Моя любимая фюрерша

      POV Юля       Выходные я провела с родителями и Пашкой. Частенько мы выбирались на улицу все вместе, радуясь теплому сентябрьскому солнышку. Эти два дня почти полностью заставили меня забыть о произошедшем в мой день рождения. Почти. Но я старалась об этом не думать. И у меня почти получалось. Если днем мне было не до этого, так как весь день у меня уходил на общение с семьей, то ночью, едва я выключала свет, и укрывалась тонким одеялом, воспоминания аккуратно всплывали в моей голове, будто никуда и не уходили. Кстати, мама, узнав о Моцарте, не пришла в восторг. А вот папе он пришелся по душе. Постоянно, когда выпадала свободная минутка, он брал котенка на руки, гладя его. Последнему такое внимание к его скромной персоне,несомненно, нравилось, и он довольно мурчал.

***

      Понедельник не задался с самого утра. Я проспала, проснувшись за двадцать минут до начала пар. Об утреннем завтраке речь и не шла, поэтому я, с нечеловеческой скоростью привела себя в порядок, и надев, первое, что под руку пришлось, вылетела из квартиры.       На первую пару я и так безнадежно опоздала, поэтому решила оставшиеся время просидеть в женском туалете на третьем этаже. Туда почти никто никогда не заходит в такую рань. - Ну, ты, Новикова, в конец обнаглела - заявила мне Соня, когда мы встретились с ней, - начало недели, а она уже прогуливает. Я на этой философии чуть не коньки не отбросила одна. - Что на этот раз нам пытались втирать? - Какую-то хрень, я, если честно, даже не слушала. Зато поспала лишний час - Соня довольно улыбнулась. Только сейчас я заметила, что сегодня Сонька какая-то...не такая, как обычно. Она...буквально светилась изнутри. - Я так понимаю, Илья перезвонил? - ехидно спрашиваю я. Румянец на щеках подруги говорил сам за себя.

***

      День прошел как-то муторно. На парах я тщетно пыталась слушать преподавателей, но в голове была одна навязчивая мысль. Приближается пара по английскому... В аудиторию по английскому я вошла, ощущая дрожь в ногах. Мой взгляд сразу направился в сторону преподавательского стола. К моему удивлению, Крылова еще не было. Странно, он же обычно всегда находится в аудитории за несколько минут до начала пары. Может, случилось что? От лишних вопросов всех избавило появление Леночки Киселевой. Девушка, крутя бедрами, подошла к столу, обращая на себя внимание всех. - Сегодня Егора Алексеевича нет. Пару вместо него проведу я. Аудитория наполнилась тяжелами вздохами со стороны девушек, и возгласами радости со стороны парней. - А что с Егором Алексеевичем? - вопрос вырывается у меня прежде, чем я успеваю осмыслить его. Двадцать пять пар глаз направились в мою сторону. Мне уже мысленно хотелось куда-нибудь исчезнуть под напором их взглядов. - Он заболел - коротко и просто ответила практикантка, - Итак,... Дальше я ее уже не слушала. Красная от стыда, я постаралась спрятать лицо за волосами. Казалось, что все до сих пор неотрывно глазеют на меня, хоть это и не так. По сути, обычный вопрос. Но почему именно я задала его? Почему меня так взволновало его отсутствие в институте? Может, из-за нашего прошлого разговора, где он явно дал понять, что продолжать что-то обсуждать дальше не имеет смысла. А потом оставил эпичную фразочку на немецком, и так же эпично ушел. Заболел. Интересно, серьезно или нет? Не то чтобы меня это особо волновало. Просто на носу семинар по английскому, вот и все. Господи, Юля, с каких пор ты врешь самой себе? Да, я действительно волнуюсь за него. Но это же нормально. Что в этом такого? Просто переживаю, как за....друга? Нет. Мы не друзья. Даже близко не стояли. Надо бы у Пашки разузнать...

***

       Проходит еще пять дней. Крылов в институте так и не появляется. На все мои расспросы Пашка отмахивается, и говорит, что не все так серьезно, обычная простуда. Волнение за этого человека доходит высшей точки. И именно поэтому уже в пятницу после пар я стою напротив квартиры Егора Алексеевича Крылова, чувствуя некую неуверенность скованность. Адрес я взяла у Пашки, объяснив ему это тем, что как-никак скоро семинар, и мне нужно проконсультироваться с ним по одной теме. Сомневаюсь, конечно, что брат мне поверил, но все же промолчал. Спасибо и на том. И вот сейчас, я стою перед дверью квартиры преподавателя, сжимая в руках пакет с тетрадью по английскому, и с банкой меда и молока. Сама не знаю, с чего я вдруг решила купить это. Просто зашла в магазин, так, на всякий случай, и вот тебе результат. Выгляжу я сейчас, наверное, как дура. Зачем навязываться? Может, он занят, или же просто не хочет меня видеть. Но раздумывать некогда. Я, как обычное, сначала сделаю, потом подумаю, но отступать, в любом случае, уже нельзя. "Если что, сделаю вид, что пришла сюда только из-за семинара" - и с этими мыслями нажала на звонок. За дверью послышались шаги, щелкнул замок, и дверь распахнулась. На пороге я увидела девушку лет 25. Длинные темно-русые волосы, аккуратные черты лица. Голубые глаза светились некой добротой. Я опустила взгляд вниз, и заметила чуть выпирающий животик девушки, из чего сделала вывод, что она беременна. В голову лезли самые неприятные мысли. - Здравствуй, - она тепло улыбнулась мне, - ты к Егору? Егору. Почему-то стало неприятно, что она может называть его просто по имени. Без фамильярности. Хотя, кто знает, кто она ему. Может подруга дества? А может... - Я...извините, наверное, квартирой ошиблась - пробормотала я, и хотела уже уйти, но перевела взгляд на пакет, который я все еще сжимала у себя в руке. - Хотя, подождите. Передайте, пожалуйста, это - я передала пакет девушке, - Егору...Алексеевичу. - Постой, ты можешь подождать его в квартире, если хочешь. Он просто сейчас в душе - она тепло улыбается мне. " Он просто сейчас в душе" - эти слова эхом раздаются у меня в голове. - Аня, кто там? - слышу до боли знакомый мне голос из недр квартиры. - Ну, мне пора - пробормотала я, и понеслась вниз по лестнице. Остановилась я только тогда, когда отошла от дома Крылова на приличное расстояние. Домой идти не хотелось, но поблизости был небольшой парк, куда я и решила зайти. Отыскав в тени лавочку, на которой никого не было (что странно, ведь обычное в такое время парк был полон народу, и найти свободное место было практически невозможно), я села. В голове была куча разных мыслей, в основном не очень приятных. Увиденное только что в квартире Крылова мне не очень понравилось. Хотя, кому я вру. Мне совсем не понравилось. Тысяча вопросов, на которых не было ответов. Что это за девушка? Кто она ему? И самое главное - почему он так вел себя со мной, если у него...есть девушка, к тому же и беременная. Будь я настроена по-другому, я бы, наверное, не стала строить лишних догадок. Но что подумали бы вы, увидев в его квартире чужую девушку? "Он сейчас в душе" "Ты можешь подождать его в квартире, если хочешь" В голову лезли ненужные воспоминания. Вот я на его паре, и он шепчет мне разные пошлости на немецком. Вот он говорит мне: - Новикова, ты так мило смущаешься. Вот он дарит мне ту самую кружку, которую когда-то разбил Пашка. И вот, наконец, наш разговор в кафе, который, как казалось мне тогда, полностью поставил точку в наших еще даже не начавшихся отношениях. В глазах стоят слезы.Неужели, он просто играл со мной? И как я могла вообще надеяться на что-то? Все же ясно, как божий день. Нафиг ему, вообще, сдалась какая-то первокурсница, когда дома его ждет Его девушка? Телефон завибрировал, оповещая о звонке. На дисплее высветилась фотография Пашки. Утерев рукой слезы, и выдохнув, стараясь успокоиться, я приняла вызов. - Да, Паш? - Алло, Юль, ты где? - судя по голосу брат волновался. - Я в парке, домой скоро пойду. А что? - нагло соврала я. На самом деле, домой я так скоро не собиралась, но волновать Пашу не хотелось. - Давай, поторопись. Темнеет уже - на этих словах брат сбросил вызов. Убрав телефон в сумку, я подняла лицо к небу, и вдохнула свежего воздуха. И, правда, темнеет уже. Засиделась я здесь что-то. Поднявшись с места, я заторопилась домой, мысленно приготовившись к допросу брата.