Вервольф

Зарево восхода окрасило ночное небо в алый цвет. Облик большого чёрного зверя, замершего у каменной стелы словно «потёк», и вот уже на поляне стоял высокий парень. Гарри одёрнул тонкий свитер-паутинку, поправил на запястье кожаный чехол с волшебной палочкой и, прикоснулся рукой к рунному камню. Сбрасывать часть энергии, бурлящей в организме после оборота в защитный контур Хогвартса, стало своеобразным ритуалом. В следующую луну его ждут накопительные камни отстроенного Поттер-холла. Ну, а сердцу школы будут скармливаться дементоры. Как раз месяца через два закончится тестирование переносного удерживающегося артефакта, созданного специалистами отдела Тайн по заказу директора Флитвика, и излишки сильно расплодившихся магических тварей послужат на благо школы. По подсчетам, только имеющейся стаи хватит лет на двести ежегодной подпитки. Стоить это будет сущие кнаты. К тому же дементоры размножались. На свою голову Гарри поинтересовался, как это происходит. Лучше бы не знал. Поскольку стражи Азкабана не имели пола, то поглощённые души, и высасываемая магическая энергия служили своеобразным оплодотворяющим материалом. Через несколько суток после «поцелуя» от дементора отделялся тёмный сгусток. Взрослела тварь около тридцати-сорока лет. «Дети» питались эмоциями и частично магией. Кстати, большая стая молодняка могла свести с ума маггла и основательно повредить магическое ядро волшебника. Что и случилось бы у озера, не призови он на помощь Патронус. Взрослых особей, способных «выпивать» душу тогда в Хогвартсе не было… До прибытия Фаджа с компанией. Гарри переступил с ноги на ногу и, раздраженно дёрнув плечом, скривился. Он терпеть не мог этого мелкого лизоблюда, и совершенно не понимал, зачем им такой Министр. Однако как владельцу Хогвартса, ему приходилось контактировать с разными индивидами, в том числе и с теми, чья нужность магическому миру была весьма сомнительна. Впрочем, контакты с Фаджем свелись к минимуму. Случилось сие счастье после смачного пинка, отвешенного Министру, главами двух древнейших родов. Кроме того, едва не став причиной очередного противостояния между магами и гоблинами, Фаджа чуть не освежевала Боунс. Причем прямо в фойе Гринготтса. И это после несогласованного появления у ворот школы и фееричного отползания от оных. — Мне казалось, вам было чётко сказано, не появляться в Хогвартсе без приглашения, — разглядывая с поистине научным интересом корчившихся на земле незваных гостей, Гарри вздохнул и кивнул в ответ на вопросительный взгляд Твигги. Через мгновение тот переместил Фаджа за периметр охранного контура, то есть на три шага назад, от того места, где он сейчас скулил, и исчез, прихватив с собой господ пожирателей. Что же до жабообразной бабищи, то защита школы её куда-то этапировала. Кстати… — Директор, а вы не в курсе, что за чары использовала мадам Амбридж, и куда отправилась после тщетной попытки пробить защиту высшего порядка? — Мне показалось, это было Редукто. А вот относительно места переноса заместителя нашего уважаемого Министра, не имею не малейшего понятия, лорд Поттер, — на полном серьёзе отозвался Флитвик. Он одёрнул сюртук и поправил на голове остроконечную шляпу. — Хозяин, господа Нотт и Малфой, на правах гостей Хогвартса размещены в нейтральном отделении больничного крыла, — отрапортовал эльф и поклонился. — Вы… да как… Поттер, ты ответишь за… — сопя и отдуваясь, прохрипел Фадж, с трудом отскабливаясь от земли. Однако подняться на ноги так и не смог. Министр, сидевший на заднице, вытиравший дрожащими руками обильно потеющее лицо и лысину представлял собой жалкое зрелище. Мда, идиотом был — идиотом остался. Нет, он решительно не понимал Боунс. Какого драккла держать у власти этого тупого сморчка? — Твигги, а ты не знаешь, куда унесло мадам Амбридж? — В подземную ловушку, хозяин, — эльф шевельнул ушами. — Жаль, что истребили всех арахнидов. Сочный бы обед им достался. При великой четвёрке и три века после, в пещере несли службу мантикоры. В те далёкие тёмные времена недостатка в глупых людишках, мнивших из себя великих магов недостатка не было. Многие пытались испытать на прочность монолитные щиты Хогвартса, и все они превращались в закуску для стражей школы. — Когда-нибудь эти пещеры снова будут заселены, — кивнул Гарри, сожалея, что бабищу придётся вытаскивать. Но в его силах отодвинуть сие прискорбное событие как можно дальше. — Да я вас… в Азкабан… за нападение… немедленно освободите Долорес! Как можно дальше… Гарри угрожающе сощурился. Вызволять изрядно потрёпанную Амбридж из пещеры — бывшего гнезда арахнидов, поручили кентаврам. Собственно говоря, согласно договору, это была их прямая обязанность — выводить к школе заплутавших в Запретном лесу путников. Услуга в ответ на получение права селиться вблизи сильнейшего магического источника. Дамблдор был прав относительно того, что в Хогвартсе находили защиту все те, кто в ней нуждался. Вот только за защиту всегда платили. Кто-то золотом, ну а кто-то знаниями или услугой. Таков древний закон. Кстати, самый первый презент, полученный им от лорда Орейли, тоже был своего рода оплатой. За равнодушие и… забывчивость. Впрочем, как и некоторые другие подобные «реверансы». Сей факт, он осознал далеко не сразу, да и то не без помощи Сириуса. Ещё крёстный популярно объяснил, когда лорду Поттеру — пока ещё последнему из древнейшего и благороднейшего рода Певерелл, владельцу Хогвартса и одному из влиятельных магов в Британии, стоило принимать ненавязчивые извинения от пеньков, много лет позволявших Дамблдору творить беспредел, нарушая писаные и не писаные законы магического мира, а когда следовало прихватить извиняющихся за жабры. Или за яйца. Ну, или ещё за что-нибудь. По обстоятельствам. К примеру, за сохранённую жизнь, «жабры» и уж тем более «яйца» мадам Амбридж ему были не к чему, а вот магическую клятву с идиотки он стребовал. Да со злости навесил таких виртуальных ошейников и кандалов, что жабища, даже чихнуть, в его сторону не посмеет. В противном случае, превратится в прах и развеется по ветру. Руны на стеле засияли ярче. Одёрнув руку от камня, Гарри потянулся и улыбнулся, заметив мелькнувших меж деревьев двух лис, шкура которых так и искрила от магии; вспорхнувшую с гнезда яркую птичку; высунувшихся из дупла бельчат. За два последних года живности в лесу на порядок прибавилось. В том числе и магической. Единороги обзавелись потомством, а в прошлую луну, уже без опаски углубившись в чащу леса, он натолкнулся на четырёх ящеров и кладку яиц. Судя по летописям, плюющих огнём громадин размером с лошадь, последний раз в этих местах наблюдали лет сто назад. С чем связано такое нашествие, было не понятно. Возможно, возросший магический фон Запретного леса служил своеобразным магнитом для магической живности, некогда ушедшей далеко в чащу. А простое зверьё расплодилось благодаря истреблению арахнидов. За уничтожение питомца с семейством, Хагрид сильно на него разобиделся. Сутки рыдал и неделю поминал бормотухой невинно убиенную лапушку. В слезливые заверения, последующие за серьезным разговором, что «никогда-никогда больше» Гарри не верил. Поэтому пришлось на Хагрида навесить пару обручей-артефактов, найденных в сокровищнице и служивших в качестве контролёров как раз тех, кто плохо поддавался чарам и ментальному воздействию. Сделано это было с одной единственной целью — не позволить полувеликану и дальше заниматься разведением всякого рода опасных зверюг. И уже больше года, Хагрид всячески избегал с ним встречаться. О происходящем в лесу докладывал исключительно Флитвику. Впрочем, это нисколько его не задевало. Для Гарри главное, чтобы полувеликан хорошо выполнял обязанности лесника, и чтобы его хобби не представляло угрозы для юных магов, профессоров, служащих и жителей Хогсмида. Деревенька, как, оказалось, стояла на землях Хогвартса. А хозяева подворий, магазинчиков и лавок исправно пополняли золотом школьную казну. Вообще, с финансами дела обстояли более чем хорошо. И приличное содержимое сокровищницы, включающее в себя не только крайне редкие и полезные артефакты, но и золото, лишь помогло быстрее воплотить в жизнь задумки по расширению обучающей программы. Года через два, когда отстроится новое крыло и наберётся штат наставников, Хогвартс начнёт принимать магглорождённых детей после их первого магического выброса. А уже со следующего года вместо семи лет, избранные студенты смогут обучаться десять и выпускаться уже подмастерьями выбранных направлений, что существенно поможет им в дальнейшей жизни. Впрочем, обучаться у Мастеров имели право не только будущие выпускники, но и нынешние и даже прошлые. Были бы необходимые знания, желание и, конечно же, золото. Хотя талантам с большой буквы предоставлялись преференции. Услуга за услугу. Если всё пойдёт, как распланировали они с Флитвиком, то уже лет через пятнадцать – двадцать Хогвартс вернётся в число лучших магических школ мира. — Прекрасное начало дня, не так ли? — И, вам, доброе утро, — Гарри кивнул на приветствие Спраут. Некогда натянутые между ними отношения из-за разности во взглядах, выровнялись. Полтора года назад Флитвик сказал, что Помона осознала причинно-следственные события, приведшие к смерти Снейпа в Азкабане, до глотки которого добрался кто-то из оборотней Сивого, отомстив за всё хорошее, и пересмотрела своё трепетное отношение к «невинно-обвинённому», а, следовательно, исчезла причина неодобрительного отношения к нынешнему хозяину Хогвартса. Обменявшись рукопожатием с Невиллом и, наблюдая за профессором, облачившейся в защитный передник и натягивающей перчатки, Гарри полюбопытствовал: — Ну и что с утра пораньше понадобилось в лесу будущему Мастеру? Опять делянку отдали на растерзание каким-то растительным монстрам? — Чтоб ты знал, утренняя роса, накопленная в коробочке магической росянки, и собранная в последний день июньского полнолуния, весьма ценна в зельеварении… — подавшись вперёд, Невилл прошептал: — Ты бы уже поспешил, а то Малфой там заскучал в ожидании. Кстати, — натягивая перчатки и насмешливо щурясь, добавил Невилл, — не забудьте поставить чары Отвода глаз, а то я как-то едва успел сделать это за вас. Конечно, профессор дама крепкая и далеко не ханжа, но от горячих видов даже у неё мог бы случиться… эмоциональный удар. Я, во всяком случае, был под большим впечатлением. — Мы постараемся, — Гарри криво ухмыльнулся. Махнув рукой другу и вассалу Рода, он резко развернулся и быстро зашагал в сторону Хогвартса. Небольшая магическая слабость, всякий раз возникающая после осознанного сливания излишка энергии, отступила. Молодой взрослеющий организм, быстро наливался силой, ароматы леса будоражили обоняние. Кровь, изрядно сдобренная адреналином, веселей понеслась по венам. Кожа покрылась мурашками. До зуда в конечностях хотелось перетечь в свою анимагическую форму, вопреки трактатам, освоенную им с помощью Сириуса. Однако необходимо было сдерживаться. Потому как, даже находясь в человеческом облике, инстинкты молодого зверя с бушующими гормонами, крайне сложно держать в узде. Этот, так сказать, побочный эффект после цепочки превращения: оборотень — маг — волк — маг, он оценил полгода назад. Тогда он буквально проскользил на грани между занятием любовью и насилием. Драко, конечно, не кисейная барышня, к тому же, с самого начала секс между ними был жаркий и всепоглощающий, и в тот раз он выдержал жесткий натиск, только вот терпеть неудобства до полного исчезновения последствий страсти, было тем ещё удовольствием. Потому как зелья с чарами почти не действовали на повреждения, полученные от магического существа, коим и являлся Гарри, после пробуждения наследия. Укус на плече заживал у Драко больше недели. Странно, что так же долго исчезали царапины от коры дерева и синяк во всю спину. Видимо магия, клубившаяся вокруг Гарри, способствовала закреплению любых «меток» на партнёре. С другой стороны, Малфой явно нарывался, каждый раз игнорируя просьбы не появляться в поле его зрения сразу же после оборота, когда в крови всё ещё бурлил адреналин и бушевали гормоны. Гарри вскинул голову, глубоко вдохнул ароматы леса, смешанные с нотками цитрусовой свежести, лёгкого возбуждения и сощурился, глядя на источник желанного запаха, сидевший у озера и бросавший камни в воду. Нет, он точно нарывался! В данной ситуации грех было не воспользоваться преимуществом быстрого перемещения, которое ему давало владение Хогвартсом. К слову, Дамблдор аппарировал только с помощью феникса. Собственными силами перемещаться внутри или за пределы защитного контура он не мог. Артефакты-порталы, по рассказам Флитвика, очень быстро разрушались из-за сильного магического фона древнего замка. А вот нынешний директор пользовался теми же удобствами, что и Гарри. — Не стоит тревожить русалок, да ещё с утра пораньше, — прошептал Гарри, в мгновение ока, оказываясь у Драко за спиной. Вздёрнуть Малфоя на ноги и прижаться к порядком разгорячённому телу, вдавливая его в ствол дерева, было секундным делом. Несколько больше времени понадобилось, чтобы страсть схлынула, оставив после себя приятную расслабленность. И очередные синяки. И снова у Драко. Ведь в отличие от него, шкура Гарри погрубей будет. — И почему на тебе заживает как на собаке, а мне даже зелья не всегда помогают, — недовольно проворчал Драко. Отметина от его зубов на руке Гарри, затянулась прямо на глазах. В то время как небольшой синяк на собственном запястье, нет. Задав риторический вопрос, Малфой нахмурился и с излишней медлительностью, стал приводить себя в порядок. — Тогда уж на волке, — Поттер криво улыбнулся. Наблюдая за Драко, он застегнул брючный ремень и прищурился. Малфой явно о чём-то думал. О чём-то волнительном и… серьёзном. Дождавшись момента, когда Драко разгладил последнюю складку на своей рубашке, сгрёб его в охапку, прижал спиной к себе и, чуть прикусив мочку, выдохнул в ухо: — О чём так сосредоточенно думаешь? — Думаю… — Драко дёрнул плечом, запрокинул голову, и… резко вывернувшись из объятий, шарахнулся в сторону: — Думаю, твоя невеста соскучилась. В этот момент раздался характерный свист-шуршание и, вспарывая плоть, в плечо вонзились острые когти. Выругавшись сквозь зубы, Гарри быстро снял с лапы хищной птицы тубус, вытащил из него кругляшек портала с письмом и погладил пернатого почтальона по пестрой грудке. Вызвав домовика и приказав ему позаботиться о Гроне — сапсане, служившем будущей матери наследников рода, он уселся на ствол поваленного дерева и развернул послание с сообщением точного времени магического обряда. Портал сунул в мешочек, прикреплённый к брючному ремню, и поморщился. Плечо дергало и саднило. Треклятая птица, свернуть бы ей шею, да были опасения, что в сей неравной схватке победит вовсе не он, да и не хотелось расстраивать Тирил. С будущей женой он познакомился полгода назад. Вернее, приняв решение, что они с Драко будут вступать в магический партнёрский брак, встал вопрос о продолжении рода. Малфою в этом отношении было чуть проще — он был магом, а не магическим существом, к тому же оборотнем. Гарри мало кто подходил по силе. Посему Сириус подошел к поиску со всей серьёзностью, на которую был способен истинный Блэк, ценивший в женщинах, прежде всего, силу и плодовитость. А красота уже шла приятным бонусом. И, надо сказать, нашел достаточно быстро. И не только для него, но и себя не обделил. Вообще, было большой удачей пересечься с главой норвежского клана в период поиска, ибо, найти мага, отвечающего всем запросам носительниц наследий валькирий, крайне проблематично. — Все пункты согласовали. Обряд через месяц после окончания тобой Хогвартса, на пятую ночь молодой луны. Старшая дочь, согласно кодексу и обычаю, уходит в Клан. Ей принимать наследие и главенство. Прав на неё ты не имеешь. Также как твоя жена не имеет прав на твоё имя и трёх твоих наследников. М-м-м, а хороша девка! А какой аромат магии… пальчики оближешь! Впрочем, её мать ничуть не хуже… Да и вообще, северные женщины, чистый огонь! — крёстный мечтательно прикрыл возбуждённо горевшие глаза. — Это они тебя так… отретушировали? — Гарри склонил голову, пристально разглядывая Сириуса. Явился крёстный со встречи, весьма и весьма потрёпанным. — Так называемый, поединщик, — морщась, Сириус пошевелился в кресле. — Боюсь, возьмись за меня Эллинор, мать твоёй избранницы и нынешняя глава Клана Вильгельмсен, быть мне размазанным тонким слоем по древней арене. — И всё-таки, почему ты хочешь троих? — ворчливо поинтересовался Малфой. Он стоял сзади и поглаживал его плечо, которое, к слову, уже не болело. Гарри свернул пергамент и откинулся назад, прижавшись к животу и ногам Драко. — Вообще-то, это мне положено ревновать. Несмотря на взаимную симпатию, за нас с Тирил четыре раза будет говорить магия обряда. А вот вы с Асторией будете делать наследника Малфоев в трезвом уме и твёрдой памяти. Да и ваш брак, в отличие от нашего, мало походил на формальный, — парировал Гарри и вздохнул, когда плечо заныло от жесткой хватки. — Не злись. И вообще, ты бы тоже подумал хотя бы о двух детях. — В трезвом уме у меня и с одним могут быть проблемы. Астория меня не возбуждает и даже не привлекает, — хватка на плече ослабла. Драко присел рядом и тихо пробормотал: — И вообще, у Малфоев традиция иметь одного наследника. — За этой традицией твой дед и… отец прятали своё мужское бессилие, — начиная злиться, припечатал Гарри. Он поднялся, потянув за собой опешившего Драко, и медленно двинулся в сторону Хогвартса. Не хотел он распространяться о том, о чём Сириус с Грюмом ему понарассказывали. Да и Поппи не стала скрывать от него пикантные подробности тщательного обследования дуэта Пожирателей, так удачно попавших к ней когда-то в руки. Однако совсем не жалел о сказанном. Люциус выбешивал его до зубного скрежета. А за постоянное капание на мозги Драко, хотелось размазать самовлюблённого павлина по стенке. — У тебя же нет главного украшения старшего поколения пресмыкающихся… Так что расслабься и поменьше прислушивайся к бредням Люциуса. Он просто завидует молодости, а, главное, возможностям. И в этом была вся соль. За последние два года, невзирая на богатство, знатность и виртуальную власть из Министерства ненавязчиво, но настойчиво вытеснили всех меченых. В совете Лордов тоже прошли кардинальные «чистки». Вышвырнуть оттуда сильных мира сего, конечно, нельзя, однако старейшины, относящиеся к нейтралам, их задвинули и силой своего авторитета лишили голоса, позволив наследникам и наследницам вещать от лица Родов. А так же весьма прозрачно намекнули в кулуарах, что дел с любителями магических татушек вести никому не желательно. Вот Люциус и бесился. У него отобрали любимую забаву: ловить рыбку в мутной воде. Свою досаду и злость он срывал на сыне. Драко, кстати, это пошло только на пользу. Он постепенно начал обрастать защитной бронёй, и мнение пока ещё главы Рода, всё меньше и меньше его волновало. — Расскажи мне об обряде более подробно, — уже подходя к главному входу, нарушил задумчивую тишину Драко. Гарри хмыкнул. Не иначе решил внести корректировку в брачные договорённости с Гринграсс. Ну-ну, как бы Люциуса удар не хватил от самостоятельности ранее послушного сына. *** — Ну, что же, Лорд Поттер, — поднимаясь из-за стола и зависая в воздухе, торжественно начал Флитвик, едва Гарри вошел в кабинет директора. — Пользуясь служебным положением, я имею удовольствие вручить вам результаты выпускных экзаменов. Поздравляю, вы отлично поработали. Впрочем, я ни секунды в вас не сомневался. Разместившись в кресле, Гарри развернул подплывший к нему пергамент и удовлетворённо кивнул. Он действительно хорошо поработал. Хотя Малфой наверняка имел результаты получше, во что не раз и не два ткнёт его носом. Ну и ладно. Зелья и нумерологию он действительно не знал на высшую оценку. — У меня к вам есть один вопрос… вернее просьба, — расположившись снова за столом, Флитвик пару раз хлопнул в ладоши. Тут же появились чашки, чайник, пирожные и печенье. Посреди комнаты материализовался домовик. Уши эльфа были скорбно опущены. — Все вещи собраны, хозяин. — Спасибо, Твигги, — Гарри глотнул из чашки ароматного чая и улыбнулся. — Я буду часто появляться, так что не грусти. И потом, ты же знаешь, что хозяева жили в школе только в статусах профессоров. Ну, а до этого мне шагать и шагать… Если, конечно, вообще буду рассматривать подобную возможность. В ближайшие года два у меня в приоритете отнюдь не дальнейшее получение мастерства. Так, что у вас за просьба, Филиус? — поинтересовался Гарри. — Ко мне обратился Персиваль Уизли с просьбой взять его на работу. Нам как раз нужно найти помощника Филчу. Да и за лесными делянками нужен глаз да глаз. Рук на всё катастрофически не хватает. Гарри откинулся на спинку кресла и, глотнув из чашки ароматного чая, задумался. Перси был самовлюблённым занудливым индюком, в бытность старостой, не выполнявший своих обязанностей. Хотя, тут скорее была вина МакГонагалл. Гарри посмотрел на пустующую жердочку Фоукса и хмыкнул. Феникса с Хранителем факультета Гриффиндор он частенько наблюдал в лесу. Увидев первый раз, иронично подумал, уж не барсука ли с вороном они ищут. Кстати, феномен Минни пусть и не сразу, но всё-таки изучили в отделе Тайн, и подтвердили: не будь у МакГонагалл наследия оборотня, пусть и блокированного отцом, Непреложный обет обойти бы, не получилось. А так, откат за нарушение клятвы окончательно и бесповоротно убил человека и освободил звериную сущность, на которой, закрепились связующие с Хогвартсом и со студентами магические нити. Домовики, к слову, прекрасно видели, что Минни — это оборотень, навечно утративший не только человеческий облик, но и человеческий разум. Хотя, тварь была разумна, однако разумна как фамильяр, служивший не одному конкретному магу, а целому факультету и умеющий ментально общаться с деканом Гриффиндора. Именно благодаря этому два рыжих ушлёпка не оказались размазанными по подвалу жилища брата Дамблдора, а на двадцать пять лет отправились в Азкабан за похищение наследника старого Рода, и попытку этого самого наследника превратить в раба семейства Предателей крови. Вырубив, воткнув кляп в рот и связав старика, так похожего на Дамблдора, Гарри с Невиллом оттащили его в коморку под лестницей, заперли дверь, и с палочками наперевес осторожно двинулись вниз, туда, куда несколько минут назад спустились Уизли. В подвале было темно, сыро, воняло гнилью и чем-то прогорклым. Помещение состояло из длинного узкого коридора, нескольких отдельных комнат, в основном крепко запертых или заваленных горами хлама со снующими там крысами. Осторожно передвигаясь вперёд, ребята то и дело останавливались и прислушивались. Но доносившиеся приглушенные голоса исходили явно не из-за закрытых комнат, а откуда-то сбоку и снизу. Коридор круто повернул направо, превратился в тесный сводчатый туннель и полого повёл под уклон. Впереди виднелась полоска света. Голоса стали четче и громче. — Не понял! А эти, что тут делают? Твою Моргану, я ведь говорил, что сеть утянет стоящих рядом! Шедший впереди Гарри на секунду замер, но быстро сообразив, что не к нему с Невиллом это относилось, сместился влево, чтобы даже если дверь откроется, некоторое время побыть в тени, и осторожно заглянул в щёлку. Первое, что попало в поле его зрения, это руны, горящие кровавым огнём на стенах, каменный постамент, лежащих на полу без сознания Забини, Парвати, Драко и возвышавшихся над ними Уизли. — Да, плевать! Свяжи и рот заткни, а то очнутся не вовремя. Потом развлечемся. Покажем Патил мастер-класс, оттрахаем её во все дыры и женишка за компанию, чтобы знала шлюха, как водиться со слизнями, а потом ярмо навесим. Нам в Роду чистокровные твари не помешают. Шевелись, Джорджи! Лей кровь на символы! — поторопил брата Фред. Бросив бессознательного Малфоя на постамент, он в исступлении, начал сдирать с него одежду, походу облапывая и пощипывая. Гарри сжал челюсти и стиснул в руке волшебную палочку. Ярость скручивалась в спираль где-то в районе груди, и уже через три-четыре удара сердца тёмным смерчем впечатала Уизли в стену. Затрещали кости, нечеловеческий вой, наполненный болью и ужасом, отразился от каменных стен. — Гарри! — Лорд Поттер! Голоса донеслись, как будто из-под воды. Перед глазами повисла кровавая пелена… Гарри медленно взял чашку и одним глотком выпил уже остывший чай. Прошло без малого два года, а он до сих приходил в бешенство. Если бы не его врождённое любопытство, заставившее проследить за Уизли, и не интуиция, которая довела их с Невиллом до подвала братца Дамблдора, над Драко провели бы ритуал, сделавший из него бесправное существо. Причем убийство или какой-либо физический вред, применённый к связавшим, тотчас отразился бы на связуемом. Дамблдор — тварь такая, знал, что подсовывать крестничкам. При том делал он это весьма тонко, в беседах напирал на привязку и магический брак. Менталисты после «препарирования» мозгов рыжих ушлёпков, прямо-таки восторгались умению старика плести паутину. Что же, один послужил «пищей» для защитного контура особняка Рода Пруэтт — об этой пикантной подробности знал очень узкий круг лиц, для остальных обывателей, Дамблдор превратился в отшельника, уйдя из магического мира. После ряда обличительных статей, опубликованных расследований и снятия со всех постов. Ну, а близнецы Уизли с сообщником и продолжателем дел «во имя всеобщего блага», загремели в Азкабан на четверть века. Туда им и дорога. Осталось позаботиться, чтобы никто из них не вышел на свободу и раньше времени не сдох. Гарри посмотрел на Флитвика. Он его не винил, что, повинуясь решению большинства, позволил Уизли доучиться до конца седьмого курса. Директор — принесший клятву служения Хогвартсу, не вправе игнорировать мнение персонала. Что же, урок, который усвоили деканы и профессора был весьма болезненным, но поучительный. Предателей крови нельзя недооценивать; им нельзя давать равные права и свободу выбора. Поэтому остатки Уизли, находились под плотным контролем у Министерства. Биллу с Роном — покинувшего школу после пятого курса, запрещалось появляться в магическом Лондоне и на землях Хогвартса, а также покидать Британию. Перси после наложения надзорных обручей, без малого два года служил в какой-то зельеварной лавке в Ирландии. Но всего этого для Гарри недостаточно. Как говорится — кровь не водица. — Только после полного отречения от крови и магии Предателей крови, я позволю ему работать в Хогвартсе. — Это либо смерть, либо сквибство... — Меня это должно волновать? — Гарри поднялся с кресла. До свадьбы с Драко и до обряда с Тирил осталось всего ничего, а сделать предстояло не просто много, а очень много. — Единственное, чем я могу помочь… всё же Перси наравне с Чарли, по словам Джинни, несколько отличались от остальных Уизли, так это снабдить нужным в таких случаях артефактом и разрешить провести обряд Отречения в ритуальном зале Хогвартса. Магия замка поддержит, и будет подпитывать после ритуала. А там, глядишь, и найдётся тот, кто поделится с Перси своей кровью, магией и именем. *** Молодая луна подмигивала ему с ясного ночного неба. Волнения он не чувствовал, только предвкушение. Предвкушение от ощущений, которые обрушаться на его шкурку после активации древнейшего, можно сказать, первозданного обряда. Гарри не знал, что будет чувствовать после того, как замкнётся рунный круг, но относительная неизвестность не пугала, потому что сегодня ночью случится чудо зачатия его первенца и… наследника Рода Малфой. Наверняка в данную минуту Драко тоже стоял на балконе особняка Рода Гринграсс и наблюдал за последними приготовлениями. Невзирая на яростное сопротивление Люциуса, и активное неодобрение четы Гринграсс, Драко настоял на своём. Гарри прикоснулся губами к широкому обручальному кольцу и, почувствовав лёгкое покалывание магии, улыбнулся. Две недели назад они с Драко обменялись клятвами, вступив в равноправный партнёрский магический брак. Для общественности они стали супругами, и на многочисленные вопросы относительно продолжения старых родов, отправляли всех любопытствующих в далёкие дали. Нарцисса — единственная, из живых и мёртвых родственников, кто поддержал сына во всех его делах. Наплевав на условности и обычаи, она благословила их с Драко на супружескую жизнь и едва не расплющила гневом Люциуса, пока тот не соизволил произнести положенные в таких случаях слова. И Гарри ей был очень благодарен. Сейчас она наверняка была рядом с сыном, внушая ему уверенность и успокаивая. Всё же Люциус — павлин ощипанный, изрядно потрепал Драко нервы. Хотя за две последние недели, Гарри очень постарался отвлечь мужа и вытрясти из блондинистой головы все те глупости, которыми так и фонтанировал его папаша. Свадебный обряд проводили в Поттер-холле — так пожелал Драко. А Гарри и не возражал. На грандиозное событие — соединение брачными узами представителей старых семей, прибыло много гостей, но все они были родственниками, близкими друзьями или вассалами родов Поттер и Малфой. Откликнулись на приглашение все одноклассники из Гриффиндора. За исключением Грейнджер, которую, ясное дело, никто не приглашал. По словам миссис Лонгботтом, взявшей на себя тяготы надзора за магглорождёнными, Гермиона, как только сдала последний экзамен и получила брошюру выпускника с перечнем учебных заведений и возможностей дальнейшего обучения, отбыла к родителям. Кстати, Грейнджер определённо пошло на пользу пятидесятичасовое затворничество, полученное на пятом курсе. Больше она не выступала, а весьма прилежно училась. Что, в общем-то, не удивительно. Нехватку магических сил, Гермиона частично компенсировала упорством. Впрочем, с не меньшим рвением постигали науку и Финниган с Томасом. После притирки к новым правилам и, главное, чёткого осознания своих возможностей, ребята примкнули к невидимому эскорту Гарри. И после окончания седьмого курса принесли роду Поттер древнюю клятву вассала. И где только раздобыли? Небось, профессор Уолш с деканом Вилкост подсказали. Гарри опёрся о парапет, глядя вниз на эльфов, наводивших последний лоск на ритуальную площадку, в центре которой возвышалось брачное ложе, и женщин Рода Вильгельмсен, расставлявших свечи, зелья и пучки разных трав по периметру рунного круга. Будущая мать наследников Поттер, как и подобает, проводила последние минуты перед ритуалом в купальне. Ну, а Эллинор — матери его избранницы, после зачатия предстояло отречение и возложение обязанностей Главы на Тирил, а сразу же после появления на свет внучки — носительницы наследия, свадьба, но уже по древним английским обычаям. Валькирия не устояла перед очарованием и напором лорда Блэка. — Волнуешься? — Сириус, уже облаченный в ритуальные одежды, встал рядом, притиснувшись плечом к плечу. В свете факела, сверкнул синий камень в перстне, когда-то принадлежащий Регулусу, и вытащенный крёстным из пещеры Волдеморта вместе с останками младшего брата. — Нет, — Гарри качнул головой. Хотя когда будущие свидетельницы исполнения им мужских обязанностей, постелили на ложе белоснежную простынь, всю покрытую сияющими рунами, почувствовал, как засосало под ложечкой. Так, он совсем не волнуется! Подумаешь, старые перечницы будут наблюдать за соитием, причём неоднократным. Подавать освежающее питьё и обтирать их влажные тела, какими-то благоухающими тряпками! Гарри глубоко вдохнул воздух, наполненный дымом от зажженных свечей. Тело как-то странно реагировало на необычный запах, в то время как разум оставался кристально ясным. Появившаяся в поле зрения Тирил, под тихие перезвоны колокольчиков, словно плыла к центру рунного круга. Ритуал начался. — Пора. Гарри кивнул и развернувшись, направился по ступеням вниз. Он старался ни о чём кроме будущего зарождения новой жизни не думать. Магический огонёк скоро зажжётся, случится то, ради чего всё это затевалось. Однако образ Драко, постоянно всплывал перед глазами. Как он там? Всё ли в порядке? — Завтра вечером ты схватишь Малфоя в охапку, закроешься в спальне дня на два, и хорошенько его отлюбишь, — прошептал Сириус, правильно угадав его мысли. — А сейчас расслабься и позволь телу следовать за ритуалом. Гарри снова кивнул. Однако всю ночь перед глазами, в душе и в сердце был только любимый образ партнёра. И совсем не удивительно, что у родившегося в срок первенца рода Поттер были серые глазки. Юный же Малфой являлся копией Гарри. Впрочем, наследника с привычным колером, Люциус всё-таки получил. Как и Род Поттеров — двух зеленоглазых и черноволосых наследниц. Спустя несколько лет, магический лес вблизи Поттер-холла, огласил грозный рык истинных оборотней, а также заразительный смех и весёлое улюлюканье названных братьев. Но ещё раньше, у грустившего Твигги прибавилось забот. Впрочем, не только у него, ибо справиться с потомками сокурсников владельца Хогвартса и его собственными детьми, задача не из лёгких. Тем более, когда нашествие юных магов выпало на один год. Поттер, Малфой, Забини, Нотт и близнецы Лонгботтом — спокойные, как их отец и чуть-чуть хулиганистые, как мама из рода Пруэтт. Пироманы-самоучки Финниганы и Томас. Дин, обучаясь на подмастерья у мастера Рун, женился на Аманде Браун, также как и будущий муж продолжавшей учиться в Хогвартсе… Пример сюзерена и друга оказался весьма заразителен. КОНЕЦ