Моя странная любовь

Улица. Во дворе тёмное время суток. Чистое ночное небо, на котором изредко виднелись облака, частично закрывавшие Луну. Лёгкий, прохладный ветерок… Живописнейший пейзаж для Джереми. Не смотря на то, что ему придется работать этой ночью, он был благодарен природе, за этот маленький подарок. Но вот Майку радоваться было нечем. Бессонница, стыд и то, что знал только он и его давние коллеги, не считая своего нового друга, сделали своё дело. Настроение было испорчено благодаря своей выходке и всему остальному, по немногу. В этот раз первый шёл блондин и подошел к машине именно он. Последний не охотно перебирал ногами и оказался там же, что и его друг. Майк отключил сигнализацию и можно было садиться. «Пристёгивайся, а то вдруг.» Джереми знал, что нужно делать и без него, но он сочтёл это нужным и молча пристегнулся. Они начали свой путь. По бокам дороги горели фонарные столбы, попадая на те транспортные средства, которые проезжали мимо них. Пару раз приходилось останавливаться, чтобы дать пройти пешеходам. Удивительно, что люди делают ночью? Ночь — это пора знаменательных событий. Начиная с самых ярких: свадьба, долгожданная встреча друзей или любящих друг друга людей, вечеринка и самое любимое это секс (я ненавижу это слово, но пришлось написать), и заканчивая темными: похороны, грабёж, изнасилование и несчастные случаи. Как во всех случаях есть тёмные и светлые стороны. Добро — зло. Жизнь — смерть. Любовь — ненависть. Инь и янь. Голубоглазый сидел молча, но ему надоело это. Этот стоявший звон в ушах. Он посмотрел на своего водителя, который также молчал и внимательно смотрел на дорогу. Тишина нагнетала и было очень неловко. Наконец-то её прервали. «Майк, сегодня хорошая, даже можно сказать отличная погода. Ночь такая… романтичная, — хозяин этих слов немного засмущался и посмотрел на свои ладони, чтобы не встретиться с глазами шатена. Чтобы не показаться эгоистом, он пару раз незаметно кивнул головой и посмотрел на смущённого, ждавшего ответ Джереми. Майк всеми силами пытался поднять себе настроение, хотя бы присутствием своего друга. Ведь они проведут эту ночь вдвоём, помогая друг другу. Но кариеглазый хотел провести её не так, не в том месте, и не в том смысле. „Может ты и прав, Джереми. Я ведь чуть не забыл, что это твоя любимая погода, извини меня.“ Блондин не понял, в чём его друг себя обвиняет. Забыл и что с того? Это не так важно, просто сказал, что любит и всё. Видимо, для него это было важно, важно знать всё то, что нравится и любит его милый. „Майк, тебе не за что извеняться. Это не так важно. Я просто сказал, что мне нравится. Здесь нет ничего серьёзного. Просто увлечение. И вообще, ты постоянно будешь извеняться по-мелочам?“ „Прости.“ „И вот снова, Майк. Это, конечно, хорошо, что ты так воспитан. Прости, что покажусь тебе слишком грубым и прямолинейным, но… можешь извеняться не так часто. Буду тебе очень признателен, — последнее он произнес с тёплой интонацией и положил свою руку ему на плечо. Касание, одно касание… По всему телу пробежали мурашки и разлилось приятное ощущуние расслабленности. Из-за того, что он не спал, его веки стали тяжелеть и если бы Джереми не заметил это, то всё могло бы закончиться для них обоих печально. ‚Майк. Майк, не спи! Ты что? Не выспался? — он потряс его за плечо. ‚Я… *зевает* не спал, Джереми. Не спал…‘ ‚А почему? Почему, Майк?! Ты же вроде тоже пошёл тогда спать! Точнее, ты почему-то спал со мной… Или что, Майк? — он закидал его вопросами. ‚Лучше ущепни меня! ‘ Блондин сделал как он сказал и снова начал говорить: ‚Майк! Ты спал со мной! Не в том значении, чтобы… Но ты спал! Почему? ‘ ‚Мне не спалось. Я думал, что усну с… тобой. Но нет. Не получилось.‘ *Он что, наблюдал за мной?! Хотя я тоже не лучше… Лучше забыть это и никогда не вспоминать! Чёрт! Как стыдно! * Джереми сидел опустив голову и пытался все осмыслить. ‚Извини, Майк. Я закидал тебя вопросами… Прости, что так груб с тобой. Ты же хотел, как лучше, а я…‘ ‚Нет-нет-нет. Все хорошо! Всё нормально! — он улыбнулся ему. Пассажир взаимно улыбнулся водителю и они продолжили свой путь. Через некоторое время они были у места назначения. Джереми первым вышел из машины и тяжело выдохнул, ему стало легче. *Наконец-то! Свежий воздух! Уфф.* Прохладный ветер прогулялся по белым волосам голубоглазого. Это явление природы как будто прогоняло дурные мысли, давно засевшие в голове Джереми. Всего — то! Нужен был лишь свежий воздух и прохладный ветерок! Было бы всё так просто, лучше бы и жилось. Но нет! Наш, как бы маленький мирок не был так рад новым, пришедшим в этот мир, обитателям. Каждый боролся за своё существование и желал подольше ‚помучить‘ себя, пудря свои мозги о светлом будущем. Но зачем это! Каждое существо выглядит в этой каши жизни, как мазахист. Все боятся бросить своё нажитое ‚добро‘, забывая о том, что оно не вечно. Дерьмо держится за будущее ничто, прах! ‚Я сотворил тебя из праха, в прах же ты и обратишься.‘ Нами вертят, как хотят, а мы стадо овец, козлы отпущения, марионетки. Пойдем туда, сделаем то, что скажут, будем слушаться, думая что после этого нас отправят в лучшее место. Нам заложили чувства, чтобы приподнести их как якобы ‚дар свыше‘. Боль, счастье, любовь, ненависть, зависть — пустота, за которую мы цепляемся и желаем почувствовать чуть дольше, как наркотик. Мы уверяем себя, что человек без чувств — безчеловечен, животное, скот. Боимся почувствовать себя без них свободными, хотя постоянно бредим этой свободой. Человек — храм души и одновременно его же клетка. Мы одержимы всем этим и никуда от этого не уйти, не сбежать, не спрятаться… Все кончено, даже не начавшись. Майк уже стоял возле машины, нужно было идти. Джереми всё мечтал и продолжал расслабляться под эту обстановку. Пока не… ‚Джереми, мы должны идти. Опаздаем.‘ ‚Нее-еет! Не может быть! Хочу домой, хочу спать и отдохнуть! ‘ ‚Хаха, от чего? От отдыха! Извини, но нет голубчик! Так не прохляет! ‘ Ему пришлось молча согласиться и пройти за ним. Дверь в здание открылась и они вошли в свою будущую ‚ловушку‘. Все было на месте: рисунки, атмосфера… Но это пока что. Перед их глазами предстала железная дверь, которая была закрыта из нутри. Майк постучал по ней и она открылась. ‚Оохохо!! Майки! Джереми! Как я рад вас видеть, мои сладенькие! ‘ Шатен промолчал и сел на стул, который был придвинут к противоположной от Винсента стене. Блондину пришлось сесть на маленькую тумбочку и опустить взгляд, чтобы не смотреть на своего мучителя. ‚Джер? Джереми, ты чего такой грустный? Зайка! ‘ ‚А то ты не знаешь.‘ Винсент посмеялся, он знал что натворил, точнее не доделал, но так хотел сделать. ‚Винсент! Сейчас не время шутить! Извините, что не поздаровался, я слишком увлёкся перебирать бумаги. Да, интересное занятие, очень, — Скотт оторвался от бумаг и помахал им рукой. Оба ответили взаимностью, как вдруг… ‚Если ты ещё раз к нему будешь приставать или я услышу какое-нибудь твоё издевательское название в его адрес, я за собой не ручаюсь, — его выражение лица выдавало испорченное настроение и желание кому-нибудь втащить. ‚Уфф, Майки~ Как страшно, у-у-у, смотри! Я даже вспотел. Втресни мне, да по-нежнее, в заветную, ищащую приключений пятую точку. Я жду, мой львёночек~, — Винсент провёл указательным пальцем по своей шее и довольно облизнул свою верхнюю губу. Если бы Джереми не остановил разбушевавшегося Майка, Скотту сулило бы их разнимать, как в тот раз. Шатен послушался своего друга и сел на место. ‚Винсент! Да что с тобой! Ты чего такой, такой… Вот такой?! ‘ ‚Скотти~. А то ты не знаешь! Когда у меня в последний раз кое-что было? М? Тебе сказать это слово~? ‘ ‚Мне ничего говорить не надо, тем БОЛЕЕ объяснять! И давай закроем эту тему! И так всем настроение перепортил! — Скотт посмотрел на него недовольным взглядом. ‚Скотти, я испортил тебе настроение? Прости-прости-прости меня, я эгоист! Как я мог так с тобой поступить! Сладкий… — Винсент обнял и начал покрывать шею Скотта поцелуями. Брюнет посмотрел в сторону Джереми и придавленно сказал: ‚Д.О.С.Т.А.Л‘ Тем временем рука Винсента опустилась на бедро его любимчика, медленно поглаживая. ‚Скоттии~ давай кое-чем побалуемся~, — сказав это шёпотом, он прикусил мочку уха. ‚Нет. не хочу. Не буду, скучно. Я вообще тебе что сказал? Отстань от мееняя. Что, с первого раза не понятно? ‘ ‚Нуу, не противься… Пожалуйста, — в голосе Винсента жила надежда. ‚Ааа, так ты ещё и решил своё приличие включить?! Не выйдет! Я знаю какой ты! Меня не проведёшь! Хитрюга, — Скотт убрал его руку с бедра и встал. Винсент сидел на стуле и жалобно смотрел на него, мол ‚позязя, нам будет хорошо, ну позязя — позязя‘. ‚Нам пора. Ну что ж. Желаю вам удачи, коллеги, — брюнет посмотрел на них с таким взлядом, типо ‚я надеюсь на вас, держитесь! ‘ Майк его понял, а вот Джереми придётся потом объяснить, почему он так посмотрел. Скотт вышел из комнаты, и Винсент вскочил со своего места, чтобы пойти с ним и попытаться снова развести его на ‚тра-та-та‘. Наша парочка теперь одна, вдвоём, ночью. Что же будет, что произойдёт? ‚Ну что ж. Давай обхаживать наше новое место. Прошу присаживайтесь, коллега.‘ ‚Если вы настаиваете… — Джереми важно сел на стул. ‚Вам удобно? ‘ ‚Да, но хотелось бы стул по — мягче. Надеюсь, вы меня понимаете, про что я? ‘ ‚Конечно! Позвольте с вами согласиться.‘ ‚Разрешаю.‘ Через несколько секунд оба засмеялись друг от друга. Держась за свой живот, Майк через смех попытался что-то сказать, но не смог. Нужно было успокоиться. Медленно выравнивая своё дыхание и закрыв глаза, он выдал свои долгожданные мысли. ‚Хаха. ты только со смеху не умри, Джереми. Нам так-то работать пора. Всё! Хватит дурачиться.‘ ‚Яя… хах. попытаюсь. Только не смеши меня опять! А то я и вправду умру, — Джереми также как и Майк держался за живот и пытался больше не смеяться. Ну вот. Настроение у шатена поднялось выше крыши. Наконец-то! Он почувствовал себя легче, намного легче. И таким кариеглазый будет только с ним, со своим другом. Или парнем? Джереми — ты больше чем обычный друг, ты стал для него дозой ходячей любови. Ты — облик этого чувства, которое пробудилось в нём. Рано или поздно, он познает тебя, физически… Оба собрались с духом и Майк, как всегда начал свой урок. Но в этот раз нужно слушать намного внимательнее, потому что жизнь — не игра. Умрёшь — обратно не вернёшься. Жестокая реальность только и всего. ‚Получается, мне нужно тыкать пальцем по камерам и вовремя закрывать двери? Но от кого? — блондин держал планшет в руках и непонимающе смотрел в него. ‚Лучше бы от людей, но.‘ ‚Ноо-о? ‘ ‚От всеми любимыми, но только для детей аниматрониками. Игрушки смерти.‘ Джереми не нужно было объяснять дальше, он понял все по последнему слову ‚смерть‘. Придётся выживать, играть в “ кошки — мышки», играть со смертью. «Л. ладно, давай. Мне это всё не нравится. Хоть бы выжить.» *С тобой, Майк. Не хочу умирать, не хочу остаться без тебя. Хочу быть с тобой, мой Майк.* Первые часы прошли не так активно: аниматроники были немного ленивыми, если так можно сказать. Чика и Бонни — всегда активировались первыми, а вот Фредди и Фокси вообще только на предпоследние дни. Это была, как отсрочка на то, что рано или поздно они всё равно погибнут. Приходилось учиться на лету, моментально, чтобы сохранить свою жизнь. Мы все умрем, но это вопрос времени. Единственный кто переживёт всех нас — старушка смерть. «Что-то скучно Майк. Тебе так не кажется?» «В такой момент?! Джереми, ты что. С тобой нет, только страшно немного.» Джереми сейчас было правда скучно и в его голове родилась странная мысль «может прогуляться?» Захотелось адреналину? Хотелось острых ощущений, но ничего, он их получит. Блондин встал со стула и направился к двери. «Ты куда? Ты чего Джереми? Жить перехотелось?!» «Хаха… Я прогуляюсь, хорошо? — он вышел из комнаты и пошёл по тёмному коридору. Майк тут же встал со стула и пошёл за ним. Это опасно, но будет куда хуже, если он бросит его. Не пойти за ним, бросить его, равносильно своей смерти или эгоизму, безчеловечности. «Джер? Джереми!!? Куда ты делся?! Вернись!!» Блондин как будто растворился, словно его и никогда не существовало. Шатен начал не нашутку волноваться. Как он мог так быстро пропасть? И почему он решил прогуляться? Что с ним? Игра началась… Джереми шёл по коридору, который так сильно изменился. Темно, рисунки на стенах были запачканы чей-то кровью, да и сами стены, чёрно-белый кафейлевый пол тоже. Все здание изменилось, раскрыло свой скрытный, внутренний мир. Оно выглядело так, как будто было обгоретым. Повсюду валялись бумаги, изредко можно было увидеть разбитое стекло. Ощущался холод… Он всё шёл и шёл, пока не очнулся от „заклятия“. Осмотревшись, блондин не поверил своим глазам, увиденное заставило его занервничать и сильно обеспокоиться. «Ч..что?.. Где я? Как это.? Майк… МАЙК!!!?» После этих слов, он побежал обратно, где последний раз общался с ним. Очутившись там, никого не было, это место стало таким же заброшенным, страшным, беспорядочным, как и само заведение. «М..майк… Где ты? Где я? Что произошло? - он не смог сдержать эмоций, по щекам стекли тёплые слёзы, от безысходности, бессилия что-либо сделать. Его спина коснулась холодной стены, медленно сползая по ней. Всё тело задражало от страха, лицо было закрыто ладонями. Чувства были обострены, нет сил с ними бороться. Вся объстановка накаляла давно жившие в нём страхи. Эти чувства не давали ясно мыслить голове, они сковывали его, как склеп в гробнице фараона. Что нужно делать? Как сейчас быть? «Майк.. Ты нужен мне, как никто другой! Пожалуйста, верните меня! Я хочу к тебе...» Тишина поглотила всё, что он сказал, как ревебрация. То, что ты сказал, ничего не значат этому безжалостному миру. Ты один, тебе никто не поможет, справляйся сам со своими проблемами. Ты ничего не значишь для нас. Нужно выбираться, стать сильнее. Джереми вытер слёзы и пошёл искать выход, но не знал как. Ноги привели его к самому главному месту - сцена. На ней стояли три аниматроника в ужасном состоянии. Они были поломанны и покрыты копотью. У каждого своя особенность поломки. У Чики были оторваны кисти её железных лап и нижняя челюсть, которую держали видневшиеся провода. Бонни было не узнать : корпус верхней части лица отсутствовал, на месте глаз горели красным цветом две точки, правая рука (или левая, я не помню) была вырвата с мясом, с неё свисали провода. А вот Фредди досталось меньше всего : был пробит корпус в некоторых местах. Всё было бы тихо, но внезапно заиграла фирменная музыка, включился свет и аниматроники начали двигаться. Их движения были хаотичными, неравномерными, не в попад. Из-за этого иногда можно было увидеть искры. Джереми стоял в оцепенении, боясь что-либо сделать. Поэтому пришлось просто наблюдать и быть готовым ко всем неожиданностям. Ещё несколько секунд и музыка, и аниматроники перестали играть. Свет выключился - представление было окончено. Аплодисменты! Последний вздрогнул от неожиданности и стал ждать, что же будет дальше. Одно мгновение и все три игрушки обратили свой взор на него, их него гостя. Они как бы сьедали его своим бесстрашным взлядом, требуя уйти. Блондин не заставил их долго ждать и ушёл прочь от туда, оборачиваясь назад. Сам того не замечая, он вернулся к тому месту, где начал свой путь. «Майк... я устал. Забери меня к себе, Майк.» Вдруг по коридору раздался грохот, который не утихал, а даже наоборот усиливался. Что-то идёт, надвигается. На другом конце прохода появился силует высокого человека, но на его голове что-то было. Это заичьи уши? Кто бы то нибыл, он продолжал двигаться в его сторону, и вот оно стало видимым. Это спрингтрап. Легенда, покрытая забытым золотом. Также был прекрасно-ужасен, как и те аниматроники. Джереми стоял и не двигался. Страх сьел его всего, он сдался. Они смотрели друг другу в глаза, пытаясь заглянуть в сущность их пребывания здесь. Пока они любовались друг другом, всё стало на свои места. И кто-то сказал : "Он сейчас сделает это... Хаха.. - один из голосов ребёнка сказал это, но с какой интонацией, ему было весело. Майк вернулся в то место, где потерял своё сокровище. Его глазам выпало увидеть то, что он так боялся потерять. «Джер? Джереми!!» Шатен увидел своего любимого, но с ним был кто-то ещё. Он увидел будущую смерть Джереми, которая стояла напротив него. «Джереми нет!! Уходи от туда!! - кариеглазый побежал к нему. *Знакомый голос... Майк? Это он...?* Спрингтрапу надоело просто так стоять и смотреть. Он замахнулся железной рукой и... Джереми схватил тот, которому так сильно молился. Аниматроник не успел нанести свой удар и поэтому закричал своим убегающим жертвам. Майк привёл его в безопасное место, медпункт. Тут же он крепко обвил его талию своими руками и сильно прижал к себе. Джереми не мог сдерживать своих эмоций, он заплакал и еле вымолвил. «Ммайк, это правда ты? Я.. - он не успел договорить, как потерял сознание, прямо на руках Майка, в безопасности. Он понял это, когда блондин замолчал и, как бы размяк в его объятиях. Шатен взял голубоглазого на руки и сел на койку. Он просидел так с ним несколько часов, думая о нём. *Джереми. Я чуть не потерял тебя. Никогда себе этого не прощу! Отныне я буду всегда-всегда рядом с тобой! Облажу тебя своим вниманием и заботой десятикратно. Чего ты только натерпелся там, без меня! Мой маленький... ангелочек. Ты - мой подарок судьбы, Джереми. Я хочу помнить тебя всего. Каждое действие, каждый момент рядом с тобой. Я буду защитником твоих снов, желаний. В конце концов Тебя, Тебя! Прости, что сегодня был немного безразличен, груб по отношению к тебе. Этого не повториться, я обещаю. Не хочу сопротивляться тому, что чувствую к тебе. Джереми.. Я.. люблю тебя, люблю!* Майк, ты признался только себе. Сейчас ты сидишь, склонив свою голову и думаешь. О чём? О будущем? Как признаться ему в лицо? А вдруг любовь будет не взаимной? Что тогда? Просто раскроешся тому человеку в своих чувствах? Может он пользуется тобой, а? Ты над этим не задумывался? Хорошо тому, кто всё знает, видит и слышит. Ты бессилен, не можешь управлять обстановкой, чувствами, любимым человеком. Но ты не тиран. Ты просто человек, которому дают испытать всё это на своей шкуре. Ты невиноват, что родился таким. Шея Джереми была открыта, как в тот раз. Майк снова бросил взгляд на неё и увидел прежнюю картину : под кожей было заметно, как кровь циркулировала по вене. «Нет, не сейчас. Не могу сопротивляться...» Шатен склонился, максимально приблизился и коснулся губами его шеи, угодив прямо в вену. Он чувствовал, как кровь пульсировала и отдавала тепло сквозь бледную кожу. (Ну вы там, как? Возбудились? А? А?! А мне смешно! Хотите, чтобы я поцеловал их обоих? Щас все будет! Яойщики!) Возбуждение брало вверх над всем, поэтому он привёл в действие свой язык. Через поцелуй, кончик языка коснулся его кожи. Рассудок буквально кричал ему : "Остановись!! Остановись, извращенец!! Тебе же хуже будет." В этот момент Джереми пробудился ото сна и почувствовал, как чьи-то волосы щекотали его шею, а губы дарили свою нежность (блл, не моогуу! смешно!). *Я не буду тебя останавливать, Майк. Мне так нравится..~* Он положил свою руку ему на шею, притягивая ещё ближе. Майк не ожидал этого и тут же отстранился. Их глаза встретились и стало так стыдно. «Майк, не останавливайся! Продолжай, пожалуйста.. продолжай, - Джереми приблизился к его лицу и не отводил глаз от губ Майка. «Тт.. ты этого хочешь..? Д-да? - ему стало жарко и очень неловко. «Не заставляй нас обоих ждать, Майк. Не томи.» Что ж, если он этого и правда хотел, не отказывать же ему. Шатен приблизился к лицу блондина и нерешительно, положил руку на бедро голубоглазого. «Ты вынудил меня, Майк!» В туже секунду Джереми впился в губы желанного человека и неумело начал целовать. Майку начинало это нравится и постепенно он перевёл инициативу на свою сторону. Они признались друг другу? Нет, обычное желание вызванное в порыве страсти. Из-за этого долгожданного поцелуя, оба начили забываться : голубоглазый углублялся, а Майк растёгивал его рубашку и почти добрался до штанов, как в комнату нагло вошли, даже не постучавшись. «Охх, парни~ Я и не думал, что всё произойдет так быстро. Проказники!~ Такие же, как и я! - Винсент был ужасно доволен увиденному. Джереми моментально слез со своего защитника и начал оправдываться : «Да.. Я! Ничего не было. Мы просто... Да иди ты!!» Винсент и Майк посмотрели на него. «Винс, ничего не было. Ты ничего не видел, понял? - он вытер слюни с подбородка. Фиолетовый закрыл глаза и довольно улыбнулся. «Как я рад, что вы признались друг другу. Я не один. Теперь вы гомосексуалы, как и я!!!» "Проказникам" не хотелось дальше это слушать, поэтому оба вышли из комнаты, проигнорировав нежданного гостя. Вскоре они пожалеют о содеянном, им будет ужасно стыдно...