Плащ и его Стивен

Плащ левитации пережил множество новогодних ночей. Он проводил их в бою, на плечах у достойных мастеров и, к его громадному сожалению, в витрине нью-йоркского храма. Он практически смирился с тем, что последний вариант — это его судьба на столетия вперед, однако Стивен Стрэндж не только сделал его самым счастливым артефактом в мире, отменив проклятие Совета мастеров, но и взял с собой в Нью-Йорк на крышу одной из высоток, по пути захватив свою девушку Кристин Палмер и помощника Игнатуса Рейва с собой. Вместе Стивен, Кристин и Игнатус оказались у края крыши, когда на часах было без четверти полночь, а внизу переливалось разными цветами и искрами море людей на Таймс-сквер. — Вы всё-таки успели! Я надеялась на это, — радовалась Кристин. Стивен приобнял её за плечи и притянул к себе. — Да, нам пришлось немного повозиться, но я не собирался пропускать американский Новый год. Плащ привычно обнял собой не только любимого хозяина, но и Кристин — его материи хватало на всех. И ласково погладил полой по руке, чем вызвал довольную улыбку. — Ты очень милый. Стивен перевел взгляд с опускающегося хрустального шара — символа Нью-Йорка — на Кристин. — Ты о ком из нас? — О твоем плюшевом друге, который постоянно следит за тем, чтобы у меня не мерзли пальцы. Плащ обвился вокруг ее кистей еще плотнее, чтобы точно согреть, и покосился на Игнатуса — тот что-то быстро набирал в своем мобильном телефоне. — Да, плюшевые друзья могут и не такое, — признал Стивен. — Недооценивать их не стоит. — Твой Плащ что-то натворил? — обеспокоилась Кристин. — Если так, его стоит простить, Стивен. В эту праздничную ночь. Слегка смутившись от столь явного желания защищать, Плащ обнял Кристин еще крепче, укутал до самого подбородка и погладил по щеке. Стивен на это лишь усмехнулся. — Да, в том, как подлизаться к девушке, у Плаща равных нет... Ничего он не натворил, Кристин, вел себя как обычно. Натворил я: вновь использовал Глаз Агамотто без разрешения других мастеров, чтобы восстановить книгу Плаща и снять с него проклятие, — на этих словах Стивен продемонстрировал ей по-прежнему висевший на шее медальон. — О. Тот артефакт, которым можно уничтожить Вселенную? — Он самый. Эта штука управляет временем, а я, забрав её, объявил остальным, что возвращать ее не буду. Медальон сверкнул зеленым и слегка завибрировал. Плащ почувствовал это сразу, он отлично понимал, какая громадная мощь заключена в небольшом камне, и даже не пытался вступить с ним в контакт. — И как отреагировали остальные? — полюбопытствовала Кристин. Игнатус прыснул, с трудом сдерживаясь, чтобы не расхохотаться, а Стивен тяжело вздохнул. — Объявили следующим Верховным Чародеем Земли. Нынешний этому неприлично обрадовался, а Вонг смеялся громче всех. Он меня ненавидит. — Уверена, что это не так, — покачала головой Кристин. — Ему просто нравится тебя дразнить и самоутверждаться за твой счет. Ты его любимый оболтус. — Спасибо, что напомнила об этой лестной характеристике, Кристин. Моя и без того стремящаяся к нулю самооценка ушла в глубокий минус. Игнатус издал еще один смешок, состроил виноватое лицо и стал печатать в телефоне еще быстрее. Плащ же, потянувшись к мыслям Стивена, не услышал в них и намека на обиду — хозяин был достаточно умен, чтобы ясно оценивать разницу в магических знаниях между Вонгом и собой, а потому характеристика «оболтус» вполне соответствовала его внутренней самооценке. Поизучав лицо Стивена, Кристин поднялась на носочки и поцеловала его в щеку. — Мне лучше, — отреагировал Стивен и повернул голову к своему ученику. — Кстати, Игнатус, ты что-то начал говорить про Вонга, когда нас прервали. Вроде бы: «Но Вонги же…» Закончишь фразу? Игнатус опустил руку с телефоном. — Конечно, учитель. Я хотел сказать, что династия Вонгов всегда служила только Верховному Чародею. Они не были помощниками кого-то ещё. — Интересно. Получается, когда я позвал его с собой, никто не стал возражать, потому что они знали, к чему всё идёт, уже тогда… Нужно побеседовать с Вонгом. — Хорошая мысль, — одобрила Кристин. — Кстати, Игнатус, ты собирался поздравить малышку Лиз, не забыл? — Да я как раз с ней сейчас переписывался! — воодушевился Игнатус. — Она вот только что написала, что завидует мне и хотела бы встретить Новый год в Нью-Йорке. — Так почему ты до сих пор здесь? — резко спросил Стивен. — Э-э… — Три минуты до полуночи. Отправляйся в Канаду и перенеси ее сюда! Игнатус колебался всего секунду, после чего принялся торопливо создавать портал. Плащ на это лишь покачал воротником: по всему выходило, что оболтусов в окружении Вонга теперь целых двое. Минутное отсутствие Игнатуса Стивен и Кристин использовали для того, чтобы начать целоваться прямо на краю крыши, пока Плащ внимательно следил, чтобы никто из них не сорвался вниз. Они не перестали это делать и после появления Игнатуса с малышкой Лиз на руках — те, впрочем, сразу отвернулись и стали демонстративно разглядывать улицу внизу, вслух отсчитывая вместе с толпой последние секунды до начала нового года. Дальнейшее запомнилось Плащу левитации лишь отдельными моментами. Вот небо над Нью-Йорком озаряется первыми залпами фейерверков, Стивен наколдовывает шампанское и четыре бокала, Лиз он наливает искрящийся лимонад. И все четверо — Стивен, Кристин, Игнатус и Лиз — громко поздравляют друг друга… Вот Игнатус подробно рассказывает Лиз, где какое здание стоит, и даже переносится с ней еще на пару крыш, пока Стивен и Кристин снова целуются под радостные крики толпы и музыку внизу… Потом радости ненадолго становится меньше: жутко смущаясь, дрожащим голосом Лиз говорит Игнатусу, что не может молчать, и рассказывает о Лейле, а он успокаивает ее словами, что уже в курсе, но это не помешает ему считать ее — Лиз — своим другом. И с разрешения Стивена они вдвоем отправляются в Канаду праздновать дальше там. Ну а оставшиеся одни Стивен и Кристин переносятся в нью-йоркский храм… *** Плащ левитации был невероятно счастлив поделиться с Домом во втором часу ночи последними новостями об отмененном проклятии, о том, каким решительным оказался Стивен, когда использовал Глаз Агамотто ради него — Плаща — и кем станет теперь. И Дом это тоже оценил. — Я почувствовал Глаз Агамотто, едва вы только появились, Плащ, — пробасил он. — Эта великая вещь подчиняется теперь нашему хозяину. — Он это заслужил, Дом. Оба древних артефакта замолчали, наблюдая за Стивеном и Кристин, которые внезапно осознали, что сильно проголодались, и отправились изучать содержимое холодильника. Чтобы не стеснять их движения, Плащ снялся с плеч Стивена и пристроился на одном из стульев. — Я очень рад за тебя, Плащ. Рад тому, что твоя книга цела, и ты теперь свободен от ограничений, — рассудительно поведал Дом. — Не представляешь, как этому рад я, Дом! Мне было очень плохо много лет подряд, но теперь… Я чувствую, что способен на многое, — и всё благодаря хозяину. — Мы в нём не ошиблись. — А еще он меня обнял. Раньше говорил, что никогда этого не сделает, а вот в эту праздничную ночь обнял. — Вероятно, из-за чувства вины и только. — А вот это мы сейчас проверим! — неожиданно воодушевился Плащ. Вспорхнув со стула, он подлетел к стоявшему возле микроволновки Стивену спереди и кинулся ему на шею, крепко обхватив обеими полами. От неожиданности Стивен даже поперхнулся и отступил на шаг. — Э-э… Плащ? В чем дело, Плащ? Плащ потерся воротником о его шею, прижимая к себе, как самое обожаемое существо на свете. — По-моему, он тебя любит, — заметила Кристин, весело разглядывая обоих. — Я бы даже сказала, очень любит. — Да, я тоже его люблю, но разве из-за этого стоит меня душить? Признание Стивена вдохновило Плащ еще больше — он обмотался вокруг него так, что осталась торчать только голова. Кристин же, обойдя их по кругу, покачала головой. — Нет, тебя он не душит и с твоей шеей обращается очень бережно. Кстати, ты не в курсе, чего это он? Стивен попытался выпутаться, чем добился только того, что Плащ приподнял его над полом и продолжил тискать, как ребенок любимого плюшевого медведя. Плащ слышал его мысли — немного раздражения, отголоски чувства вины, а еще — удовлетворение от улыбки на лице Кристин, чтобы развеселить которую Стивен был готов и не на такое. Обнимая своего хозяина, Плащ только не рассчитал, что даже в таком состоянии соображает он очень быстро. — Похоже, ему понадобится твоя помощь, Кристин, — неожиданно серьезным голосом заявил Стивен, отчего Плащ просто завис. — В чём? — У него психологическая травма. Мастера считали его недостойным несколько десятков лет, я отменил их волю этой ночью, и теперь ему нужно адаптироваться к нормальной жизни. Он всё время старается мне услужить, но при этом дергается по пустякам и боится, когда это вовсе не нужно. Похоже, он не верит, что может быть кому-то нужен, и что это не прекратится в самый неподходящий момент. Потрясенный до последней ниточки словами хозяина Плащ медленно опустил его на пол и отлетел к стене. Он был в таком шоке, что даже Дом не сразу достучался до него. — Эй, Плащ? Ты слышишь меня, Плащ? — Как он мог, Дом?.. — потрясенно прошептал Плащ. — Рассказать ей… Как? Он вжался в стену, когда Кристин, не говоря ни слова, подошла к нему и, помедлив всего секунду, сгребла в охапку и крепко прижала к себе. — Бедняга… Хороший мой, что же с тобой сотворили, что ты так не веришь в себя? — Он не спас от гибели своего мастера, Кристин, — негромко поведал Стивен. — Увидел, что в опасности женщина с ребенком, кинулся спасать их, но, пока он это делал, погиб мастер Сумин. За это его проклял Совет мастеров и заточил в стеклянную витрину этого храма. А я случайно ее разбил. — Плащик, — Кристин успокаивающе погладила его по подрагивающей спине. — Проклятия больше нет, но воспоминания о нем остались. Всхлипывая от переизбытка чувств в руках Кристин, Плащ не сразу осознал, что Стивен тоже подошел к нему, — понял это, только когда тот ободряюще сжал его плечо. — Всё в порядке, Плащ. Тобой займется доктор Палмер, она умеет находить нужные слова для самых отчаявшихся и не позволяет опускать руки. Кристин повернула голову к нему. — Я это проверил на себе. Теперь твой черед. Плащ всхлипнул, тяжело вздохнул, понаблюдал за тем, как хозяин начал доставать еду из микроволновки, и, осторожно подняв полы, обнял Кристин. — Всё будет хорошо, Плащ, — чуть отстранившись, Кристин положила обе ладони на его красные плечи. — Мы с доктором Стрэнджем тобой займёмся. Я подумаю, с чего начать, но ты точно будешь у нас очень гордым и сильным артефактом, потому что мы в тебя верим. Качнув воротником в сторону, чтобы увидеть Стивена, Плащ поймал его взгляд. — Да, верим. Я даже готов разрешить тебе обнимать меня на это время. Плащ тут же рванул к нему, но вынужденно остановился, когда Стивен выставил вперед руку. — Стивен! — укоризненно воскликнула Кристин. — Но только в разумных пределах, не когда я занят и недолго. Тебе понятно? Плащ энергично кивнул воротником. — Хорошо. Понимая, что хозяину и его девушке нужна горячая еда, Плащ не стал бросаться ему на шею снова, а лишь плавно облетел и наделся на плечи. Ему было жизненно необходимо услышать его мысли, понять, зачем он так поступил, и, сосредоточившись на мыслях Стивена, Плащ услышал очень четкое и явно адресованное ему самому: «Не злись на меня, Плащ, помощь Кристин необходима. Я пытался справиться сам, неделями показывал тебе, как ты мне дорог, и как я доверяю тебе, но ты так и не поверил в это до конца. А я… кем бы там меня ни назначали в Камартадже, я по-прежнему доктор Стивен Стрэндж, которому важно спасать жизни людей и Плащей. Важно, чтобы ты был в порядке. Если Древняя чему и научила меня, так это пониманию того, что я не всесилен, и иногда, чтобы добиться цели, нужно принимать помощь от других…» Плащ вздохнул, понятливо пожал полой руку Стивену и с надеждой посмотрел на Кристин.