Луна и Тис

             Громыхнуло. За окном бушевала буря. Молнии белыми вспышками нещадно разрезали небесный свод. Терпкий запах озона проникал в таверну вместе с вымокшими посетителями.       Он работал в этом кабаке уже давно. Так что отличить скромника от персонажа, который не желал, чтобы его личность раскрыли, мог с одного мимолётного взгляда. Господин, заказавший только воду, закутанный в чёрный драпированный плащ практически по самый нос, явно относился ко второму типу.       Незнакомец уже несколько часов сидел один за столом, разглядывая газету, лежащую перед ним, постукивая костяшками по дереву, одна из которых странно провисала. То и дело бросая острый взгляд на стену, потолок, а иногда и в его сторону.       От такого пристального внимания к своей непримечательной персоне все поджилки Марко тряслись. Было ощущение, что притаившийся в засаде монстр, ожидал удобной минуты для атаки.       Конечно, он насмотрелся многого, пока мотался из одного города в другой, прежде чем осел здесь. По идее его не должен был пугать странноватый клиент. Сюда приходили всякие. Иногда некоторых наиболее неадекватных нужно было выводить силой.       Марко не боялся ввязаться в драку или огрести после смены. Но этот незнакомец заставлял что-то внутри него болезненно сжиматься. То ли дело было в том, что его огромная тёмная фигура, занимающая слишком много пространства, была похожа на чёрную матовую дыру, готовую засосать в себя любого, кто к ней осмелился бы приблизится. То ли в том, что в темноте глубокого капюшона временами сверкали жёлтые нечеловеческие глаза. Марко не мог понять точно. Но… От незнакомца определённо несло злом.       Он украдкой из-под полуопущенных ресниц вновь оглядел клиента. Кажется лицо вытянутое, скорее всего монстр… Парень сглотнул. В последнее время их стало много в городе. После того как новым мэром стала Эклипса, по дешёвке выкупившая кукурузный завод. Которая к неудовольствию жителей вступила в межрасовый брак. Монстры стали наглеть, чувствуя свою безнаказанность. Зачастую стычки с людьми решались в их пользу.       Единственным человеком, которого они побаивались, была шериф. Она словно чуяла, где происходило непотребство, и была тут, как тут. Даже получила награду за раскрытие какого-то сложного дела, об этом кричали все заголовки сегодняшних газет с её портретом. Говорили, что она ни к одному преступлению не подходила поверхносто, старалась докопаться до правды и не верила очевидным фактам.       Вроде бы она была дочкой предыдущего мэра. Ходили слухи про какую-то тёмную историю, из-за которой её со скандалом сместили. А несколько месяцев назад она скончалась в больнице при невыясненных обстоятельствах. Никто так и не смог определить из-за чего. В крови обнаружили какие-то дитерпеноидные алкалоиды. Словосочетание показалось Марко смешным, поэтому он запомнил.       Парень лишь на секунду отвёл глаза, чтобы рассмотреть новоприбывшую «мокрую курицу», как он сегодня про себя называл всех вымокших до нитки посетителей.       Бам!       Живот чуть не подвёл его, когда прямо перед ним на стойку обрушилась большая ладонь в чёрной кожаной перчатке, прижимая к ней белый листок, сложенный напополам.       — У меня есть просьба… Я щедро заплачу!       Злая острозубая ухмылка сверкнула в недрах капюшона.       Парень сжал побелевшие губы. Чёрт! Двигался клиент странно, как-то рвано. Будто когда-то у него были сломаны все кости и они плохо срослись.       — Вы же занимаетесь доставкой? Передайте это шерифу, вместе с бутылкой вашего лучшего вина.       Его голос был хриплым и тихим, словно он сорвал голосовые связки.       «Просто записка. Это просто записка, Марко».       Но почему же его рука так дрожала, когда он принимал её.       — Умница! — на стол упала горсть золотых монет.       — О, Небеса! Да тут всё моё жалование за месяц! — Марко не сумел сдержать удивление, взорвавшее его изнутри.       Незнакомец понимающе хмыкнул. И больше не говоря ни слова направился к выходу, он вышел в затянутую тучами дождливую ночь, тихо хлопнув дверью, но этот звук волной прокатился по всему телу парня, будто рядом с ним ударили в огромный колокол.       Какой странный вечер! Взгляд Марко стал более осмысленным, когда он посмотрел на записку, зажатую в его вспотевших ладонях. Деньги-деньгами, но он должен проверить. Ещё не хватало нарваться на неприятности.       К записке с лицевой стороны на манер штампа была приклеена какая-то красная бусина. Парень осторожно развернул листок, стараясь её не задеть. А то мало ли, ещё обвинят в том, что он испортил первозданный вид «товара». Он посмотрел на алую строчку, выведенную красивым каллиграфическим почерком. Надо же! А по незнакомцу не скажешь, что он образован. Больше похож на какого-то бандюгу.       Марко медленно по слогам прочёл послание и нахмурился. Странная надпись, но ничего такого. Он честный парень! Деньги надо отработать. Завтра же передаст её Мун вместе с бутылкой.       — Эй, Марко! Тут бочку с пивом перевернули!       Парень, воровато оглядываясь, поскорее сгрёб золотые монеты себе в карман. Эти идиоты хоть что-нибудь могли сделать без него, не напортачив?!       — Сейчас подойду! — нервно выкрикнул он, перекладывая записку на стол за стойку. И, матерясь, направился вглубь складского отсека.       Ветер, ворвавшийся в помещение вместе с очередным посетителем, подхватил оставленный без присмотра лёгкий лилейный листок и медленно протащил его по полированному столу, разворачивая. Вспышка молнии ярко осветила алые, словно выписанные кровью, буквы:       Досчитай до пяти, Мун! Я уже близко.