Яркое пламя

Катя отдалилась, спускаясь рукой по волосам брюнетки, медленно накручивая локон на свой палец. — Я тоже безумно скучала. Все эти дни я думала, что потеряю тебя. — Никуда от тебя не деться, — подмигнув, сказала Бурая. Несколько секунд тишины резко поразили автомобиль, а Таня пристально смотрела в глаза Шаманки, будто ища в них ответы на свои вопросы. Возможно, она нашла их, а может, просто набралась смелости, чтобы озвучить то, чего так отчаянно и давно хотела: — Кать… может быть ты зайдешь? — Думаешь, тебе понадобится моя помощь? Если что, ты можешь позвонить, — с недоумением ответила блондинка, явно не понимая, к чему клонит ее босс. — Нет, помощь мне вряд ли понадобиться, я хорошо себя чувствую, спустя столько времени, но я действительно хочу, чтобы эту ночь ты провела рядом со мной. — Ээээ… Хорошо, я посплю на диване. — Перестань раздражать меня и выходи из машины, — резко ответила брюнетка, открывая дверь. — Как скажешь, босс. Блондинка забрала из багажника вещи, принадлежавшие Тане, и покорно отнесла их до входа в дом, ощущая себя немного странно. Возможно, она действительно не понимала, к чему клонит Таня, а может, мозг просто решительно отторгал эту информацию, мягко намекая на то, что так хорошо жизнь складываться вовсе не может. — Вина? — спросила брюнетка, кидая ключи на стеклянный стол в гостиной. — Я — за! А вот тебе, моя дорогая, вино нельзя. — С чего ты это решила? Мои врачи не против капли алкоголя в моем организме. — Точно? — Поверь мне. Катя блуждала по большой комнате, рассматривая полки со старыми фотографиями, где изображена маленькая Таня со своими родителями. Но один снимок привлек ее внимание больше, чем другие. Она взяла деревянную рамку в руки, проводя пальцем по стеклу. — Это кто? — Это мой прадед. Он тоже был пожарным. Этот человек безумно мне дорог, и возможно именно он дал толчок моему подсознанию, чтобы однажды прийти в часть. Я часто ездила с ним на станцию, где он рассказывал мне истории о пожарных, которые за один вызов могли спасти сотни людей. Это очень вдохновляло, и я вспоминала эти истории, будучи немного старше, когда его уже не осталось в живых. — Вы с ним похожи, — прошептала Хорошенко, смотря то на фото, то на лицо Тани, стоящей рядом с ней. — Многие так говорят, — брюнетка забрала фото, своими руками поставив его аккуратно на полку, — все эти награды также принадлежат ему. Можно сказать, что это наш семейный алтарь. Но хватит впадать в ностальгию, пойдем, я налью вина. Катя была поражена, настолько трепетно Бурая относится к своему прадеду, с каким теплом она рассказывает о его историях, наградах и подвигах. Вот и большие пазлы, из которых нужно было по частям собрать загадочную личность Тани Бурой понемногу начинают раскладываться в четкую картинку. Катя присела на стул, протягивая руку к своему бокалу с красным вином, мирно ожидавшим ее на красивой барной стойке цвета красного дерева. — Ну что, предлагаю выпить за твое выздоровление. — Поддерживаю, — улыбнувшись, произнесла брюнетка, звонко ударяя своим бокалом о Катин. Через некоторое время первый бокал был допит, и Таня, решив не останавливаться на достигнутом, разлила вторую часть бутылки, положив на тарелку перед собой еще одну веточку белого винограда. — Не стесняйся, — игриво сказала брюнетка, протягивая Кате виноградинку. — Да я вроде и не стесняюсь, — ответила та, ехидно улыбнувшись. — Мне так не кажется, — буркнула начальница, кидая виноград себе в рот. — Перекрестись, милая, потому что тебе однозначно это кажется. Шаманка отодвинула бокал, и посмотрела на Таню, грациозно обходя барную стойку. — Поверь мне, я никогда не была стеснительной девочкой, — прошептала Катя, забирая бокал Бурой из ее рук. — Оу, ты так считаешь? — Да, — сказала она, подтолкнув брюнетку ближе к стене. — Так уж и быть, поверю, — произнесла девушка, в ответ притягивая Шаманку ближе к себе. Бурая сделала первый шаг, усыпая горячую кожу блондинки нежными поцелуями от ключицы до губ, попутно расстегивая пуговицы на ее клетчатой рубашке. Катя запрокинула голову назад, тяжело вздыхая от удовольствия, а каждый поцелуй нес в себе разряды тока, пробегающие по всему телу, вызывая явную дрожь. Руки брюнетки изучали тело Хорошенко, нежно дотрагиваясь до спины, вызывая ее тихие стоны. Не теряя полного контроля над своим телом, Екатерина не хотела так сразу отдаваться во власть Бурой, и взяв инициативу в свои руки, с силой прижала босса к стене, впившись в ее пухлые губы. Таня все больше углубляла поцелуй, стягивая с блондинки уже расстегнутую рубашку. — Ты такая красивая, — остановив поцелуй, прошептала девушка, проводя рукой по животу Шаманки, что заставило ее мышцы заметно сокращаться, — я без ума от тебя. Катя стояла в джинсах и лифчике, явно ошарашенная таким вот признанием, но решив не терять драгоценного времени, взяла Таню за талию, посадив на стол, а та, в ответ, обвила бедра Хорошенко своими ногами, в это же время обжигая горячим дыханием ее шею. — Я тоже без ума от тебя. С первой минуты. Прошу тебя, не останавливайся сейчас. Не дай моему сердцу вновь разбиться. Но она остановилась. Остановилась и молчала, спокойно смотря в ярко-зеленые глаза блондинки. — Что? Что не так? — с испугом спросила Шаманка. Сидя на столе, все еще держа ее своими ногами, брюнетка взяла ее за руку, переплетая пальцы. — Единственное, что я еще в данный момент хочу, чтобы мы пошли в спальню, прямо сейчас.