To tame a Depire

      Так и не достучавшись до Николаса, Лэй решил поменять тактику и попробовать разбудить своего друга, дабы поручить ему разборки с его, теперь уже сыном.       В отличии от Шардоне, Фрэнка разбудить оказалось легко, правда не совсем качественно, поэтому красноволосый ещё какое-то время пытался сообразить, что вообще здесь происходит, как долго он спал, какого чёрта Лэй забыл у них дома и что за бред он несёт по поводу депира, что никак не реагирует на мир вокруг.       — Объясняю ещё раз для мегатупых, — понемногу начиная злиться сказал бармен, — я вчера, забыл у тебя свою вещь и пришёл за ней, а ты грохнулся в обморок от кровопотери, потому что зачем-то пытался вскрыть себе вены, а после оказал себе не достаточную помощь. С этим всё понятно? Я тебе помог и перетащил сюда, чтоб ты отдохнул нормально и восстановился, а твоё дитё тем временем устроило тихую истерику в уголке и перестало реагировать на происходящее вокруг. Я пытался до него достучаться, предлагал поговорить, выпить чая с успокоительным, тряс его, но ничего не сработало. Он словно сдох уже... — закончить блондину не дали, так как Йенлип до чёртиков напуганный словами друга, невзирая на слабость, немедленно помчался к Нику, дабы убедиться, что тот жив и всё сказанное Лэем просто глупая шутка.       Рядом с Шардоне улёгся Локи, смотря на него грустными голубыми глазами, иногда поскуливая и облизывая своим шершавым языком пальцы мальчишки. Таким образом он тоже по-своему старался помочь, пусть пока ничего путного из этого и не выходило.       Фрэнк опустился на корточки рядом с псом, прямо напротив Нико и провёл рукой перед его глазами слева направо и обратно, но депир даже глазом не повёл.       — Вот и я о том тебе уже минут десять говорю, он ни на что не реагирует с того самого момента, — сказал подошедший блондин.       — Ник, Нико, малыш, — тихо позвал Йенлип, всё ещё надеясь, что друг не прав, но не замечая никаких признаков, того что Шардоне его услышал, красноволосый чуть не сам пустил слезу и просто прижал к себе хрупкое тело двенадцатилетки.       Лэй даже не стал сейчас шутить о происходящем, как делал это обычно, в рамках дружеских колкостей. Сейчас он, как и Фрэнк, сильно волновался за этого мальчишку, хотя и не понимал почему, ведь тот практически был ему никем.       — Фрэ...Фрэнк... — раздался слегка сиплый, после долгого молчания, голос Николаса, что позволило наконец отбросить траурные мысли, ведь теперь стало точно ясно, что он жив.       — Да Нико, это я, всё хорошо, я рядом, — так же тихо ответил Йенлип.       — Ты в порядке?       — Да, малыш, всё хорошо.       Их слащавую идиллию нарушил пёс, лизнув щеку Шардоне, Лэй же счёл, что сейчас самое время под шумок удалиться.       — Мне было так страшно, когда ты упал и не приходил в сознание, будто умер, — говоря это Николас вздрогнул.       — Прости, немного переоценил себя, я не хотел тебя пугать, лишь, наоборот, помочь, — заверил его красноволосый парень.       — Я рад, что теперь с тобой всё хорошо, — он положил голову на плечо Йенлипа, прикрывая глаза.       — С тобой тоже всё хорошо? — с лёгкой обеспокоенностью в голосе, уточнил Фрэнк.       — Да, просто немного устал, — уже казалось сонно, ответил депир, окончательно закрыв глаза.       Шок в который он впал, ещё когда Лэй приводил Йенлипа в чувства, неплохо вымотал его, не отпуская до самого прихода Фрэнка, поэтому было совсем не удивительно, что сейчас мальчишка чувствовал сильную усталость и убедившись, что опасаться нечего, позволил себе немного расслабиться, в итоге чего просто уснул на плече красноволосого.       Фрэнку ничего не осталось, кроме как отнести теперь это спящее чудо в постель и позволить как следует отдохнуть после пережитого. Всё же у Нико была ещё по-детски слабая психика, особенно для всего того, что с ним случилось за последнее время.       Уложив его на кровать в своей комнате и укрыв одеялом, Йенлип пристроился рядом, поглаживая Шардоне по спине и зарекаясь, что больше никогда, не сделает ничего, что может его вновь так напугать, и, что сделает всё лишь бы защитить это хрупкое существо, в которое по уши влюбился, даже не понимая, как такое могло произойти, в особенности с ним.

***

      Шардоне на удивление, приснился хороший сон. Может быть от того, что сейчас рядом был Фрэнк?       Об этом никто не знает.       Ему снился один из семейных праздников, вроде нового года или рождества, потому что в доме стояла украшенная ёлка, а за окном большими хлопьями падал снег. Где-то в далеке гремели салюты, а в доме была слышна прекрасная мелодия от игры на фортепиано и скрипке.       Все были такие счастливые. Отец готовил мясо, у него словно к этому был талант. Мать вместе с бабушкой сервировали стол. Дедушка помогал им, порой отвлекаясь на чудесную музыку. Тётушка Сайрунс занималась последними украшениями дома, её муж помогал отцу Нико на кухне. А сам, ещё в то время малыш, стоял у большого окна, зачарованный прекрасной картиной зимы.       От такого прекрасного сна, депир даже улыбался во сне. В то время он ещё был по-настоящему счастлив и беззаботен. Он ещё не знал, что его ждёт впереди. Какое будущее преподнесёт ему судьба.

***

      Нет, Николас не был сейчас беспросветно несчастлив из-за случившегося. Ему, конечно, было очень жаль, что он потерял родных из-за жестокости инквизиторов. Ему до сих пор было больно на душе, когда он вспоминал тот день, но всё же было и то, что его радовало. И это был тот самый холодный, дождливый, осенний день, когда немного пьяным парень, нашёл его там в картонной коробке. Такого замерзшего, голодного, валившегося с ног от усталости, беззащитного ребёнка. Шардоне был рад, что именно этот парень, стал для него новой семьёй. И пусть он всё равно не мог заменить его родителей, бабушку с дедушкой, семью тётушки, депир был очень благодарен, той встрече и своему настоящему.       Сейчас мальчик искренне улыбался тому, что все, кого он любил были рядом: Фрэнк спал под боком, Локи лежал где-то на полу у кровати и все его родные были в чудесном сне, таком реалистичном, что казалось, будто он действительно сейчас оказался в прошлом, встретил их всех и хорошо провёл время.