Девушка без прошлого

«Истинное зло, прежде всего, соблазнительно. У дьявола, который стучит к вам в дверь, нет рогов или копыт. Он прекрасен. Он искушает, предлагая все, что угодно сердцу, словно сирена, манящая вас на верную погибель. Вы должны понимать, что искупления не существует. Достаточно одного плохого дня, одного плохого решения и уже не важно, что вы будете делать всю свою жизнь. Потому что, когда Дьявол приходит по вашу душу, вам конец. Самое худшее чувство — это момент, когда ты понимаешь, что потеряла саму себя». На Рождество мы с Фредом были приглашены в Нору, чего, в принципе, и стоило ожидать. Мы с Джинни целый день украшали гостиную, а Фред и Джордж ставили елку, на макушку которой налепили трансфигурированного мною садового гнома, который еще утром укусил моего парня. Мы сидели в гостиной и слушали рождественский концерт любимой певицы миссис Уизли, Селестины Уорбик, чьи трели лились из большого деревянного радиоприемника. Флёр, которая, похоже, находила Селестину жутко скучной, впрочем, как и я, так громко разговаривала в углу, что хмурящаяся миссис Уизли то и дело взмахивала палочкой, регулируя звук, и голос Селестины становился все громче и громче. Под джазовую песню «Котел, полный горячей и сильной любви» мы с Фредом, Джорджем и Джинни принялись играть во Взрывающиеся карты. Рон исподтишка кидал на Флер и Билла взгляды, словно бы с немым упреком. Между тем, Ремус сидел у камина, застывшим взглядом смотря в его глубину и словно бы не слыша голоса Селестины. Закончив очередную партию, я решила поговорить с крестным. - Привет. – Улыбнулась я, усаживаясь в соседнее кресло… - Можно с тобой поговорить? - Конечно, Марлин. – Посмотрел на меня он. – Я слушаю тебя. - Где ты был, Ремус? Это связано с… - Да, но я не могу тебе ничего сказать. – Выдавил улыбку крестный. – Знаю, тайны всегда отдаляют нас от тех, кто нам дорог, но сейчас не могу. Возможно, чуть позже… - Ремус, у меня есть кое-что для тебя… Просьба… Важная. - Ты можешь попросить меня о чем угодно, для тебя я все сделаю, Марлин. - Я хочу, чтобы ты нашел Мэри. - Твою приемную мать? – Удивился Люпин. – Но зачем? - Нужно стереть им с папой воспоминания о Лили и Джеймсе, Ремус. Для их безопасности и для моей… Знаешь, я была так подавлена, когда попала сюда… Сам подумай… Жизнь запоминается яркими мгновениями, вспышками. Которые меняют нашу жизнь навсегда… Но что если однажды ты перестаешь их помнить? Я забыла свою жизнь, но теперь я все помню. И я понимаю, что им нужно спастись, а для этого нужно забыть, что я не их дочь. - Я сделаю это для тебя сразу после Рождества, ладно? Когда маленькая копия тебя уедет в Шармбаттон. – Согласился Ремус. – Марлин, помни всегда, что в этом мире всегда есть люди, которые хотят, чтобы ты сдалась. Не упрощай им их работу. - Страшно, что если я позволю себе быть счастливой хоть на мгновение… Мир просто рухнет… И я не смогу пережить этого. – Честно призналась я. - Наш жизненный путь усеян обломками того, чем мы начинали быть и чем мы могли бы сделаться. Люди рождаются, стареют, и потом они умирают. Таков мир, в котором мы живем. Но тот срок, что отмерили нам, нужно прожить так, чтобы было о чем вспомнить в последнее мгновение этой жизни. - Я ничего не пропустил? – Подсел к нам Гарри. Я знала, что мой брат подслушал тот разговор с Драко и Северусом на Рождественской вечеринке Слизнорта, но Гарри не спешил упрекать меня или расспрашивать. Мой брат выбрал иную тактику, решив просто наблюдать за мной. - Ты ничего не пропустил, кроме подтверждения того, что мы живём в гнилом, продажном и подлом мире. – Ухмыльнулась я. - Я слышал твой разговор с Артуром. – Посмотрел на моего брата Ремус. – И вот что я тебе скажу, Гарри… Это не наше дело, а Дамблдора. Он верит Северусу, и этого нам должно быть достаточно… - Но… если сказать… сказать Дамблдору, что он ошибается насчет Снейпа… - Это неоднократно говорили. Все зависит от того веришь ли ты суждениям Дамблдора. Я верю, следовательно, я верю и Северусу. - Но Дамблдор может ошибаться. Он сам так говорит. – Уперся мой Гарри. - Вам разве нравится Снейп, если честно? - Я никогда ни не любил, ни недолюбливал Северуса. Нет, Гарри, это правда. Возможно, мы никогда не станем закадычными друзьями - после всего, что происходило между Джеймсом, Сириусом и Северусом, ведь было там очень много неприятного. Но я не забываю тот год, когда я преподавал в Хогвартсе - когда Северус каждый месяц готовил для меня Волчий отвар, готовил превосходно, и мне не приходилось страдать во время полнолуния так, как всегда. - Но ведь он «случайно» проболтался о том, что вы оборотень, и вам пришлось уйти! - Вспомнил Гари со злобой. - Это бы стало известно рано или поздно. Мы оба знали, что он хотел получить мое место, но ведь он мог нанести мне куда более серьёзный ущерб, отравив зелье. Благодаря ему я был здоров. Я должен быть благодарным. - Быть может, он не решался иметь дел с зельем на глазах у Дамблдора! - Хватит, Гарри! – Влезла я. - Ты ослеплен своей ненавистью! – Сказал Люпин. - И я понимаю, ты унаследовал предвзятое мнение, ведь твой отец - Джеймс, а крестный - Сириус. Разумеется, расскажи Дамблдору то, что ты рассказал Артуру и мне, но не ожидай перемены его мнения, не ожидай, что он удивится, услышав это. Быть может, Северус допрашивал Драко по указанию Дамблдора. Думаю, пришло время рассказать тебе, Гарри, где я пропадал, и почему я не отвечал на твои письма. - Значит, мне ты не доверяешь? – Сощурилась я. – Да, крестный? Слушай, может, мне уйти? - Марлин, не начинай. – Ухмыльнулся Ремус. – Я просто хотел дождаться Гарри и рассказать вам обоим. Я жил среди моих собратьев, своей родни… Оборотней. Почти все они нас стороне Волдеморта. Дамблдору был нужен шпион, и тут я был… как раз кстати. Это было необходимо, и кто мог сделать это лучше меня? Тем не менее, было сложно завоевать их доверие. По мне, видите ли, слишком хорошо видно, что я пытался жить среди волшебников, в то время как они отвергли нормальное общество и живут теперь на грани - воруют, а иногда и убивают, чтобы раздобыть еду. - Почему они на стороне Волдеморта? – Спросила я. – Они думают, их жизнь станет лучше, если он придет к власти? - Именно так. А с Сивым спорить вообще бесполезно. - Кто он? – Поинтересовался Гарри. - Он, пожалуй, самый жестокий из ныне живущих оборотней. Его главная цель в жизни - искусать столько людей, сколько возможно. Он хочет создать оборотней, которых будет достаточно для того чтобы побороть волшебников. Волдеморт пообещал ему ответную услугу, если он будет ему служить. Сивый специализируется на детях… Говорит, что кусает их в детстве… и восстанавливает их против собственных родителей, против жизни нормальных волшебников. Волдеморт угрожает натравить их на людских дочерей и сыновей, а такие угрозы обычно возымеют силу. - Это он укусил тебя, да? – Догадалась я, чувствуя печаль в интонации крестного отца. – Я верь права? - Да. – Кивнул Ремус. - Что? – Недоумевал Гарри. - Когда… когда ты был ребенком? - Да. Мой отец оскорбил его. Я долго не знал, что именно за оборотень укусил меня. Я даже жалел его, думал, что он просто потерял над собой контроль - я ведь знал, какого это… Но он не такой. Во время полнолуния он приближает себя к жертвам, пока не убедится, что он достаточно близко, чтобы напасть. Он все планирует. Его-то Волдеморт и поставил во главе оборотней. Я не мог притворятся, что мое личное мировоззрение принесет куда больше пользы, чем стойкое мнение Сивого о том, что оборотни заслуживают крови, что мы должны мстить нормальным людям. - Но ты нормальный! – Возразил мой брат. - Просто… у тебя есть…есть… проблема! - Иногда ты мне так сильно напоминаешь Джеймса. В компании он называл это моей «маленькой пушистой проблемкой». У многих людей создавалось впечатление, что у меня просто есть плохо воспитанный ручной кролик. – Вдруг улыбка спала с лица Ремуса. – А теперь скажите мне, что между вами происходит? Я чувствую холодок. - Думаю, Гарри забыл упомянуть, что я участвовала в том разговоре, да, брат? – Ответила за него я, введя брата в замешательство. - Откуда ты… - Догадалась. – Коротко ответила я. – Гарри, ты должен верить мне, я ничего не делаю просто так. Если я говорила это Драко, так значит, что это было нужно. Вспомни, откуда я пришла. Пойми ты наконец! - Я прошу вас. – Начал Ремус. – Не ссорьтесь. Вы – родные люди, одна кровь. - Согласна. Тем более, скоро нас ждет война. – Кивнула я. - Не ждет. – Махнул головой Гарри. – Уже началась. Война началась. И мы в ней абсолютно безоружны… Но, надеюсь, это лишь пока… Утомительный вечер прошел, и я поднялась в свою бывшую комнату, где меня уже ждал Фред. Коробок здесь все еще не убавилось, мне даже на минутку показалось, что их стало еще больше. - Снова используете эту комнату под склад? – Ухмыльнулась я. - Снова сводишь меня с ума одним взглядом? – Улыбнулся в ответ Фред. – Джордж переночует в комнате Рона и Гарри, сама понимаешь. - Ага. – Не вслушиваясь, я стала переодеваться. – Слушай, давай ложиться? Я так устала сегодня… - Ты выглядела немного растерянной во время разговора с Гарри и Ремусом. Что-то случилось? - Крестный просто рассказывал, где провел последние полгода. Ну, короче, ничего увлекательного. - Не ври. – Поднял мое лицо за подбородок Фред так, что теперь я смотрела прямо в его глаза. – Мы вместе уже целый год, я знаю, когда ты врешь мне. Почему ты была напугана? - Мне просто подумалось… - Призналась я. – Жизнь – это лишь мгновения… Мгновения… Моя жизнь – это череда мгновений, каждое из которых я проживаю до конца. И однажды эти мгновения закончатся… - Марлин… - Как бы я хотела все изменить, Фред… Вырасти с родителями и Гарри, ждать письма из Хогвартса, расти в счастливой и беззаботной семье… Но… - Но ты не можешь изменить то, что уже произошло. Хотя и очень хочется. Марлин, я знаю, ты боишься того, с чем всем нам предстоит столкнуться, но не прячься от своих страхов, борись с ними… - Крестный сказал примерно то же самое. Знаешь, мне иногда хочется просто ничего не чувствовать… Не чувствовать совсем ничего — это заманчиво, когда чувствуешь себя отстойно. - Эй, хватит. – Улыбнулся он. – Все будет хорошо, верь мне. С нами все будет хорошо!

***

Все утро миссис Уизли готовила Рождественский обед, а мы с Джинни сервировали стол. За обедом все, кроме Флер, были в новых фирменных свитерах миссис Уизли, а сама она надела золотое ожерелье, которое подарили мы с Фредом, и новую шляпу от Джорджа. - Это мне Фред с Марлин и Джордж подарили! Красиво, правда? – Улыбнулась миссис Уизли. - Ну, мамуля, мы поняли, что все больше и больше начинаем ценить тебя, ведь теперь мне приходиться самому стирать свои носки. – Взмахнул рукой Джордж. – Фредди в этом случае повезло больше, у него есть Марлин. Ремус, будешь пастернак? - Флер, подливку? – Попытался поухаживать Рон, но лишь перевернул миску. - Ты такой же пл’ёхой, как эта Тонкс. – Заявила блондинка. - Она тоже постоянно переворачивает… - Я приглашала дорогую Тонкс придти сегодня. – Посмотрела на нас миссис Уизли. - Но она не придет. Ремус, ты с ней в последнее время разговаривал? - Нет, я вообще мало с кем общался в последнее время. Но ведь у Тонкс есть собственная семья, не так ли? - Возможно и так. Но у меня, как ни странно, создалось впечатление, что она планирует встретить Рождество в одиночестве. - Патронус Тонкс изменился. – Сказал Гарри моему крестному. – Так Снейп сказал… Такое возможно? - Иногда… сильное потрясение…эмоциональная перегрузка… - Промямлил Ремус. - Он большой, у него четыре лапы… Эй… а это, случайно, не может быть…? Внезапно миссис Уизли подскочила со своего места и кинулась к окну. Она выглядела очень взволнованной, после чего обернулась к нам. - Артур, там Перси… И министр… Мы все были немного шокированы появлением блудного сына, ведь Перси не был дома уже полтора года… Короче, видела я его в живую лишь в кабинете Дамблдора чуть меньше года назад, когда нас с Гарри поймала Амбридж. - Счастливого рождества, мам. – Вошел с министром Перси. - Ох, Перси! – Кинулась к нему миссис Уизли. - Прошу, простите это вторжение. - Произнес Скримджер. - Перси и я работали вместе, знаете ли - и он не мог не прерваться и навестить всех вас. Но Перси не демонстрировал никакого желания поприветствовать кого-либо из семьи. Он стоял, с непроницаемым лицом глядя куда-то поверх голов остальных. Мистер Уизли, Фред и Джордж смотрели на него с такими же каменными лицами. - Пожалуйста, проходите, присаживайтесь, Министр! - Засуетилась миссис Уизли, поправляя шляпу. - Попробуйте индейку и пуддинг! - Нет, нет, дорогая Молли. Я не хочу навязываться, меня бы тут и не было, если бы Перси так сильно не хотел увидеть вас… Мы заглянули буквально на пять минут, так что я прогуляюсь по двору, пока вы общаетесь с Перси. Нет, нет, уверяю вас, я не хочу вмешиваться! Ну, если только кто-нибудь покажет мне ваш очаровательный сад… А, вот этот молодой человек уже поел, почему бы нам с ним не прогуляться? Все за столом сразу же поняли, что Скримджер и Перси оказались здесь вовсе не случайно, поскольку не знать, кто такой Гарри Поттер, в этом мире было не возможно. Еще до школы всем волшебникам рассказывали истории о мальчике, который выжил. И, разумеется, министр не мог не знать Гарри. - Хорошо. – Гарри встал из-за стола. - Чудесно! – Обрадовался министр. - Мы просто пройдемся по саду, а потом я и Перси уйдем. Удачи всем! Как только они вышли, я постаралась незаметно подняться в комнату Гарри, чтобы стянуть мантию-невидимку. - Что ты делаешь? – Возникла у меня за спиной Джинни. – Ты собираешься… - Да. Нужно знать, что ему надо от Гарри. А сам Гарри не скажет нам. – Кивнула я, накидывая мантию так, что видна была лишь голова. – Почему ты все еще не сказала ему? Ты же рассталась с Дином, я знаю… - Приходится перецеловать несколько лягушек, чтобы таки найти своего принца… Тебе тут повезло больше чем мне… Я не ответила подруге ничего, а лишь накинула на голову мантию и осторожно выбралась из дома, оставшись незамеченной огромному семейству Уизли. Министра и Гарри я нашла очень быстро. - Полагаю, Дамблдор обсуждал с тобой все это? - Да, мы это обсуждали. - Обсуждали, значит… А что сказал тебе Дамблдор, Гарри? - Простите, но это только между нами. - О, кончено, это конфиденциальный вопрос, я не хочу, чтобы ты его раскрывал… нет, нет… но просто… важно ли то, что ты «избранный», или нет? - Я не очень понимаю, на самом деле, что вы имеете в виду, Министр. - Ну, быть может, это и не слишком важно… Но для всего волшебного общества… Людям это важным кажется. Люди верят в то, что ты «избранный, видишь ли. Они думают, что ты почти что герой… что, разумеется, недалеко от действительности, Гарри. Сколько раз ты встречался лицом к лицу с Тем-Кого-Нельзя-Называть? Дело в том, что для многих ты - символ надежды, Гарри. Сама мысль о том, что существует кто-то, чья судьба уничтожить Того-Кого-Нельзя-Называть, воодушевляет людей. И когда ты это осознаешь, ты можешь подумать - твой долг подумать о том, чтобы, встав бок о бок с Министерством, оказывать всем поддержку. - Я не совсем понимаю, чего вы хотите. Встать бок о бок с Министерством… Что это значит? - О, ничего обременительного, уверяю тебя. Если ты будешь время от времени появляться в Министерстве, это создаст нужное впечатление. И, разумеется, пока ты будешь там, у тебя появится шанс побеседовать с Робертсом, мои преемником на посту Главы управления мракоборцев. Долорес Амбридж рассказал мне, что ты лелеешь мечту стать мракоборцем. Ну, это очень легко можно устроить… Когда ты присоединишься, это поднимет всеобщий дух, Гарри. «Избранный», знаешь ли… Все только для того, чтобы дать людям надежду, ощущение того, что происходят приятные вещи… - Но если я буду время от времени появляться в Министерстве, не создаст ли это впечатление того, что я одобряю все, что планирует Министерство? - Ну, в общем, да, это, можно сказать, одна из причин того, почему мы… - Нет, не думаю, что это сработает. Видите ли, я не одобряю некоторые вещи, которые совершает Министерство. К примеру, удерживает Стэна Шанпайка. - Я не буду ожидать, что ты поймешь… Это опасные времена, и приходиться принимать определенные меры. Тебе шестнадцать лет… - Дамблдору куда больше шестнадцати, а он тоже считает, что Стэн не должен быть в Азкабане. Вы делаете Стэна козлом отпущения, так же, как меня пытаетесь сделать талисманом, приносящим удачу. - Понимаю. Ты предпочитаешь, как и твой герой Дамблдор, не связывать себя с Министерством? - Не хочу, чтобы меня использовали. - Некоторые скажут, что быть использованным Министерством - твой долг! - Ага, а некоторые скажут, что ваш долг - проверять, на самом ли деле люди - Пожиратели смерти, прежде чем упекать их в тюрьму. Вы делаете то же, что и Барти Крауч. У нас был Фадж, который делал вид, что все в ажуре, когда у него под носом убивали людей, а теперь у нас вы, и вы засовываете людей за решетку, и пытаетесь сделать вид, что на вас работает «Избранный!» - Так ты не «Избранный»? - Мне показалось, что вы сказали, что это не имеет значения..? Не для вас, во всяком случае. - Мне не стоило этого говорить… Это было бестактно… - Нет, это было честно. Единственная честная вещь, что вы мне сказали. Вам все равно, буду ли я жить, или умру, но вас заботит, помогу ли я убедить всех, что выигрываете войну с Волдемортом. Я не забыл, Министр… Я что-то не припоминаю, чтобы вы спешили защищать меня когда я пытался рассказать всем, что Волдеморт вернулся. В прошлом году Министерство не пыталось со мной подружиться. - Что замышляет Дамблдор? Куда он направляется, когда отлучается из Хогвартса? - Без понятия. - И ты не сказал бы мне, даже если бы и знал, не так ли? - Нет, не сказал бы. - Ладно, тогда мне придется посмотреть, что я смогу разузнать сам, не смотря ни на что. - Попытайтесь. Но вы, кажется, умнее Фаджа, так что я думаю, вы учились на его ошибках. Он пытался вмешиваться в дела Хогвартса. Вы должны заметить, что он больше не Министр, но Дамблдор - все ещё директор. И на вашем месте, я бы оставил Дамблдора в покое. - Ну, понятно, что он хорошенько над тобой поработал. Ты ведь человек Дамблдора до мозга костей, правда, Поттер? - Ага, точно. Я рад, что мы это выяснили. Гарри резко развернулся и пошел в сторону дерева, где пряталась я. Министр же пошел в дом, чтобы забрать Перси и удалиться. - Выходи уже. – Сердито произнес мой брат. – Марлин, я знаю, ты прячешься за тем деревом. Следы на снегу, помнишь? - Эй. – Возмутилась я, когда Гарри стащил с меня мантию. – Не наглей, братик. - Как тебе удалось стащить мою мантию? - Пока вы с Министром начинали милую беседу. – Ухмыльнулась я. – Гарри, ты слишком резок. - И что? Я сказал правду. - Да, я знаю. – Подошла к брату я. – Ты сказал правду. А еще ты не доверяешь мне, поэтому сейчас здесь, а не в доме. Но, Гарри, ты должен доверять мне. Я всегда на твоей стороне, забыл? - Твои слова я помню. – Безразлично произнес Гарри. – И что же ты хочешь, сестренка? - Хочу, чтобы ты вел себя аккуратнее. Он – министр магии, а ты говоришь с ним в таком тоне. Не хватало еще, чтобы министерство снова обозлилось. Он может доставить нам кучу проблем, если захочет, Гарри. Пожалуйста, послушай меня, не делай того, что может помешать нам…

***

Я не думала, что Дамблдор решит провести новое занятие так скоро… Записку с временем я получила в тот же день, когда Гарри, Рон и Джинни отправились в Хогвартс. - Простите мое опоздание, сэр. – Шагнула я в кабинет. – Гарри, рада видеть тебя. - Угу. – Лишь кивнул мой брат, который все еще не отошел от того, что видел до Рождества. - Проходи, Марлин, я как раз говорил Гарри, что полностью доверяю тебе и профессору Снейпу. - Значит, мой брат поделился с вами услышанным? – Уселась в кресло я. – Этого и следовало ожидать. Он все еще мне не доверяет. - Эй, я все еще тут! – Возмутился Гарри. – И да, ты права. - Зря, очень зря, мой друг. – Посмотрел на Гарри Дамблдор. – Вот кого-кого, а мисс Поттер подозревать точно не следует. Она ничего не делает просто так, верно, моя дорогая? - Разумеется, профессор. – Улыбалась я. – Мы начнем занятие? - Ах, да, конечно. – Спохватился профессор. - Мы здесь чтобы продолжить рассказ о Томе Реддле, которого мы оставили на прошлом уроке на пороге его лет в Хогвартсе. Начался учебный год и началось обучение Тома Реддла, тихого мальчика в поношенных мантиях, которого сортировали так же, как и остальных первокурсников. Он был распределен в Слизерин практически сразу, стоило только шляпе коснуться его головы. Не знаю, когда он узнал, что Слизерин мог говорить со змеями. Не исключаю, что он мог узнать об этом тем же самым вечером… Но это знание только увеличило его самомнение и уверенность в собственной важности. Он пугал или удивлял Слизеринцев в общей комнате, показывая, что он Змееуст, но никто об этом больше не знал. Он не показывал никакого высокомерия или агрессии. Необыкновенно талантливый и очень хорошо выглядящий сирота, он вызывал у всех симпатию с момента прибытия. Он казался вежливым, тихим, желающим получить знания. Почти все удивляло его. - А вы не говорили ему, сэр, на что он был похож, когда вы встретили его в приюте? - Нет, не говорил. Хотя он не показал никакого намека на раскаяние, было возможно, что он жалел о том, как вел себя прежде, и решил начать новую жизнь… Я решил дать ему шанс. - Но вы на самом деле не доверяли ему? Он говорил мне….Реддл, который был в дневнике, сказал: «Я никогда не нравился Дамблдору так, как остальным учителям»… - Предположил мой брат. - Скажем, я не мог быть абсолютно уверен, что ему можно доверять. Как я уже сказал, я решил присматривать за ним, так я и делал, не скажу, что я много получал от моих наблюдений, я его слишком охранял, он почувствовал это, и он боялся, что я узнаю о его истинной сущности, а потому рассказывал мне так много. Потом он был очень осторожен, чтобы снова не рассказать лишнего, но ничего не вернуть. Тем не менее, он понимал, что нет смысла пытаться меня обаять, как он сделал со многими моими коллегами. Он становился старше и собрал группу посвященных друзей, хотя, как я уже сказал, Реддл не чувствовал никакой привязанности ни к кому из них. Они были предшественниками Пожирателей смерти, и на самом деле некоторые из них стали первыми Пожирателями Смерти после окончания Хогвартса. Они никогда не были замечены в открытом насилии, хотя период их обучения в Хогвартсе был переполнен неприятными инцидентам, включая открытие Тайной Комнаты, что стало причиной смерти девочки. Увы, найти что-то о Томе в его школьные годы было трудно. Мало кто готов говорить о нем, люди напуганы. Те, кого я смог уговорить, сказали что Реддл был одержим своим происхождением. Это понятно, конечно, он вырос в приюте, и действительно хотел знать, как он туда попал. Кажется, что он напрасно искал следы Тома Реддла старшего в Трофейной комнате, в списках старост в старых школьных отчетах, даже в книгах Истории Магии. В конце концов, он понял, что его отец никогда не был в Хогвартсе. Полагаю, именно тогда он отказался навсегда от имени и стал называться Лорд Волдеморт, и начал искать следы заранее презираемой матери. Все что он знал, это свое второе имя. Это было имя отца его матери. В конце концов, после кропотливого исследования, через старые книги Магических семейств, он обнаружил то, что искал. Летом, когда ему было шестнадцать, он не поехал в приют, а стал искать своих родственников Мраксов. Думаю, нам пора… Понадобилось несколько секунд, чтобы узнать место, куда Дамблдор отправил нас. Дом Мраксов был настолько неописуемо грязный... Потолок был покрыт паутиной, пол покрыт грязью, плесневелая и гниющая еда лежала на столе среди битых горшков. Единственный свет шел от одной оплывшей свечи, стоящей на ногах у человека с волосами и бородой, так что нельзя было увидеть его лица… Вдруг кто-то постучал в дверь и человек вмиг поднял палочку в правой и короткий нож в левой руках. Дверь заскрипела, открываясь, На пороге, держа старомодную лампу, стоял мальчик… Высокий, бледный, темноволосый, и красивый подросток. Я посмотрела на Гарри, чтобы он подтвердил мою догадку, и брат молча кивнул мне. Перед нами был юный Волдеморт… - ВЫ! – Вскочил мужчина. - ВЫ! Реддл произнес что-то на змеином языке, чего мужчина явно испугался, и что-то сказал ему. В такие моменты я немного завидовала брату, который понимал, о чем говоря эти двое. - Да, я сказал это. – Перешел на человеческую речь Реддл. – Где Марволо? - Умер. Много лет назад умер. - А ты кто тогда? - Я Морфин… - Сын Марволо? - Ну, да, сын… Я думал, ты тот магл. Ты похож на него… - Какой магл? - Тот магл, которым увлекалась моя сестра, который жил в большом доме на дороге, вы выглядите прямо как он. Реддл. Но он ведь старше, да? Он старше вас, теперь я понимаю... Я видел, он возвращался. Он оставил её, и женился на грязи! Ограбил нас и убежал, а где медальон, эээ…где Медальон Слизерина? Опозорила нас, маленькая неряха! И кто вы такой, приходите сюда, задаете всякие вопросы обо всем, убир… Все… Внезапно нас вырвало из воспоминания, и мы с братом снова оказались в кабинете Дамблдора, где нас ожидал директор. - Что случилось? – Спросила я. – Это все? - Морфин не мог больше ничего вспомнить. – Тихо сказал директор. - Когда он проснулся следующим утром, он лежал на полу, один. Кольцо Марволо тоже пропало. Тем временем, в городке Литтл Ханглтон, по главной улице, крича, что в большом доме в мастерской лежат три тела: Тома Реддла старшего, его отца и матери, бежала девушка. Маглские власти были озадачены: до этого дня они не знали, что Авада Кедавра не оставляет никаких следов повреждения….Исключение из этого правила сидит передо мной… Министерство, с другой стороны, сразу же узнало, что это волшебное убийство. Они также знали, что осужденный маглоненавистник жил недалеко от их дома… Маглоненавистник, который уже был заключен в тюрьму за убийство магла. - Министерство подумало на Морфина… - Понял мой брат. - Не было нужды спрашивать его, использовать Сыворотку правды или Легилименцию. Он прибыл на место преступления и сообщил подробности, которые мог знать только убийца. Он говорил, что он гордился, что убивает маглов, он ждал этого шанса все эти годы. Он показал палочку, и сразу подтвердилось, что она была использована, чтобы убить Реддлов. И он разрешил отвести его в Азкабан, не сопротивлялся. Все, что тревожило его - это то, что исчезло кольцо. Он прожил остаток жизни в Азкабане, оплакивая потерю семейной реликвии Марволо, и был захоронен под его стенами, как и многие другие, умершие там. - Так Волдеморт украл палочку Морфина и использовал её? - Спросил Гарри. - Вот именно. У нас нет воспоминаний, чтобы показать это, но, я думаю, мы можем быть уверены, что так оно и было. Волдеморт применил «Ступефай» на своего дядю, взял его палочку и прошел к «большому дому через дорогу» Там он убил магла, который отказался от его матери-ведьмы, и, для ровного счета, своих бабушку и дедушку. Таким образом, он стер с лица земли род недостойных Реддлов, мстя отцу, отказавшемуся от него. Тогда он возвратился в лачугу Мраксов, он создал Морфину ложные воспоминания, положил палочку Морфина рядом с ним, присвоил себе древнее кольцо и ушел. - А Морфин так никогда и не понял, что он этого не делал? – Спросила я. – Конечно же, нет, какая я глупая… - Никогда. - Но как Министерство не поняло, что Волдеморт сделал это с Морфином? – Не понял Гарри. - Он же был несовершеннолетним в то время, не так ли? Я думал, они могут обнаружить нарушение закона! - Они отслеживают не волшебника, а магию. – Посмотрела на брата я. – Разве ты не знал этого? - Вспомни, Гарри. – Начал Дамблдор. - Ты получил предупреждение от Министерства за Парящие Чары, хотя на самом деле это был.. - Добби. Так если совершить волшебство в доме совершеннолетней ведьмы или колдуна, Министерство не будет знать? - Они не будут знать, кто это был. Они полагаются на родителей, на то, что они следят за детьми в пределах своего дома. - Но это же чепуха! – Возмутился мой брат. - Кем бы ни был Морфин, он не заслуживал такой смерти, осужденный за преступления, которые он не совершал. – Добавила я. - Я с вами согласен. – Кивнул нам Дамблдор. - Но уже поздно, я хочу показать еще одно воспоминание перед тем, как вы уйдете. Дамблдор достал из внутреннего кармана еще один кристальный сосуд. Содержимое перетекало с трудностями, как будто замедленно, в Омут памяти, может, оно испортилось? Мы опять провалились в серебряную жидкость, на сей раз, приземляясь около человека, которого я сразу узнала. Это был молодой Слизнорт. Полдюжины мальчиков сидело вокруг него. Теперь я знала, как выглядит юный Волдеморт, а он был тут. Его правая рука лежала на подлокотнике, а на пальце было то самое кольцо… Он уже убил своего отца… - Сэр, а правда что Профессор Вильмонт подал в отставку? – Спросил он. - Том, том, даже если бы я и знал, я не мог бы тебе сказать. Я должен спросить, хотелось бы знать, где вы получаете вашу информацию, мальчик, что знаете больше половины учителей? Спасибо за ананас, кстати, вы совершенно правы, это мое любимое… Некоторые мальчики захихикали, и вдруг произошло что-то странное. Все комната внезапно наполнилась густым белым туманом, так что я не могла ничего видеть, кроме лица Гарри, стоящего рядом. Затем голос Слизнорта прозвучал неестественно громко в тумане… - Вы далеко пойдете, мой мальчик, запомните мои слова. Туман очистился так же внезапно, как и появился, никто даже не обратил внимание, что что-то только что произошло. Гарри стал резко смотреть по сторонам, избегая взглядом лишь меня. - Хорошо, а не пора ли расходиться? - Спросил Слизнорт. - Вам лучше уже идти, мальчики, или у нас всех будут проблемы. Лестрейндж, я бы хотел получить ваше эссе до завтра, а то получите наказание… Вы тоже, Эйвери. Слизнорт встал из кресла и поставил свой пустой стакан на стол, в то время как мальчики уходили. Волдеморт, тем не менее, оставался сидеть. - В чем дело, Том? Вы же не хотите, чтобы вас поймали? Вы все-таки староста… - Сэр, я хотел спросить у вас кое-что. - Спрашивай, мой мальчик, спрашивай. - Сэр, я хотел бы спросить, что вы знаете про Крестражи? И это снова случилось: густой туман снова заволок комнату. Потом голос Слизнорта снова прогремел, как это было раньше. - Я ничего не знаю про Крестражи, и не сказал бы, если бы знал! Теперь сейчас же убирайся отсюда и никогда не упоминай их впредь! Когда мы оказались в кабинете Дамблдора, Гарри выглядел разочарованным, будто ничего интересного не увидел. Я же поняла, что было не так с этим воспоминанием. И Дамблдор, как показалось мне, тоже. - Ты заметил что-то необычное, Гарри? – Спросил он моего брата. - Нет. - Это воспоминание подправлено. – Произнесла я. - Подправлено? - Повторил Гарри, садясь в кресло. - Верно, Марлин. – Кивнул директор. - Профессор Слизнорт изменил собственные воспоминания - Но зачем он это сделал? – Спросил мой брат. – Почему? - Он не хотел, чтобы кто-то узнал, Гарри. – Объяснила я. – Он хотел что-то скрыть… - Думаю, он стыдится того, что помнит. – Добавил Дамблдор. - Он пытался переделать память чтобы выставить себя в лучшем свете, стирая те части, которые мне, по его мнению, не надо видеть. Это, как ты видишь, сделано очень грубо, и это к лучшему, потому что это показывает, что настоящая память все еще там, под изменениями. Гарри, я должен просить тебя об одной вещи… Убедить профессора Слизнорта поделиться настоящими воспоминаниями, что будет, несомненно, самой важной информацией из всей, что у нас есть. - Разве вы не можете использовать легилименцию или сыворотку правды? - Думает, дорогой брат, Слизнорт не ожидает этого? Он же зельевар, он наверняка принимает противоядие к сыворотке правды. – Удивилась глупости брата я. - Он еще и хороший Окклюмент. – Кивнул Дамблдор. Я удивлюсь, если он не пьет противоядие против сыворотки правды с тех пор, как я вынудил его поделиться этим воспоминанием. Было бы глупостью пытаться выпытать правду у Профессора Слизнорта силой. Я не хочу, чтобы он покинул Хогвартс. Но у него есть слабости, и, полагаю, что ты - единственный, кто способен достучаться до него. Очень важно, чтобы воспоминания были настоящими, Гарри…. Насколько они важны, мы узнаем только когда получим реальное воспоминание… Итак, удачи… И спокойной ночи.

***

- Малыш, ты чего не спишь? – Заглянул в нашу спальню Фред. – Прости, мы засиделись с ребятами у Оливера… - Все нормально. – Обняла своего парня я. – Я просто думала обо всем, что происходит. - Эй, хватит грустить, мы уже столько раз говорили, что все обязательно будет хорошо. Да? - Да, конечно. – Ухмыльнулась я. – Радуга, единороги и прочая муть. - Чего? – Рассмеялся Фред. – При чем тут радуга и единороги? - Магловский прикол, не обращай внимания. Просто, Фред, я не верю в это. Все не может закончиться без потерь. - Прекрати говорить глупости. – Крепче прижал меня к себе Фред. – Мы никогда не умрем, слышишь? Ложись спать! Той ночью я долго не могла уснуть и лишь смотрела на абсолютно спокойное лицо прижимающего меня к себе Фреда. Наверное, это могло быть бы моей идеальной жизнью… Фрея, я, небольшая квартирка над магазином, парочка детей… Именно таким я видела свой счастливый конец, но теперь, вспомнив все, я понимала, что он может не наступить. Никогда. - Остолбеней! – Кричу я, вытянув палочку вперед. Женщина, стоявшая до этого передо мной, падает на землю, и пару минут спустя я вижу растекающуюся по валуну прямо за ее спиной вязкую красную жидкость. - О, Господи! – Я бросаюсь к лежащему передо мной телу. – Нет… Пульса нет… Я убила человека… Нет, нет, нет, нет, нет, нет… Так не должно быть… Боже мой, это значит, что я убила… Она умерла… Внезапно я почувствовала, как кулон на моей шее начал обжигать кожу, а из самого моего сердца к нему потянулась черная нить, похожая на нити воспоминаний. Я говорила какие-то странные слова, которые сама и не слышала. - Нет! Она умерла… - Бормотала я во сне. - Радость моя, открой глаза! Марлин! Марлин! - Фред… Фред… - Слезы ручьем лились из моих глаз. – Я убила… Убила человека. - Это лишь сон, слышишь? Это сон! Просто сон. Ты дома, все хорошо, я люблю тебя, слышишь? - Я убила ее… Она умерла… - Это всегда лишь сон… Лишь сон…

***

Я сидела в кабинете своего любимого преподавателя и смотрела на маятник на столе. Казалось, только недавно я сидела за этой же партой, писала конспекты и варила лучшие зелья в классе, а теперь я должна каждый день сталкиваться с жестокостью этой жизни. - Мы же говорили, что вам не стоит лишний раз появляться в школе, мисс Поттер. – В кабинет зашел его хозяин. - Я знаю, профессор. Но это было важно. Реально важно. У меня был сон или виденье… Я сама не понимаю, что это было. - Вас кто-то видел? - Нет. Я пришла через ваш камин. – Отрицательно покачала головой я. – Я видела нечто странное… Я обездвижила женщину, а она упала и ударилась головой. А потом… Я плакала, говорила какие-то слова, а из моего сердца тянулась черная нить, будто у воспоминаний, и тянулась она прямо в кулон на моей шее. И кожу жгло, будто приложили раскаленное железо… Что это, профессор? - Крестраж… - Что? – Не поняла я учителя. – Что такое крестраж? - Крестраж – это предмет, в котором человек спрятал часть своей души. Это темная магия, мисс Поттер, очень темная. Наверное, именно в этот момент я поняла, что помогало Волдеморту выживать на протяжении всех этих лет. Он создал его. Он создал крестраж. И, если верить тому, что я видела, я буду должна сделать это тоже. В один ужасный день я совершу убийство и использую эту самую темную магию, чтобы выжить в схватке с Волдемортом. - Ты хоть понимаешь, что происходит?! – Сказал Снейп как-то слишком громко. – Ты вообще осознаешь, что это?! - Профессор… - Нет, ты серьезно думаешь, что должна убить эту пожирательницу? - Эта женщина – одна из его сторонников? – Ухватилась за его слова я. - Мисс Поттер, вы такая же, как ваш отец. Я говорю вам о страшнейшем человеческом грехе, а вы думаете о том, кого собираетесь убить, а не о самом ужасе убийства. - Профессор… - Убийство разрывает душу… - Я знаю, на что я иду. – Выдала на одном дыхании я. - Сколько раз я говорил вам, Марлин, чтобы вы вели себя аккуратно? Будьте осторожны. Эмоциональные поступки могут вывести на очень опасный путь. Заклятие не легкое дело. Месть никогда не бывает лёгкой. Ты должна задать себе простой вопрос: как далеко ты можешь зайти? - Я знаю, на что я иду. И я дойду до конца, умру, если будет необходимо, но я защищу тех, кого люблю. – Посмотрела прямо в глаза профессору я. - Огонь всегда жил внутри меня. Он всегда был в каждом моем действии, в каждом моем поступке. Просто я этого не знала. Или забыла. - Всё, что ты знаешь, и всё, во что ты веришь, скоро изменится. Ты готова к этому? - Скажите, как мне быть? - Я давно за тобой наблюдаю. Второй шанс далеко не каждому выпадает… Советую тебе хорошенько об этом подумать. Не смею больше задерживать, мисс Поттер. Я знала, что она придет. Марлин всегда появлялась в переломные моменты моей жизни, и сегодняшний вечер был именно тем моментом, когда я нуждалась в ней, в ее совете… Но я не знала, что увижу ее, как только выйду из камина в гостиной нашей квартирки. - Тоже будешь говорить, что я ошибаюсь? – Посмотрела на нее я. - Знаешь, это один из тех немногих вопросов, в которых я абсолютно согласна со Снейпом. - Почему? Разве ты, Сириус и мои родители не были такими же, как я? Разве вы не боролись до самого конца? - У тебя есть выбор, а у меня нет. И ни у кого из нас его не было. А у тебя есть. И ты делаешь его неправильно… - Знаешь, иногда люди поступают неправильно ради правильных вещей. Ты не сможешь уберечь меня от всего. Я приняла решение, я не буду менять это. В один день я встречу эту женщину, наведу на нее палочку, произнесу заклинание и стану убийцей. Я сделаю все, чтобы мой брат, Фред, Джинни, Алиссия, Анджелина и остальные мои близкие жили и были счастливы. Даже если придется ради этого продать душу дьяволу.