитить его к новой жертве. Макс невольно вздохнула и покачала головой: ну вот что ей делать с этим недоделанным жиголо? Ни одной ведь юбки не пропускает! На самом деле, она прекрасно знала, что ничего страшного в этом нет, и Уоррен никогда не переходит определённые границы. Обычно дальше обычного заигрывания, неважно, удачного или нет, дело не заходит, лишь пару раз он отходил от своего образа галантного мачо и переходил к более решительным действиям, в конце концов презентуя Макс новую девушку. Обидно ей было именно за то, чем это всё обычно заканчивалось. Очень жалко смотреть на лучшего друга, который всё никак не поймёт, что именно ему нужно для счастья, и не суметь ему в этом помочь. — Ох, отличное начало, — Уоррен улыбнулся официантке во все свои тридцать два, в ответ на что та, привыкшая к таким комплиментам, лишь ухмыльнулась и достала блокнот. — Так вы готовы сделать заказ? — повторила она свой вопрос, явно поторапливая клиентов. Но не успела Колфилд что-то лениво ответить, тут же ойкнула и наклонилась пониже. — Ох, чтоб меня! Макс?! Макс Колфилд, это правда ты? Не поворачивавшая до этого голову Макс напряжённо подняла глаза и вопросительно взглянула на издавшую такой неожиданный возглас снизу вверх, быстро сняв мешавшую этому шляпу. Перед ней, в обычной для официантки, но необычной для работника заведения с звонким названием "Логово дьявола" и соответствующем дизайном, самой что ни на есть традиционной форме с блокнотом в руке и висящем на ней полотенцем, стояла высокая девушка спортивной внешности. Короткие светло-русые волосы разделял один-единственный локон, явно выделяющийся ярко-синим цветом, а из-под завёрнутого рукава выглядывала красивая татуировка в виде каких-то непонятных шипастых стебелей и красной ленты. Сначала Колфилд долго не могла понять, кто именно назвал её по имени, пока внимательно не поглядела незнакомке в глаза. Тяжёлые воспоминания хлынули в мозг нескончаемой волной, и, как бы сильно она ни хотела, остановить этот поток силой погашенных когда-то эмоций никак не удавалось. Схватившись за голову, Макс резко отвернулась и опустила локти на стол. — Я говорила тебе, — шипящим голосом обратилась она к ничего не понимающему Уоррену, теперь уже с небольшим скепсисом осматривающему официантку, после того как вновь обрела дар речи. — Я тебе говорила... Первое, чёрт возьми, место! Она выдержала ещё одну небольшую паузу, затем закрыла глаза и продолжила ещё тише, переходя на шёпот: — Только приехала в город, специально выбрала незнакомый мне ресторан бог знает где, решила, что уж на этот раз всё пройдёт гладко... Господи... Официантка сделала такое лицо, будто её только что позвали замуж, а поражённый Уоррен, кажется, начал что-то соображать. — Оу, чёрт... — протянул он, пока Макс продолжала нависать над столом и что-то очень тихо бормотать себе под нос. Но тут же спохватился, поняв, что сейчас может произойти, поднялся со стула и попытался своими скромными силами спасти ситуацию. — Эммм, простите, Хлоя, я правильно понимаю? Как бы так правильно сказать... Не могли бы вы пригласить другого официанта? Парень боязливо сглотнул слюну. А опешившая от такой сцены официантка долго не могла придумать, что сказать, переводя поражённый взгляд с Макс на её друга и обратно. Колфилд же в это время чувствовала себя обкуренной. В её голову лезли всякие ругательства, желание зарычать по-звериному, вскочить с места и разнести тут всё к чертям, чтобы утолить свою нарастающую ярость, с каждой секундой усиливалось, и, кажется, даже перед глазами всё поплыло. Прайс! Эта стерва! Сразу же, в первый же, мать его, день! Она боялась, знала, что рано или поздно наткнётся на свою бывшую подругу, но надеялась, что этого не произойдёт по крайней мере в ближайшее время. А теперь даже не знает, как поступить, как себя вести, и стоит ли сдерживаться. По-хорошему, нужно просто встать и выйти из моментально ставшего ненавистным ресторана, но отчего-то ноги не двигались, зато руки, уже давно сжатые в кулаки, тряслись со страшной силой. К счастью или нет, но Хлоя развеяла её странные мысли. — Простите, а в чём, собственно, дело? — придя наконец в себя, девушка нахмурилась и упёрла руки в бока. Ей, как и Макс, была крайне неприятна и эта встреча, и последующая за ней реакция бывшей подруги, но и оставаться в проигравших она была не намерена. И всё же надо соблюдать приличия и не хамить клиентам, как бы противны они ни были. — Я что-то сделала не так? Того, что произошло далее, наверное, мало кто ожидал. Мгновение назад Макс сидела тихо, опустив голову вниз и явно стараясь всеми силами успокоить так внезапно расшатавшиеся нервы, но один резкий рывок — и зал ресторана заполняется яростным криком, от которого затихли сразу все, в том числе и до этого не обращавшая внимание ни на что официантка на сцене: — Да, мать твою, сделала! Такого от себя не ожидала даже она сама. Стол жалобно заскрипел под сильным ударом, раскачавшись и случайно сбросив с себя стоящие на краю пачку салфеток и хлебницу (слава богу, хоть свечка устояла). На этот раз взгляд шатенки не выражал ни страха, ни удивления — лишь гнев. Она буквально уничтожала Хлою глазами, практически не моргая, чем сильно её пугала. Где-то секунд на десять на ресторан обрушилась оглушительная тишина, которую никто не смел нарушить: кто-то так же испуганно уставился на нарушителя покоя, кого-то эта незаурядная ситуация, наоборот, заинтересовала, развеяла повседневную скуку, а кто-то, привыкший к подобным сценам и в своей жизни, беззаботно продолжил употребление пищи, не подавая признаков удивления или чего-то подобного. Уоррен, понимая, что неизбежное уже произошло, и он уже никак не может повлиять на подругу, обречённо опустился на стул. Наконец, спустя уже практически полминуты, когда, не выдержав неустанного морозного взгляда Макс, Хлоя отвела свой в сторону, из-за ширмы, закрывающей помещение для персонала, нервно выкатилась темнокожая строго выглядящая женщина средних лет, торопливо огляделась и с пониманием того, что ничего ужасного вроде бы не произошло, уже более спокойно подошла к столику Макс, всё так же молчаливо бурящую одну из её работниц глазами. — Что, во имя всех святых, здесь происходит? — вопрос она адресовала именно Хлое, отвернувшейся в сторону и словно копящей силы для ответной атаки. Та неохотно повернулась и попыталась изобразить из себя невинную монашку, как про себя подумала Макс. — Понятия не имею, мисс Грант! — довольно быстро, чтобы как можно умелее скрыть волнение, выбросила официантка, вновь сложив руки на груди. — Я лишь подошла принять заказ, а... — Подождите! — перебил её опомнившийся Уоррен, с трудом натянув на лицо виноватую улыбку. — Я прошу прощения за свою нервозную подругу... Успокойся, Макс! — не выдержав, гаркнул он, когда Колфилд попыталась встать со своего стула и с силой надавил ей на плечо, усадив обратно. — Обещаю, этого больше не повторится. Только пожалуйста, поменяйте нам официанта. Судя по всему, с этой мы уже не сработаемся. Закончив, парень сглотнул слюну и поправил на носу очки. Он бы с большим удовольствием сейчас схватил Макс за руку и вытащил её отсюда сам, но воспитание и манеры не позволяли ему этого сделать. Уоррен всегда старался уладить любой конфликт, даже если сам не имел к нему никакого отношения, за что не раз получал от хулиганов и в школе, и в колледже. Ну вот такая у него природа, любвеобильный он человек. И, кажется, мисс Грант, являющаяся хозяйкой и по совместительству администратором ресторана, на что намекал её крупный бейджик, это заметила, из-за чего её губы сложились в сдержанную улыбку. — Конечно, — на удивление Хлои, ответила она так же быстро. — Только для начала объясните, в чём причина. Мне же надо знать, в чём провинилась моя сотрудница, чтобы в дальнейшем подобное и вправду не повторилось. Прайс попыталась запротестовать, но начальница жестом приказала ей помолчать, не отводя хмурого взгляда от парочки посетителей, устроивших тут ор посреди белого дня. — Ни в чём, честное слово! — замахал руками Грэхэм, не обращая внимание на гневно пожиравшую уже его глазами Макс. Всё, чего бы ему сейчас хотелось — это забить на данное ей слово, заказать пару стаканов старого доброго "Black velvet" и залить им расшатанные нервы и себе, и тем более своей грозной подруге. Она, скорее всего, будет брыкаться, отнекиваться, даже царапаться, но он всё равно откроет ей рот и зальёт жидкое лекарство прямо в глотку. Потом ещё и благодарить будет. — Ваша сотрудница прекрасно со всем справляется. Просто нам хотелось бы, чтобы нас обслуживал другой официант. — Ну хорошо, — пожала плечами мисс Грант, после чего обернулась в сторону ширмы, из-за которой только что сама вышла. — Рэйчел! Рэйчел, дорогая, подойди, пожалуйста, сюда! За ширмой послышался грохот упавшей на пол посуды и ещё какой-то шум, отчего администратор недовольно покачала головой. А в это время Макс, на которую уже страшно было смотреть, обречённо закатила глаза. — Да вы, должно быть, шутите... — прошипела она и резко вскочила со стула, сбросив с себя руку Уоррена, в очередной раз попытавшегося её успокоить. — Мы уходим. Сейчас же! Всем своим видом дав понять, что возражения не принимаются, схватила свою шляпу со стола, накинула сумочку на плечо и без лишних слов выпорхнула на улицу, не обеспокоившись тем, чтобы закрыть за собой дверь. Пораскинувший мозгами и быстро сообразивший, что это идеальный вариант, Уоррен ещё раз извинился перед дамами, в том числе и подоспевшой к тому моменту официантке-сменщице, и последовал за разгорячённой подругой в надежде хоть как-то её успокоить. Но на самом деле, он понятия не имел, как ему быть и что делать в подобной ситуации. Как человек, воспитанный в соответствии с определёнными нормами, он целиком и полностью не одобрял поступок Макс, однако и попадать под её горячую руку не имел никакого желания. К тому же он ещё никогда не видел её такой взбешённой, даже когда случайно разбил её любимый полароид. Тогда Грэхэм отделался лишь синяком на плече и знатной порцией брани, но сейчас... Это нечто совсем другое. Да, Макс рассказывала ему о некой Хлое Прайс и о том, как та с ней поступила. Да, он полностью поддерживает её в этом вопросе. И, как и она, после решения о переезде в Аркадию Бэй подозревал, что рано или поздно такая встреча обязательно произойдёт, если Хлоя, конечно, сама отсюда не убралась, готовился к ней, продумывал варианты действий. Но даже зная Колфилд практически от и до, не подозревал, что она способна на такой истерический гнев. Глядя в её обжигающие холодом глаза, чувствуя кожей яростную энергию, едва удерживающуюся в ней, невозможно не понять всю серьёзность её намерений. И Уоррен был готов поклясться, что если бы не внутренний маленький зайчик, пугливый и застенчивый, которого, как бы она ни старалась, даже за столько лет так и не удалось задушить в себе окончательно, Макс разорвала бы обидчицу прямо на месте. Но теперь это его святой долг — вытащить подругу из этого состояния и удержать от попадания обратно. Хотя что-то подсказывало, что все попытки не принесут большого успеха. Говоря проще, Уоррен дико боялся. Не столько саму Колфилд или её гнева — он прекрасно знал, что ей нужно, чтобы успокоить нервы, — сколько неизвестности того, что может произойти дальше. Они ведь только что приехали в незнакомый ему пока город, стольким пожертвовали, отказались от многого ради исполнения её мечты и удовлетворения его амбиций, и уже в первый же день столкнулись с тем, что может развалить все их планы на камешки. Нет, он не допустит подобного! Не будь он Уоррен Грэхэм, победитель по жизни и вечный оптимист! — Ты как, Эм? — он догнал Макс практически сразу. Шатенка только казалась такой решительной, а на деле отошла от "Логова" всего-то на пару метров и остановилась на обочине отдышаться и собраться с силами. Уоррен не стал кричать ей издалека, вместо этого аккуратно подойдя сзади и положив руку ей на плечо, которую та сразу же обхватила. — Хочешь поговорить? — Не знаю, — тихо проскулила она, вытирая мокрое лицо тыльной стороной ладони. Ну вот, расплакалась. Макс редко плачет, для этого нужен очень серьёзный повод. Ну что тут скажешь, на этот раз повод нашёлся что надо. — Не уверена... Она ведь не пошла за нами? — Нет, — на всякий случай обернувшись и проверив, ответил Уоррен и крепче сжал ладонь. — Ладно, давай вернёмся в отель, тебе нужно отдохнуть. Я закажу что-нибудь пожевать. Не отпуская её трясущейся руки, парень медленно развернул подругу к себе и легонько приобнял. — Всё будет хорошо...

***

— Это та, о ком я думаю? — прошептала на ухо Хлое Рэйчел после окончания поучительной речи мисс Грант о том, как надо общаться с клиентами. — Она самая, — ответила та серьёзно, угрюмым взглядом наблюдая из окна за тем, как Уоррен уводит всё ещё потрясывающуюся Макс подальше от её ресторана. — Макс Колфилд вернулась в Аркадию. — Но зачем? — тяжело вздохнув, Рэйчел положила подбородок ей на плечо. — Разве не очевидно? Чтобы закончить начатое — разрушить мою жизнь!