Княжна

Глава 21.

Хочешь стать воином — избавься от страха.

Окаменевший Колин Криви попал в больницу. Эта новость стала главной сплетней последних дней. Очередную порцию головной боли получили все: преподов постоянно гоняли на собрания, студенты ходили по коридорам, оглядываясь, а выпускникам теперь приходилось сопровождать на занятия группы напуганных детей. — Сначала кошка, потом Колин, а дальше кто? — очередной адепт культа Гарриет Кровавой решил проверить моё терпение на прочность. — Может, он? — мальчишка указал на одного из первогодок. — Или я?! Отвечай, тварь! Сидеть в гостиной с самого начала было плохой идеей. Я закрыла тетрадь и, сохраняя спокойное выражение лица, поднялась с кресла. Даже так третьекурсник был на две головы выше меня. — Будь это я, ты бы уже сдох. Удалившись в комнату, я запрыгнула на кровать и задёрнула балдахин. Свет фонарика упал на раскрытую тетрадь, страницы которой были почти полностью исписаны заметками. На полях, под выписками из Гримуара, я нацарапала одно слово: «Бездна». Немного подумав, несколько раз жирно его обвела и отбросила тетрадь в сторону. Хотелось побиться головой об стену. Почему я додумалась до этого только сейчас?! Фамильяр, дремавший на подушке, поднялся на лапы и, подойдя ко мне, склонился над заметками. — Потому что ты не слушаешь других, — ответил он. Мне вспомнились размышления в поезде. Убить Смерть нельзя, но вот остановить… «Бездна» обозначало ругательство не просто так. Это место также называли странным словом Лимбо. По сути, измерение — своего рода тюрьма, полностью свободная от магии. Попасть в Бездну можно было лишь разбив все печати на ней. Идеальная ловушка. Вновь взяв в руки тетрадь, я провела стрелку вниз: «Как снять печати?» — и под записью вывела имя существа, упоминание которого приводило в ужас любого мага моего мира. Пожиратель времени. Он был заточён в Лимбо со времён своего возникновения во вселенной. Согласно легенде, когда Смерть начнёт конец света, Пожиратель вырвется на свободу и поможет ей уничтожить мир. Матушка уже пыталась открыть портал, но что-то у неё пошло не так. И вряд ли ей не хватило сил. — Не понимаю, как разбить печати Лимбо так, чтобы не освободить Пожирателя, — призналась я. — И вообще как их разбить. Бегемот, обратившись человеком, выхватил из моих рук тетрадь и быстро пролистал до середины. Всю страницу занимал криво нарисованный Жезл Власти. Посох был длинным. Достаточно длинным, чтобы им можно было кого-нибудь очень больно огреть. Набалдашник Жезла украшал неизвестный мне драгоценный камень, а на державших его скобах была выгравирована надпись: «Дитя мгновений возьмет в руки оружие». Вторая часть фразы стёрлась, и буквы нельзя было разобрать. — Думай, княжна. Артефакты, собранные вместе, способны остановить конец света. В голове что-то щелкнуло. — Это ключи к Бездне.

*=*=*

Лекция по Истории ещё ни разу не была настолько нудной. Время тянулось как резина. Бинс расхаживал из стороны в сторону и пересказывал параграф из учебника. Иногда он останавливался, брал кусочек мела и выводил на доске очередную дату. Я полулежала на парте и вертела в пальцах перо. Половина группы давно спала, кто-то делал задания по другим предметам или созерцал прекрасный мир за окном. — Первым соглашением между волшебниками Италии и Германии стал Венецианский договор, подписанный в тысяча двести восемьдесят девятом году. Записываем: в сентябре этого года подкомитет чародеев Сардинии… Сидевшая в первом ряду девочка подняла руку. Бинс замер в удивлении. На его парах никто и никогда не задавал вопросы. — Извините, я хотела спросить, правда ли Сами-Знаете-Кто был автором слов: «последний же враг истребится — смерть»? Студиозы оживились, дружно уставились на неё. Я приподняла голову. — Хоть это никоим образом не относится к теме лекции, — Бинс нахмурился, — я Вам отвечу: нет. Эта фраза берёт начало в легендах. Она приобрела известность благодаря Геллерту Грин-де-Вальду, идеи которого перенял Тот-Кого-Нельзя-Называть. А теперь продолжим. — Но профессор, — подала голос соседка этой девочки, — как победа над смертью связана с идеями превосходства чистой крови? Или истории о том, что и Грин-де-Вальд, и Сами-Знаете-Кто искали Дары Смерти, правдивы? По аудитории пронеслась волна шёпота. Бинс ударил ладонью по столу, призывая студентов к порядку. — Тишина! Мы здесь с вами имеем дело с реальными фактами, а не со сказками и домыслами, мисс…? — Боунс. Сьюзен Боунс, — представилась она. — Но ведь в каждой сказке есть доля правды. — В каждой сказке есть доля сказки, мисс Боунс.

*=*=*

На доске объявлений висел яркий плакат, зазывавший всех желающих в недавно открытый дуэльный клуб. Под надписью кто-то нарисовал карикатуру: Локхарт стоял напротив большого зеркала и бросался заклинаниями в собственное отражение. Как я узнала, что это именно пижон? Он был подписан. Первое собрание клуба состоялось тем же вечером, и почти вся школа собралась в Большом зале на это поглазеть. Дети нервничали, ходили из стороны в сторону, сжимали в руках волшебные палочки и тревожно поглядывали друг на друга. Локхарт вышел на помост в центре зала. — Подходите поближе! Ещё! — воскликнул он, размахивая руками. — Профессор Дамблдор одобрил мою идею создать дуэльный клуб. Здесь вы научитесь приёмам магической защиты, если вдруг этого потребуют обстоятельства. А, судя по моему опыту, такое нередко случается. Сегодня моим ассистентом будет профессор Снейп. Он немного разбирается в дуэлях и любезно согласился мне помочь. Сейчас мы продемонстрируем вам, дорогие зрители, как проходит магическая дуэль. Не волнуйтесь! Я верну вам вашего профессора в целости и сохранности! Судя по лицу профессора Снейпа, он совсем не радовался удостоенной чести. Они обменялись приветствиями. Пижон присел в реверансе, профессор слегка кивнул головой, и дуэлянты подняли волшебные палочки. — На счёт «три» начинается бой, — Локхарт вслух комментировал происходящее. — Раз, два, три… Прежде чем он успел взмахнуть палочкой, профессор бросил в него заклинание: — Экспеллиармус! Пролетев через весь зал, пижон поцеловался со стеной. Толпа изумлённо ахнула. — Все видели? — улыбаясь во весь рот, проговорил он. — Профессор Снейп применил заклинание разоружения. Как видите, я лишился своего оружия! — девочка из первого ряда тут же протянула ему его палочку. — Благодарю вас, мисс! Браво, профессор! Конечно же, я сразу разгадал Ваш приём, но счёл, что студентам было бы полезно увидеть действие заклинания. На этом показательная часть занятия окончена. Прошу вас сейчас разбиться на пары и перейти к тренировке. Мы с Алисой обменялись взглядами и молча отошли к стене, освобождая пространство для тех студиозов, которые очень сильно хотели друг друга покалечить. — Обменяйтесь приветствиями! Палочки на изготовку! Когда я досчитаю до трёх, попытайтесь разоружить противника. Раз, два…

Flashback

Аркадия, Маларика. — Как ты понимаешь магию? — спросил наставник Фейлен, когда они отошли в сторону. Мэйси растерялась, не ожидав такого вопроса. — Магия — это всё вокруг нас, и мы есть её порождения, — она процитировала автора библиотечной книги. — Я читала об этом, но не поняла смысл. В школе их учили, что мир состоит из мельчайших частиц — атомов и молекул, — и все процессы в природе происходят из-за их движения. Наука выяснила, почему реки текут вниз, день сменяется ночью и рождаются новые звёзды, и в этих явлениях не было места ещё одной переменной. — «Постулаты теургии», если не ошибаюсь? Довольно сложная книга для начала, — Фейлен почесал бороду и убрал руку за спину. — Но это не объяснение магии как способа влиять на окружающее тебя пространство. Ты веришь, что реальность существует лишь в одном измерении, которое видишь перед глазами. Но это лишь одна из её оболочек. Над ней находятся другие, более тонкие, называемые сверхчувственными. Для них это определение верно. Впрочем, не важно. Тебе достаточно знать, что магия — это инструмент. Взгляни на своих товарищей. На другой половине аудитории образовалось столпотворение. Небольшими группами рекруты теснились по углам, образовав в середине пустую площадку. Один из академистов махнул рукой, и в центр вышла первая двойка: высокий кудрявый парень и Веста. Напротив него та выглядела крошечной, и Мэйси подумала, что оппонент мог без всякой магии прихлопнуть её подругу как муху. Участники поединка столкнулись взглядами. В распахнутых глазах Весты бушевало то, чего Мэйси никогда прежде не замечала за ней. Ярость, граничившая с безумием, и готовность пролить кровь. Ей немедленно захотелось убежать как можно дальше, но ноги словно приросли к полу. Она не могла пошевелиться и отвести взгляд от пылающих глаз, вблизи которых меркнул свет. — Начали. Парень первым сорвался с места. Он двигался молниеносно, но рывки были лишены гнева, а лицо застыло восковой маской. Эмоции отражались только во взгляде. Резким, как жало скорпиона, ударом он целился в живот. Ботинок пронёсся в воздухе — Веста ушла от атаки и впечатала кулак в солнечное сплетение противника. Тот покачнулся, но сумел удержать равновесие. Он поймал её руку и швырнул Весту наземь через бедро. Она перекатилась на бок и тут же отскочила в сторону, когда парень выставил ногу назад и вновь замахнулся. Ребром ладони он рассёк воздух. Раздался свист, и позади Весты сверкнула полоса искр. Она сжала пальцы и бросилась в наступление, не дав противнику время для второй атаки. Первый удар он принял на блок, но Веста пригнулась и в повороте врезала ему локтем в живот. Парень согнулся и в следующий миг уже лежал обездвиженный на полу, часто хватая ртом воздух. — Разойтись! Следующие! Не моргая, Мэйси проводила участников боя сухими глазами. Поединки она представляла себе совсем по-другому: крики или нашёптывания заклинаний, огненные шары и взмахи руками. Так, как их описывали в культуре, а не драку двух солдат. И всё же, многое в нём показалось ей странным: от синих искр и до того, как Веста уложила парня в два раза больше её самой. Мэйси посмотрела на наставника. — Это не совсем магический бой. Точнее, выглядит так, будто в удары они вкладывали магию, — наконец сформулировала она. — Многие заклятия требуют времени и концентрации. В пылу битвы у тебя не будет ни того, ни другого. На полигоне вы отрабатываете приёмы, совершенствуете реакцию. Я же обучаю совмещению физических навыков и внутренней силы. Магия солдата — его оружие.

Конец Flashback

Глядя на поле боя, я вспомнила закон Мёрфи: всё, что может пойти не так, обязательно пойдет не так. В этот раз Локхарт проебался не только как преподаватель, но и как организатор. Устроить массовый поединок детей, в арсенале которых найдётся с сотню убойных заклинаний, было гениальной идеей. Не удивлюсь, если первое занятие в дуэльном клубе станет последним. Локхарт носился между младшекурсниками, изображая полезность. Профессору Снейпу же достались старшие студенты, большинство из которых не гнушалось использовать заковыристые проклятия. Некоторых чуть ли не по частям уносили в лазарет, кто-то в агонии кричал от боли или заливал кровью пол. — Интересная система образования, — шепнула мне на ухо Алиса. — Никаких занятий по контролю, сразу боёвка. — А потом студенты «Левиосой» аудитории взрывают, — поддакнула я, развивая тему о том, что нас обучали лучше. — Узко мыслишь. Тебя недолюбливает половина школы. Ставлю на то, что скоро студенты решат попрактиковаться на своём враге. — Думаешь, детишки решатся приложить меня чем-то серьезным? Я тут же запнулась. Худшее, что можно сделать, — недооценить противника. Дети жестоки и непредсказуемы. А напуганные и вооружённые дети-маги тем более. — Думаю, им хватит и «Левиосы». Алиса слегка наклонила голову назад. Волосы больше не закрывали её лицо, и теперь казалось, что она смотрела на меня свысока. — Предлагаю магическую тренировку. В субботу вечером, в Выручай-комнате, — так подруга называла Стену доброй воли, — один на один. Мне интересно, на что я способна на немагической территории. Тебе, думаю, тоже. Она ещё не знала, что в Выручай-комнате мёртвой зоны не было. К этому выводу я пришла, анализируя события Йольтайда. Если бы комната ничем не отличалась от остальной части замка, мне не удалось бы даже начать ритуал. — Мисс Поттер, желаете поучаствовать в показательном бою? — взмахом руки Локхарт пригласил меня в центр зала. Я пожала плечами и вышла из толпы. Моим противником стал Эрни МакМиллан. Знакомый мальчишка стоял на другом конце помоста и корчил нахальную рожу. Затаив дыхание, зрители уставились на нас в ожидании зрелища. — Гарриет, — Локхарт присел мне на уши. — На заклинание мистера МакМиллана ответь вот таким приёмом… Он попытался начертить в воздухе руну, которую только слепой тролль принял бы за Протего, но волшебная палочка выскользнула из его рук. — Уронить палочку? — уточнила я. По залу прокатилась волна смешков. Разочарованный во мне пижон удалился с помоста. — Готовы? — мы с МакМилланом обменялись короткими кивками. — Тогда три, два, один! — Импедимента! Я сделала шаг в сторону. Голубой луч пролетел мимо меня и рассеялся, столкнувшись с защитным куполом. — Инкарцеро! Риктусемпра! — противник обрушил на меня град заклинаний. — Петрификус! Словно в быстром танце я перемещалась по площадке, уходя от атак. Толпа недоумевающе загудела, а МакМиллан начал уставать. Он больше не держался столь же уверенно, как перед началом боя, делал размашистые движения палочкой и не контролировал направление магии, отчего мне всё чаще было достаточно просто стоять на месте, чтобы не попасть под удар. — Мисс Поттер, — профессор Снейп едко ухмыльнулся, — неужели Вы забыли все заклинания? Или мы недостаточно привилегированны, чтобы увидеть Ваше непревзойдённое мастерство? — Демонстрирую основы защиты, — я хмыкнула и расслабленно ушла в сторону от очередного луча. — А лучшая защита — это уклонение. Ещё пара атак, и МакМиллан выдохнется. Тогда можно будет даже без магии свалить его зацепом. Услышав это, противник вздрогнул. Слегка улыбнувшись, я показательно шагнула ему навстречу. В моих словах правда была лишь отчасти. Уклониться получается не всегда, и если так, приходится блокировать удары щитами, от использования которых в мёртвой зоне я сдуюсь быстрее МакМиллана. — Но что, если Вам придётся столкнуться с серьёзным и опытным врагом? — профессор не унимался. — Убегу как можно дальше. Я сделала ещё один шаг к противнику. Улыбка на моём лице застыла. — А как же такие прославленные качества гриффиндорцев, как честь и отвага? С моих губ сорвался смешок. Пусть отважные бросаются на амбразуру, я никогда не присоединюсь к ним снова. — Лучше бесчестно выжить, чем честно сдохнуть. МакМиллан рассёк палочкой воздух и произнёс очередное заклинание, на этот раз площадное, и на меня понёсся метавший молнии смерч. — Протего! — выкрикнула я. Передо мной возникла полупрозрачная завеса. Столкнувшись с щитом, смерч разбил его на осколки, но сам рассеялся в воздухе. Зрители заверещали, а я почувствовала дрожь в ногах. Ладонь правой руки саднило, а по палочке расползлись красные разводы: я содрала кожу в месте, где находился порез от медальона. Создать щит ещё раз не вышло. Вместо него из палочки вырвался сноп искр. Я вновь завертелась в сумасшедшем вихре, уходя от атак. У МакМиллана словно открылось второе дыхание. Без тени усталости он осыпал меня градом энергозатратных проклятий, лучи которых расчерчивали площадку, и мой танец его только распалял. Усмехнувшись, противник поднял руку над головой. Рукав его мантии задрался, обнажив браслет на запястье. — Эрни использует накопитель! — выкрикнул кто-то из толпы. — Использование артефактов не регламентировано дуэльным кодексом, — тут же ответил профессор. Я присела, избежав луча обезоруживающего заклинания, вскинула руку с палочкой и начертила в воздухе печать. Пришло время дать публике второй урок: бей врага его же оружием. Последняя черта, и передо мной вспыхнул символ элемента воды, из которого распространился зеркальный щит. Следующее проклятие столкнулось с ним; огненный луч отразился в противника и раскрошил его браслет. МакМиллан упал на колени и надрывно взвыл, зажимая здоровой рукой обожжённое запястье. Щит растаял, лишившись подпитки. Мне с трудом удалось встать. Голова раскалывалась от боли, и перед глазами мелькали чёрные пятна. Я застыла в неустойчивом равновесии. Малейшее дуновение ветра — и меня сломает как тростинку. В зале повисла тревожная тишина, но её разорвал восклик ужаса: — Это кровь?! Я равнодушно смотрела, как с ладони стекает тонкая струйка крови и капает на пол. Алиса взбежала на помост, закрыла меня собой от толпы и, осторожно взяв меня под локоть, повела меня к дверям. Студенты расступались перед нами, корчили гримасы отвращения и шептались о запрещённых видах магии.

*=*=*

— Начали! — скомандовала Алиса. Она отвела руку назад. В её ладони зародился электрический шар; цепь молний устремилась вниз, образуя лезвие меча. С острия сорвались серебристые сферы, которые множились и жадно поглощали свет вокруг себя. Алиса взмахнула мечом — в меня устремился разряд. Я рывком переместилась под потолок, уходя от луча, и приземлилась за её спиной. Сферы приготовились к атаке. Сжав ладонь в кулак, я вскрыла ногтями незажившую рану и вывела две печати. От влитой в них энергии воздух задрожал, и комната погрузилась в полумрак. Лезвие Косы мелькнувшей вспышкой разрезало пространство. Взвыл ветер, тянувшийся к трещине со всех сторон, взметнулся вверх и закружился в вихре. Сферы рванули в мою сторону. Второй взмах Косой — вихрь встал плотной стеной. Заклинания столкнулись, не уступая друг другу, и исчезли во вспышке взрыва. Выставив меч перед собой, Алиса укрылась щитом. Я рывком ушла от ударной волны и резко выкинула руку вперёд. С кончиков пальцев сорвалась кромка ветра, рубившая не хуже клинка. Меч Алисы раскалился добела и разбил воздушные лезвия. — Скучно, — она покачала головой. — Теряешь хватку. — Ты так считаешь? — я ослабила контроль над эмоциями, и внутри меня взбушевался огненный шторм. Алиса лишь ухмыльнулась, и я отпустила магию. Стена пламени устремилась в её сторону — она отпрыгнула в увороте, но следующая волна заключила её в кольцо. Меч разрубил линию огня; пол расчертили трещины, и осколки плит осыпались вниз. Я взмахнула Косой Смерти — пламя взметнулось вокруг Алисы. Она рывком преодолела его, но следующее заклинание сбило её с ног. Отозвав огонь, я подошла к ней и протянула руку. Улыбнувшись, Алиса сжала мою ладонь. Из приоткрытого окна башни виднелась россыпь далёких звезд. В гостиной стояла тишина, прерываемая лишь треском дров в камине и скрипом перьев по бумаге. За широким столом обосновалась группа студентов, выполнявших домашние задания. — Гарриет, — возглас Рона заставил всех присутствующих посмотреть на меня, — как пишется слово «завораживающий»? — И ты здравствуй, — я вздохнула и подошла к нему. На столе лежал лист, исписанный кривым почерком. — Что пишешь? А, Защита… Локхарт был в своём репертуаре: задал написать поэму об одном из его подвигов. — Напиши лучше: «неотразимый», — ответила ему и поплелась в спальню. Домашка по Защите — последнее, чего мне сейчас не хватало. — Гарриет… — Ну что ещё? — «Неотразимый» или «ниотразимый»? — Открой словарь. Я раскинула руки и рухнула в объятия кровати. Хотелось ни о чём не думать, просто лежать лицом вниз и вдыхать еле уловимый запах стирального порошка. Но моё спокойствие никогда не длилось долго. В спальню ворвалась староста Гриффиндора. — Поттер, — её голос звучал надрывно. — Тебя вызывает директор. Пароль: клюквенный зефир. Не знаю, что ты натворила на этот раз, но в кабинете Дамблдора сейчас толпа авроров. И… Эмберлин Филлипс тоже там. Профессор МакГонагалл сказала срочно зайти за тобой. Гулкое эхо шагов разлетелось по коридорам. Ноги не слушались меня, но я упорно старалась идти вперед. В голове вертелась всего одна мысль: что, блять, пошло не так?! Раз уж дело дошло до аврората, обсуждать будут явно не мою успеваемость. И кто такая Эмберлин? В кабинете теснилась дюжина людей. Дамблдор подписывал бумаги, которые ему подавала сотрудница Министерства. МакГонагалл ходила из угла в угол, сцепив за спиной руки в замок. За спиной директора кучковались молодые авроры, а среди них, вытянувшись по струнке, стоял седовласый мужчина. У него было лицо старого бойца, испещренное тонкими нитями шрамов, которые сплетались с морщинами. Стоило мне войти, он впился в меня взглядом, полным презрения. — Проходи, Гарриет, — любезно сказал Дамблдор, но в его глазах сверкнул холод. — Присаживайся. Понимаешь, мы бы хотели поговорить с тобой о… — Тебя подозревают в убийстве, девчонка, — боец жёстко прервал речь директора.