soft heart

❝ Can’t believe, can’t believe Your words, saying things’ll get better some day To me, it’s already deep inside The words I couldn’t say in the end, stay ❞ exo — stay.

❀

      Тонкими пальцами перебирая темные пряди, Бэкхен чувствовал себя довольно странно. Неужели это любовь? Месяц назад он едва смог сдержать себя, чтобы не сорваться и не сжать в объятиях своего Чанеля в той белоснежной холодной палате. Сейчас он не может себя заставить рассказать ему всей правды. Ничего не помнит. Стоит ли ему солгать? Впервые так ломает от безысходности, режет тупой болью в груди, как если бы там не было ничего. Но там есть — сердце, которое все еще бьется, как бы больно это не было осознавать, оно бьется только для одного человека — Чанеля. В мире возможность встретить точно такого же человека очень мала, а искать другого — полюбить другого кажется таким неправильным — кажется подло. Бэкхен не ищет своим чувствам оправдания, он и сам не сразу смог себе в этом признаться. Без Чанеля нельзя, без него невозможно. Бэкхен хотел бы знать, какого это любить до беспамятства, и самому тонуть в ней же, получая ее обратно. Но. Есть всего одно но: Бэкхен сам все испортил, сам оборвал все нити. Каждый шаг становится все путанее, нити любви становятся его собственными узлами, туго связывающие его по рукам и ногам. Нет уверенности, что он делает что-то правильное, и Чанель чувствует, что Бэкхен ему врет. — Мы были друзьями? — говорит брюнет, продолжая лежать на кровати уже своей спальни. Бэкхен убирает руку, как только тишину разрывает хрипловатый грубый голос. Глаза брюнета все еще прикрыты, будто он и не просыпался. Бэкхен не хотел его касаться, но это слишком большой соблазн. Пальцы еще немного дрожат, и голос не спешит прорезать молчание. Комнату наполняет белый шум, звенящая тишина и облако мыслей. Чанель все также не спешит открывать глаза, наслаждаясь присутствием Бэкхена. Он едва ли может представить, как тонкие пальцы касались его волос. Попросить его коснуться, коснуться еще раз, совсем ненадолго — будет ли это правильным? Чанель тянет руку, чтобы самому взять эти пальцы, ощутить их своей горячей ладонью — согреть, но не может. Бэкхен резко встает, и единственное, что Чанель успевает увидеть, это край пальто, скрывающийся за дверью. — Насколько близкими мы были друзьями, Бэкхен? В ответ все та же звенящая тишина.