Choose your home

      Джейн помнила его слова — «Что с тобой не так?» — которые, как он утверждал после, сказал в порыве гнева. В тот момент они звучали так искренне, так сильно и страшно, что пугали покруче любого монстра. Она помнила выражение его лица, каждую складочку от хмурых бровей, губы полосочкой и прищуренные глаза.       Слова тоже имеют способность ранить, поняла девочка.       И теперь она сидела за ужином у Уилеров, запоминая это обыкновенное состояния Майка. Спокойное, отрешенное. Он, конечно, не видел, как в груди Джейн трепетало волнение, расползалось до кончиков пальцев, делающих непонятные жесты.       Тишину нарушал скрежет столовых приборов, и время от времени перелистывание страниц газеты пальцами Тэда. Она хотела прекратить всё это, капало на нервы.       — Ты в порядке? — Майк положил руку на её колено, обеспокоенно смотря исподлобья.       Джейн испугалась, не заметила как стучала ногой по паркету.       — Да. — выдавила она что-то, смутно напоминающее улыбку. — Я уезжаю в Дерри, штат Мэн.       Майк подавился кусочком отбивной и склонился над тарелкой, жестом указывая папе постучать по его спине. Хоппер подалась вперёд, но Нэнси схватила её за плечо и вернула обратно на стул.       — Навсегда? — прохрипел парень, отчаянно пытаясь откашляться.       — Нет, на неделю. Джим не захотел оставлять меня одну, и взял с собой на каникулы к его брату.       Майк долго смотрел на её сожалеющие лицо, потом скривил губы и протянул:       — Ну нет.       Джейн всеми силами превозмогала страх быть отвергнутой. Чувствовала, будто нажала на спусковой крючок возле своей головы. Уилер стал темнее тучи и застыл. Это был удар под дых, самый худший исход вечера. Когда все планы и мечты ломаются одним «Я уезжаю».       — Надолго?       — На все каникулы. — девочка сидела перед ним, как беззащитная лань, ожидая, приласкают её или ударят. Просто Хоппер с утра, собираясь на работу, бросил тихое «Уезжаем завтра к моему брату», не оставив ей выбора.       Она не стала говорить, что рада была бы провести время с Джимом после долгой разлуки, рада была бы заменить ему Сару. Рада была бы заметить папу им. А внутри Майка шла большая война, между «Она должна увидеть мир» и «Она не должна оставлять меня, не сейчас». Он просто не успел восполнить ею пустоту, те 353 дня. Он просто стал слишком много времени проводить с Байерсом, боялся провести бесповоротно много.       — Мы никогда не были в штате Мэн, расскажешь нам, как там. — улыбнулась Карен. — Жаль, что ты не встретишь с нами Новый год.       За эти несколько дней Джейн сблизилась с Уилерами, особенно с малышкой Холли. Они совершенно точно нашли общий язык, правда Майк советовал опускать сестру на пол, когда за дверью слышались приближающиеся шаги. Их фотография с зимнего бала теперь стояла на камине, рядом с остальными, и Джейн любила иногда брать её в руки и рассматривать вблизи, вспоминая тот день. Также она любила засиживаться у Уилеров допоздна, чтобы Джим уставал на работе и разрешал ей остаться на ночь. Потому что обычно таких привилегий у неё не было, отец берёг её как самое ценное.       — Майк, ты знаешь, что я не останусь в долгу. Помой посуду. — Тэд взъерошил ему волосы и ушёл.       На кухне остались только Джейн и Майк, не заметившие этого, увлечённые своими мыслями. Последний избегал зрительного контакта, вяло копаясь вилкой в остатках еды. Девочка знала, что в такие моменты он как бомба замедленного действия, поэтому молчала и покорно ждала.       — Ты не можешь отказаться?  — выдавил Майк, наклонив голову ещё ниже.       — Нет.       Уилер резко встал, раздраженный тем, что прекрасно знает, что если Джейн хочет — не перед чем не остановится. Но она, очевидно, не хотела. Он сложил всю посуду в раковину и принялся сердито отчищать остатки еды. Хоппер паниковала, сверлила взглядом его спину и затылок. «Самое страшное позади» — повторяла девочка, как мантру. Она знала, что холод — это защитная реакция, поэтому подошла сзади и обняла его, руками убирая ладони от тарелок. Страшно, как прыгать в море, не видя дна.       — Я вернусь через неделю, Майк.       Уилер приоткрыл рот и закрыл глаза, уперевшись в бортики раковины. Она, конечно, не знала настоящую причину его грусти. А если бы узнала, на месте дома Байерсов осталось бы только пепелище.       — Значит, твой первый новый год будет не со мной. — досадно протянул он.       Парень взял её руки и убрал от себя, пошёл в сторону лестницы.       — Майк? — прошептала Джейн, сдерживая проступающие слёзы.       Казалось, вот оно — дно, но Уилер загадочно улыбнулся, и сказал:       — Ты не так поняла, я сейчас вернусь.       — Мы выбирали их с мамой.       Аккуратная коробочка, перевязанная красной лентой. Хоппер потянула за неё, открыла. Прозрачная баночка.       — Это духи. — пояснил Майк.       — Духи?       — Они вкусно пахнут. Нэнси любит сладкие, Карен — терпкие. А эти с запахом яблок и корицы.       Парень достал их и брызнул на шею Джейн, она вздрогнула, смотрела на него непонимающе, пока не почувствовала аромат.       — Нравится?       — Вкусно пахнет. — оба улыбнулись.       Ей вдруг так перехотелось уезжать! Они сидели в центре гостиной, вокруг — гирлянды, рядом — ёлка, за окном — снег. Тёплая рука Майка, в ней — холодная ладонь Джейн.       — С наступающим. — скривил губы Уилер. — Я хотел подарить их в новогоднюю ночь.       — Спасибо, Майк.       Глаза щипало от слёз, сердце — от чувства вины. И Джейн бы расплакалась, если бы не стук в дверь. Оба знали, что это Джим, оба знали, что видятся в последний раз в этом году. Парень обнял её, вдыхая аромат яблок и корицы на шее, уткнувшись носом в отросшие локоны волос.       Когда Джейн одевала белую куртку, куталась в красный шарф, и стояла на пороге в такого же цвета нелепой шапке с помпоном, Майк прошептал:       — Я уже скучаю.       Дело привычки.       Остальные узнали это на следующий день, в подвале Уилеров, за игрой в «Подземелья и Драконы». Майк сидел, сложив руки на груди, испепеляя взглядом игральную доску. Уилл положил ладонь на его плечо, заставляя парня пытаться притупить свои чувства, тщетно.       — Расслабься, всего неделя. Уилер усмехнулся. Он максимально естественно скинул руку Байерса с плеча, начал складывать игру.       — Но мы не закончили! — крикнул Дастин.       — Я очень устал и хочу спать. — сказал Майк, надеясь, что его намёк поймут.       Ребята молча принялись собирать свои вещи в рюкзаки, странно переглядываясь. Конечно, они представляли, какого их другу. Весь вечер он почти их не слушал, витал в облаках. Джейн разрушила все его планы на каникулы, испортила ему всё настроение в преддверии нового года, ниже плинтуса.       — Майк, — шепнул Уилл, когда остальные уже поднимались по лестнице. — Я могу остаться на ночь, если хочешь.       Байерс смотрел на него снизу-вверх, и всё было как в старые-добрые, только парни выросли и осмелели, духом стали крепче некоторых взрослых. Причёска-горшок Уилла сменилась на красивую стрижку, волосы Майка вились угольными кудрями. Разлука и страх породили какое-то новое, неизвестное дружбе чувство, которое оба старались подавить, считая, что просто соскучились.       Так делают все друзья, и будет странно, если Майк откажет лучшему, тем более после того, через что они прошли.       — Конечно. — он криво улыбнулся. — Я провожу Дастина и Лукаса, а ты поднимайся в комнату.       Парни точно скрылись уже из виду, Майк не сдвинулся с места. Когда Джейн рядом — Уилла почти не видно, или он старательно не замечает. Джейн уехала — Уилл уже ждёт в спальне.       — Почему так долго? — Байерс сидел на кровати в одних штанах.       — Обсуждали отъезд Джейн.       — Хочешь поговорить об этом со мной? — его голос звучал так уверенно на фоне Майка, заботливо.       — Нет, всё в порядке. — улыбнулся Уилер.       Он стянул кофту, бросил куда-то в угол, и собирался залезть на второй этаж кровати, но Уилл схватил его за ногу.       — Майк? — он выглядел обеспокоенно. — Я хочу спросить кое-что.       — Да? — внтури всё перевернулось с ног на голову, несмотря на голое по торс тело, в комнате стало неимоверно душно.       — Почему ты ведёшь себя так странно?       — О чём ты?       Ему пришлось спуститься и сесть рядом, неловко касаясь коленями, опустив голову потому что макушка упиралась в дно верхней кровати.       — После моего возвращения мы стали реже видится. Ты охладел, всё поменялось. — Байерс забылся, уставился в какую-то точку, а затем поднял глаза на него. — Это из-за Джейн, да?       «Это из-за тебя. Из-за того, что я понял что все чувства — не просто желание защитить. Когда ты пропал, я не спал ночами, а все будто закрыли глаза, даже верили в твой поддельный труп, смирились.» — хотел сказать Уилер в момент длинной паузы, даже почти сказал, но слова застряли в горле, так нельзя. Это неправильно.       — Ревнуешь? — он попытался прикрыться шуткой, но вышло плохо. Не к месту.       Уилл сделал вид, что не услышал, схватил его за руку, кусая губы.       — Я не хочу терять тебя. Нам надо чаще проводить время вместе, как раньше.       Майку хотелось раствориться в темноте, исчезнуть, на утро сказать Байерсу, что это был сон. От его действий и слов кружилась голова, до тошноты, противно. Всё только начиналось, а он уже устал. И к сожалению, это — явь.       — Хорошо. — пробурчал Майк и быстро поднялся на свою кровать. Сердце билось так сильно, грозилось оставить синяки на груди. Он слушал каждое движение Уилла, как тот ложится и поправляет одеяло. А затем — сопение.       Как долго он слушал циркулирующий в его лёгких воздух? Казалось — вечность, пока не уснул сам.