Моя странная любовь

— Я так надеюсь, что вчерашняя выходка с подносом еды была всего лишь его неуклюжесть, не со зла и что он, вероятно... любит меня. Маргарет! Ну скажи, что это так! – девушка схватилась руками за кудрявую голову и опрокинулась на спинку кожаного дивана, надувая сапфирового цвета пухлые губки. — На паре французского мне довелось увидеть сидя сзади него, как он делает небольшой набросок твоего портрета в тетради. И, конечно, учитель не упустил его внешней заинтересованности в тебе и род занятий отличался от цели урока, поэтому он единственный из группы, кто получил самую низкую отметку за своё "красиво" выполненное задание. Мистер Хокинс не оценил его таланта, но мне этот случай позволил увидеть симпатию голодного художника, а голодного потому, что жаждет пригласить тебя танцевать с ним на выпускном. — Ахх! Это не сон!? Я получилась красивой?! Потанцевать со мной?! Я так счастлива, Маргарет! В густо залитой тьмой комнате, свет, исходивший от телевизора, освещал менее богатый по сравнению с кожаным простой диван. В следующем кадре, за толстым стеклом телевизора, где велась беседа, девушки обменивались предпочтительным фасоном и цветом платья на вечер для выпускного. — Знала бы ты, как я опьянена этими новостями, более того, что последует после моего согласия, дав ему свою руку, быть ведущим в вальсе? Что же он тянет? Ох! Ты сейчас, должно быть, про себя удивляешься моей не терпимости, живости на его счёт. Но кто же знал, что мы друг в друге увлечены. — И кто мог знать, что я и он будем вместе, как ты в будущем со своим горем художником, Элизабет – шатен наблюдал, сидя на своём диване, за выступающей в разговоре героиней, дегустируя на вкус тающее холодное мороженое. Девушка с кудрявыми волосами взяла со стола обеими руками букет цветов и носом уткнулась в их разноцветные бутоны, глубоко вдыхая их аромат. По набожному выражению нежных черт лица девушки с веснушками под глазами, можно было догадаться, что именно благоухание цветов и есть цветущий аромат любви. В дверном проёме зала и за ним шла густая темнота, не было белокурой искорки его пасси, только тьма заполняла радужку глаз шатена. — Вот растяпа, – чайная порция мороженого обожгла своим холодом бедро, своими пальцами он старательно убирал повлекшие последствия, после чего место стало липким. — Почему, ты бессонница, нашла меня именной этой ночью, лишив меня тёплой кровати и счастье разделять её с ним? — А ты, Маргарет, с кем пойдёшь на выпускной? К тебе поступали предложения от парней? — Ну, – девушка поправила подол платья у колен, ещё раз приглаживая его к согнутым коленям, как бы успокаивая себя. — С капитаном команды по волейболу однозначно отказ, потому что его праздность сегодня зарывается ладонями в одних волосах, а завтра они же изучают формы другой. С Карлом ещё более менее, рассудок и соблюдение маннер всегда с ними, краснеть по мимо румян не придётся, – скромный хохот девушек добавил весёлости к холодному тону стен комнаты одинокого парня. Край покрывала дивана был собран в кулаке, вены под кожей выступили вследствии создаваемого напряжения в мышцах. Нижняя губа переживала перемены в настроении будучи кусаема белоснежными зубами, а чета глаз смотрела на пустующее возле себя место, представляя фантом важного человека. — Ты ещё не знаешь, что отдаёшься в сильные, крепкие объятия искушения, Элизабет, – девушка в кадре прищурила глаза от неудержимого смеха. Места в спальне показалось больше, блондин ощутил это всем своим телом, перевернувшись на другую сторону без какой-либо преграды. Выпрямив руку вперёд, кроме холодной простыни он ничего нового для себя не открыл. Слипшиеся веки ото сна отказывались подчиняться, но протирая их свободной ладонью, к ним вернулась присущая работоспособность. Игра в гляделки в густой темноте не вывели из неё хозяина комнаты, лишь еле заметный свет в щелке открытой двери подсказывал ему, где ныне почивает его друг. «Друг, я называю тебя другом, Майк. Пора выкинуть это из привычки.» Повернув свою белокурую голову назад и окинув быстрым взглядом спальные принадлежности, они подняли из его недр памяти то, что было упущено, забыто. Мгновенно вернув уже распахнутые от удивления и смущения глаза на тонкую нить света, он крепко сцепился ладонью за одеяло и поднял его выше к груди, как целомудренник, которого охватывает чей-то похотливый взгляд. Как быстро плоть забыла те приголубливания, и как быстро память покрыла згой невесомые воспоминания того дня. За этой тиранией очерков прошедших ласк, он запустил ладонь под воротник футболки возле шеи. Поверхность кожи показалась бархатной, как у младенца. «Так я стал бессмертным? – подушечкой большого пальца он проверил остроту своих клыков, все было как прежде. Двигаясь к краю кровати, блондин повернул удобной стороной домашние тапочки, одел их и подошёл к отпертой двери, но не спешил покинуть спальню и подключиться к своему парню. Что будет говорить, каков план действий? А мыслил в том ключе, чтобы чувствовать себя более увереннее во-первых перед самим собой. А для чего понадобиться эта шпаргалка? Он не враг. — Слушай, Маргарет, а где купить такие туфли, чтобы и кошелёк не похудел и мой образ и я остались довольны? – благодаря диалогу в глубине соседней комнаты, щелчок закрывающейся двери стал недосягаем до слуха, сидящего в ней. — Ну и, конечно, чтобы я затмила всех девушек на выпускном и Генри быстро нашёл бы меня среди толпы. Голубоглазый постарался без шума на носочках приблизиться к источнику света и разговора, но ни коим образом не пересекаться с ними, поэтому сейчас он шпионил за шатеном только краем глаза за дверным косяком. — Если хочешь выйти из-под тени аристократического света эффектно, найди добрую фею, чтобы та наколдовала для тебя платье цвета голубого небосвода и хрустальные туфельки, – ответила Маргарет. — Если сумеешь посчитать все крупицы соли, как это сделала сирота из сказки "Золушка". Шатен сидел одетым в том же стиле: футболка и один единственный эмелент нижнего белья. Будто бы они были близнецами, которые всегда имели для себя целью быть похожими друг на друга. На столике стоял большой стеклянный стакан, наполненный какой-то цветной массой. С минуту навострив своё зрение в темноте, стало понятным чем именно, но до этого момента блондину всегда казалось, что эта сцена предназначена только для фокуса камеры под пылким надзором режиссёра с большим стажем работы. Даже сладкое не развеяло тучи на грустном лице кареглазаго и взгляд время от времени поднимался на двух неумолкающих девушек. После заставшего, у Джереми иссякло всё желание шпионить за стороной и холодно созерцать одиночество второй половинки. Он ступил шаг из своего укрытия без лишних звуков и решил добраться до него подобным образом, чтобы приятно удивить. — Генри?.. – девушка приложила мягкие подушечки пальцев к пухлым губам от неожиданности, когда увидела в отражении того, с кем должна вальсировать. Пару шагов и парень уже смерил своим высоким ростом свою визави, заключая одетую в бархат свободную руку девушки в свою и не прерывая зрительного контакта, поцеловал её. — Джереми? – чета тёмных глаз уставилась на застывшую фигуру в темноте, спиной отлипая от дивана. — Почему ты не спишь? Телевизор разбудил тебя? — Нет, – голубоглазый по мере приближения к софе беспрерывно наблюдал за вальсирующей парой по телевизору, садясь на свободное место рядом с шатеном. — Без тебя в постели стало подозрительно просторно, да и почему ты на ногах в столь позднее время? Почему? — Я.. Такое бывает, бессонница же. Просто хотел подумать обо всем, что-то вспомнить.. – блондин посмотрел в его сторону и скрепя ладони в замок, положил главу ему на плечо. Шмидт от подобного жеста почувствовал себя спокойным и после осознания ситуации, в которой оба находились, решил стать более уверенным в разговоре с ним. — Джереми, я ведь до сих пор не могу поверить своим глазам и тому, что нас связывает не только общая работа. Ты наяву обитаешь в моей квартире? Ты правда, – он освободил стопу от тапочка и пальцами ног медленно коснулся его стопы. — мой? — Элизабет, я так давно одурманен тобой. Твой смех единственный звенел колокольчиком среди сонмы иных девушек. Сама вечно юная Афродита была бы тебе подругой, – щеки девушки залила краска смущения и она не смогла посмотреть партнёру в глаза без застенчивого смеха. Джереми опешил и вздрогнул от прикосновения. Шестое чувство подсказывало ему, что он сейчас смотрит на него. Сказать правду от начала и до конца? И не быть сдержанным в выражениях подобно чувствам? Пусть вершит свой суд. — В тебе есть мужской стержень. Твои поступки показали это детально и без прикрас, – выдержав недолгую паузу для моральной подготовки, он продолжил. — постоянно сжигаешь меня своими тёмными глазами, которые напоминают горький шоколад и вольный тембр голоса... Ой! Я..!? — Будешь мороженое? – беспордонно перебив, он предложил пассии ранее предложенное. — Оно просто тает, а я уже наелся. Голубоглазый не скоро осознал такую смену темы, поэтому принял вину на себя за стесненное поведение шатена. «Мне правда нужно остыть, охладить свой поток оголтелых мыслей. Даже Майк по стеснялся такое слушать. И как быть дальше? Ладно, я буду амёбой.» — У тебя здесь испачкано, – сухая салфетка хорошо впитала следы сладкого на подбородке. – а теперь чисто. Джереми, мне.. — ... так хочется признаться тебе, Элизабет, кое в чем. Сегодня последний день, когда все мы можем наслаждаться обществом друг друга будучи выпускниками и на заре следующего дня стать бывшими однокурсниками, но.. я не хочу терять из виду тебя, Элизабет, – парень держал ладонь девушки в своей, большим пальцем поглаживая её усыпанное маленькими камнями серебряное кольцо на безымянном пальце. — Я намеренно пригласил тебя на пустующую трибуну футбольного поля, чтобы без лишних свидетелей и под усыпанным звёздным небом сказать, что ты.. ты мне очень сильно.. — ..нравишься, – голос парня и девушки слился в обоюдном ответе. «В этом мы уже друг другу признались. Может действовать сейчас параллельно этой влюбленной паре? Правда мой смокинг моль проела. Твоя взяла, Генри, ты – красавчик.» Шмидт отвел взгляд от целующейся парочки по телевизору и посмотрел в сторону блондина, который продолжал наблюдать за ними и с последней ложкой съеденного десерта вернулся к прерванному разговору. — Прости, я отвлекся и не смог не заметить такой плавной, что ли, закономерности. Так, что там ты хотел сказать мне, Майк? — Я уже сказал, Джереми, правда сейчас мы отстаём от нашей альтернативной версии "нас", – два пальца в суставе согнулись пару раз в прямой угол, выражая жест кавычек. «Это ведь должно выглядеть милым: я и Майк поцелуемся. Радует, что этот фильм не для взрослых, в противном случае мы бы.. Прочь! Прочь!» — Майк, я схожу на кухну? Мне нужно выпить воды, слишком сладко во рту, – тихим топотом блондин удалился на кухню. Оставшись один на один с собой, шатен прислушивался к звуку льющейся воды и звяньканью десертного сервиза, обдумывая до последнего момента остановить его или нет. Отдав предпочтение первому, он пошёл к источнику звука, прикрывая ладонью глаза от резкого света. — Джереми, – выключив воду и высвобождая гранёный стакан из тонких пальцев парня, кареглазый поставил его в сторону. — Может быть я не брезгливый человек? Было очевидно, как язык провёл по ряду зубов под верхней губой, после пробуя кончиком на вкус нижнюю. Щёки расцвели румянцем, догадываясь о истинной причине его слов. За ним оставалось только кинуть жребий одобрения или по-доброму выкарабкаться. Раньше он не думал каким будет поцелуй, им манипулировало только желание: без логики как и в какие сутки. Был готов перелезть стол, разбросать бумаги и оказаться у него на ногах. Те пару часов назад ещё парят в сознании томным и стыдливым фантомом. Если повторится сейчас, кто по тянется за тот стоп-кран, до которого тяжело дотянуться? — Я, наверное, сглупил. Сейчас во дворе ночь, мы спать должны. Пойду пока в зале за нами уберу, а ты готовься ко сну. — Ты обиделся? – блондин положил свою руку ему на предплечье, чтобы тот обернулся. — Нет, но я знаю, что я съем тебя там. Убегай скорее! – парень послушно повиновался и убежал в ванную для водных процедур. — Я видела много сериалов, где парень увозит девушку в закат с букетом цветов, пылко целуя новоизбранницу в губы. Сейчас та девушка это – я, вместо заката – свет придорожных фонарей по обочине. Маргарет, я получила эквивалентное состоянию Золушки, но до боя курантов, – девушка смотрела перед собой на парня в смокинге, который открыл переднюю дверь машины с тёплой улыбкой. На телефон Элизабет пришло смс: «У тебя все получится! Элизабет, это твоё счастье, не упусти его!» Шатен держал палец на кнопке питания и ждал подходящего момента его выключить, внимательно наблюдая за девушкой, которая потянулась поцеловать парня в щёчку. Парень потрогал подушечками пальцев место поцелуя и захлопнул за ней дверь. Немного смущенный он обошёл машину спереди и сел за место водителя, поворачивая ключ зажигания. — Куда едем, Генри? — Исполнять наши желания, Элизабет. Свет от телевизора потух. В комнате сгустилась тишина. Поднявшись в полный рост, парень решил вернуться в спальню, где по возвращению горел ночник и на кровати сидел укутанный в одеяло Джереми. Кариглазый притянул дверь за собой до щелчка, не отрывая взгляда от спереди сидящего. — Майк, я готов. Ты можешь меня поцеловать, как того желаешь. Скажи, когда начнешь, я закрою глаза. Шатен подошёл к своей второй половине кровати, сел и посмотрел в собственное отражение на дверце шкафа. — Джереми, помнишь как ты сказал мне, что тебе понравилось всё? Я говорю о том, когда..