Искра

— Противные птицы. — Кацуки отошёл подальше от клетки с вороной, которая чуть было не клюнула его в плащ. — Я бы на твоём месте держался подальше от клеток с голубями, они вреднее ворон. — Посоветовал Токоями, заведующий "вороньей" башней и ответственный за голубиную почту. Раньше письма доставляли вороны, и башня была названа "вороньей", а когда голуби вытеснили ворон с этой должности, люди по старинке продолжили звать её "вороньей". Хотя парочку воронов здесь всё-таки было, но они уже слишком старые для полётов на далёкие расстояния. Один из них плотоядно посматривал на мех и блестящие побрякушки на шее Кацуки, сверкая чёрными глазами, но ещё не решаясь принять какие-либо действия. Кацуки посмотрел вверх на висящую над головой клетку с голубями и поспешил отойти. Здесь повсюду теснились разных форм и размеров птичьи клетки. На полу была солома и некоторые остатки жизнедеятельности птиц. Множество перьев летало в воздухе и не меньшее количество устилало пол. Пахло здесь отвратительно, да и крики птиц резали по ушам, но нельзя было уходить, не окончив дело. — Так какое письмо и куда нужно отправить? — Переспросил Токоями, пришедший кормить птиц. Он и сам напоминал местных ворон, из-за носа и тёмных волос. На вид он был не старше Кацуки. Юноша дал горсть зерна вороне, та громко каркнула, отвлекшись от вещей Кацуки. С лестницы раздались шаги и оба юноши обернулись. В тёмной каменной арке, ведущей к лестнице, появились знакомые Кацуки зелёные волосы. Заспанное лицо всё ещё несло след от неудобной подушки. — Ещё бы дольше плёлся, тупица. — Сердито проговорил Бакугоу, выпрямившись. — Извини Каччан. А зачем мы здесь? — Мидория уставился на копошащихся наверху птиц и на смотрителя башни. Его пять минут назад подняли слуги и сказали что его ждут здесь. Прошлой ночью Изуку так и не смог снова уснуть, так как чувство вины за дневник терзало его. — Не беси меня тупыми вопросами. Разве не ты тогда плакался что хочешь письмо маме отправить? — — А...точно... — Изуку поймал на себе злобный взгляд вороны, сидевшей по правую сторону от смотрителя. Из окна лил свет и блестящие пуговицы на жилетке привлекали острое зрение вороны, Мидория быстро сообразил и отошёл в тень. Ворона моментально потеряла всякий интерес к мальчишке. — Ах, да, письмо. Я...я хотел маме написать. Она живет на "Поляне". — Обратился Изуку к смотрителю башни. — Ага, в той самой овечьей деревне. — Добавил Кацуки. Токоями кивнул. — Пойдёмте, этажом ниже библиотека, там есть стол и письменные принадлежности. — Юноша заполнил последнюю кормушку зерном и направился к лестнице. — Как допишете, позовите, я буду наверху. Когда смотритель ушёл, Изуку сел за стол. От дрожи в руках он два раза чуть не пролил чернила. Кацуки, ходящий туда-сюда и мелькающей своей мантией перед глазами, только отвлекал. Написать что-то вроде: "Мама, у меня все хорошо, я дошёл до замка и скоро наверное вернусь". — Не самый надёжный вариант, так как гарантию возвращения ему никто не давал. А спрашивать хмурого Кацуки сейчас не было лучшей идеей, решил Изуку, украдкой поглядывая на Бакугоу, который стоял, скрестив руки у книжной полки. — Ты ещё долго? — От резкого голоса рука Изуку дёрнулась оставив на бумаге чернильную кляксу. — Я почти...написал. — Кацуки взглянул на пустой лист и закатил глаза. — Ты либо сейчас быстро пишешь "привет" своей дорогой маме, либо мы уходим и у тебя больше не будет шанса с ней попрощаться. — Кацуки оперся на стол с другой стороны, тень падала на пергамент. — По...Попрощаться? — Изуку скривил губы, собираясь расплакаться. Бакугоу даже отступил на шаг, обойдя стол и скрестив руки на груди, недовольно смотря на Дэку. — Ты часом не забыл, что мы с Киришимой вообще-то пошли тебя вернуть в поселение, а не проводить до замка и домой, тупое ты травоядное. А я если даю обещание, я всегда его выполняю. — Да, но... — Изуку нахмурил лоб, сдерживая подступающие слезы. — Но...что со мной там будет? — Изуку всхлипнул на последнем слове. Кацуки переменился в лице. А ведь он и вправду об этом не думал. В голове всплыли сцены из детства, когда ему разрешили побывать на нескольких "казнях". Такой участи даже такая овца как Дэку не заслуживает. Глаза Мидории предательски выпустили влагу и юноша старался утереть её рукавом хлопчатой рубашки. — Но если Каччану нужно, я пойду. — Дэку поднял вверх свои опухшие от слёз глаза, и Кацуки ощутил что-то непривычно тёплое, разливающиеся в груди. Дэку продолжал с немым вопросом смотреть на Бакугоу, ожидая его вердикта. Но вместо ответа Кацуки лишь грубовато притянул Дэку за воротник, впившись в его губы поцелуем. Изуку, напряженный с самого утра, расслабился в грубых руках Бакугоу. Отвечая на поцелуй совсем робко, но Кацуки и не давал ему здесь командовать. Резкие рваные движения руками по телу, только сильнее вгоняли Изуку в краску, распаляя его, заставляя смущаться собственной реакции. Но вдруг Каччан разорвал поцелуй, всматриваясь в мутные глаза Дэку. — Иди, пиши. — Проговорил он, отпустив юношу и направился к двери. — Только в этот раз, тупица, не вздумай лишнего написать. А то нам твоя писанина уже изрядно нервы подпортила сегодняшней ночью. — П...прости, Каччан...Ты сказал Киришиме? Дэку нервно перебирал пальцы. — Нет ещё. Надеюсь мы успеем найти виновных раньше, чем они решат воспользоваться информацией, которую ты им любезно предоставил. Изуку остался один в комнате, чувствуя как горят щеки.

***

На собрании было много разных людей, о которых Мидория разве что читал в книгах или слышал в песнях. Здесь были все рыцари из его сказок. Всемогущий в том числе. С ним Изуку столкнулся ещё до собрания. Столкнулся в прямом смысле. — Извини, мальчик мой, я тебя совсем не заметил. — Немного нагнувшись и протянув руку сидящему на полу Дэку, проговорил он. Изуку округлил свои глаза ещё больше. — Ну ладно, мне надо бежать. — Герой номер один выполнил невнятную просьбу юноши, расписавшись в его дневнике. А сейчас на собрании Изуку то и дело переводил взгляд с кумира детства на Каччана. Говорил по большей части Бакугоу, хмуро поглядывая на Тодороки, всем своим видом демонстрируя презрение. Он ни разу не сказал что в горах живут драконы, то ли все на собрании итак это знали, то ли это был секрет даже от них, а может Кацуки просто из вредности не осведомлял их. — Это всё, не то чтобы нам в горах нужна ваша помощь, мы просто предупреждаем, что они идут к вам. — Закончил Кацуки, и уже не слушая что там говорят дальше, откинулся на спинку стула, доверясь, что Мидория запишет все важное. "Так, если он запишет все важное, это опять могут узнать". Кацуки перевёл взгляд на Дэку, который сосредоточенно писал в дневник. Потом он посмотрел на скучающего Киришиму. — И с чего бы мы должны вам верить? — Спросил темноволосый мужчина, с неопрятным видом. — А мне всё равно, верите вы мне или нет. Моё дело предупредить. — Проговорил Бакугоу. — Это всё похоже на какие-то детские сказки. — Согласился рядом сидящий рыцарь с громким голосом. Кацуки усмехнулся. — Сами то давно со страниц детских историй вышли? В зале наступило неловкое молчание. Спустя полчаса бессмысленного обсуждения, по мнению Кацуки, собрание было окончено. Киришима наконец добрался до обеденного зала. Наевшись вдоволь, так полюбившегося хлеба и других вкусных блюд, которых не готовят в поселении (особо отметив куриное мясо), он сидел с видом довольной акулы, дожидаясь Кацуки в комнате. Бакугоу явился лишь к полудню, хмурый как чёрт и с дневником Дэку. Показав разворот где не хватало страниц он произнёс. — Будь осторожнее. Они вырвали именно те две страницы. — Буркнул он, и перечитав ещё раз записи Дэку, бросил дневник в горящий камин. Киришима подавился хлебом. — Да, не самая приятная штука. Злодеи уже в замке. Нужно скорее убираться отсюда. — А Изуку? — Что Изуку? — Ну идёт с нами или... — Конечно идёт с нами, мы же не можем вернуться с пустыми руками. — Но... — Без "но". Корочка дневника уже оплавилась, и пламя объяло содержимое страниц.

***

И как бы не хотелось Кацуки, его всё-таки заставили встретиться с Тодороки. От части Киришима, который как заноза в заднице зудел о личной встречи с Шото, будто бы это действительно что-то важное. И от части Мидория, который явно ставил целью "помирить" их. Они столкнулись у лестницы и хотели молча разойтись, но Киришима закрыл дорогу Кацуки, а Мидория - Тодороки. Сухое молчание повисло между ними. Никто не решался сделать первый шаг, сказать первое слово за столько лет. Изуку как назло стоял напротив, со стороны Тодороки и Кацуки подобная их близость не нравилась. — Привет, Шрамомордый. — Сипло проговорил Бакугоу. Шото кивнул, протягивая руку, но потом осекся, вспомнив что люди с гор не так здороваются. Кацуки брезгливым взглядом ответил на этот жест. — Ну и как тут среди овечек живётся? Весело? — Бакугоу оглядел каменный коридор, ища к чему придраться. — Приемлемо. Почему вы не сказали на собрании о дневнике? Это же напрямую связано с преступниками и их присутствием в замке. Обратился Тодороки к Изуку. — Потому что не хотим давать ложный след, тупица. Дэку, ты зачем ему рассказал о дневнике? — Злился Кацуки. Мидория замялся, не понимая что тут такого страшного. — Не смей меня игнорировать.— Зарычал Кацуки на Изуку, подойдя ближе, почти впритык. — Аа...аа что в этом такого, Каччан, разве Тодороки не наш союзник? — Проблеял Мидория. Кацуки усмехнулся, переведя взгляд на Тодороки. — Не доверяю ни тебе, ни твоей новой "овечьей" семейке. Уверен, это сделал кто-то из его дружков. Кацуки толкнул Шото в плечо. — Какой мотив у моих "дружков"? — Коротко спросил Шото. — Такой же как и у всех королей всех времён — избавиться от Драконов. И записать миленькую легендочку, приукрасив свои потуги. — А какой мотив мне помогать им, а не вам? — Твоего мотива я ещё не понял, но обязательно узнаю. Киришима, стоящий всё это время позади Бакугоу, не знал кому из них верить: то ли Бакугоу стал слишком параноиком, то ли Тодороки изменился до неузнаваемости. Мидория находился в том же замешательстве. Шото казался ему более чем хорошим человеком. Обвинения Кацуки выглядели притянутыми. Если Тодороки сам дракон, то какой смысл ему помогать людям, которые хотят уничтожить Драконов? — Пошли отсюда. — Бакугоу уже развернулся, как вдруг Тодороки остановил его, перехватив запястье. — Верь мне, иначе у нас обоих могут быть... — У нас не может быть ничего общего. Не прикасайся ко мне шрамомордый. — Бакугоу отцепил руку Тодороки, брезгливо насупившись. Киришиме и Мидории ничего не оставалось кроме как последовать за ним. Изуку ещё раз оглянулся на Тодороки, и тот кивнул ему.

***

Бакугоу настаивал немедленно возвращаться в горы, но король пригласил их на праздничный вечер в качестве "особых гостей". Отказываться было нельзя, даже Кацуки это понимал, но от часа ворчания по этому поводу он никого не избавил. Мидория на таких событиях никогда не был, поэтому он нервничал, в сотый раз поправляя вещи, которые по мнению Кацуки всё-равно смотрелись нелепо, потому что на Дэку всё выглядело нелепо. В замке ощущалась суматоха, слуги сновали туда-сюда с различными подносами, свечами и прочим инвентарём. Киришима то и дело норовил пробраться на кухню, ведь там готовился настоящий пир. Но позже он нашёл себе другое развлечение. Коты. Они здесь были повсюду и радостно мурлыкали у его ног, в то время как на Мидорию они шипели и царапались. Один кот попытался потереться о ногу Кацуки, но Бакугоу лишь небрежно подтолкнул его подальше, на что кошка недовольно оттопырила хвост. Киришима взял её на руки. — Любишь животных? Айзава появлялся внезапно, что злило Кацуки. — Ага. Они все здесь такие пушистые. У нас в горах все кошки дикие. — Здешние хорошо ладят с животными, в отличие от лесных. — Киришима кивнул, не поняв, к чему это было и Айзава пошёл дальше по коридору, под хмурый взгляд Бакугоу. — Хорошо ладят с животными говоришь? — Проговорил Бакугоу сам себе. Смеркалось. Бакугоу то и дело поглядывал в сторону гор, будто бы это приближало его к дому. Нет, он совсем не переживал за поселение, они же не жалкие овцы, они драконы и справятся, если что. Просто ему было тошно от этого городишки и от Тодороки. Непрочное чувство тревоги не пропадало. Когда последняя золотистая полоска скрылась за горизонтом и холодная тёмная синева накрыла столицу, начали зажигаться свечи по всем замку. Ночная прохлада чувствовалась в их комнате, так как Бакугоу открыл сразу два окна, любуясь уходящим солнцем. Мидория откровенно залип, разглядывая Кацуки, чей силуэт был залит золотистыми лучами. Кажется Бакугоу был спокоен. Редко можно увидеть его умиротворённое положение бровей. Но стоило последнему лучику робко скользнуть с лица Кацуки, как на его лице легла привычная хмурая тень. — Чё уставился? — Дэку помотал головой, попятившись. Всё-таки Каччан был удивительным. Ворчливым, невыносимым, но удивительным. — Тодороки просил передать, чтобы мы уехали как можно раньше.. — Ничего слышать не хочу о Тодороки. — Но он был очень обеспокоен. — Я всё сказал. Начало торжества, кстати, не ясно к чему посвящённого, было весьма банальным. Приезжала разная знать, её объявлял глашатай, перед тем как они входили в зал. Велись праздные разговоры, звенели бокалы, тихий смех. В большой и светлый зал то и дело приходили люди, слуги сновали туда-сюда, а Изуку стоял потерянный от этой обстановки. Кацуки игнорировал всех, кто был в этом зале, изредка поглядывая на овечку, чтобы не терять её из вида, и на Киришиму. Тодороки в зале не появился вообще. Это и радовало, но в тоже время настораживало. Когда большинство гостей уже собралось, король встал, чтобы огласить причину сего торжества. Все взгляды были устремлены на тронные места. Кацуки было далеко плевать о чём они там говорят, он стоял возле колонны и пялился на зеленую макушку Дэку. Король что-то объявил и в зал вошли люди в темно-бордовой одежде. Воцарилось молчание. Они вышли в центр зала. — Это же те, которых мы видели на улице, как их там, инквизиция? — Шёпотом спросил Киришима. Кацуки нахмурился. Король благодарил их за хорошо выполненную работу. На что толпа неуверенно хлопала и переглядывалась. Об этой организации ходили разные слухи, и мнение о них тоже формировалось разное. Одному из них, который был в причудливой маске, дали слово: — Магия, колдуны, мерзкие существа из преисподней - всё это большой уродливый нарост на теле человечества. — Говорил он громко, но хрипло. Кацуки напрягали эти люди, чувствовалось что-то нехорошее. — Многие думают, что это просто сказки, но сегодня, мы хотели показать с чем мы с вами можем столкнуться в повседневной жизни, если не быть осторожными. — Проговорил главный из них, сверкнув глазами на Бакугоу. В зале воцарилось странное молчание. — Взять их.