Уж замуж невтерпеж

      Елесей в бане отчаянно сок ягод с тела отирал, точно с кожей содрать желал, а тот как на зло не сходил, черными пятнами точно синяки на нежной коже расцвел. Зло продолжал тереть мочалкой природной из корней Елесей, да только кожа покраснела, как от ожога.       А тем временем в дверь робко постучали, но знал молодец, что не супруг это, чувствовал, если можно так сказать.       - Заходи, я не полностью раздет, коли не стесняешься, - резко ответил молодец, хоть и понимал, что Леля в его гневе не виновата.       Дверь приоткрылась и в помещение вошла красавица, бадью с водой горячей на лавку поставила. Пожалел Елесей девушку, и как он не подумал, заставил ее тяжести таскать.       - Не серчай на него Елесей, дурак он у нас. Я ему трепку то задам, как следует, - даже в подтверждение своих слов, девица руку в кулак сжала.       - Не надо задавать, - раздраженно ответил Елесей, водой обливаясь, - мы оба виноваты. Он дурак, а я позволил играть со мной.       Спину выпрямил за выдохнул резко, не помогает теплая воду пыл остудить, оно и понятно. Да вот еще болеть из-за этого дурака.       - Он ясно мне понять дал, кроме брата во мне он никого не увидит, да любопытство видать сильнее, а я и дался! – зол Елесей на себя был, ох как зол, даже больше чем на Ярило, - из нас двоих я прекрасно понимал, что к чему и все равно каждый момент ловил. Ну не дурак ли? Только аппетит разгуливал, будто не понимал, чем все закончится, что больно будет! Надо было остановится сразу и все прояснить, а я? Как мороженное есть, зная, что ангина будет. Знаешь и все равно хоть на кусочек больше, но съешь. А потом лежишь с температурой под сорок, горло на части разрывает, ни есть, ни пить не можешь, а все потому что слабину дал.       Молча Леля молодца слушала, да помогла ему спину потереть, не видать же где сок остался. А Елесею обидно, чуть ли не до слез, все говорит, говорит.       - Вот бы девкой был, а то мне того не хотелось! Двадцать с лишним лет девкой был и вот! По моей как будто вине! Как насмешка судьбы, кто-то там смеется над нами, а мне хоть вешайся.       - Должно быть так надо? – помогла Леля и с волосами молодца, а то поди в пылу гнева еще повыдирает себе локоны, - в той жизни мужчиной был, девушкой переродился и вот вновь мужчина. Может испытание это?       - А может не должны и не будем мы вместе, вот и все. Все Вселенная сделает для того, - прошептал Елесей, - потому я мужчиной и стал, чтобы Ярило на девицу не соблазнился, и мы близки не стали…       - Но ведь стали же, - нежно Леля по волосам его пальцами тонкими проводила, заботливо так, словно ветерок майский, - да дурак наш еще не понимает того.       - Любопытство это, - рыкнул Елесей, да уже вся злость ушла, сил не осталось. А может Леля так на него влияет.       - А еже ли нет? – осторожно Леля водой на волосы молодцу полила, - что если тянет его к тебе, да он не понимает этого? Если Вселенная хочет показать, что ваши души связаны, а не тела, оттого кем бы ты ни был, все одно вам одна дорога. Из всех девиц он ведь именно тебя нашел. Только представить, как мал был этот шанс? Из всего мира, лишь одно совпадение, да такое точное! Разве не притяжение то?       - Если я Семаргл, брат его названный, оттого и притяжение, ничего более. Огонь свой отыскал, душу родственную иномирную, вот и все тут.       - Эх, Елесей, - вздохнула Леля, - для тебя Семаргл нечто чужое, незнакомое, просто имя. Кто-то, но не ты. Его жизнь, его страдания, ты их не помнишь, а потому говоришь, как о чужом человеке. Вот когда узнаешь все, поймешь, что я тебе сказать хочу.       - Спасибо, Леля, - невесело ответил Елесей, - теперь я еще и чувствую себя чужим самому себе.       - В том не моя вина, ты все время это чувствовал, оттого и волнения. Ты так страдаешь от любви к Ярило, но вот себя совсем не любишь, - она легко, почти невесомо, хлопнула молодца по лбу, - а ты у нас такой замечательный. И тогда, и сейчас, - она тепло улыбнулась, после чего накинула на голову Елесею полотенце, - ну и будет, пойду, надо проверить не утопился ли часом наш дурачок. Одежду я тебе на лавку положила.       С этими словами она из баньки ушла, оставив молодца совсем одного со своими мыслями. Глубоко Елесей вздохнул, волосы мокрые назад зачесал пальцами. Что ж, разговор с Лелей ему хотя бы помог успокоится. Но ведь и правда, он ничего не помнит о той прошлой жизни, о которой говорят остальные. Только обрывки. А жизнь Елены, теперь она кажется еще одним сном, таким далеким. А ведь у него была семья, были планы, переживания, подруги, работа. Кто-то стер это все одним взмахом руки, вручив вместо этого таинственное прошлое. А что если он и правда спал? Не было никакой Елены, только заснувший Семаргл и проснувшийся Елесей.       Молодец отмахнулся от мыслей. Не к чему травить душу еще больше. Может быть, когда они дойдут до Лады, вернутся Елена, а он в свой мир родной. И снова будет семья, планы, работа. А Елесей и Семаргл только сном.       Поднялся молодец, да обтерся полотенцем, переоделся в одежду сухую, чистую. Откуда Леля ее раздобыла только? Удивительная девушка, все умеет, все знает. Еще бы, она ведь каждую весну с самой Мореной сражается.       Открыл молодец дверь, да увидел картину маслом. Солнце точно побитая собака на пне сидит, лица нет. Чт-то палкой на песке рисует, а взгляд задумчивый, ушедший в себя. Удивился сначала Елесей, да потом подумал: «Ну и поделом тебе». Да все равно не со злом. Как бы ни хотел Елесей злиться на солнышко, долго не мог. И все равно мимо прошел, ни слова не спросил, да зато Ярило наконец на него внимание обратил, голову поднял, взгляд взволнованный. Рот открыл, точно сказать чего желает, да ни звука не произнес.       - Ну что, помощники, ужинать пора – вышла Леля из дому, молодцев позвала. Улыбка ее как всегда теплая, всю грусть развеивала, проблемы такими детскими казались.       - Есть пошли, - буркнул Елесей, да первым в дом пошел. Пожалуй, он еще на своего супруга пообижается, тому полезно будет.       - Елесей, - схватил Ярило того за руку, взгляд еще более виноватый стал.       - Давай потом, - прикрыл глаза Елесей, - зол я еще, грубостей наговорю.       - Твое право, - понимающе кивнул солнышко, да Елесей руку свою из его выдернул, дальше пошел, а Ярило за ним следом.              

***

      Елена этот день хорошо помнила, еще никогда она так близка к смерти не была, да всего один раз такое случилось. Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь, вот и она не знала. Шла себе домой, как в любой другой день, каникулы школьные были. Теплый день, солнечная погода, но не жаркая, легкий ветерок запах сочной травы приносит. Шла она после прогулки с подругой, и ничего нового в этом дне не было, до одного момента. Вылетела с дороги машина, да прямо в машину, стоящую на обочине. Свист удар, а Елена только и увидела, как в нее осколок фары полетел, ровно в момент, когда она шаг сделала. И правда, какова была вероятность?       Но трезвость ума девушка даже до самой операции сохраняла, благо ничего ее жизни еще не угрожало, операция успешно шла, важные органы не повреждены. Но вместе с тем помнит она, как лежит, смотрит на потолок белый, прожектор глаза слепит. А она лежит, тела не чувствует, смотрит в потолок и ждет, когда все закончится, а врачи строго следят, чтоб она сознание не потеряла.       Пик       Пик       Что-то бормочут, или ей просто слышно плохо. И как так вышло, почему она такая невезучая?       Пик       И вдруг видит она над собой не потолок больничный, а небо черное от дыма. Зарево огненное вздымается вокруг, а из груди ее мечи торчат. И вновь больничный потолок, вновь лампа и врачи.       Пик       И что это было?       Резко Елесей глаза распахнул, да понял, что просто сон ему из прошлого приснился. Или не прошлого? Было ли такое хоть раз? Все перемешалось в памяти его. Приподнялся, горло сдавило, пересохло, пить хочется, а вокруг темнота, да только сопение Ярила. Верно, несмотря на ссору все равно они вместе по привычке легли, но как-то сразу заснули. Или только Елесей. Злости как таковой уже и не было, только боль, но так устал Елесей, еще и чары Лели повлияли, что заснул он едва голова подушки коснулась.       - Что такое? – прошептал проснувшийся Ярило, видно движения чужие его разбудили, - сон плохой?       Взгляд осоловевший, рукой лицо потирает, видать все же не до конца проснулся.       - Вроде того, - не стал лгать Елесей, подошел к столу, да из кувшина воды налил ключевой, впил. Сразу легче стало.       - Часто они тебя посещают? Может Лелю спросить про травы какие? – присел Ярило, уже чуть более проснувшимся выглядит, да все пошатывает, видать крепко спал.       - Ерунда, переволновался, вот и снится всякое, - отмахнулся Елесей, да в кровать вернулся.       - И что тебе приснилось?       Елесей головой покачал, под одеяло пуховое залез, от прохлады ночной прячась обратно.       - Ерунда, я уже не помню было то взаправду или нет, но вспоминать не хочу. Ощущения, скажем прямо, неприятные, - лег, да от Ярила отвернулся.       Понимающе кивнул Солнце, что тут не понятного? Да поднес руку ко лбу молодца, теплый свет от нее пошел.       - Это поможет, - пояснил Ярило, - огонь еще и исцеление, снимет напряжение, легче заснешь. Авось больше кошмары снится не будут.       С этими словами лег солнышко на свою сторону и тоже отвернулся, да засопел в один миг, будто и не просыпался. И ведь прав был Ярило. Легко Елесей даже после кошмара заснул, будто в его темные мысли светлячок запустили и осветил тот его мысли, окутал теплом, видел он только луга сочные, деревья цветущие. И кошмары действительно не снились. Зато приснилось молодцу кое-что другое…