Моя любимая фюрерша

      Всю дорогу до моего дома, где меня ждал недовольный брат, я пыталась придумать стоящую отмазку, чтобы мне не так сильно влетело. К слову, подвозил меня Крылов, сказав, что не пустит меня на улицу в таком виде.       Но как бы я не пыталась, придумать мне ничего так и не удалось, поэтому когда мы подъехали к моему подъезду, я будто сжалась в невидимый комок, наивно надеясь на то, что мне все же удастся избежать этого неприятного разговора. Егор Алексеевич, заметив мое состояние, окинул меня сочувствующим взглядом. — Как думаете, может обойдется? — спрашиваю я у преподавателя, с тоской смотря в окно на собственный подъезд. — Кто знает, Новикова —задумчиво отвечает мне Крылов, а потом добавляет то ли шутя, то ли всерьез, — если что, кричи. — Прибежите на мой крик, правда? — я с полуулыбкой на губах поворачиваюсь к нему. Преподаватель оглядывает меня долгим серьезным взглядом, отчего моя улыбка тут же пропадает с лица. — Может и прибежал бы, Новикова. Все от тебя зависит, — и не дав мне право ответить, наклоняется в мою сторону, и дергает за рычаг, открывая мне дверь, и на какое-то время задерживает взгляд на моем лице, отчего дыхание на какое-то время почти останавливается, а потом отстраняется с невинной полуулыбкой. Так ничего и не ответив, я выскакиваю из машины, и уверенно подхожу к подъезду. Уже менее решительно онемевшими пальцами звоню в квартиру. Пашка отвечает почти сразу же. Казалось, будто бы он сидел, и ждал, когда я позвоню. " Лучше бы вчера так ответил» — проносится у меня в голове. — Паш, открой пожалуйста — прошу я, закутываясь в большую куртку. Брат даже не отвечает, и моментально открывает мне дверь. — Ты где шлялась всю ночь?! — накидывается на меня Пашка, едва я появляюсь на пороге. Я, стараясь вести себя спокойно, даже не смотрю на брата, снимая с себя верхнюю одежду. И, кажется, зря. Едва увидев в чем я, как он говорит, «прошлялась» все ночь, глаза Паши еще больше округляются. — Юля, черт бы тебя побрал, только не говори, что ты в ЭТОМ была на улице?! — Не скажу, — беззаботно отвечаю я, — но по-моему, ты сам все видишь. — Где ты ночевала? Только не ври, что у Сони, я звонил ей, и она мне сказала, что не знает где ты. Вот так вот сразу. В лоб. От такой прямоты, я на время растерялась. А я ведь и не знаю, что ему отвечать. — Юля, — взгляд брата смягчается, видя мое замешательство, — мне есть о чем волноваться? Только скажи, и я… — Нет, Паш, ты что — я подлетаю к брату, и обнимаю его, — все хорошо. Тебе не о чем беспокоиться, честно. — Ох, Юлька, — Пашка обнимает меня в ответ, прижимая к себе, — надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Я горько улыбаюсь. А я ведь, и не знаю…

***

      В этот день актовый зал, украшенный к празднованию Нового Года, выглядел по-настоящему потрясающе. Разноцветные гирлянды, развешенные по всему залу, радовали глаз. Народ потихоньку подтягивался, постепенно заполняя актовый зал. Я, протискиваясь сквозь компании других ребят, пыталась отыскать Соню. На звонок подруга попросту не отвечала, что напрягало меня все больше и больше. Обойдя весь актовый зал Сонечку я так и не нашла. Что ж, вероятно, подруга опаздывает, что для нее свойственно. — Привет — слышу позади себя чей-то незнакомый мужской голос. Оборачиваюсь. Перед глазами вижу еще ранее неизвестного мне парня. Судя по внешнему виду, явно старше меня. И судя по жадным девичьим взглядам, направленных на него, он являлся всеобщим любимцем. Что не удивительно. Высокий, широкая мальчишеская улыбка, и смотрит на всех именно тем взглядом, от которого большинство просто тают, — меня Кирилл зовут. — Привет — я приветливо улыбаюсь парню в ответ, — Юля. — Юля…- произносит он медленно, будто пробует на вкус, — красивое имя. Что-то я тебя здесь раньше не видел. Ты на каком курсе? — На первом, — отвечаю я, уже готовясь к его реакции, вот он снисходительно улыбается, и заведет разговор на какую-то философскую тему, и будет разговаривать со мной, как с неразумным существом на этой планете. Кирилл уже явно открывает рот, чтобы ответить, как неожиданно между нами вклинивается Сонечка. — Юля! Ты давно здесь? Прости, я тебя не сразу заметила — после чего бесцеремонно хватает меня под локоть, и уводит. Я оборачиваюсь на Кирилла, тот улыбается мне той же мальчишеской улыбкой. — Ты с ума сошла? — накидывается на меня подруга, едва мы отходим на безопасное расстояние. — Что такое? Между прочим, не я влезла в чужой разговор. — Это ты про Самойлова что ли? — презрительно спрашивает девушка, оборачиваясь на ту же компанию парней. — Про кого? — Ну, про этого Кирилла, с которым ты говорила только что. Его фамилия Самойлов. Ты хоть слышала, что о нем говорят? Он увязывается за девушками, добивается их различными способами, а потом бросает, когда они перестают быть для него интересными. Так что, советую тебе быть осторожной. — Ты думаешь? — я осмотрела с парня с ног до головы, — с первого взгляда не скажешь… — Серьезно? Ты общалась с ним всего пару секунд! А я уже несколько месяцев общаюсь с компанией ребят, которые близко с ним знакомы, и столько всего про него слышала, что… — Ладно-ладно, я поняла! Буду осторожней — я примирительно улыбаюсь подруге, пытаясь предотвратить ее дальнейший поток слов. Неожиданно Сонька оставляет меня, и бросается в толпу студентов. Я провожаю ее шокированным взглядом. Через какое-то время она выныривает оттуда, жутко довольная, ведущая за руку того парня-официанта из кафе. Илья, так кажется его зовут, приветливо улыбается мне. — Я позвала Илью. Ты же не против? — спрашивает подруга. Я усмехаюсь. Все как обычно. Сонечка сначала делает, потом спрашивает. Присутствие Ильи означало только одно: быть тебя на этом празднике, Юля, одной.

***

      Я оказалась права. Едва слышатся нотки белого вальса, подруга утаскивает своего кавалера танцевать. Я же в данный момент работаю в качестве некой вешалки, держа в руках телефоны всех танцующих девушек, а таких немало. В такие моменты я начинаю задумывать о том почему бы в платьях не сделать карманы. А что? Удобно и практично.       Позади себя я слышу громкий женский смех. Почему-то оборачиваюсь, голос кажется знакомым. И вижу. Крылов стоит позади всей толпы, со скучающим видом подперев стенку. Рядом же с ним стояла та самая Аня. И что-то увлеченно рассказывала ему. Незаметно подкрадываюсь к ним поближе (Бог знает, зачем я это сделала, но об этом попозже). До меня доносятся обрывки фраз. -…ты чего такой смурной, а? Студенточку свою ищешь? — девушка по-доброму улыбается. — Ты, кажется, мне собиралась рассказывать о своем муже, нет? — зашипел на нее преподаватель. Он выглядел недовольным. — Не торопи события, дорогой! Между прочим, предложения мне еще никто не делал! — Аня шутливо ткнула своего друга в плечо. — Какое упущение с его стороны! — рассмеялся Крылов, и неожиданно перевел взгляд на меня. Улыбнувшись ему уголками губ, я сразу же отвожу взгляд, стараясь скрыть свое смущение. Хотя он вряд ли смог бы это увидеть, учитывая, что в помещении было довольно темно. Мелодия заканчивается, и я поспешно ухожу вглубь зала, в поисках Сони с Ильей. Впрочем, особым успехом это не увенчалось. Настроение постепенно портиться, и я уже жалею, что пошла на праздник. Думала, что проведу его в компании лучшей подруги, но та куда-то исчезла в компании своего парня. Но я ее не виню, вовсе нет. Если бы у меня появились отношения, мне бы тоже не всегда удавалось бы так много времени проводить с друзьями. Уже подумываю уйти отсюда, как можно скорее. Только для начала нужно найти того, на кого можно спихнуть всю эту кучу телефонов. — Уже уходишь? — резко оборачиваюсь, нос к носу встречаясь с Егором Алексеевичем. Удивленно смотрю на него. Как это он…? — Последнюю фразу ты произнесла вслух — с улыбкой произносит он. Я только сейчас замечаю, что расстояние между нами так и не увеличилось, и что мы до сих пор стоим так же близко. Я поспешно делаю шаг назад, оглядываясь, не заметил ли кто. — Согласен, не очень подходящее место для разговора. Давай выйдем — предлагает он, и я неожиданно для себя соглашаюсь, и иду вслед за преподавателем к выходу. Мы выходим в коридор, тоже заполненный народом. Егор Алексеевич молча продолжает идти вперед, показывая мне, чтобы я шла за ним. Что я и делаю. Мы заходим в его кабинет. Тут немного прохладней, за счет открытого настежь окна. Холодный воздух приятно обдувает лицо. Я в нерешительности смотрю на Крылова. Он не очень-то торопиться начинать разговор. Наоборот, достает из кармана джинс пачку сигарет и зажигалку. Одним движением зажигает сигарету, и подносит к губам. — Не знала, что Вы курите — зачем-то говорю я. — Я недавно начал — будто оправдываясь, отвечает он, выпуская изо рта дым, предварительно отойдя от меня в сторону. — А зачем вообще начинали? — продолжаю допытываться я. Мое любопытство никогда не доводило до добра. Крылов не ответил мне, продолжая смотреть куда-то сквозь меня. Я поежилась. Я вообще не понимала почему нахожусь здесь. Почему пошла за ним, ведь раньше бы ни за что этого бы не сделала. Самым разумным решением было бы сейчас уйти обратно в зал, где меня, вероятно, уже ищет Соня. Но я почему-то продолжала стоять. Я знала о чем Он хотел поговорить, но мне ужасно не хотелось начинать этот разговор первой, хоть мне и надоела уже эта неопределенность в наших отношениях. — Начать говорить об этом оказалось труднее, чем я предполагал — вдруг усмехается Крылов. — Мы можем не говорить об этом, если не хотите — пожимаю плечами. — А ты хочешь? — серьезно смотрит на меня. Я и не заметила, как он оказался так близко. Свет в аудитории не был включен, но я могла видеть каждую черту его лица. Я не отвечала. Да это и не нужно было. В этот момент, когда мы стояли настолько близко, что еще бы чуть-чуть и наши носы бы точны соприкоснулись бы, когда мы неотрывно смотрели друг на друга, и этот взгляд говорил намного больше, чем все слова, в этот момент мы оба поняли, что больше бездействовать и подавлять чувства нет сил. Мне уже было не важно, что могут сказать в институте, если об этом узнают, что может сказать Пашка, мама с папой. Все эти препятствия отошли на второй план, уступив место главному. …А когда я почувствовала прикосновение его губ к своим, то крышу снесло окончательно. Одна его рука обнимала меня за талию, прижимая к себе. Я чуть привстала на носочки, и обвила одной рукой его за шею, почувствовав его улыбку сквозь поцелуй. Сердце билось, как бешеное, дыхание участилось. Я не могу описать своих чувств в этот момент. В этот волшебный момент. Я много читала о первых поцелуях главных героинь, и все никак не могла понять их чувства. Никогда не понимала, почему все так ждут этого. Теперь же понимаю. Он целовал меня настолько аккуратно, будто боялся, что я могу оттолкнуть его. От этой нежности, что была в его прикосновениях, я понемногу сходила с ума. Запаса воздуха катастрофически не хватало, поэтому мы неспешно отстранились друг от друга. Егор Алексеевич (а, может быть, уже просто Егор?) улыбался. — Рано или поздно это должно было произойти — произносит он, а я улыбаюсь ему в ответ. Странно, но я совсем не испытываю никакого стыда. Разве, что некое смущение. — Но теперь-то нам точно надо поговорить — смеюсь я, а он подхватывает мой смех в ответ. — Никаких разговоров, Новикова, в нашем случае они только все портят. — И как же нам быть? — тихо спрашиваю я. — Я влюблен в тебя, Юля. Поверь, что сейчас эти слова мне дались очень тяжело. Я не часто говорю людям о своих чувствах, но с тобой…мне становится сложно молчать. Я не хочу давить на тебя, и если тебе нужно подумать, то я все пойму. Подумать? Мне кажется, что я все уже давно решила для себя. Я не хочу больше медлить. Я хочу быть с этим человеком. Без слов делаю маленький шаг вперед, и опять привстав на носочки, обнимаю его. Слышу его выдох облегчения, а потом он так же крепко обнимает меня в ответ. — Я могу считать это за положительный ответ? — За миллион положительных ответов — шепчу я. Кажется, что именно сейчас я сделала все правильно.