Папаньки

— Папа, хочу сказку! — воскликнула Орели, маленькая дочурка Гавриила, и шарахнула папаньку книгой по голове. Уже была ночь. Небо, на котором были рассыпаны мириады звёзд и сияла луна, поражало своей красотой. Весь город спал. Кроме дочурки архангела, которая засыпать категорически не хотела. Самому Гавриилу сон не требовался, но после весёленькой вечеринки с кумом отдохнуть не мешало. Им с Бальтазаром было слишком весело. Так весело, что жёны под конец вечеринки явились лично забирать гуляк. — Давай, карамелька, — ответил Гавриил и, устроившись поудобнее в кровати, раскрыл книгу сказок. Орели притулилась рядышком, приготовившись слушать сказку. — Жили-были старик со старухой у самого синего моря, — начал архангел. — И не было у них детей… Нет, какая-то неинтересная и нудная сказка, — подытожил он и захлопнул книгу, отложив её на прикроватную тумбочку. — Я лучше тебе сам сказку расскажу, — заключил он. — Ух, ты! — воскликнула девчушка, опьянённая восторженным ожиданием чудо-сказки. А Гавриил начал: — В одном царстве, в конопляном государстве, жил-был принц. Весёлым был этот принц, неунывающим, озорным. И любил он зажигательные тусы. И был у принца лучший друг, с которым они были как попугаи-неразлучники — всегда вместе. — А король там был? — Орели смотрела на папаньку заворожённо, почти не мигая. — Король сбежал, прихватив с собой весь свой гарем, — хохотнул архангел и вернулся к сказке: — В общем, король свалил, как я уже тебе сказал, оставив конопляное королевство на старшего брата принца — юного Михаила. А, кстати, у принца было три старших брата. Один был ниггером. — Вау! — воскликнула дочь, и Гавриилу показалось, что от восторга она перестала дышать. — А что было дальше? — спросила она. — Дальше принц со своим другом веселились, развлекались и горестей не знали. Батя сьебался свалил. С этим многие смирились. Начали учиться жить без короля. Старший принц справлялся, и было всё норм. Орели повернулась на бок и, крепче обняв игрушку, — розового Мишку Тедди с большим бантом, которого отец ей подарил на пятилетие, полюбопытствовала: — А почему королевство называлось конопляным? — Потому что у младшего принца было несколько полянок, на которых росла волшебная трава, — ехидно ухмыляясь, ответил Гавриил. И ненароком вспомнил, с каким энтузиазмом Бальтазар высаживал эти их особенные кустики. И как лично за ними ухаживал, шептал трогательные слова, чтобы кусты поскорее созрели, холил их и лелеял. И так было до момента, пока обо всём не узнал Михаил и не заставил все конопляные кусты выкосить. У Бальтазара тогда так разболелось сердечко, что даже Рит Зиен не помог. Благо, он был ангелом, а, значит, был бессмертным. А то бы инфаркт получил бы. — Сказочная трава? — уточнила дочка. — Очень сказочная, — взбив подушку над своей головой и снова умастившись поудобнее, ответил Гавриил. — Сваришь, бывало, из такой травы волшебный эликсир, — продолжил он, — и мир начинает играть новыми, яркими красками. Любили мы соки из неё, создавали пирожные и торты. Кстати, это именно я, то есть принц, придумал шоколадно-конопляный тортик. — А потом? На королевство напали злые и агрессивные орки и взяли принца в плен? — Ну, нет, — ответил Гавриил, заботливо укрывая дочь пледом, поскольку в спальне стало прохладнее. — До того, как съебать, король создал людей. И приказал своим детям — принцам склонить перед ними колени. Все послушались. Кроме одного. — А какую роль играл друг принца? — снова задала вопрос Орели. — Им просто было вместе весело, — сказал архангел. — Они были как инь и янь. Весёлости любили, жили дружно и счастливо. Но ровно до момента, пока старший брат принца не показал своё гнилое нутро. — А почему оно было гнилым? — Потому что он привык, что всё лучшее ему. Все сладости королевства, лучшие покои, лучшие блюда, лучшие игрушки. Привык, что мир крутится вокруг него — такого идеального. Нарцисс, короче. — Мама называет таких принцев созданий… егоза… нет эгоисты вот, — прокомментировала дочка. — Она в чём-то права, солнышко, — непроизвольно зевнув и поёрзав на кровати, ответил Гавриил. — Ну, так вот. Не подружился брат принца с людьми. Сотворив змея-искусителя, он пустил его в Эдемский Сад. А в саду в том жили мальчик Адам и девочка Ева. Так вот, этот змей угостил Еву вкусным, но запретным яблочком. — Ева уснула как Белоснежка? — Ну, почти. Она попробовала яблочко, и тогда Эдемский Сад изменился. Вместо привычной красоты, диковинных растений и цветов мальчика и девочку ждала ещё такая необжитая Земля. Ведь король им строго-настрого запретил кушать яблоки из Сада. — А чем сказка закончилась? — Брата принца, в конечном итоге, изгнали вслед за Адамом и Евой. Он так привык быть лучшим, во всём, что его все другие братья боготворят, что возгордился. И с тех пор мир младшего принца изменился… Гавриил вздохнул и замолчал, поскольку дочурка уже спала, сладко сопя. Архангел поцеловал спящую Орели и призадумался. Прошли века, разрушились земные империи, исчезли целые цивилизации, города… время утекло сквозь пальцы, как песок. А прошлое его не отпускало. События тех веков навсегда остались в его памяти.