Глава 14
17 июня 2018 г., 16:59
Катрина вернулась сегодня домой намного позже обычного. Это было не в первой. И в семье к этому уже давно все привыкли. Отужинав, приняв душ перед сном и собираясь в спальню, женщина, по дороге, пересеклась с Роуменом.
— Доброй ночи, Катрин, — сдержанно произнес он.
Парень всегда называл свою мать по имени, что соответственно ту, в глубине души, задевало, но делать с этим что-то уже не имело никакого смысла, после того как сыну исполнилось 18.
— Доброй, сынок — улыбнулась она в ответ.
Зайдя в комнату, она легла рядом с мужем, который в этот момент еще не спал. Катрина надела очки и открыла рядом лежащую книгу. Эдвард положил свою ладонь ей на плечо.
— Не сегодня, Эд — она слегка одернула плечо.
— Мм? В чем дело?
Катрина выдохнула, положив книжку на живот, и продолжила:
— С нашими детьми творится неладное...
— Что ты имеешь ввиду? — уточнил Эдвард.
— У них обоих никого нет. Они никуда не ходят. Никто из них не ищет отношений. Их абсолютно все устраивает.
— И что в этом плохого? Может наши дети обыкновенные интроверты? — улыбнулся он.
Катрина повернулась в пол оборота, лицом к Эдварду:
— Роумен да, но уж точно не Рэйчел! Я ее не узнаю, она стала сама на себя не похожа!
На что мужчина только пожал плечами.
Эдвард, мне кажется они спят друг с другом, — полушепотом произнесла Катрин.
— Ччто?! Что за бред ты несешь? — подскочил Эдвард.
— Тсссс! — в тот же момент прервала его Катрина, — не ори, черт возьми! Они все время проводят время вместе, у Роумена слишком теплое отношение к Рэй, совсем не как у брата к сестре.
— Он много работает, вот и скучает по семье, в том числе и по сестре, — мужчина пытался развеять подозрения, казавшиеся ему совсем уж невразумительными. — К тому же он с самого детства для нее являлся авторитетом, и заботился о ней.
— Если бы он скучал по семье - он бы не избегал встреч со мной и с тобой.
Эдвард промолчал, пытаясь переварить услышанное.
— Я еще почитаю. Засыпай.
Катрина взяла сбоку книгу и продолжила читать, когда как Эдвард отвернулся, и спустя короткое время было слышно его тихое посапывание.
* * *
В третьем часу ночи, Роумен пробрался к Рэй, которая все еще не могла уснуть, и так же как и мать, читала книгу. Увидев брата девушка подбежала к нему, обняв за шею. И его сладкий запах. Такой родной. Такой незаменимый. Девушка не могла оторваться от брата, Роумен приподнял ее, усиливая интенсивность объятий. Рэй забавно крякнула, намекая на то, что ему бы не помешало бы ослабить свою хватку. — Черт, я так скучал. Мне ужасно тебя не хватает, — взгляд парня источал нежность и заботу. Он любовался Рэй, как никем больше, и почему он раньше не открылся ей. Лучше поздно, чем никогда. — Эти долгие разлуки только мучают, — Рэй переполняли чувства, до ныне чуждые ей. — Но благодаря им, мы больше ценим наше время, — Роумен, улыбнувшись, приблизился к губам сестры, и почти невесомо коснулся их. Ему неимоверно хотелось растерзать ее и сделать все что угодно, но он пытался укротить этого невидимого, дикого монстра, что сидел внутри него. Раньше он не сдерживался, но сейчас он не мог так поступить. Что-то изменилось в нем. Рэйчел же приняла эту ситуацию. Приняла себя и свои чувства. Ведь теперь она нуждалась в нем, несмотря на кажущуюся холодность. — Мне плохо Роумен.. — сказала девушка, смотря в пол. Парень вопросительно посмотрел на нее, ничего не ответив, тем самым дав ей договорить. — Я чувствую себя неполноценно, когда тебя нет рядом. Я понимаю, что мне никто больше не нужен, я попросту не смогу уже быть ни с кем другим. Это невыносимо. Как сделать, чтобы не было так больно? — голос Рэй дрожал, как и ее нижняя губа. Роумен обнял сестру, подвел ее к кровати, сев с ней рядом. Она положила голову ему на колени. — Пожалуйста. Не оставляй меня. Роумен гладил ее по мягким длинным волосам. — Никогда. Я никуда не уйду, милая. Они так и молчали в обществе друг друга, пока Рэй не уснула у него на коленях спустя несколько минут. Роумен аккуратно, стараясь не разбудить, приподнял сестру и положил под голову подушку, накрыв ее одеялом. Затем сам лег с ней рядом, обнимая со спины.* * *
Новый день начался для девушки с лёгкой нотки грусти. Роумена снова не оказалось рядом. Рэй потянулась, после чего привстала и пытаясь избавиться от немного унылых мыслей, встала и не спеша проследовала в ванную. Залазить в прохладную душевую после теплой постели не особо хотелось, но Рэйчел желала хоть немного сбить сонливость. Девушка скинула одежду и зашла в кабинку, покрутив краны и блаженно подставив лицо теплым струям воды. Сонливость вкупе с глупыми мыслями отступили, и на какой-то момент Рэй уже ни о чем не думала. Ровно до того момента, как дверцу кабинки неожиданно, с грохотом открыл Роумен, не на шутку напугав девушку. Рэй громко пискнула, а Роумен по детски скорчил рожицу и хохотал от реакции сестры. — Ты с ума сошел?! Я чуть инфаркт не получила! — Зато как взбодрилась — Иди ты к черту! Неожиданно крепкие и горячие руки обвили её талию и прижали к оголенному обжигающему телу. — Брось дуться, малыш, мы наконец-то одни, а значит у нас появилась прекрасная возможность... провести день наедине. Девушка сначала вздрогнула, но услышав ласковый голос брата, и дыхание, что обожгло шею, тут же успокоилась и сильнее прижалась задней частью к Роумену. — На тебя это не похоже.Ты как то странно себя ведешь, — заигрывающе, обернулась Рэй. — У меня прекрасное настроение, — первый поцелуй пришёлся на шею, — с тобой, каждая минута становится особенной. Рэйчел слегка наклонила голову в бок, дабы дать больше доступа для желанных губ. Букет из жадных поцелуев сначала посыпался на шею, а после мужчина развернул девушку к себе, покрывая лицо, шею и грудь поцелуями. Сама же Рэй ощутила легкое возбуждение, что увеличивалось с каждым новым прикосновением к коже. Девушке хотелось явно большего. — Сложно поверить, что все выходные в нашем распоряжении, — девушка подалась вперед, и взяв на себя инициативу, нежно поцеловала брата в губы, положив свои ладони на его скулы. Закончив поцелуй, она открыла глаза, внимательно осматривая его лицо, по которому, огибая выступающие черты, стремительно бежали струи воды. Он дьявольски красив. Настолько красив, что даже родная сестра не устояла перед ним. Рэй прошлась кончиком пальца по его выступающим точенным скулам, острому вздернутому носу. Прошлась по мягким пухлым губам. Его лицо было словно слепленное произведение искусства, которым не устанешь любоваться никогда. Все это время, Роумен тоже не отводил глаз от сестры, его холодное, безэмоциональное выражение все больше притягивало и в какой то степени вызывало чувство опасности. Но только не для Рэй. Его внутренний монстр стих и укротился. Он вновь стал целовать Рэй, но в этот раз так, будто в последний раз. Она и сама не поняла, как через мгновение оказалась прижатой к стенке, как сильные мужские руки закинули ее ноги себе на бедра, сжимая ягодицы. Мужчина улыбнулся, потеревшись кончиком носа о нос Рэй. Он в этот момент медленно, поступательными движениями терся о ее промежность. Рэй чувствовала нарастающее напряжение, которое все больше упиралось в нее. Их тела блестели и скользили, словно они стояли под тропическим ливнем. И вот, долгожданное единение случилось. В этот раз они соединились не только телом, но и душой. Поцелуи сменялись покусываниями, особенно со стороны Роумена, который, прикрыв глаза жадно втягивал аромат сестры. Руки бродили по идеальному упругому телу, будто бы специально созданному для него. — Малышка... только моя. Мужчина опустил Рэй, развернув ее к себе спиной, приставившись к ней вплотную и пожирая горящим взглядом, наполненным похотью и вожделением. Прогнув спину и раздвинув ноги девушки, мужчина на секунду замер, любуясь открывшейся картиной. Всё-таки, Роумену казалось, что он никогда не сможет налюбоваться своей дражайшей сестренкой. — Роумен... давай же. Девушка слегка заёрзала на месте, выпячивая попку. Ей до скрипа зубов хотелось ощутить его в себе. Снова познать этот греховный момент. И насладиться им. Губы же мужчины исказились в легкой усмешке. Он вплотную наклонился к девушке и прошептал: — Попроси как следует, дорогая. Рэйчел закусила губу. Вместо возмущения пришло озорство. Снова поёрзав, специально задевая эрегированный член, девушка томно проговорила: — Пожалуйста, братик... Для мужчины это стало спусковым крючком. Большего и говорить не требовалось. Рэйчел же хитро улыбалась. Она ожидала подобную реакцию. Страстно накинувшись на сестру, мужчина схватил ее за бедра, хорошенько сжав. И придвинувшись стал медленно входить, но не до конца, доводя девушку до исступления. — Да, продолжай. — Я хочу этого... пожалуйста... — просила Рэй. Роумен не мог удержаться и отказать любимой сестренке, он вошел в нее с протяжным стоном, выходящим из груди. Роумен любил, когда она стояла перед ним раком, такая нежная и беззащитная, порабощенная и. Роумен наслаждался ею всей без остатка. Он получил желаемое целиком и полностью, и не упустит его. Роумен крепко сжимал ее талию, с остервенением разминая мягкие бедра и ягодицы, плавно двигался, увеличивая темп, тем самым доводя Рэй до оргазма. Неожиданно, на фоне шума воды, Рэй услышала непонятный посторонний звук и напряглась. Через пару секунд звук усилился и стал похож на стук, который услышал и Роумен. Прервавшись, он выключил воду и с ужасом вглядывался в лицо сестры. Оба замерли, пытаясь не издать ни звука. Только вот, смысла в их молчании не было. Дверь резко открылась, вываливая клубы пара на вошедшего. — Отец... Роумен прикрыл собой сестру, что с немым ужасом смотрела на родственника, на лице которого не дрогнул ни один мускул. Он взял с ближайшего крючка полотенца, передав один прикрыться сестре, а другим повязался на уровне талии. Правда, немая пауза длилась не долго. Роумен уже приготовился словесно защищаться, как крепкая рука отца врезалась в челюсть, заставив молодого человека пошатнуться. — Выродок! — выплюнул Годфри-старший. Рэйчел прижала в страхе руку ко рту и зажмурилась ожидая удара. Но его не последовало. Зато вместо него девушку грубо схватили за волосы и силком вытащили из ванной. Отец отшвырнул дочь к стенке, брезгливо повернувшись в сторону, ринувшегося на защиту Роумена. Перехватив сына на пол пути, мужчина с невероятной силой откинул молодого человека в сторону, впечатав того в стену. — Вы - две ошибки природы! Вы хоть осознаете, что творите? Роумен, от тебя я такого не ожидал, что, экзотики захотелось? Отец гневно смотрел на сына, что успел подняться на ноги и вытерев небольшую струйку крови с подбородка, сначала двинулся на Эдварда, а после резко остановился. Рэй же закрыв лицо руками принялась почти беззвучно всхлипывать. — Мы всё прекрасно осознаем, отец. Жаль, что ты об этом узнал именно таким образом. Мужчина чуть ли не зарычал, но поборов себя, постарался, как можно более спокойно проговорить: — Да? Жаль? А вы хотели на семейном ужине нас с матерью обрадовать? Или как? — на последних словах глава семейства снова перешёл на крик. — Папа... хватит... Рэйчел проговорила это сквозь рыдания, слегка заикаясь. Сам же Годфри старший и ухом не повёл, а только зло кинул через плечо: — Закрой рот, шлюха. Я видеть вас после подобного не желаю. Девушка зашлась новыми рыданиями, продолжая сжиматься в комок, желая слиться со стенами. Её разрывал на части стыд. И страх. — Что ж, прекрасно. Мы уедем. И не будем мозолить тебе глаза. Рэй никуда не поедет! С ней у нас будет отдельный разговор. А ты катись куда хочешь Она здесь не останется, тем более с тобой. Ты же не желаешь НАС видеть? Вот и без нее я никуда не поеду. Мужчина прищурился, но не успел проговорить нечто неприятное. В комнату вошла Катрина. Женщина замерла на пороге, не сразу сообразив, что здесь происходит. Но сын, что стоял по пояс голый и дочь, прикрывавшаяся коротким полотенцем поставили всё на места. — Дорогая, да ты вовремя. Наш дорогой сынок, оказывается, трахает свою сестру. Ты снова оказалась права! Катрина в немом ужасе уставилась на Роумена, который только пожал плечами, негласно соглашаясь со словами отца. Рэй же содрогалась в рыданиях и даже не смотрела на мать. — Нет... быть того не может... Роумен. Как ты мог? — Может! Эти выродки устроили подобное у нас под носом! Зря я их мало порол в детстве. Видимо, не всю дурь выбил. Роумен глухо рыкнул и прошипел, поправляя сползающее полотенце: — Надоело выслушивать этот маразм. Рэй, собирай вещи. Мы уезжаем. Парень взяв сестру за руку, миновал сверкающего глазами отца и застывшую на месте мать. По щекам Катрины в этот момент полились слёзы. Она до сих пор не могла поверить. Неужели... неужели... — Пошли Рина, тебе стоит присесть. Но женщина словно была в какой-то прострации. Она с пустым посеревшим лицом двинулась в сторону выхода. Даже слов не было. Пустота. В мыслях. Чувствах. Во всем.
