Мой свет

      — Мне передали, что ты уже очнулась, Сакура. С возвращением, — размеренный и до боли знакомый голос заставил Сакуру фактически через силу приоткрыть глаза и тут же зажмуриться от непривычно слепящего яркого света. По ноздрям вдарил едкий запах медикаментов. Послышался слабый облегченный вздох. Она в родной больнице. Перед ней, хоть Харуно и не успела рассмотреть, но она была в этом точно уверена, сейчас сидела ее наставница, Цунаде Сенджу.       — Цунаде-сама… — попыталась что-то сказать куноичи, но ее тут же оборвали, властным тоном заявив:       — Молчи. У тебя крайняя стадия истощения, сама прекрасно понимаешь, что это означает, — Сакура слабо кивнула, молчаливо соглашаясь с диагнозом наставницы: ей действительно сейчас представлялось каким-то колоссальным усилием даже просто моргнуть, не то, что говорить. Полностью подчиняясь желанию измотанного организма, Харуно прикрыла глаза. Кажется, стало даже легче.       —  Я пришла лишь осмотреть тебя. Все вопросы будут потом. Причем, не только от меня, — мрачным тоном произнесла Пятая и подошла ближе к девушке. Сакура буквально нутром почувствовала, как напряжена сейчас ее наставница. Неизвестное волнение передалось и ей.       — Я все понимаю, Цунаде-сама, — Харуно приоткрыла глаза и, сфокусировав зрение на сидящей рядом наставнице, мягко улыбнулась. Чувство полного покоя с новой силой нахлынуло на девушку. Наверное, Сакура уже давно воспринимала эту женщину как за свою вторую мать. Ведь именно она дала ей право и шанс выжить в этом жестоком мире шиноби, научив всему тому, что знала сама. И куноичи об этом никогда не забывала, отвечая Цунаде Сенджу безмерной преданностью и уважением.       Сейчас Харуно даже была безумно рада, что все вопросы наставница решила оставить на потом. Сакура совсем не готова лгать этой женщине. Лгать об Итачи Учихе, чтобы хоть как-то постараться скрыть их вынужденную связь.       Холодный пот проступил на бледном лице куноичи.       «А что им уже известно?»       В данный момент она находится в полном неведении и незнании происходящего вокруг. Знают ли в Конохе, кто ее похитил? Знают ли, как и откуда она вернулась? Знают ли… о тихой кончине Итачи Учихи?       Сакура понятия не имеет, какой информацией располагает сейчас сидящая перед ней Цунаде Сенджу. Одно неверно сказанное слово — и придется выкладывать абсолютно все, вплоть до сотрудничества с Учихой в поисках лекарства и о чудесном сохранении собственной жизни в обмен на его, что, конечно, было делом опасным. Она сама толком не понимала, почему ей удалось выбраться из лап Акацуки живой. Точнее… понимала, но от этого становилась не легче.       Сакура не дура, прекрасно понимала: никто не поверит в то, что Итачи Учиха, нукенин ранга S, пусть и косвенным путем, но все же пожертвовал собой ради какой-то куноичи деревни Листа. Нет, ну что за детский лепет?! Ее точно сразу же отдадут в руки Ибики Морино.       Харуно вдруг отчетливо заслышала шелест ткани по гладкой поверхности. Пятая придвинулась ближе.       — Я сказала, что пока вопросов не будет. Потому что пришла я не за этим. Ты на грани своих сил, Сакура. И давно знала об этом, как я полагаю. Но сейчас нам нельзя терять время, — бесцветный тон наставницы заставлял холодеть все тело. Она же все продолжала говорить, смотря будто сквозь девушку:       — Пока восстанавливали твою чакру, нам удалось обнаружить эту дрянь. Новый вирус… — медленно произнесла Пятая и почти невесомо провела рукой по взмокшему лбу своей ученицы. От столь неожиданного жеста со стороны наставницы Сакура прикрыла глаза. На мгновение ей даже показалась, что с этим мимолетным прикосновением испарилась и вся боль. Но лишь показалось. — Слушай внимательно, что я скажу дальше. Тянуть нельзя. Мы… нашли способ, как избавить организм от вируса.       Харуно показалось, что она перестала улавливать смысл сказанных Пятой слов. Возможно ли это? Есть шанс? Действительно есть? Неужели Харуно все же где-то просчиталась в своих самостоятельных исследованиях?..       Женщина скрестила руки на груди, пристально взглянув в глаза своей ученице. Харуно и не собиралась отводить взгляд. Лишь шумно выдохнула и продолжила также смотреть выжидающе. Она, кажется, не услышала еще самого главного. Ведь не может же быть все так просто…       — Мы впервые сталкиваемся с подобным, — женщина искоса взглянула на Сакуру. — И… я не могу утверждать на сто процентов, что исход будет удачным. Но другого выхода я не вижу.       — О чем вы, Цунаде-сама? — нетерпеливо спросила Сакура, при этом умудрившись сохранить спокойный тон.       — Вирус проникает и разрушает каналы чакры. И единственный выход — выкачать всю чакру из тела человека. Лишить источника распространения заражения. Ты понимаешь, что это значит, Сакура?       Сакура, конечно, все понимала. Прекрасно понимала, что шансы минимальны даже просто выжить. И… навсегда остаться без чакры? Это вообще допустимо для нее?       «Не лучше ли?..»       Харуно продолжала молчать, погруженная в свои мрачные мысли. Да, она верила Цунаде-сама. Верила, что другого шанса остаться вживых у нее уже не будет. Знала, что решаться нужно сейчас.       И от этого делать выбор было только страшнее.       — Я… — сипло произнесла Сакура, удивившись своему голосу. В горле давно пересохло, но куноичи понимала — сейчас ей никто не даст воды. Ради ее же блага. — Все равно ведь рискую…       — Да, — на выдохе произнесла женщина, не став скрывать своих главных сомнений. — Мы не знаем, удастся ли вообще спасти тебе жизнь. И я, как ответственная за операцию, ничего не могу обещать. Ты должна это понимать.       Харуно слабо кивнула. Она здесь ничего не может решать.       — Согласна, — не своим голосом прошептала девушка, на ощупь найдя теплую руку наставницы, она с чувством непоколебимой решимости сжала ее. Впервые за все время непростого разговора на лице Пятой проскользнуло нескрываемое сочувствие и… вина. Она раньше должна была все понять. Раньше. Когда… Харуно же приходила к ней за советом касательно именно этой дряни! Как она могла тогда ничего не заподозрить…       — Хорошо… — медленно произнесла Сенджу, невидимым взглядом пройдясь по бледному лицу Харуно. — Я хотела услышать от тебя именно этот ответ.       Сакура лишь слабо улыбнулась, когда до нее дошел смысл только что сказанных слов. Цунаде-сама и не нужно было ее согласие. Наставница все решила сама. Сакуре уже нечего терять. Риск, что умрет?.. Смешно. Если не попытаться провести эту экспериментальную операцию — она и так умрет. Тихо. Без риска. Стопроцентно.       — Цунаде-сама, — зеленые глаза неестественно блеснули, взглянув на наставницу. Женщина уже знала, что та скажет. — Если… — голос Сакуры дрогнул. Она на миг замолкла, будто собираясь с мыслями. И тут невинная, детская улыбка проскользнула на лице розововолосой. Да, почему-то именно сейчас ей так хотелось улыбаться. Искренне, без своей привычной фальши, о чем так любил подмечать вездесущий Сай. — Если все-таки ничего не выйдет… скажите моим родителям, Наруто… — Сакура снова замолчала, с виноватой улыбкой посмотрев на Пятую. Имя джинчурики заставило Цунаде сжать губы в тонкую полоску. Она до сих пор помнила тот пустой, полный нескрываемой боли взгляд, которым одарил ее Узумаки в день, получив известие о смерти Джирайи. Он потерял уже достаточно близких людей. Ему хватило сил «простить» Цунаде за смерть учителя. Но если по вине Пятой он снова лишится дорогого сердцу джинчурики человека. Наруто не простит. Не поймет.       Возненавидит.       Да и Цунаде Сенджу сама себе этого не простит.       Сакура прикрыла отяжелевшие веки. Пятая молчала, напряженно вдыхая запах осточертевших медикаментов. Розововолосая никогда не была особо проницательной. Но сейчас она буквально чувствовала, что происходило в душе у своей наставницы. Цунаде Сенджу снова собирается взять на себя вину в смерти совсем не постороннего человека. В груди что-то противно заныло. Сакура освободила свою руку из ладони женщины, все еще не размыкая глаз. — Скажите им, пожалуйста, что шанса не было… Пожалуйста, Цунаде-сама. Иначе Они ведь не поймут.       Цунаде ничего не ответила. Харуно лишь слышала тяжелое дыхание.       — Говоришь так, будто это твоя последняя просьба, Харуно, — встав с больничной койки, резко отчеканила каждое слово Сенджу где-то над головой у девушки.       — Нет… Я же должна еще буду ответить на все ваши вопросы, — слабая усмешка исказила лицо Сакуры, когда та решительно взглянула на свою наставницу.       Женщина не смогла сдержать мягкой улыбки в ответ.       — Да, Сакура.       В следующее мгновение дверь бесшумно закрылась, и Сакура с каким-то странным облегчением закрыла глаза, погрузившись в свои совершено несвязные мысли. Она была рада. Рада, что удалось поговорить именно с Цунаде-сама. Не объясняя ничего. Не вспоминая о смерти Учихи Итачи. Не думая, что у нукенина ведь тоже был бы шанс спастись.       Все это теперь было неважно.       Сакура уже одной ногой ступила в пропасть, когда только впервые встретила этого человека ночью в своем кабинете. Теперь же она летит уже сама в бездну, не стремясь вскарабкаться наверх. Вернуться назад.       Может… уже даже завтра она встретится с ним. С отступником, что давно отказался смотреть на чистое свободное небо, простершееся над его личной зияющей пропастью.