Уж замуж невтерпеж

      Солнце над полями пшеничными высоко стоит, своими лучами его золото омывает. В поле селяне трудятся, уж три пота сошло, да не полдень еще, а значит самое время работать. И вот наконец объявляет кто-то из них, что полуденница в поле выходит, значится отдыхать пора, да в тень прятаться, а то глядишь встретишь еще окаянную. Женщины песни запели, своих мужей, братьев да отцов зазывают, обед принесли с пылу с жару. Уходит народ с поля, от жары даже петь птицы перестают, в тень прячутся, только ветер шальной гуляет, да издали песни доносятся. Но вот среди пшена фигура человеческая появилась, одинокая, да не женская, видать не полуденница.       Молодец с кудрями золотыми, глазами ясными, как пригож, да хорош, ни одна красавица перед его ликом не устоит. Улыбка лучезарная теплая, брови вразлет орлиные, рубаха крепкое тело скрывает. Вышел молодец в поле, да кликать стал.       - Семаргл!       Да никто на его зов не откликнулся.       - Семаргл! – не унывает молодец, даже улыбка все та же на лице сияет, - ну выходи, не буду я над тобой шутить более!       - Что тебе, Ярило, - вышел в поле еще один молодец, волосы русые кудрями вьются, глаза чистое серебро. Рубаху расшитую пояс подвязывает алый, на лице суровое выражение, да тело расслабленное.       - Ты все еще злишься, друг мой? – невинно спросил Солнце, на молодца глядя, да навстречу идя.       - Что толку на тебя злиться? Вернул и будет, - устало проворчал Семаргл, - говори чего задумал?       - Почему сразу задумал? Может я повидаться пришел, - звонко засмеялся Ярило, чисто.       - Когда это одно другому мешало? Да только ты редко ко мне приходишь, когда я поля охраняю. Говори уже, чего хотел?       - Дело тут такое, - все же неловко начал Ярило, подозрительно взгляд потупив, - в лесу одном повадился какой-то злодей девок воровать. Все поймать его хотел да толку никакого. Трусливый, не показывается.       - Так то леса, причем здесь я? К Деване иди, она мужу глядишь скажет, - скрестил Семаргл руки на груди.       - Ну, я подумал, что мы с тобой вдвоем как-то сладим с бедой, план у меня есть.       - Страшно представить, - приподнял бровь Семаргл, - говори.       - Вот бы выманить злодея на девку, да рисковать не хочется, вдруг загубит бедную, - вновь Солнце взгляд потупил, да рукой затылок почесал.       - Так, - с подозрением прищурился Семаргл, на друга глядя, не нравилось ему поведение того в купе с рассказом.        - Вот я и подумал, что еже ли ты девкой нарядишься, а я поджидать в засаде буду? - заулыбался Ярило во все зубы, так чисто и открыто, что хотелось по этому улыбающемуся лицу ударить.       - Ты! – сверкнули гневом глаза Семаргла, в руках из огня плеть сплелась, Ярило тут же опасливый шаг назад сделал.       - Ну сам подумай! Я за девку не сойду, какой злодей на это купится?! – отступая назад, примирительно руки поднял Солнце.       - А я значит сойду?! – пуще прежнего разъярился Семаргл.       - Не злись, но ты ведь мельче меня! – продолжал отступать Ярило, - да смазливый какой, кожа румяная, глаза большие, губы пухлые!       Только от слов солнышка, молодец пуще серчает, плеть, что до этого обычную форму имела, воспламенилась.       - Ты разве не должен меня защищать? – глядя на нее, испуганно Ярило спросил.       - От твоей дури только! – воскликнул Семагл, плетью замахиваясь.              

***

      И вот стоит он у реки, в сарафане расшитом, рубахе парчовой. На алую ленту косу русую к его волосам привязали, он ее через плечо то перекинул. Смотрит на себя в реку, да хмурится. Кто в здравом уме его за девку примет?!       - Сзади и не понять! – подбадривает его Ярило, но только грозный взгляд встретил, - ты по тропинкам походи, а потом в брод зайди, да на камень присядь. Вот тебе венок, девки сплели. Ты вид сделай, что заблудился и венок плетешь.       - Ненавижу тебя, - смотрит Семаргл с обидой на друга, а тот невинно улыбается.       - Зато сколько жизней ты спасешь! Столько прекрасных дев! Может какая-то из них тебя отблагодарить решит? – улыбка Ярило шире стала, да только в следующий момент коса девичья его по лицу ударила.       - Ладно, не будем тратить время, - примирительно поднял руки молодец, - ты иди, я рядом буду.       - Больно надо, - поправляя сарафан на груди, пробурчал Семаргл, да в чащу пошел. Зачем его защищать? Он воин хоть куда, первородный огонь.       И выполнил Семаргл все, что напутствовал ему Ярило, на берегу брода сел, да стал делать вид, что плетет венок. Девки обычно поют при этом, но этого от него Ярило не дождется! И с чего он вообще решил, что это план хороший?       Тихо в лесу стало, даже птицы петь перестали, только знай себе где-то речка журчит, а вокруг точно тьма смыкается. Почувствовал неладное Семаргл, да виду не подал, только взгляд в сторону бросил. Неужто сработало? Впрочем, дураком Ярило только Семаргл звал, да Леля, но таковым он не являлся, а потому и план сработать должен был. Но это не умаляло злости друга закадычного. Если кто узнал, что в платье он да с косой девичьей по лесу вот так ходил, засмеют же!       - Девица, а, девица, заблудилась? – заговорил кто-то позади, голосом сладким, томным.       - Заблудилась, батюшка, - проворчал Семаргл, даже голос не меняя.       Обернулся молодец, а на него монстр илом да водорослями покрытый бросился, зубы гнилые оскалив. Не тут-то было, мечом своим монстра Семаргл остановил, да у того кожа как броня, отскочил. Тут же сзади Ярило напал, слажено они вдвоем действовали, да монстр больно увертлив был, крепок. Видать, много душ уже загубил.       - Зараза! – выругался Семаргл, которому сарафан мешал, сковывая движения его быстрые.       Да пламя его вдруг охватило, сарафан дотла за секунду сгорел, пеплом осыпался на землю, оставив молодца лишь в штанинах, кои снимать он не стал. Из особой ткани они были, чтобы пламя сварожичье выдержать, а потому и остались. Ярило лишь удивленно на друга взглянул, а тот наконец проворнее сражаться стал, более нескованный неудобными тряпками.       Тогда монстр вывернулся, да как ударил их, в брод откидывая. Вынырнули они, да тина затягивать вдруг начала.       - Семаргл! – воскликнул Ярило, друга за руку хватая, чтобы помочь тому выпутаться, да только водоросли их обоих схватили, вместе тесно сжали грудь к груди и скручивать стали.       Удивленно раскрыл глаза Семаргл, сердце трепетное удар пропустило, кожу будто огнем обожгло, да как такое возможно для него? Но не могло это стать пленом для Солнца, вмиг перерезал он водоросли магические, из брода вместе с Семарглом выбрался и сразу на монстра кинулся, что удрать пытался. Взял себя в руки русоволосы молодец, плеть достал, да огнем ее напитал, связал монстра. Тогда меч Ярила грудь того пронзил и охватило пламя. Сгинул монстр даже слов последних сказать не успел. Да и навряд ли мог. Вернул Семаргл плеть в огонь свой, дышит тяжело, вода с него льется.       - Вот и все! Я же говорил, что сработает! – переводя дыхание, радостно Ярило заявил.       Поднял на него взгляд глубокий молодец, да темный.       - Что, все равно злишься? – посетовал Ярило, - ну видишь, ты даже следы сжег! Правда Марфе я теперь сарафан должен буду…       Ничего не ответил Семаргл, только по тропе в сторону полей пошел.       - Ну не обижайся! Хочешь, к Лели сегодня пойдем? О чудище справимся? Побеседуем, повеселимся. Я никому не расскажу, что ты девкой наряжался.       - Замолчи, - рыкнул Семаргл, но Ярило принял это за согласие, раз друг вообще ответил.       Улыбнулся да следом пошел, чтобы догнать. А Семаргл и дышать боится. Сердце предательское заходится. Желает Семаргл забыть неуместные воспоминания, но не забудет.              

***

      Сидят Семаргл и Ярило под древом глицинии. Леля за ужином пошла, а они беседы ведут дружеские. Смеется Ярило, так тепло и душевно, все рассказывает что-то, а Семаргл его поправляет. И вроде нет более между друзьями разногласий, да и глаз друг от друга отвести не могут будто нет целого мира кроме них одних.       Вдруг замолчал Ярило, точно нечего ему сказать больше, но возможно ли это? А Семаргл тоже молчит, только смотрит в глаза голубые, точно небом любуется.       - А у тебя веснушки, - тихо на грани шепота Ярило произнес.       - Они всегда у меня были, - усмехнулся наблюдательности друга Семаргл.       - Да? Я раньше как-то не замечал, - Ярило тоже улыбнулся, как всегда тепло и нежно, - красиво, они тебе идут.       - У людей говорят: «Солнце позолотило», - тихо засмеялся Семаргл, - за что ты меня так щедро обогатил?       - Нет, вроде не так говорят, - припомнил Ярило, задумавшись, - говорят: «Солнце поцеловало».       И замерли оба вдруг. Смотрят друг другу в глаза, а глотки будто зажал кто, ни вздохнуть, ни слова сказать.       - А вот и ужин! – Леля любила братьев своих кормить, уж больно щедро они ее готовку хвалили, а потому пропела свои слова точно птичка, да к молодцам села.       Облегченно оба выдохнули, Ярило сразу подобрался, принялся ароматы нахваливать, да и Семаргл ровнее сел, но взгляд от солнца отвел. Весь вечер говорили они, а потом бросил Семаргл взгляд на отражение свое в мече. И правда веснушки…