Бастард

Профессор Лонгботтом оказался, впрочем, далеко не таким безобидным, как думал о нем Альфред. На втором занятии он задал первокурсниками огромное домашнее задание: написать сочинение о том, чем опасны Дьявольские силки, и какими способами с ними можно бороться. Оливер возмущенно махал руками, как ветряная мельница, жалуясь, что сразу придется сидеть в библиотеке.  — Раз задали, то нужно выполнить работу хорошо, — вздохнула Мэри Блэкторн.  — А где скидка на то, что мы еще новички? — жаловался Оливер. Ал, однако, чувствовал себя отлично. Читать книги было ужасно интересно, да и возможность показать свои знания рождала приятные ощущения. После урока трансфигурации он понял, что отличная учеба — единственный способ укрепиться в школе. А вот Оливер явно не желал слушать никаких аргументов, и всю дорогу ворчал себе под нос о несправедливости жизни. Самым интересным предметом оказалась защита от темных искусств. Преподавателем оказался немец Конрад Манхейм — высокий бледный мужчина в очках и с тонкими усами. Он был одет не в мантию, как остальные учителя, а в коричневый бархатный костюм с венской бабочкой. — Темная магия — невероятно обширная сфера магической науки, — начал он урок, расхаживая у доски. — Защита строится на противостоянии Темной магии. Однако она не сводится к простому набору заклинаний или заучиванию книг наизусть. Для правильной защиты необходимо понимать, нравится вам это или нет, и сами темные искусства. Ал с интересом смотрел, как мелькали желтые штиблеты профессора. Почти сразу он показал грибы «красный шапочки» -— отдаленных родственников вампиров, у которых под шляпкой были небольшие клыки. — Обратите внимание, — профессор говорил, забавно оглушая окончания на немецкий лад, — у них есть небольшие артерии, по которым они сосут кровь жертвы. Только понимая это, вы сможете выстроить правильную защиту. Эстер побледнела: ей, похоже, был неприятен сам вид крови. Профессор бросил на нее внимательный взгляд и сказал, что изучением защиты от «красных шапочек» они займутся на следующем уроке. Алу очень понравилось их немецкое название «Роткопфен». Он сделал много записей, исписав большой рулон пергамента и истратив немало чернил. — Вам не кажется, что он говорит о темных искусствах… слишком увлеченно? — озабоченно шепнула Эстер, когда они выходили из класса. Когда она волновалась, ее голос становился ниже. — А что ты хочешь, он немец, — пожал плечами Стефан. — У них почти нет грани между темной и светлой магией! — Штирнер думает также, — прошептала Мэри. — Он жуткий, но ведь и великий маг! — ее темные брови дрогнули, словно от испуга. Ал задумался, глядя на длинный коридор с сумеречным светом. После услышанного ему ужасно захотелось поговорить с профессором Мангеймом. Возможно, он мог бы рассказать ему интересно о Штирнере. Вопрос был в том, как именно его спросить. — Так, что там у нас дальше? — спросил Оливер, прибавив шаг. — Так-с… Сдвоенные Заклинания с Хаффлпаффом, — при этих словах его лицо помрачнело. — Черт, опять сдвоенный урок. Урок заклинаний прошел трудно. Профессор Ариэлла Нейрон оказалось невысокой хрупкой женщиной с задумчивыми серыми глазами. Алу казалось, что даже ее прозрачная серо-голубая мантия развевалась задумчиво и тихо. Хаффлпаффцы с опаской смотрели на учеников «змеиного колледжа», явно боясь подвоха. И не напрасно. Скорпиус Малфой и Эйлин Забини сразу нашли жертву в лице Миленты Смит — пухлой девочки с кудрявыми рыжими волосами. Эйлин подбрасывала ей огненные искры, а Скорпиус издевался над каждым ее шагом. Это стоило Слизерину десяти баллов. — Гляди, — шепнул Стефан, — Эл Си адаптировался к барсучьей норе, — показав Алу на Альбуса Поттера. — Папочка, думаю, прислал ему кучу утешительных писем, — фыркнула Мэри. Ал досадливо поморщился. Дети, которым много помогали родители, всегда казались ему полными ничтожествами. Однако сходство этого мальчика с ним удивляло. Они похожи, только у него были очки, а у Поттера нет. Почему так? Ответа на этот вопрос Ал не знал, хотя чувствовал, что стоило понаблюдать за странным хаффлпаффцем. — Что же, попробуем высечение искр, — мягко улыбнулась профессор Нейрон. Ал облегченно вздохнул: это заклинание он отрабатывал дома. Через минуту из его палочки посыпались красные и оранжевые искры. — Отлично, мистер Винтер, — кивнула женщина. — Десять очков Слизерину. От похвалы Ал зарделся. Зато Эйлин Забини посмотрела с неприязнью: они с Малфоем не могли видеть его успехов. — Гляди-ка, и грязнокровки могут что-то, — фыркнул Малфой. Хаффлпаффка Виктория Тейдер, сидевшая рядом с Альбусом Поттером, фыркнула. Ал, поправив очки, со злостью посмотрел на нее. Тотчас ножки стула исчезли, и Виктория упала, задев рукой чернильницу. Элладора Нотт громко рассмеялась. Следом прыснули Малфой и Забини, за ними и остальные слизеринцы. Профессор Нейрон побежала на помощь Виктории и помогла ей встать. На лбу девочки сиял большой синяк, а ее мантия испачкалась в чернилах. — Профессор… — Ал, моргая, смотрел на женщину. — Я не виноват! — Успокойтесь, мистер Винтер. Я не говорю, что это были вы… — профессор Нейрон с досадой посмотрел на Малфоя и Гойла, которые тупо расхохотались. Элладора Нотт, между тем, продолжала смеяться. На ее белых щеках снова выступили красные пятна. Сотрясаясь от хохота, Элладора посмотрела на Викторию и показала длинным тонким пальчиком падение вниз. Несколько хаффлпафцев от злости засопели. — После урока сходите к мадам Помфри, мисс Тейдер, — кивнула женщина. — А вы прекратите, наконец, смеяться, мисс Нотт. Не вижу ничего смешного в том, что человеку сделали больно. — Вот злобная тварь, — шепнула Мэри. Ал рассеянно кивнул. Ему самому захотелось стукнуть чем-нибудь Элладору, чтобы она перестала захлебываться от смеха. Была половина пятого, но за окном стало темно из-за густой пелены туч. Ариэлла Нейрон взмахом палочки зажгла летавшие факела и с тревогой посмотрела на левую руку Ала. Он горько вздохнул: у него странное чувство, будто он не понравился профессору Нейрон.

***

К концу первой недели Альфред освоился в Хогвартсе. Вопреки слухам, Слизерин оказался не пристанищем черной магии, а самым обычным колледжем. Приметной его чертой были сдержанность и холодность. Ал вставал в шесть часов, читал в гостиной, бежал на завтрак и шел на уроки. Ему хватало нескольких часов сна, и вечерами он мог подолгу сидеть в библиотеке, тренироваться в заклинаниях или читать. Особенностью Слизерина было обостренное соперничество. Все слизеринцы посмеивались над неудачами других. Поскольку Ал опережал других в учебе, он не особенно страдал от насмешек. Однако Гойл, по науськиванию Малфоя, несколько раз пытался подставить ему подножки. Перед сном Ал обменивался ядовитыми репликами с Малфоем, и потом лежал в кровати, просматривая учебники за третий курс. Уроки зельеварения проходили у слизеринцев по пятницам. По школе ходили слухи, что преподаватель зелий одна из самых строгих в Хогвартсе, но Оливер уверял одноклассников, что она благоволит слизеринцам, как их декан. Альфред с грустью думал о том, что занятия опять будут проходить вместе с ненавидящими их гриффиндорцами. Едва первокурсники вошли в кабинет зелий, как в нос ударил терпкий запах, исходящий из большого котла, стоящего у противоположной стены. Подозрительно оглядываясь на него, первокурсники расселись по своим местам и достали учебники. — Мне это все не нравится, — вздохнула Хелен. Альфред посмотрел на нее с интересом: его приютская однокашница, похоже, неплохо устроилась в Гриффиндоре. Судя по их ехидным взглядам, она рассказала им кое-что об Але. Ловя их неприязненные взгляды «львят», Ал, как и все слизеринцы, уже проникся к ним отвращением. Но его поражала их сплоченность. Глядя на болтовню Хелен с одноклассниками, Ал с легкой завистью думал, что ее вряд ли сбросят ночью с кровати. Через несколько минут в класс вошла высокая тонкая женщина с блестящими черными волосами, спадающими на плечи. Ее черные глаза, однако, смотрели холодно и жестко из-под очков. Холодно поздоровавшись с классом, она сразу принялась писать на доске ингредиенты для зелья. Ученики в замешательстве переглядывались. Наконец, она обернулась к ученикам. — Добрый день. Точнее, доброе утро, — на ее тонких губах появилась улыбка. — Меня зовут профессор Фиона Принц, и я буду преподавать у вас зельеварение. Надеюсь, вы уже прочитали в учебниках, что такое наука о приготовлении зелий. Я не хочу тратить свое время на растолковывание элементарных вещей, которые можно прочесть в учебнике. Я надеюсь, что вы сегодня же покажите мне свои умения в приготовлении простейшего зелья. Ал задумчиво посмотрел на женщину. По его мнению, было бы гораздо лучше сначала объяснить таблицу алхимических элементов. Слава Мерлиину, он прочитал ее в учебнике. — Сегодня вы сварите по учебнику простейшее зелье от прыщей, — холодно сказала профессор. — Приступайте. Ученики тут же стали отбирать необходимые ингредиенты для зелья. Ал очень старался, и к концу урока его зелье казалось ему подходящим под описанное в учебнике. Зато у гриффиндорки Лилиан Вейд прыснул котел, и профессор, брезгливо поморщившись, убрала пролитое зелье. Но ее взгляд был настолько красноречив, что Ал понял: профессор воспринимает ее как полный нуль, ругать который ниже ее достоинства. Профессор Принц лично обошла каждого ученика. — Неплохо, — кивнула она Скорпиусу Малфою, — пока это лучшее, что я видела. — Это несправедливо! — крикнул пухлый и очень смуглый гриффиндорец Гарри Томас. — У нашей Розы зелье гораздо лучше. — Это не вам решать, мистер Томас. Минус десять баллов с Гриффиндора за наглость, — холодно ответила профессор Принц. Томас, поймав ее жесткий взгляд, прикусил язык. Профессор поморщилась у котла Хеллен, чье зелье необычно вспенилось и забурлило. Зато Люси Чайлд неожиданно удостоилась ее похвалы. — Весьма неплохо, мисс Чайлд, думаю, мы с вами поладим, — сказала профессор девочке и совершенно неожиданно улыбнулась. Но, когда профессор Принц повернулась к Розе Уизли, от улыбки не осталось и следа. — Это лучше, чем я ожидала, мисс Уизли, — сообщила профессор, — но пока я не хочу делать поспешных выводов о ваших способностях. Зато к Альфреду профессор Принц неожиданно прониклась симпатией. Расхаживая по классу, она призвала всех полюбоваться, как Ал сварил рогатых слизняков. — Вы очень способны, мой мальчик, — кивнула она. — Что же, мистер Винтер, уверена, вы и впредь будете заниматься также хорошо. — Роза и Люси одарили его неприязненным взглядом, а Малфой что-то шепнул Гойлу, от чего тот захохотал. Урок закончился, и Ал, быстро покидав вещи в сумку, стремительно пошел на выход. — Не расстраивайся, еще немного, и ты станешь ее любимчиком, — заверил его Стефан. Альфред, вздохнув, посмотрел вокруг. Гриффиндорцы выбегали гурьбой, в то время, как его одноклассники, выходили каждый по одному. Ал не мог точно понять, почему гриффиндорцы такие радостные, несмотря на неудачу, но чувствовал, что в этом кроется какая-то тайна. Вздохнув, он подошел к окну и одиноко сел на подоконник.

***

К концу сентября Альфред стал лучшим по всем предметам. Его лучшими друзьями оставались Стефан и Мэри, хотя близко сойтись с ними Ал не мог. Они то ли завидовали его успехам, то ли у слизеринцев просто не было приятно сходиться очень близко. Даже Эйлин Забини внешне общалась с ним, хотя ее лучшим другом был Скорпиус Малфой. Несколько раз Ал встречал в библиотеке Розу Уизли, но его попытки заговорить с ней закончились неудачно. К сожалению, другие колледжи не любили. Многословные райвенкло придумывали остроумные дразнилки, а хаффлпаффцы утверждали, что слизеринцы связаны с темной магией. Особенно они не любили Ала, считая, что именно он сбросил со стула Викторию. Однако всё это не сравнивалось с выходками гриффиндорцев. Они с помощью старших учеников наколдовали бутылки с водой, парящие в воздухе, и облили ими слизеринцев, входящего в класс. Алу казалось, что гриффиндорцы за что-то им мстят, только за что, он не мог понять. Первые выходные октября выдались относительно свободными. Ал, сидя в темно-зеленом кресле, читал «Интересные проклятия и заклинания». Малфой и Гойл о чем-то шептались, то и дело оглядываясь на Ала, чтобы он не подслушал. Но мальчик не волновался: он знал разоружающее и блокирующее заклинание, и был уверен, что отразит любого из них.

Дорогой Ал, мне жаль, что ты так ко мне относишься. Я знаю, что виновата сама. Поверь, я не такая плохая, как ты думаешь. А ты замечательный, и я бы хотела с тобой дружить. Пожалуйста, прости меня, если можешь.

Подписи не было. Ал с недоумением посмотрел на плывущие под низким салатовым потолком витые свечи. Возможно, что это очередная пакость Малфоя и Забини, а возможно… Он посмотрел на дверь, к которой как по команде побежали его одноклассники. Оказалось, на ней сам собой появился кусок пергамента. Первогодки помчались, чтобы посмотреть на него.

Объявление для слизеринцев первого курса. Урок Полетов пройдет во вторник в десять часов на лужайке перед школой. Метлы будут выданы на месте. Преподаватель — профессор Алисия Спинет. Обращаем внимание, что у слизеринев этот урок будет проходить вместе с гриффиндорами.

Сердце Ала упало. Он никогда не был достаточно спортивным, и с ужасом подумал о том, что Малфой и гриффиндорцы увидят его позор.

***

Во вторник утром слизеринцы плелись по влажной траве, наступая на слизняков, чувствуя себя продрогшими. Ал посмотрел в небо. Было ясно, но ужасно холодно. «Только первое октября, а холодно, словно в январе» — подумал он. Сейчас он старался не думать о полетах, боясь показать свое неумение летать перед Малфоем, Нотт и гриффиндорцами. Чтобы отвлечься, он старался думать о женщине с медальона, который открывался только ему. В детстве Альфред верил, что однажды женщина в тонких очках и синем платье с розой покажется в дверях приюта. Она выйдет во двор и побежит к нему, цокая каблуками белых туфель. (Алу казалось, что ее туфли непременно должны быть ослепительно белыми — такими же, как белая роза на ее синем платье). Затем она возьмет его за руку и уведет в другой мир. Как-то на Рождество Ал видел в витрине гирлянды в виде разноцветных свечей. Тогда он мечтал о том, как они вдвоем с мамой будут вешать гирлянды на елку. Сейчас он думал о том, кем был его отец. Полностью отдав сердце матери, Альфред почти не думал об отце. Кто или что погубило эту чудную девушку? Глядя на густое синее небо, Ал подумал о том, что его отец вполне мог быть маглом. Мальчик замедлил ход, поразившись своему открытию. Да, скорее всего, так оно и есть. Если он однажды найдет его. «Несколько хороших „Cruciatus“ сделали бы своё дело», — подумал горько Ал, в отчаяние пнув камень. День был необычно солнечным. Большинство слизеринцев шли весело, обсуждая предстоящий полет и хвастаясь, кто и когда первый раз сел на метлу. Только Элладора Нотт грустно смотрела под ноги, вздрагивая при виде лужи или проползавшего слизняка. Альфрел с тоской посмотрел на низкое темно синее небо. — Гляди, грифы уже пришли, — прервал его мысли Стефан. — Ал оглянулся. Десять гриффиндорцев стояли рядом с метлами. Хеллен Эммер что-то шепнула подтянутой Кристин Вейр, и они засмеялись, глядя на Альфреда. — Приперлись, змеюки, — усмехнулся высокий Джеймс Маклагген. — Ты что-то сказал, облезлый кошак? — с презрением заметил Скорпиус Малфой. Слизеринцы, включая Ала, встретили его слова одобрительным гулом. — Змееныши? — хохотнул белобрысый Роберт Оун. — Да вы глаза должны не поднимать после войны! — И благодарить Мерлина, что ваш змеюшник не закрыли! — рассмеялась тоненькая Джоанна Толлерсон. — Успокойтесь, мисс Толлерсон. Помолчите, мистер Малфой, — с досадой сказала темноволосая женщина. — Добрый день, первогодки. Меня зовут профессор Алисия Спинет. Что ждете — становитесь к метлам. Напротив друг друга лежали десять метел. Альфред, поправив очки, со вздохом встал рядом с метлой. Гриффиндорец Роберт Оуэн, посмотрев на него, насмешливо улыбнулся. Ал с ненавистью впился в него малахитовым взглядом и нащупал палочку в кармане. — Спокойно, мистер Винтер, — профессор Спинет посмотрела с осуждением. — Предупреждаю: никаких дуэлей в воздухе, иначе отправитесь к директору. — Но это же «Нимбус-2000», — поморщился Малфой. — На таком старье летал мой отец! — Профессор Спинет, вздохнув, подвела его к метле. — После моего свистка вытяните правую руку над метлой и скажете ей «Вверх!» — кивнула Спинет. — Раз, два, три… — Вверх! — крикнули все. Ал дернул левую руку: метла лежала у него в ладони. Он оглянулся. Почти все гриффиндорцы и слизеринцы держали в руках метлы. Только у Элладоры и еще одной слизеринки Весты Рид метлы остались неподвижными. — Вверх. — Метла прыгнула в его руку. Миссис Майлвирнон проинструктировала их. Том снял с себя плащ, что бы было удобнее. — По моей команде взлетаем. Раз, два, три… — сказала профессор. Ал с легкостью оттолкнулся от земли. Ему понравилась летать. Он кругом облетел поле, наблюдая за одноклассниками. Люси Чайлд выглядела очень несчастной, а Скорпиус чуть не упал с метлы. Хеллен, как ни странно, тоже облетела поле. Зато Ал увидел Скорпиуса, самодовольно пролетевшего мимо. — А теперь спускайтесь, если привыкли к полету. — Крикнула профессор Спинет. «Это легче было сказать, чем сделать», — подумал Ал. Он не хотел потерять это сладкое чувство эйфории. Он застал в десяти футах от земли, глядя, как Люси Чайлд чуть не упала с метлы. Однако Роберт не собирался спускаться, резко подлетев к Алу. — Неплохо, снежный ком, — прошипел он. — Снежный ком? — Ха, Винтер — снег — ком, игра слов, понял? — захохотал Роберт, — Ну снежный ком, посмотрим, как, ты хорошо держишься. — Вполне — автоматически поправил Ал. Оуэн выглядел слишком веселым. — Ну посмотрим, как хорошо ты летаешь, снежный ком. Он мгновенно достал палочку и запустил проклятье в Ала. Слизеринец начал маневрировать, в то время как Роберт давился от хохота. — Что-то потерял, снежный ком? — прокудахтал он. Ал посмотрел вниз на Боба, в его руке был зажат ужасно знакомый медальон. — Отдай назад — тихо сказал он. Оуэн захихикал и полетел к озеру. Ал, чувствуя биение сердца, рванул за ним. Профессор Спинет крикнула им, чтобы они немедленно спустились, но Ал не слушал её. Всё что он хотел, это вернуть медальон. Оуэн завис над озером. Ал остановился в дюйме от него. Он бы использовал призывное заклинание, но палочка осталась в плаще. — Отдай это — прошептал Ал — Пожайлуста, Бобби. — Хорошо, попробуй возьми! — гриффиндорец швырнул медальон в воздух. Он стремительно понесся вниз. Ал, не размышляя, нырнул вниз, ухватившись левой рукой за метлу, и вытянув правую. В нескольких футах от воды он сумел поймать медальон, чуть не коснувшись воды ботинками. Развернувшись к озеру он приземлился в кустах, осмотрев его, и только после этого позволил себе облегченно вздохнуть. Набрав высоту, Ал описал круг, едва слыша ликующие крики слизеринцев. Посмотрев вниз, он увидел зеленую лужайку, и вдруг почувствовал ужас. Метла начала беспорядочно прыгать. Ал увидел, как приближается к земле, переворачиваясь вниз головой, а воздух медленно погружается в темноту.