Секреты Гарри

      – Северус, прошу тебя, успокойся.       Директор Дамблдор, сказав эти слова, пристально посмотрел на зельевара, который в свою очередь сновался туда-сюда по кабинету. Его рука нервно теребила бороду, хотя выражение лица оставалось абсолютно спокойным.       Второй год обучения Гарри уже точно превзошёл первый. Над бедным ребёнком нависло сразу две угрозы и от этой ситуации бедный Снейп начинал сходить с ума.       – Директор, мы всё ещё не решили вопрос с теми детьми, которые стали статуями! А теперь эта шавка Блэк! – хождения туда-сюда закончились и Северус сел на ранее предложенное место. – Как Вы думаете, Мистер Поттер выживет в этом году?       – Не беспокойся, Северус. Пока мальчик в Хогвартсе, он в безопасности.       – Ваши слова заставляют нервничать ещё больше, – пробубнил зельевар.       – Чтобы он чувствовал себя ещё более в безопасности, ему нужен соответствующий опекун, – толстым намёком пролепетал Альбус. – Как у тебя с ним дела?       – Плохо, – холодно произнёс Северус. – Он совершенно не идёт со мной на контакт и более того, начал избегать меня.       – Ты что-то ему говорил? Или может как-то напугал его?       – В том то и дело, что я ничего не успел сделать! А Вы хотите, чтобы я был его опекуном. Этот мальчишка совершенно точно ненавидит меня.       Северус слегка дрожащими пальцами взял в руки уже остывший чай. Кажется, словно с самого начала разговор был довольно спокойным, но его тело выдало профессора с головой. Снейп настолько пылает ненавистью к Сириусу, что устроил настоящий словесный разнос, пройдясь по нему от происхождения до поведения в целом. И этот утомительный монолог, наполненный агрессией, длился целых полчаса, что ужасно утомило двух собеседников в помещении.       Директор изо всех сил показывает своё хладнокровие, но в душе он начал всерьёз переживать. События стали совершенно непредсказуемыми, что серьёзно и выбивало из колеи. Впервые Альбус не знает, что как действовать.       – Ох, Северус, прошлое не проходит зря, ты ведь понимаешь. Попробуй узнать причину его поведения. Если не напрямую, то через кого-то. Ты же слизеринец.       – Хорошо я подумаю. Можно я тогда пойду, – Северус поставил полупустую чашку и с неохотой поднялся с кресла. Эмоции сильно утомляют.       – Хорошо, только напоследок хочу тебя попросить связаться с Ремусом.       – Этот оборотень Люпин? Зачем? – Снейп нахмурился.       – Пока не могу тебе сказать, но мне срочно нужно с ним поговорить. Прошу до конца недели решить этот вопрос.       – Хорошо, я тогда пойду?       – Доброй ночи, мальчик мой, что-то мы засиделись немного, – глаза Дамблдора вновь засияли.       Тем временем Северус был абсолютно зол. Он не мог понять, что задумал директор и как теперь решать сразу две проблемы глобального масштаба. Знал он только одно – Гарри сейчас в ещё большей опасности чем когда-либо.       – «В самые короткие сроки мне надо сблизиться с мальчишкой. Иначе он не доживёт до собственного выпускного!»       Застряв с этим вопросом ему не пришло ничего лучше кроме как выкрасть дневник, чтобы найти причину такого ужасного поведения.       Сейчас уже было давно за полночь, чем Северус непременно торопился воспользоваться. Использовав заклинание скрытности, он проник через потайной вход в гриффиндорскую башню (про этот проход он узнал от Джеймса Поттера в школьные годы, когда Северус преследовал его с целью отомстить за очередную шалость). В гостиной сидели только пару старшекурсников, которые усердно играли во взрывного дурака. При каждом неудачном ходе, кто-то из этих учеников поочерёдно кричали маты на всю гостиную.       – «Завтра я с вас баллы поснимаю», – раздражённо подумал Северус.       Зельевар пару раз ошибся спальнями, но на третий раз ему повезло, и он очень осторожно проник внутрь.       – «Ну и бардак на Гриффиндоре! Даже спальни расположены в беспорядке!» – возмутился про себя Северус.       – Кто здесь? – этот тихий шёпот принадлежал Гарри. Он осторожно раздвинул балдахин и посмотрел в сторону входа.       У гриффиндорца был отменный слух. Возможно, это компенсировало плохое зрение, а может он привык в доме Дурслей прислушиваться к любому шороху.       Гарри очень тихо встал с кровати, чтобы оглядеться. В руке он держал волшебную палочку, из которой исходил слабый источник света. Он был уверен, что слышал звук открывающейся двери. Тишина вмиг стала напряженной.       Недолго простояв, он устало вздохнул и вернулся на кровать.       – «Кажется в последнее время меня подводят органы чувств», – расстроенно подумал Гарри.       Северус стоял у входа и старался не двигаться. Он только что понял, что у ребёнка поразительный слух и самое лучшее, что можно сделать – это не двигаться.       Тем временем Гарри освещая свой дневник светом, усердно писал очередные внутренние переживания. Северус ждал... Очень терпеливо ждал, когда он всё закончит и ляжет спать.       – «Теперь понятно почему мальчишка такой невнимательный на уроках» – находясь в башне Гриффиндора его раздражение росло в геометрической прогрессии.       Уже дрожащей от усталости рукой Гарри едва дописал последнее предложение и немного пошатываясь встал чтобы отодвинуть сундук.       – «М-да, когда устаёшь сундук кажется особенно тяжёлым» – гриффиндорец приложил все оставшиеся усилия чтобы отодвинуть такой тяжёлый груз.       Взяв в руки дневник, он положил его в углубление и начал задвигать сундук обратно. У всех мальчиков кроме Поттера, сундуки стоят рядом с передней части кровати. В то время, как у него он расположен сбоку справа. Гарри специально так сделал, чтобы был сформирован небольшой тайник и всё было на виду.       После таскания тяжёлой вещи, гриффиндорец почувствовал огромную волну усталости и даже не подумав упал на такую мягкую кровать, не задвинув за собой балдахин.       Снейп подождал ещё пятнадцать минут, чтобы наверняка, хотя и видел, что уже на пятой минуте Гарри глубоко дышал.       – Вингардиум левиоса, – насколько возможно тихо прошептал профессор.       Сундук плавно приподнялся над полом. Северус взяв желанную вещь, также очень плавно опустил тяжёлый груз обратно.       – «Что он делал на первом курсе, если сейчас не может даже элементарно приподнять сундук над полом с помощью магии», – точка кипения у зельевара в любой момент может достигнуть предела, но он усердно подавлял её.       Чтобы не шуметь, но и при этом слишком далеко от гостиной не отходить Северус принял решение сесть на холодную ступеньку в тайном проходе. Коридор был не слишком широким и замахнуться руками здесь точно не получится, но было вполне достаточно, чтобы сидеть на пыльных ступеньках. Удивительно что проход освещён магическим свечами, но всё было покрыто паутиной и пылью. Это место настоящий ад для аллергиков.       Северус почистил несколько ступенек от пыли и присел на них. Мужчина с первого раза открыл последнюю запись и не задумываясь начал читать именно её.       «...В очередной раз я в опасности. Благодаря друзьям теперь за мной охотится Сириус Блэк, чтобы убить. Я с самого начала не хотел писать письмо в Азкабан, но Драко предложил и вместе с друзьями начал настаивать, что это необходимо сделать. Уговорил... И что теперь? Напишу завещание заранее. Итак... Сову я передаю Гермионе, а остальные вещи пусть забирает Рон. Деньги между ними пополам. А Драко ничего. Это ему за то, что неприятности мне создал, повлекшие за собой мою гибель. Этот дневник сжечь. Ну всё этот отрывок перепишу на чистый лист завтра и отдам Мионе. Почему я не могу быть обычным мальчиком как все?»       На этом последняя запись закончилась и Северус решил просмотреть предыдущие. Нового оказалось не так много. Чувствовалось, что взаимодействие с дневником заметно поубавилось. Это немного разочаровало Снейпа, поскольку он так и не узнал истинную причину поведения Гарри, но зато всплыла одна очень интересная вещь.       – «Завтра Малфою я устрою настоящую взбучку! Какого Мерлина эти дети написали в Азкабан?! Этот мальчишка бы ещё уговорил написать Беллатрисе Лестрейндж! Она бы взорвала этот чёртов Азкабан, ради того, чтобы достать Поттера и устроить ему настоящее шоу с пытками, где на десерт будет Авада за любимого Лорда!» – Снейп был по-настоящему в ярости. И на удивление не на Гарри, который собственноручно писал письмо, а на Драко, который подговорил сделать это.       Поттеру Северус тоже вставит по первое число, но позже и по-другому, поскольку он понимает, что это надо сделать гораздо более деликатно, ибо родственники наказали ребёнка на всю жизнь вперёд.       Вернувшись обратно в спальню мальчика, Снейп вернул на законное место дневник и повернувшись в сторону Гарри, внимательно посмотрел на него. Несмотря, на отсутствие света к комнате, лицо гриффиндорца хорошо освещала яркая луна. Снейп посмотрел в окно и увидел, что сегодня полнолуние.       – «Тяжёлая сегодня ночь у оборотня», – устало подумал профессор.       Хоть Северус и терпеть не мог Люпина, но ему было чуточку жаль его, ведь это то, что не лечится. Ликантропия сделала Ремуса изгоем в обществе до конца жизни и это клеймо будет преследовать до самой смерти.       Снова посмотрев на Гарри, Снейп покачал головой. Он протянул руку к лицу гриффиндорца и осторожно снял с ребёнка очки.       – «Из-за кого же у тебя такое опустошение, Поттер?» – про себя спросил зельевар. Он вспомнил ту запись, которую Гарри сделал на следующий день после очередного его побега из подземелий.       Немного потрепав его за волосы, Северус быстро покинул гостиную Гриффиндора, а затем слился с тьмой ночного замка.

***

      Прошло полторы недели. За это время Гарри передал караул за дневником Рону. Со дня на день он выкрадет артефакт, а затем передаст директору лично в руки. Поттер понимает, что поступает совершенно не по гриффиндорски, но в последнее время он слишком много ситуаций скрывает от друзей, открыто обманывая. А так Гарри просто отмолчится.       Тем временем Северус Снейп решил преподать хороший урок одному негоднику.       – Вызывал, дядя Сев? – в апартаменты словно торнадо влетел Драко Малфой, с шумом плюхнувшись на кожаный диван.       – Ничего не хочешь мне рассказать? – профессор сразу скрестил руки ну груди и пристально посмотрел на своего крестника.       Его взгляд был настолько холодным, что если бы была возможность, то перед мужчиной уже сидела глыба льда. Драко сразу понял, что его сейчас будут ждать какие-то неприятности и вся уверенность угасла словно по щелчку пальца.       – Ч-что-то случилось? – от неожиданно накатившего волнения слизеринец начал запинаться.       – Ну может быть кто-то уговорил Мистера Поттера написать письмо прямиком в Азкабан. Что повлекло за собой побег некого Сириуса Блэка и соответственно появление опасности по всей магической Британии. Особенно в опасности сейчас Мистер Поттер! Что ты на это скажешь, маленький негодник?! – глаза Северуса внезапно сверкнули опасным огоньком.       – Э... Это... не я, – лицо Малфоя младшего стало белым словно полотно.       – Хм, мне это достоверно известно, Драко. Ладно гриффиндорцы, потому что они вообще не думают. Но ты же слизеринец! – Северус продолжал пристально смотреть на крестника. – Что надоумило тебя? Зачем вы вообще писали?! И главное, что ИМЕННО?       – Я-я... Случайно узнал, что ребята ищут информацию про Сириуса Блэка ну и подумал почему не обратиться к источнику...       – ИСТОЧНИКУ? – рявкнул Снейп, отчего крестник вжался в диван. – Продолжай. Откуда они узнали про эту Азкобанскую шавку?!       – Я точно не знаю, вроде бы кто-то рассказал. Миртл какая-то, – голос у блондина дрожал, но он из-за всех сил старался держать свою уверенность. Точнее это жалкие остатки.       – Дальше.       – Ну... Мы писали анонимно и всего лишь хотели узнать правду в-вот. Драко порылся у себя в кармане и нашёл свёрток, который уже давно там лежал. Дрожащая рука протянула огрызок пергамента Северусу, а он ловко выхватил её из рук слизеринца.       С каждой строкой мужчина хмурится всё больше.       – Ты же понимаешь, Драко, что это запросто может быть ложь? Ты же понимаешь, что Блэка просто так не посадили бы в Азкабан?!       – Мы всё равно сомневаемся, – Малфой опустил голову на колени. – После взрыва от Блэка тогда тоже ничего не должно было остаться.       Затем Драко неуверенно поднял голову, чтобы посмотреть прямо в глаза крёстному. На мгновенье во взгляде у Северуса что-то поменялось, но потом взор снова стал очень строгим.       – Мы не знаем наверняка, Драко, но даже если это не так, то в любом случае ему хватает проступков из прошлого, чтобы там сидеть. Сейчас из-за вашего интереса могут пострадать сотни людей как минимум, в особенности Мистер Поттер.       – Почему ты так защищаешь Поттера? – Малфой не хотел задавать этот вопрос вслух, но любопытство оказалось сильней.       – Тебе надо меньше общаться с гриффиндорцами, – мужчина сел на диван. – Вставай.       – З-зачем?       – Я сказал вставай.       Драко встал с дивана и развернувшись посмотрел на профессора.       – Снимай брюки.       – Для чего? – щеки Малфоя стали пунцовыми.       – Может мне рассказать всё твоему отцу? О, твоей самодеятельности? – строгий взгляд заставил Драко тут же выполнить всё что сказано.       По мнению блондина, лучше пусть его накажет Снейп, потому что если Люциус узнает о всех его выходках, то в лучшем случае отделается интенсивной поркой и чисткой пола по всему Малфой Мэнору.       Профессор потянул ребёнка за руку и уложил того на колени. Тяжёлая рука Северуса нависла над пятой точкой Драко.       – Скажи, что Поттера ты тоже выпорешь. Ай! – от неожиданности юный слизеринец вскрикнул. Первый удар не заставил себя долго ждать, а за ним сразу второй.       – Ты являешься главным инициатором в данной ситуации. С гриффиндорцами я ещё разберусь не переживай.       Ещё удар.       – Из Азкабана же невозможно сбежать. Я не знал, что так будет! – слёзы потекли по пунцовым щекам Драко.       – Зачем вообще лезете туда, куда не надо?! – рявкнул профессор Снейп и нанёс очередной удар.       Всего было двадцать ударов. На последнем Северус приложил чуть больше усилия, отчего второкурсник вскрикнул и вскоре размяк, разрыдавшись.       – Не дай Мэрлин я ещё узнаю, что ты влетел в какую-то авантюру. Я сразу доложу о выходках твоему отцу. Тебе ясно?       – Да, – Драко начал вытирать слёзы и с чувством полного унижения как можно скорее встал с колен профессора. – А что теперь будет?       Слизеринец начал натягивать штаны и прошипел, когда немного резковато коснулся пальцами пятой точки.       – Шавку будут искать. Со следующей недели в Хогвартсе появятся дементоры, но не факт, что Блэк не доберётся до мальчишки Поттера.       – Бр-р, дементоры, – Малфой сжался. – Отец рассказывал про них страшные сказки.       – Которые сейчас ты воплотил в жизнь.       – Ну я уже понял! – недовольно произнёс блондин, топнув ногой и шмыгнув носом.       – На этом твоё наказание не заканчивается. Ты сделал очень серьёзный проступок, Драко.       – Я это уже понял, – недовольно скрестил руки на груди Малфой.       Хотя внешне он показывал свою привычную избалованность и самоуверенность, но внутри себя Драко чувствовал огромную вину. Это было в первый раз, когда Северус выпорол мальчика и вообще так сильно ругался. У Малфоя появилось предположение, что всё же зельевар переживает не столько за магическую Британию, сколько за Гарри Поттера. Но почему? Это ещё предстояло узнать!       – Тебе нужно докладывать о всех разговорах золотого трио до конца года.       – Зачем? – с любопытством Драко склонился немного вперёд.       – Я просил тебя спрашивать? И ещё многие преподаватели жалуются на Мистера Поттера по поводу его бесконечных уединений. Узнай почему он так себя ведёт.       – Поттер мне не друг! Как я узнаю?! – возмутился блондин.       Северус откинулся на спинку дивана и выгнул бровь.       – Ну да я слизеринец, знаю. Но даже Грейнджер с Уизли не знают, что с ним происходит!       – Вот как, – задумчиво подал голос мужчина. – Постарайся узнать. И ещё, я же знаю, что вы намеренно прогуляли урок три-четыре недели назад. Вы тогда писали письмо Блэку? Пауза затянулась. Драко решал рассказать правду или соврать.       – Не ври мне, иначе тебя ждёт чистка котлов до конца года. А если директор узнает...       – Да, – испуганно выкрикнул второкурсник.       – Что Вы сейчас делаете?       – Я...       – Драко, – Северус начал сверлить взглядом ребёнка, который хотел как можно скорее отсюда убежать.       – Ну, мы ищем информацию про Тома Реддла.       – Вы что?! – глаза Снейпа опасно сверкнули. – Зачем?       – Ну мы думаем, что...       Так Драко начал рассказывать про тайную комнату, про подозрения, что Гарри наследник слизерина, а также размышления о Томе Реддле.       – Сейчас мы пришли к тому, что тайную комнату открыл именно он, потому что пятьдесят лет назад он был учеником в Хогвартсе.       Только вот Драко упустил одну маленькую деталь.       – И почему же вы решили, что это именно Том Реддл? Это мог быть любой ученик, который учился пятьдесят лет назад, – зельевар с подозрением прищурил глаза и скрестил руки на груди.       Что-то не сходилось и это что-то умалчивание дневника Тома Реддла.       – Э-э...       – Драко!       – Ладно, только не злись! Они нашли дневник Тома Реддла. Как сказал Поттер, его выкинула в туалете сестра Уизли.       – И где этот дневник? – с опаской произнёс Снейп.       – Мы пытались его уничтожить. Даже поджигали, но ему ничего не было! Зато он начал нам отвечать...       – Где дневник? – более настойчиво спросил Северус.       От такого тона юному слизеринцу стало ужасно холодно, хотя из камина пылал жар.       – На этой неделе он у Рона, мы храним его по очереди в спальнях, потому что нам кажется, что эта штука оказывает сильное влияние.       Северус тут же встал с дивана.       – Иди в свою гостиную и до завтра только попробуй выйти оттуда, – это звучало настолько угрожающе, что Малфой и не стал перечить. – Бегом.       Второкурсник мгновенно покинул апартаменты ничего не сказав. Тем временем Северус дождавшись ухода Драко тут же бросился к камину.       – Кабинет Минервы МакГонагалл, – чёткое произношение и вот мужчина уже на территории декана Гриффиндора.

***

      Тем временем Гарри, воспользовавшись моментом, выкрал дневник Тома Реддла у Рона, а затем спрятав в сумку как можно скорее поспешил к директору. Его плащ невидимка слегка развивался и иногда можно было увидеть одинокие ноги, бегущие по замку. Эту картину застали несколько студентов и даже одна девочка из Гриффиндора упала в обморок.       Времени было не так много. Друзья привыкли, что в это время Поттер предпочитал гулять по замку в одиночестве. И обычно это у него занимало не больше часа. В это время надо уложиться.       Уже была видна горгулья и Гарри поспешил.       – «Чёрт, я же не знаю пароль», – про себя выругался гриффиндорец.       Ничего не оставалось, кроме как ждать. Прошло пять-десять минут, но никого не было. Нервы накалились до предела. Ещё немного и Поттер взорвётся от нетерпения и волнения.       Только спустя ещё десять минут в пустующем коридоре появился самоуверенный Локхарт. У мужчины была такая улыбка, словно он сейчас получит Хогвартс в наследство.       – Шоколадный пудинг, – профессора ЗОТИ явно переполняли настолько яркие эмоции, что он едва ли не подпрыгивал.       И вот, Гарри стал ждать, когда Локхарт покинет кабинет Дамблдора. Коленки уже немного вздрагивали, но гриффиндорцу не привыкать. Раньше в это время ходило очень много учеников, но сейчас коридор был полон разве что тишиной. Отсутствие людей создавало спокойную атмосферу и это немного смягчало нервы, которые были натянуты, готовые вот-вот порваться.       Шла десятая минута и уже в нетерпении Поттер хотел снять плащ невидимку и пройти горгулью. Как вдруг уже ужасно злой преподаватель спустился вниз и буквально вылетел в коридор попутно крича ругательные слова в разные стороны.       Гриффиндорец удивлённо смотрел вслед профессору ЗОТИ, а затем немедля сняв с себя невидимку подошёл к горгулье.       – Шоколадный пудинг, – произнеся пароль, ему открылась винтовая лестница, по которой Поттер поспешил подняться.       Уже стоя у входа, он совсем разнервничался, потому что его напугало мрачное настроение Локхарта, с которым мужчина покинул кабинет директора. Обратного выхода не было и постучав в дверь, а потом услышав одобрительное «Да-да» второкурсник медленно зашёл внутрь.       – Гарри, мальчик мой, приятно тебя видеть! Проходи не стесняйся, – глаза директора радостно сияли, а рука вежливо указала на свободное кресло возле рабочего стола.       – Как у тебя успехи в учёбе? Лимонную дольку? – старик вёл себя очень приветливо отчего гриффиндорец немного расслабился.       – Ну одну можно, спасибо, сэр, – из вежливости Поттер взял одну штучку.       – Бери сколько хочешь, Гарри, – мужчина поставил пиалку поближе к ученику. – Может чаю? Я снова заказал китайский. Вот только название уже и не припомню.       – От чая если можно откажусь, – юный собеседник положил сумку на колени и в некотором волнении начал теребить ткань.              – О чём мы поговорим с тобой? – Альбус принял отказ и налил горячий напиток только себе в чашку.       – Я тут кое-что узнал, сэр. Возможно, У Вас нет этой информации по тайной комнате, – Поттер ещё более нервозно начал теребить сумку.       – Тебе что-то известно, Гарри? – умиротворение Альбуса тут же сменилось напряжением.       Гриффиндорец почувствовал вину, что испортил настроение директору и вообще нарушил его покой, но этот волшебник единственный кто может что-то сделать. Он достал из своей слегка потрёпанной сумки злосчастный дневник и потянул старому волшебнику.       – Э-это дневник Тома Реддла. Джинни... Она в опасности, – очень тихо сказал Гарри, но Альбус его услышал.       Директор осторожно взял артефакт в свои руки и начал его рассматривать. На вид это была обычная старая тетрадка и он не увидел в ней ничего опасного. Создаётся ощущение, будто мальчик ошибся. Как же ему хочется в это верить.       – Джинни. Она так странно разговаривала и вообще с начала года была очень отстранённой. Всегда одна ходит, а потом я услышал в туалете, как она говорила и ещё какой-то мужской голос. Ещё Джинни кричала, чтобы что-то или кто-то оставило её в покое. Я видел её летом и у неё не было таких синяков под глазами как сейчас...       – Почему ты решил, что в этом виноват этот личный дневник, мальчик мой? – Дамблдор осторожно положил тетрадь на стол. – Может быть она скучает по дому и ей тяжело привыкать к новому месту? У нас такое очень часто происходит среди первокурсников.       Он понимал, что Поттер не ошибается и был в этом полностью уверен, потому что уже имя Том Реддл на ней говорит само за себя. Проблема в том, что не хватает сведений, но так или иначе эта находка приоткрывает занавесу тайны.       Гарри достал перо и чернила.       – Давайте, я Вам покажу.       Гарри встал с места и хотел уже было взять артефакт, но...       – Садись обратно, мой мальчик, давай я сам проверю.       Директор взял свои чернила и перо. Открыв тетрадь, он на листе написал обчное «привет». Чернила как это обычно происходит с этой вещью исчезают, а вместо этого появляется ответ.

«Я знаю Вас, директор Дамблдор».

      Спустя пару минут ответ тоже исчезает и все листы начинают выглядеть в первозданном виде.       – Я, Рон, Гермиона и... Драко, пытались уничтожить эту штуку, но ничего не вышло. Даже поджигали! – на последнем предложении Поттер понял, что отреагировал слишком эмоционально и тут же опустил голову.       Дамблдор стал очень серьёзным. Тишина заполнила кабинет директора и от этого второкурснику стало очень неуютно. Гриффиндорец неуверенно поднял взгляд на старика, а он в свою очередь очень пристально смотрел на тёмный артефакт.       – Скажите, сэр, это возможно уничтожить? С сестрой Рона всё будет в порядке? Альбус поднял взгляд на Гарри. Глаза сразу наполнились добротой и теплом.       – Конечно, нет ничего невозможного! – умиротворённо произнёс Дамблдор.       – Это хорошо, значит проблема с тайной комнатой решится, – с облегчением сказал Поттер.       И всё-таки он не жалеет, что сдал этот артефакт профессору.

***

      Тем временем Северус в пух и прах разносил профессора МакГонагалл, которая, по его мнению, недостаточно компетентный декан, потому что не в курсе, что в её собственном львином доме хранится такой опасный объект.       – Минерва, ты хоть понимаешь с каким опасным артефактом могут спать твои ученики! – разгневанно сказал Северус. – Эта вещь может захватить разум у ребёнка, свести с ума или даже убить. Ну ладно золотое трио, оно трудноуловимое, но твоя первокурсница таскалась полтора-два месяца с этим артефактом!       – Не смей так разговаривать со мной, Северус! – возмущённо прикрикнула декан Гриффиндора. – Хорошо, я сейчас позову Мисс Уизли, и мы с ней пообщаемся.       Минерва впервые увидела такого разгневанного Северуса, встревожив её ни на шутку. Если он пылает, значит дело слишком серьёзное или даже опасное.       Кинув порошок в камин:       – Гостиная Гриффиндора, – дождавшись пару минут она продолжила. Здесь кто-нибудь есть?       – Да, профессор МакГонагалл, – к камину подошёл староста факультета.       – Хорошо, что Вы здесь, Мистер Уизли. Будьте так добры срочно найти Вашу младшую сестру и привести её сюда.       – Что-то случилось? – с тревогой спросил Перси.       – Просьба не задавать лишних вопросов, – строго сказала Минерва.       – Сейчас я её приведу, мэм.       Уизли направился искать Джинни и следующие пятнадцать минут стали очень напряжёнными. Северус на нервной почве начал туда-сюда слоняться по кабинету.       – Слушай, давай сразу обыщем вещи у Мистера Уизли, – нервно проговорил Снейп.       – Северус, присядь и не спеши ты так! Думаю, за сегодня ничего смертельного не случится, – профессор МакГонагалл внешне излучала спокойствие, но про себя думала, чтобы всё как можно скорее разрешилось.       Зельевар повиновался и сел на стул.       – Может чаю? – поинтересовалась декан Гриффиндора.       Северус недовольно посмотрел прямо в глаза Минерве. Их переглядывания очень быстро прекратились, потому что в кабинет с шумом зашли Перси и Джинни.       – Добрый вечер, Мисс Уизли, – профессор встала со своего места и подошла поближе к ученикам. Взяв девочку за рукав, она осторожно посадила её на красный диван, что стоял у стены справа.       – Спасибо, Мистер Уизли, Вы можете идти, – холодно сказал Северус.       – А что с Джинни? – навязчиво начал допытываться Перси.       – Мистер Уизли, если действительно что-то случится, то мы обязательно всё расскажем, – строго сказала декан Гриффиндора.       Старосте ничего не осталось кроме как уйти. Он с тревогой посмотрел на сестру, а затем покинул кабинет декана, осторожно закрыв за собой дверь.       – Джинни, как ты себя чувствуешь? – декан обеспокоенно осмотрела гриффиндорку.       У девочки была очень бледная кожа, а под глазами красовались яркие синяки. На неё было очень грустно смотреть и даже одежда выглядела не очень хорошо. Футболка была мятой и некрасиво торчала из-под юбки.       – Всё хорошо, профессор, – сдержанно произнесла Джинни.       – Твои друзья очень беспокоятся за тебя, – продолжила профессор.       – У меня здесь нет друзей, – печально ответила Уизли.       Её плечи очень напряглись, и она не горела желанием с кем-либо общаться. Опустив голову, первокурсница начала теребить свою юбку.       – Почему?       Тем временем профессор Снейп молча сидел в стороне, но внимательно вслушивался в диалог. Казалось, Джинни даже не заметила, что в кабинете ещё сидит ужас подземелий.       – Все считают меня странной.       – Кто это сказал? – удивлённо спросила декан Гриффиндора.       Северус только сейчас понял, как за два с половиной месяца изменилась рыжая девочка. В сентябре она была достаточно бодрой, но последние недели она вдруг перестала делать домашние задания, а на занятиях периодически стала проявлять себя ещё хуже, чем Невилл Лонгботтом. А казалось никто не переплюнет этого второкурсника, потому что его котлы взрывались чаще, чем Поттер собирал неприятности на свою голову.       Уизли не ответила на этот вопрос. Она зажмурила глаза и губы сжались в одну тонкую полоску.       – Джинни? – Минерва утешающе положила свою руку на плечо первогодке.       Снова тишина и нежелание идти на контакт. В этот момент терпение Снейпа лопнуло. Встав со стула, он тут же подошёл и сел на корточки напротив Джинни.       – Мисс Уизли, эти мысли, которые у Вас в голове не Ваши. Их вероятнее всего навязали Вам. Почему Вы не общаетесь с однокурсниками? С кем же Вы тогда общались столько месяцев? – нетерпеливо начал Северус.       Минерва укоризненно посмотрела на декана Слизерина, но на мужчину такие взгляды уже очень давно не действуют. Это вызывало сильное раздражение у Маккошки, но поменять положение дел уже невозможно, потому что тот неуверенный мальчик, который был раньше, уже вырос. Как правило после раздражения всегда наступала грусть от того, как быстро летит время. Это даже немного пугает.       Уизли вздрогнула и очень осторожно посмотрела на декана Слизерина. Взгляд у Северуса был решительным, и он стремился докопаться как можно скорее до правды.       – Я общалась с мальчиком, – тихо начала гриффиндорка. – Его зовут Том. И он учится на пятом курсе.       – Том? А фамилия?       – Р... Ре...       – Реддл? – настойчиво спросил Северус.       – Наверно, я плохо помню последние недели, – печально сообщила девочка.       – Почему Вы не делаете домашние задания?       – Северус, – возмутилась Минерва. – Это сейчас не так важно!       – Помолчи пожалуйста, – вежливо, но всё также настойчиво обратился Снейп к МакГонагалл.       – Я не знаю. У меня всё как в тумане и меня во вторую половину дня клонит в сон, – в этот момент девочка начала закрывать глаза.       – Мисс Уизли! – с тревогой обратилась к первогодке декан Гриффиндора, но она уже не особо слушала, постепенно уходя в царство Морфея.       – Минерва, срочно отнесите девочку в Лазарет, а я направлюсь в спальню к второкурсникам. Это не шутки, – серьёзно сказал зельевар и встав на ноги, быстро направился в башню Гриффиндора.       – Северус, стой! – МакГонагалл надеялась, что Снейп вернётся, но он намеренно проигнорировал волшебницу, потому что больше медлить нельзя.       Чёрная мантия развевалась по ветру, словно это крылья летучей мыши. Северус настолько быстро нёсся по замку, насколько это было возможно.       Недолго думая, мужчина решил пройти через тайный проход. Вот оказавшись в гостиной он начал осматривать помещение, в поисках Рональда. Как раз в этот момент в гостиную зашёл рыжий мальчик со своей подругой Гермионой.       – Мистер Уизли, – как страшный призрак зельевар очень быстро сократил расстояние между гриффиндорцами.       От такой неожиданности второкурсники вздрогнули. Для них это был как кошмарный сон увидеть ужас подземелий в гриффиндорской гостиной.       – П-профессор Снейп, – Рон явно очень занервничал.       – Мистер Уизли, я знаю, что дневник Тома Реддла хранится у Вас и буквально требую, чтобы Вы отдали его мне.       От таких резких заявлений лицо рыжего гриффиндорца побелело. Он просто не знал, что ответить и только беспомощно посмотрел на Гермиону. Она в свою очередь, лишь нервно кивнула, давая понять, что скрывать артефакт больше не было смысла.       – Я сейчас принесу, сэр, – тихо сказал Рон и ушёл в свою спальню.       Оставшись со Снейпом наедине, Гермионе стало очень некомфортно. Ей очень захотелось задать вопрос, но не решалась поэтому переминалась с ноги на ногу. Профессор заметил это и с неохотой спросил.       – Вы что-то хотите спросить, Мисс Грейнджер?       – Да, а как Вы узнали про дневник? И что он у нас?       – В последнее время Вы вели себя очень подозрительно, и я сразу догадался, что Ваша компания намеренно прогуляла некоторые занятия месяц назад.       Щёки Гермионы покраснели от стыда, потому что она никогда раньше так не поступала.       – Это ещё не всё. Вы понесёте наказание не только за прогул, но и за письмо, которое Вы отправили в Азкабан. По вашей милости всё магическое сообщество в опасности, особенно Мистер Поттер. Но об этом мы поговорим немного позже. Холодный тон декана заставил Гермионы поёжиться.       – «Как он догадался?! Кажется, всё выходит из-под контроля!» – с ужасом подумала гриффиндорка.       Гостиная вновь погрузилась в тишину. Удивительно, но в помещении было только пару студентов, которые играли в магические шахматы и Перси, который иногда бросал тревожный взгляд на Снейпа. Староста очень хотел подойти к мужчине, но видя его сейчас особенно грозный вид не решался это сделать.       – Что-то Вашего Мистера Уизли долго нет, – раздражённо проговорил Северус. – Никуда не уходите, Мисс Грейнджер.       Больше ничего не сказав он отправился в спальню, где спят второкурсники. На этот раз мужчина быстро нашёл нужную дверь. Она была единственная открыта нараспашку. Когда мужчина зашёл он увидел, как Рональд в панике разбросал все свои вещи по комнате.       – Вы что творите, Мистер Уизли?! – с огромным раздражением спросил Снейп.       Итак, бледное лицо Рона, кажется, стало ещё бледнее.       – Е-его нигде нет, сэр.