Девушка без прошлого

«Всё что вы слышали о монстрах, ночных кошмарах… Все эти байки у костра… Всё это правда! Мы создаем свой собственный рай и свой собственный ад. Рай и ад могут быть на земле. Мы их носим в себе, куда бы не шли». Комната Джинни в Норе, где я теперь поселилась, казалась мне абсолютно чужой, впрочем, иногда мне еще и казалось, что это я здесь чужая. В комнате, в доме, в семье Уизли… Фред ни разу за месяц не зашел на обед. Джордж забегал пару раз, извинялся за близнеца и обещал, что вытащит его в следующий раз, но его старший брат так ни разу и не появился. И, честно говоря, я его прекрасно понимала. Да, я сделала ему больно, разбила сердце, разрушила нашу мирную и счастливую жизнь, к которой мы оба так привыкли. Что ждало меня теперь? Я не знала. Мне пришлось уволиться с работы, потому что охота на крестражи явно не подразумевает свободного времени на такие мелочи. Мне пришлось отказаться от любимого человека, с которым я прожила больше полугода, от моей тихой гавани… - Марлин, Грюм здесь. – В комнату забежала Джинни. – Пойдем, пора. Мы вошли на кухню, где уже собрались все члены Ордена. Нам сегодня предстояла важная и ответственная операция, ведь именно сегодня мы должны были переправить моего брата из дома наших тети и дяди сюда. Потому что меньше, чем через неделю, защита падет. Моему брату исполнится семнадцать. - Планы меняются. – Обрушился на меня голос Грюма. – Мы используем оборотное зелье и виды транспорта, которые не отслеживаются. - Оборотное зелье? – Не поняла я. – Вы предлагаете изменить Гарри внешность? - Нет. – Ухмыльнулся Грюм. – Мы изменим внешность остальным шести добровольцам. И тогда, даже если Пожиратели пронюхают что-то, они ни за что не догадаются, какой из семи Поттеров настоящий. - Отлично. Я за. – Улыбнулась я, а после заметила пристальный взгляд Фреда. - Нет, Марлин! – Подскочил Ремус. - Ты не можешь запретить мне, Ремус. – Качнула головой я. – Нет. Я хочу помочь Гарри, ты это знаешь. - Но ты останешься здесь. – Поддержал моего крестного мистер Уизли. - Какого черта?! – Возмутилась я. – Я совершеннолетняя, я уже год в Ордене. Я имею право решать сама. - Ты бы пошла против мнения Дамблдора, Марлин? – Внимательно посмотрел на меня крестный. – Это он просил оберегать тебя от опасностей. Он сказал, что ты важна ничуть не меньше, чем Гарри. - Поэтому, Марлин, ты останешься здесь с Джинни. – Согласился с ним Кингсли. – Кто хочет пойти? - Я. – Сразу же встал со своего места Фред. Наверное, я знала причину, почему он согласился даже раньше Рона. Он не боялся за свою жизнь, да, но это не была причина такого риска. Он сделал это, потому что действительно любил меня. Для него безопасность Гарри была так же важна, как для меня. Потому что ему была важна моя безопасность. - Мы. – Улыбнулся Джордж, тоже поднимаясь со своего места. - Я тоже хочу! – Сказала Джинни, но затихла под строгим взглядом матери. – Поняла, поняла. Я не совершеннолетняя и прочая чушь. - Думаю, в моем согласии никто не сомневается? – На пороге появилась Гермиона. – Простите, задержалась. - Гермиона! – Кинулась ее обнимать Джинни. – Мы так рады… - Да, да. – Подмигнула я. – Но давайте закончим с делом. У нас будет время пообщаться. - И я рада видеть тебя, Блэк. – Усмехнулась Гермиона. – Я так понимаю, нас всего четверо? - Трое… - Ну, вы забыли про Рона. Близнецы, я и Рон. Кто еще? – Настаивала Гермиона. – Билл? - Нет, дорогая, у Билла другая роль. – Отрицательно сказала миссис Уизли. - Именно поэтому пойду я. – Внезапно поднялась со своего места Флер. – Гарри рисковал жизнью, чтобы спасти мою сестренку, я рискну своей, чтобы спасти его жизнь. - Спасибо. – Кивнула миссис Уизли. - Шестым пойдет Наземникус. – Хмыкнул Грюм. – Он провинился, поэтому его здесь нет. Может слить всю информацию. Но он пойдет. У него нет выбора. - Таким образом, Рон, Гермиона, близнецы, Флер и Наземникус пьют оборотное зелье и становятся Гарри, а Ремус, Артур, Билл, Нимфадора, Хагрид, Аластор и я будем их сопровождать. – Подвел итог Кингсли. - Все, конечно, прекрасно, но Гарри не согласится на это. – Перебила его Гермиона. – Он ни за что не даст свой волос. - Выдернешь сама. – Взглянула на Грейнджер я. – Он откажется. Ты подойдешь и выдернешь, все просто. - Марлин, ты должна пообещать мне, что не станешь делать глупостей. – Внимательно посмотрел на меня Ремус. – Твой отец всегда был готов рискнуть жизнью ради близких ему людей, ровно как и твоя мать. Пожалуйста, не сделай того, что может причинить тебе вред. Ты должна быть здесь, в Норе. - Дать Непреложный обед, что не выйду отсюда во время операции? - Просто пообещай. – Крестный смотрел мне прямо в глаза. – Посмотри на меня и пообещай. - Обещаю.

***

- Но ты обещала Ремусу! – Возмущалась Джинни, когда я открывала окно в ее комнате. - Знаю. – Кивнула я. – Я обещала не выходить во время операции, но я вернусь задолго до ее начала. Джинни, я не могу всего рассказать тебе сейчас, но умоляю, помоги мне. Это очень и очень важно. - Ты – моя лучшая подруга, Марлин, я не могу отказаться от помощи тебе. Но будь осторожна, пожалуйста. И я не смогу сдерживать маму внизу вечно, у тебя будет меньше часа. Вернись вовремя. - Все будет хорошо, Джин. – Обняла я подругу, после чего вылезла из окна, чтобы трансгрессировать там, где это было возможно, то есть за пределами защитной черты. Я оказалась на улочке, где все дома были похожи друг на друга, будто их делали под копирку. Конечно, Гарри именно так и описывал мне Литтл Уингинг. На улице никого не было, но даже если бы кто-то был, меня бы он все равно не увидел, спасибо чарам невидимости. Был все-таки плюс от моего дара… Она стояла на крыльце и смотрела на небо, будто чувствовала опасность. Длинная шея, светлые волосы и печальные серо-зеленые глаза. Странно, но сейчас мне показалось, что в ее глазах есть что-то общее с мамиными. - Здравствуйте. – Сняла лишь для нее одной чары я. - Господи, кто вы?! – Закричала тетя Петунья. - Пожалуйста, тише. – Прошептала я. – Мне нужно поговорить с вами. Это важно. - Вы… Вы его подруга, да? Моего племянника… - Нет. – Качнула головой я. – То, что я сейчас скажу вам, должно навсегда остаться между нами. Эту тайну мои родители унесли за собой в могилу. Эту тайну знают лишь несколько человек на всем белом свете. - Какую тайну? – Тетя явно заинтересовалась. - Меня зовут Марлин Виктория Поттер. – Посмотрела в ее глаза я. – Думаю, вы понимаете, кто я. - Немыслимо. Вы… Нет, это невозможно. У Лили не могло быть такой взрослой дочери. Вы шарлатанка! - Нет, я родилась первого октября восемьдесят первого года. И в вашем времени я живу во Франции и понятия не имею, кто я на самом деле. Я пришла из будущего, чтобы спасти настоящее. Спасти Гарри. - Спасти Гарри? - В моей версии действительности он умер, тетя Петунья. И я пришла попросить вас. Уезжайте. Позвольте им спрятать вас. Поверьте, это спасет ваши жизни. - Ты не похожа на Лили. – Посмотрела на меня женщина. – Совсем не похожа. Но ты похожа на отца. - На самом деле, я просто копия своей бабушки. Я знаю, вы хороший человек. Я знаю, что вы не будете зря рисковать своей жизнью и жизнью Дадли. Послушайте мой совет, прячьтесь, пока есть время, потому что когда ОН придет, будет поздно. - Куда заберут Гарри? - Он будет со мной. Уже вечером он будет со мной. Но, думаю, ему бы понравилось, если вы хоть раз в жизни нормально поговорили. Подумайте о том, что я сказала. Если у меня не получится изменить будущее, он умрет. Я умру. Поэтому я пришла сегодня. Потому что хотела, чтобы вы знали, что у мамы была еще одна дочь. Потому что не могла рисковать жизнью, никогда не узнав вас. До свидания, тетя Петуния.

***

Такого страха, как за эти несколько часов, пока все были на операции, я не испытывала еще никогда. От понимания, что практически все близкие мне люди, и, главное, мой брат и мой любимый человек, были там, меня попросту трясло. С Джинни происходило то же самое. И с миссис Уизли. Мы сидели втроем на кухне, на столе перед нами стоял давно остывший чай, к которому ни одна из нас так и не притронулась. - С ними все будет хорошо… - Успокаивающе произнесла миссис Уизли. – Все будет хорошо. - Фред тоже раньше мне так говорил. Что все будет хорошо. – Смахнула слезу я. – Но не все хорошо, миссис Уизли. Идет война. Мы не сможем обойтись без потерь… Я… Но меня прервали. Грохот с заднего двора раздался так неожиданно, что Джинни подскочила. Я не знала, кто это, но знала, что это портал, а значит, кто-то из наших близких жив и уже дома… Мы втроем быстрее побежали туда и увидели Хагрида, который поднимался с земли, и Гарри… - Гарри? Ты настоящий Гарри? Что случилось? Где все остальные? – Причитала миссис Уизли. - Никто еще не вернулся?! – Воскликнул удивленно мой брат. – Марлин?! - Нет, Гарри. – Обняла его я. – Вы вернулись первыми. Что там произошло? - Нас поджидали Пожиратели смерти. Мы были окружены уже на взлете. - Они знали о сегодняшней ночи… - Поняла я. - Что произошло с остальными, мне неизвестно. За нами гнались четверо, мы могли только попытаться удрать от них. А потом за нас взялся Волдеморт… - Хвала небесам, вы оба целы. – Заключила моего брата в объятия миссис Уизли. - А у тебя бренди не найдется, Молли? – Спросил Хагрид. - Для медицинских целей, а? - Сейчас принесу. – Кивнула ему хозяйка дома и удалилась на кухню. - Рон и Тонкс должны были вернуться первыми, но не успели к своему порталу, он возвратился без них. – Джинни указала на масленку, которая прилетела уже давно. - А вторыми полагалось вернуться папе и Фреду. Ты и Хагрид были третьими. Джордж с Люпином, если поспеют, появятся через минуту. Миссис Уизли вернулась с бутылкой бренди, отдала ее Хагриду. Тот вытащил пробку и выпил все разом. - Мам! - Крикнула Джинни, указывая пальцем на место в двух шагах от нее. В темноте разлился синий свет, пятно его становилось все больше и ярче, затем в нем появились, вращаясь, и тут же упали Люпин с Джорджем. Но я сразу поняла, что что-то пошло не по плану. Лицо Джорджа было в крови, а Ремус придерживал его. Гарри кинулся к ним и помог затащить младшего из близнецов в дом и уложить на диван. Когда я зажгла свет, Джинни ахнула. У Джорджа не было одного уха. Как только миссис Уизли склонилась над сыном, Ремус схватил Гарри за локоть и бесцеремонно отволок его обратно на кухню. - Ремус, что ты делаешь, черт подери?! – Возмутилась я. - Какая тварь сидела в углу моего кабинета в Хогвартсе, когда Гарри Поттер впервые попал в него? Отвечай! - Э-ээ… водяной черт в большой банке, так? - Неужели ты доверяешь идиотской министерской брошюре? – Возмутилась я. – Это же Гарри! - Простите, но я обязан был проверить. Нас предали. Волдеморт знал, что мы вылетаем сегодня, а единственными, кто мог сказать ему об этом, были люди, непосредственно причастные к выполнению плана. Ты мог оказаться подставным лицом. - А чё ж ты меня не проверяешь? – Спросил Хагрид. - Ты же наполовину великан. А Оборотное зелье действует только на людей. - Никто из членов Ордена не сказал бы Волдеморту, что мы переезжаем этой ночью. – Уверенно сказал мой брат. – Он нагнал меня лишь под самый конец пути, поначалу он не знал, который из Поттеров - я. Если бы его посвятили в план, он с самого начала знал бы, что я лечу с Хагридом. - Волдеморт нагнал тебя? И что произошло? Как ты уцелел? - Пожиратели смерти опознали меня. – Коротко ответил мой брат. - Чем ты выдал себя? – Посмотрела на него я. - Я увидел Стэна Шанпайка… И попытался разоружить его вместо… Ну, он же не понимал, что делает, верно? Его наверняка сковали Империусом. - Гарри, время разоружать их прошло! Эти твари пытаются схватить и убить тебя! Если ты не готов убивать их, так оглушай, по крайней мере. – Продолжал возмущаться Люпин. - Хватит! – Воскликнула я. – Ты же понимаешь, что на высоте это было бы убийством, Ремус? - Экспеллиармус спас меня тогда на кладбище. - Вот именно! – Кивнул Ремус. - И множество Пожирателей смерти видело, что происходит. Извини, но в тот раз, под угрозой неминуемой смерти, твой ход был действительно весьма оригинальным. Повторять же его сегодня, на глазах у Пожирателей смерти, которые либо присутствовали при первом случае, либо слышали о нем, это было почти самоубийством! Экспеллиармус — заклинание полезное, Гарри, но Пожиратели, похоже, считают его твоим фирменным приемом, и я тебя очень прошу, постарайся, чтобы оно им не стало! - Что будет с Джорджем? – Задала я интересующий меня вопрос. – Все обойдется? - Думаю, да, хотя ухо, оторванное заклятием, восстановить невозможно… Снаружи донесся громкий шум. Люпин метнулся к задней двери, и мы с Гарри тоже выскочили во двор. Это были Гермиона и Кингсли. Гермиона уже приняла свой облик и сразу же кинулась обнимать Гарри, а после меня, хотя подругами нас назвать можно было с натягом. А вот Кингсли подошел к моему крестному и направил на него палочку для очередной проверки. - Какие самые последние слова услышали мы с тобой от Альбуса Дамблдора? – Задал он вопрос. - «Гарри — главная наша надежда, доверяйте ему». Гарри я уже проверил. - Кто еще возвратился? - Только Гарри, Хагрид, Джордж и я. Что с вами произошло? - Пять преследователей, двое ранены, один, возможно, убит. Кроме того, мы видели Сам-Знаешь-Кого, он присоединился к погоне на полпути, но очень скоро исчез. Ремус, он умеет… - Летать. – Перебил Кингсли мой брат. -Так вот почему он нас бросил… А я-то понять не мог, куда он подевался. Но что заставило его сменить цель? - Гарри слишком доброжелательно обошелся со Стэном Шанпайком. – Пояснил мой крестный. - Я думала, он в Азкабане. – Не поняла нас Гермиона. - Гермиона, там явно произошел массовый побег, о котором Министерство помалкивает. – Ухмыльнулся Кингсли. - Когда я ударил заклятием в Трэверса, с него сорвало капюшон, а ведь его тоже считают сидящим в тюрьме. Но что было с тобой, Ремус? Где Джордж? - Лишился уха. – Посмотрела на него я. - Лишился? – Переспросила Гермиона. - Снейп постарался. – Не знаю, почему, но было так мерзко слышать это. И так больно… - Снейп?! – Прокричал Гарри. - Вы не говорили… - Во время погони с него слетел капюшон. Да и Сектумсемпра всегда была любимым оружием Снейпа. Я и хотел бы сказать, что отплатил ему той же монетой, но у меня все силы уходили на то, чтобы удерживать Джорджа на метле. - Я пойду в дом. – Развернулась я. – Проверю, как он там. - Я слышала во дворе шум. – Сказала Джинни, как только я вошла в гостиную. - Вернулся кто-то еще? - Гермиона и Кингсли. - Слава богу… - Я докажу мою подлинность, Кингсли, после того, как увижу сына, а теперь отойди, тебе же лучше будет! – Раздались крики с улицы, и на сердце стало легче. Голос мистера Уизли мог означать одно… Он вернулся, и Фред должен быть с ним. - Артур! Слава богу! – Обняла мужа миссис Уизли. – Фредди! О, Мерлин. Мы разбудили Джорджи. Как ты себя чувствуешь, Джордж? - Как слизняк. - Что с ним? – Ужаснулся Фред, посмотрев на меня. - У него задет мозг? - Как слизняк. - Повторил Джордж. - Сам же видишь… Слизняк. Улитка без раковины, Фред. Дошло? - Ты безнадежен! Безнадежен! Из всего созданного миром богатства шуток о ране ты выбрал про раковину! - Теперь ты хотя бы сможешь нас различать, мам. А почему Рон с Биллом не теснятся у постели больного? - Они еще не вернулись, Джордж. – Махнула головой я. Когда все разошлись переодеваться или пить бренди, я вызвалась остаться с Джорджем, потому что настроения сидеть сейчас в компании Фреда или брата не было, слишком силен был пережитый за эту ночь бездействия стресс. - Ну, как ты? – Улыбнулась я, взяв руку друга. - Мои раны заживут, а как насчёт твоих? - О чем ты, Джордж? – Прикинулась дурочкой я. - Не притворяйся, Марлин, я же знаю, что ты любишь его. И он любит тебя. Что произошло? - Все хорошо, Джордж, просто я ошиблась, понимаешь? И, получается, не так уж я его люблю… - Грозный Глаз мертв. – Внезапно услышала я голос Билла с улицы. - Иди! – Сказал мне Джордж. – Я могу полежать немного и один. Когда я вышла на улицу, то увидела, что все стояли неподвижно. Да я и сама замерла в двух шагах от Джинни, пытаясь переварить эту информацию. Я знала, что без жертв не обойдется. И вот… - Он погиб на наших глазах. – Сказал Билл. - Все произошло сразу после того, как мы прорвали кольцо. Грозный Глаз и Наземникус были совсем близко, они тоже летели на север. Волдеморт летел прямо на них, и Наземникус трансгрессировал. Заклятие Волдеморта ударило Грюма прямо в лицо, он навзничь слетел с метлы, а мы ничего не могли сделать, ничего, у нас на хвосте висело с полдюжины… Мы вернулись на кухню и расселись за столом. Мистер Уизли помог Джорджу дойти до нас и усадил его в трансформированное мною кресло. Никто, казалось, не понимал, что делать дальше. Тонкс тихо плакала, они ведь с Аластором были близки, она была его ученицей. Билл подошел к буфету, достал бутылку огненного виски, стаканы. - За Грозного Глаза. - За Грозного Глаза. - Повторили мы все и выпили. - А я хочу еще выпить. – Внезапно даже для самой себя сказала я. - За всех вас! За мою семью.

***

- Она здесь, да? – Услышала я сквозь сон до боли родной голос. - Она спит, Фред. – Ответила Джинни. – Завтра. - Нет, мне нужно поговорить с ней. - Иди спать, братец, поговорите завтра. Я не буду будить Марлин тупо из-за твоей прихоти. - Все нормально, Джин. – Завязывая халат, произнесла я. – Пойдем. Мы вышли во двор и сели на скамью под старым дубом, которая была так далеко в саду, насколько это было возможно. Почему-то мне вовсе не хотелось, чтобы хоть кто-то мог слышать нас. - Я решил отпустить тебя. – Вдруг сказал Фред. - Что? – Не могла поверить, что он сдался, я. - Ты просила отпустить тебя, не держать. И я решил отпустить тебя. - Что изменилось? - Я. Я понял все, Марлин. Ты врала мне! И врешь сейчас. Скажи же правду! - Правда в том, что я не люблю тебя больше, Фред. Раньше все было иначе, да, но я изменилась. Жизнь изменилась. Все изменилось. - Не верю… - Уходи, пожалуйста… - Плакала я, не в силах больше смотреть на него. Он ничего не ответил, лишь развернулся и пошел в дом, оставив меня одну сидеть на скамье. Я будто провалилась в какой-то страшный сон. Я сидела и слышала шаги, звуки, голоса… - Она запуталась! – В чувства меня привел голос Джинни. - Не лезь, пожалуйста, Джин. – Сказал ей Фред, прежде чем хлопнуть входной дверью. - Знаешь, я твоя подруга, но ты уверена, что хочешь этого? – Джинни села на место Фреда и обняла меня. – Ты сказала ему, что больше не любишь? - Не то, чтобы я больше не люблю его, но… Что-то изменилось. Намного больше, чем раньше, как будто… - Ты боишься, что с ним что-то сделают твои ненормальные родственники, да? - Родственники? - Ну, Беллатрисса и ее семейка. Они же убили твоих родителей. Прости… Ты просто хочешь, чтобы Фред выжил. И сама хочешь выжить. - Нет, Джин, ты не права. Я не хочу выживать, я хочу жить! А для этого мне сейчас нужно чем-то пожертвовать. И это любовь, так уж сложилось.

***

Следующие несколько дней миссис Уизли загружала нашу троицу работой так, чтобы они просто физически не могли собраться за день хоть раз все вместе без посторонних ушей, поэтому времени обсудить наш план катастрофически не было. И вот, наконец-то, миссис Уизли потеряла контроль над ситуацией. Я, Рональд и Гермиона были в комнате мальчишек, когда туда вернулся Гарри. Мы с Гермионой обсуждали, какие книги взять с собой, а какие оставить в Норе, а Рон убирался в комнате. - А ты-то как выкрутилась? – Сразу спросил мой брат. - Да, видишь ли, матушка Рона забыла, что еще вчера попросила меня и Джинни перестелить все постели. - Слушайте, а что вы собираетесь делать со всеми этими книгами? - Спросил Рон. - Нужно решить, какие взять с собой. – Ответила Грейнджер. - Я и забыл, что охотиться на Волдеморта мы будем, разъезжая в передвижной библиотеке. – Хмыкнул Рон. - Как думаешь, взять книгу по рунам? – Спросила у меня подруга брата. – Вдруг пригодится… - Бери, и «Историю Хогвартса» тоже бери. Это же твоя любимая… - После похорон Дамблдора вы сказали, что отправитесь с собой, но… - Начал было мой брат. - Пошло дело… - Закатил глаза Рональд. - Чего мы и ожидали. – Вздохнула Гермиона. - Послушайте! - Повторил Гарри. - Нет, Гарри, это ты нас послушай. – Вмешалась я. - Мы идем с тобой. Все уже решено месяцы тому назад, а вернее сказать, годы. - Но… - Заткнись. – Серьезно посмотрел на него Рон. - Вы уверены, что продумали все как следует? - Ладно, давай посмотрим. – Гермиона взяла из моих рук очередную книгу. - Вещи я уложила несколько дней назад, так что мы готовы тронуться с места в любую минуту, и, к твоему сведению, для этого потребовались кое-какие довольно сложные магические манипуляции, не говоря уж о краже всех имевшихся у Грозного Глаза запасов Оборотного зелья, совершенной под самым носом матушки Рона. Кроме того, я изменила память своих родителей, и теперь они уверены, что зовут их Венделлом и Моникой Уилкинс, а мечта всей их жизни состоит в том, чтобы перебраться на жительство в Австралию, что они уже и сделали. Теперь Волдеморту будет труднее найти их и выспросить, где я или где ты, потому что я, к сожалению, кое-что им о тебе рассказала. Если я переживу поиски крестражей, то отыщу маму и папу и сниму свои заклинания. Если нет, что ж, думаю, чар, которые я навела, хватит, чтобы они жили в безопасности и довольстве. Венделл и Моника Уилкинс, видишь ли, даже не подозревают, что у них имеется дочь. Глаза Гермионы снова были наполнены слезами, прямо как в тот день до приезда Гарри, когда она появилась в Норе посреди собрания, и уже после него рассказала нам с Джинни, про подправленную память своих родителей. - Я… Гермиона, прости… я не… - Не знал, что мы с Роном и Марлин отлично понимаем, к чему может привести наш с тобой поход? Ну, так мы понимаем. Рон, покажи Гарри то, что ты соорудил. - Брось, он же только что поел. – Скорчилась я. - Ничего, пусть знает! - Ладно, пошли, Гарри. Когда они ушли, я обняла Гермиону, пытаясь оказать ей максимальную поддержку. Я знала, что такое бояться за свою семью. И я знала, что такое терять родителей. Поэтому, наверное, я была одной из немногих в этом счастливом доме, кто понимал ее до конца. - Когда мы уйдем, упырь слезет вниз и поселится здесь, в моей комнате. – Вернулись Гарри и Рон. - Думаю, он этого ждет не дождется, хотя точно сказать трудно, потому что он только и умеет, что стонать да слюни пускать. Но когда говоришь ему об этой комнате, он все время кивает. В общем, он будет мной, но только больным обсыпным лишаем. Здорово, а? Ты пойми, когда мы трое не вернемся в Хогвартс, все решат, что Гермиона и я с тобой, так? А это значит, что Пожиратели смерти, надеясь выяснить, где ты есть, тут же займутся нашими родными. - С Гермионой тут проще, они решат, что она уехала с родителями. – Кивнула я. - А спрятать всю мою семью мы не можем, это вызовет подозрения, и потом, у них же работа. Вот мы и распустим слух, что я не вернулся в школу потому, что серьезно заболел обсыпным лишаем. Если кто-нибудь сунется сюда с проверкой, мама с папой покажут им покрытого волдырями упыря, лежащего в моей постели. Обсыпной лишай - штука заразная, так что близко к нему никто подходить не станет. А что он говорить не умеет, тоже не беда - когда у человека грибы на языке растут, ему не до разговоров. - А твои мама и папа с этим планом согласны? - Спросил Гарри. - Папа согласен. Он помогал Фреду и Джорджу переделывать упыря. А мама… ну ты же маму знаешь. Пока мы не уйдем, она с нашим уходом не смирится. - А ты, Марлин? Что сделала ты? - Рассталась с Фредом. – Подняла взгляд на брата я. – Но меня искать не будут. Сам посуди, Гарри, семьи у меня нет, работы тоже.

***

Тридцать первого я проснулась рано, потому что собиралась сделать сюрприз моему дорогому братцу, но, как оказалось, они с Рональдом уже давно не спали, а Гарри разглядывал какую-то книгу. - «Двенадцать безотказных способов, позволяющих зачаровывать волшебниц». – Услышала я голос Рона и чуть не рассмеялась. - Тут все, что следует знать о женщинах. Будь она у меня в прошлом году, я бы точно знал, как избавиться от Лаванды и как поладить с… В общем, Фред с Джорджем дали мне экземпляр, и я много чему научился. Ты удивишься, но там не только о работе палочкой. - Неужели вы верите в этот бред? – Не смогла сдержать смех я. – С совершеннолетием, Гарри. У меня тоже есть кое-что для тебя. Я хотела подарить часы, но позже передумала. - Почему? – Спросил Рон. - Потом объясню. Короче, вот. С днем рождения, Гарри. – Я протянула брату маленькую коробочку. - Что это? - Открой и сам увидишь. - Это воспоминания? – Не понял Гарри. – Чьи? И о чем? - Перечислять придется долго. – Улыбнулась я. – Я собирала их два года… Дамблдора, Макгонагалл, Флитвика, Слизнорта, мистера и миссис Уизли, Доры, Ремуса, Сириуса, еще нескольких членов Ордена, миссис Долгопупс, Хагрида… Перечислить всех невозможно. - И что там? – Заинтересовался Рон. - Там воспоминания о… - Родителях? – Догадался Гарри. - Да. – Обняла брата я. – Я знаю, как тебе хотелось отправиться в Годрикову впадину, знала, как для тебя это важно… Поэтому вчера я собрала последнюю колбочку. Они теперь твои. - Спасибо, ты даже не представляешь, как это важно… - Улыбнулся мне Гарри. - Пошли, пора завтракать. – Потянула его за руку вниз я. На кухне уже лежала куча подарков для Гарри. Миссис Уизли готовила что-то, разговаривая с завтракающим Биллом и мсье Делакуром. - Артур просил поздравить тебя с семнадцатилетием, Гарри. – Улыбнулась моему брату женщина. - Ему пришлось пораньше уехать на работу, но к обеду он вернется. Наш подарок вон он, на самом верху. Я уже знала, что они собирались подарить, и именно поэтому не сделала такой подарок Гарри сама, хотя, уверена, он бы хотел получить часы Сириуса, но, все же, Уизли были его семьей, настоящей семьей, поэтому я уступила им это право, так что Гарри получил чудесные золотые часы, у которых по циферблату вместо стрелок кружили звезды. - Существует традиция - дарить волшебнику на совершеннолетие часы. Боюсь, эти не такие новые, как у Рона, они принадлежали моему брату Фабиану, а он был не очень аккуратен с вещами, у них сзади небольшая вмятинка, но… Я не ожидала такого проявления эмоций от брата сейчас, честно, но когда он вскочил и обнял миссис Уизли, невольная улыбка появилась на моем лице. Просто я в очередной раз осознала, что мы не одни. Есть не только Гарри и Марлин Поттеры, у нас есть близкие люди… - С днем рождения, Гарри! – Влетела на кухню Грейнджер. - Подарок не богатый, но, надеюсь, тебе понравится. А ты ему что подарил? - Давай разверни Гермионин! – Перевел тему Рональд. Когда церемония открывания подарков была завершена, а наша драгоценная троица позавтракала, вниз спустились все три женщины семейства Делакур, а потому мой брат и его друзья куда-то мгновенно испарились, а мне пришлось остаться и помочь миссис Уизли. Меня очень удивило, что никто из семьи Делакур не узнавал меня, ведь в той жизни мы с Габриэль были подругами, и я часто бывала в их доме. Но только сейчас, когда я сидела напротив одной из самых близких подруг прошлой меня, я поняла, что это магия. Кто-то помог мне, или это был жест книги Судеб? - Ты же бросил ее! И что ты делаешь теперь - мозги ей пудришь? – Услышала я голос Рона, когда поднималась в свою комнату. - Я не пудрю ей мозги! – Возмущался Гарри. - Рон… - Пыталась успокоить друга Грейнджер, но это было бесполезно. - Она разваливалась на куски, когда ты порвал с ней… - Я тоже. И ты знаешь, почему я так поступил, - не потому, что мне захотелось. - Да, но теперь ты милуешься с ней, и у нее опять возникнут надежды… - Рон, Гарри… - Попыталась я, но это было бесполезно. - Джинни не дура, она знает, что это невозможно, не ждет, что мы поженимся или… - Гермиона, останься с ними, а я проверю, как там Джин. – Прошептала я Грейнджер и удалилась, а голоса за моей спиной становились тише с каждым шагом. - Ты обжимаешься с ней при всяком удобном случае… Я зашла в комнату, которая стала привычной за последние несколько дней. Правда, от наличия третьей кровати комната стала совсем тесной, но с таким количеством людей в доме у нас просто не было другого выхода. Джинни сидела у окна и смотрела на светлое небо, а по щекам ее бежали дорожки слез. Я уже видела, как плачет Джинни. Лишь однажды. И это было больно, она же моя самая близкая подруга. Особенно больно понимать, что она страдает не от безответной любви, а от благородства моего брата. Также, как Фред страдал от меня сейчас… - Джинни… - Я приобняла подругу со спины. – Все будет хорошо, правда. - Ты не понимаешь, Марлин… Я… я так люблю его… - Я знаю, милая, я все знаю…

***

День рождения Гарри решено было праздновать в огороде, поскольку на кухне даже до появления Ремуса, Доры и Хагрида места бы не хватило. Гермиона украсила кусты яркими лентами, а близнецы запустили пурпурные фонарики… - С дороги, с дороги! – Прокричала миссис Уизли, леветируя перед собой огромный торт в форме снитча, который мы с ней пекли половину ночи. - Выглядит потрясающе, миссис Уизли. – Улыбнулся ей Гарри. - Пустяки, милый. Тем более, у меня была прекрасная помощница. - Семнадцать, это ж надо! – Проревел Хагрид. - Шесть лет прошло с тех пор, как мы встретились, Гарри, помнишь тот день? - Смутно. – Усмехнулся мой брат. - Это не ты, случайно, выломал тогда парадную дверь, наградил Дадли свиным хвостиком и объявил мне, что я волшебник? - Неужели? – Удивилась я, ведь раньше не слышала этой истории. - Ну, подробностей я и не помню. – Смутился полувеликан. - Вот, Гарри, никак не мог скумекать, чего тебе подарить, а после вспомнил про эту штуку. Ишачья кожа. В него чего ни засунь, никто, кроме хозяина, не достанет. Редкая вещь. - Спасибо, Хагрид! Мы все были ужасно удивлены, когда мистер Уизли прислал патронуса с сообщением о том, что с ним прибудет министр магии. Когда патронус растаял в воздухе, Люпин и Тонкс извинились и покинули наше общество, пообещав обязательно пояснить все в следующий раз. Спустя пару секунд у ворот появились мистер Уизли и Скримджер. - Прошу простить за вторжение. – Сказал министр. - И за то, что без приглашения явился на праздник. Долгих вам лет жизни. - Спасибо. – Сухо ответил Гарри. - Мне необходимо поговорить с вами наедине. А также с мисс Марлин Блэк, мистером Рональдом Уизли и мисс Гермионой Грейнджер. - А мы-то вам зачем? – Не понял его Рональд. - Об этом я скажу вам в месте более уединенном. Найдется здесь такое? - Да, разумеется. – Нервно кивнула миссис Уизли. - Э-э… гостиная, вы можете воспользоваться ею. Пока мы шли до гостиной, какие только мысли не лезли в мою голову, но среди них не было ни одной хорошей. Скримджер всю дорогу молчал. Но в гостиной, усевшись в кресло, он, наконец, заговорил. - У меня имеются вопросы ко всем четверым, и, думаю, их лучше задавать с глазу на глаз. Я начну с Рональда, а вы трое можете подождать наверху. - Думаю, министр, вам придется говорить при всех нас. – Не стерпела я. – Либо так, либо никак. Гарри кивнул в подтверджение моих слов, и министр Скримджер смирил нас обоих холодным оценивающим взглядом. - Ну, хорошо, со всеми так со всеми. Я прибыл сюда, как вам наверняка известно, в связи с завещанием Альбуса Дамблдора. - Дамблдор погиб больше месяца назад. – Сказал мой брат. - Почему потребовалось столько времени, чтобы отдать нам завещанное? - Разве это не очевидно? – Ухмыльнулась Гермиона. - Очевиднее и быть не может. – Согласилась с ней я. - Министерство проводило проверку того, что он нам оставил. Вы не имели на это никакого права, министр! - Прав у меня предостаточно. Закон об оправданной конфискации наделяет министра властью конфисковать завещанное… - Этот закон принят для того, чтобы помешать волшебникам передавать по наследству Темные артефакты. - Сказала Гермиона. - А министр, накладывая арест на собственность усопшего, должен иметь серьезные доказательства незаконности ее составляющих! Вы хотите уверить меня, будто Дамблдор пытался передать нам нечто зловредное? - Собираетесь делать карьеру в сфере обеспечения магического правопорядка, мисс Грейнджер? - Нет, не собираюсь. – Резко ответила Гермиона. - Я еще надеюсь принести людям хоть какую-то пользу! - Так почему вы все-таки решили отдать нам завещанное? Не сумели придумать предлога, который позволял бы и дальше удерживать его? - Прошел месяц, Гарри. – Ответила я. – Они больше не могут держать это все у себя без доказательств опасности. - Вы могли бы сказать, что были близки с Дамблдором, Рональд? – Скримджер, казалось, вовсе нас не слушал. - Я? Нет… не совсем… это Гарри всегда… - Если вы не были близки с Дамблдором, чем вы объясните тот факт, что он упомянул вас в своем завещании? Индивидуальных наследников там названо совсем немного. Наибольшая часть его собственности - библиотека, магические инструменты и иные личные принадлежности - оставлена Хогвартсу. Почему же он выделил вас, как вы полагаете? - Я… не знаю. Я… когда я сказал, что мы не были близки… ну, то есть, я думаю, он хорошо ко мне относился… - Не скромничай, Рон. - Сказала Гермиона, пытаясь выкрутиться из этой ситуации. - Дамблдор тебя очень любил. Скримджер засунул руку под мантию и извлек оттуда пергаментный свиток, подобие которого я уже видела в своей жизни. Это и было завещание… - «Последняя воля Альбуса Персиваля Вулфрика Брайана Дамблдора»… да, вот здесь… «Рональду Биллиусу Уизли я оставляю мой делюминатор в надежде, что, пользуясь им, он будет вспоминать обо мне». Это очень ценная вещь. Может быть, даже уникальная. И определенно сконструированная и сделанная самим Дамблдором. Почему он оставил вам такую редкость? У Дамблдора были тысячи учеников, не меньше. И из всех них он упомянул в завещании только вас четверых. Почему? И как вы намерены использовать делюминатор, мистер Уизли? - Наверное, свет им буду гасить. – Усмехнулся Рон. - На что еще он может сгодиться? - «Мисс Гермионе Джин Грейнджер я оставляю свой экземпляр «Сказок барда Билля» в надежде, что она найдет их занимательными и поучительными». Как вы думаете, мисс Грейнджер, почему Дамблдор завещал вам эту книгу? - Он… он знал, что я люблю читать. - Но почему именно эту? - Я не знаю. Наверное, он думал, что она мне понравится. - Вы когда-либо обсуждали с Дамблдором шифры или иные средства передачи секретных сообщений? - Нет, не обсуждала. И если Министерство за тридцать один день не смогло обнаружить в книге тайный шифр, сомневаюсь, что это удастся мне. - «Марлин Виктории Блэк я оставляю медальон моей сестры, в надежде, что она будет с честью и достоинством». Я знала, что этот медальон никогда не принадлежал Ариадне Дамблдор, так же, как знала истинного его владельца. Точнее, владелицу. Это был медальон моей мамы. Моей родной мамы. Лили Эванс. А до этого он принадлежал моей бабушке, Юфимии Блэк. Я видела его на двух фотографиях… На той фотографии с Рождества, которую Сириус отдал мне, он был на бабушке. На фотографии со свадьбы родителей он уже был на маме. И теперь он был моим. Но, самое интересное, что я видела его не только на снимках. Он был в том самом сне. В том сне, где я убила человека и создала крестраж. Он и был крестражем. - Скажите, мисс Блэк, неужели вы были так близки с директором школы, где проучились лишь год, что он оставил вам семейную реликвию? - Возможно, министр, вы не знаете, но именно Дамблдор нашел меня в Париже после гибели моей тети. Именно он содействовал в моем переводе в Хогвартс. - «Гарри Джеймсу Поттеру я оставляю пойманный им в первом его хогвартском матче по квиддичу снитч, как напоминание о наградах, которые достаются упорством и мастерством». Почему Дамблдор оставил вам снитч? - Понятия не имею. По причинам, которые вы только что зачитали, я думаю… Как напоминание о том, чего можно достичь, если ты упорен и так далее. - То есть вы полагаете, что это подарок чисто символический? - Каким же еще он может быть? - Вопросы задаю я. Я заметил, что торт, испеченный на день вашего рождения, имеет форму снитча. Почему? - О, разумеется, торт не может быть всего лишь ссылкой на то, что Гарри - великий ловец, это было бы слишком просто. – Съязвила Грейнджер. - В его глазури наверняка скрыто послание от Дамблдора! - Не думаю, что в глазури что-либо скрыто, зато очень удобно скрывать маленькие предметы в снитче. Вы, разумеется, знаете почему? - Потому что снитчи обладают телесной памятью. – Произнесла я. - Правильно. До того как снитч выпускают в игру, никто к нему голыми руками не прикасается, даже его изготовитель всегда работает в перчатках. Снитч несет на себе чары, благодаря которым он узнает первого притронувшегося к нему человека - на случай, если возникнут какие-то споры о том, кто его поймал. Этот снитч помнит ваше прикосновение, Поттер. И я подумал, что Дамблдор, который, при всех его недостатках, был изумительным магом, мог заколдовать снитч так, чтобы он открывался только для вас. Возможно, вы уже знаете, что кроется в снитче? - Нет. – Произнес Гарри. - Тогда возьмите его. Ничего не произошло. Мячик не открылся. Министр был поражен, Гарри ухмыльнулся, а Рон и Гермиона пялились на снитч, будто все еще чего-то ожидая. Нет, это было бы слишком прошло. Такого гения, как Дамблдор, нельзя провести так легко. В этом снитче действительно что-то было спрятано, но он не откроется просто так. - Надеюсь, это все? - Спросила Гермиона. - Не совсем. Дамблдор оставил вам еще одну вещь, Поттер. - Какую? - Меч Годрика Гриффиндора. - И где же он? – Спросил Гарри. - К сожалению, Дамблдор не имел права распоряжаться этим мечом. Меч Годрика Гриффиндора - важная историческая реликвия и как таковая принадлежит… - Он принадлежит Гарри! – Крикнула Гермиона. - Меч сам выбрал его, Гарри нашел этот меч, получил его от Распределяющей шляпы… - Согласно надежным историческим источникам, меч может являться любому достойному гриффиндорцу. А это не позволяет обратить его в исключительную собственность мистера Поттера, что бы там ни решил Дамблдор. Как вы думаете, почему… - Дамблдор захотел отдать меч мне? Возможно, он полагал, что мы будем хорошо смотреться у меня на стене. - Это не шутка, Поттер! Может быть, Дамблдор верил в то, что лишь меч Годрика Гриффиндора способен поразить наследника Слизерина? Не хотел ли он отдать меч вам, Поттер, потому, что считал, как считают многие, что именно вам предназначено уничтожить Того-Кого-Нельзя-Называть? - Интересная теория. А никто не пробовал пырнуть этим мечом Волдеморта? Может быть, Министерству стоило бы выделить несколько человек для выполнения этой задачи, вместо того чтобы тратить время на разборку делюминаторов или старания скрыть побег из Азкабана. Так вот, значит, чем вы занимались, министр, запершись в своем кабинете, пытались вскрыть снитч? Люди гибнут, я сам едва не стал одним из них, Волдеморт гнался за мной через три графства, он убил Грозного Глаза Грюма, а от Министерства никто не услышал об этом ни слова, не так ли? И вы все еще надеетесь, что мы станем вам помогать? - Вы заходите слишком далеко! Не забывайте, что вы не в школе, понятно? Не забывайте, что я не Дамблдор, который прощал вам наглость и неподчинение. Вы можете носить свой шрам, как корону, Поттер, однако не вам, семнадцатилетнему мальчишке, указывать мне, как я должен исполнять свою работу! Пора бы вам научиться проявлять уважение к людям! - Пора бы и вам заслужить его!

***

Свадебный день был полон хлопот, и начался он, конечно же, со смены внешности моему братцу, которого никто здесь узнать не должен был. Я пришла в зал последняя, потому что пыталась отойти от встречи с тетушкой Мюриэль, которая та притащила диадему Флер, которой я помогала с прической. - Леди и джентльмены, мы собрались здесь ныне, чтобы отпраздновать союз двух верных сердец… - Да моя диадема кого хочешь украсит. – Донесся до нас голос Мюриэль, которая сидела не так уж далеко. - Однако должна сказать, вырез у Джиневры уж больно низкий. А что уж говорить о той девчонке, с которой она сдружилась. Дочь убийцы и магловки. Ужас. Еще и поведение страдает. Конечно, никакого воспитание. Она целый год жила с Фредом вне брака. Нет, уму не постижимо. - Марлин… - Прошептала мне Джинни. – Не обращай на нее внимание. - Глупо обращать внимание на старушек, которые попросту завидуют молодым, потому что их время уже ушло, и трахнуть их хорошенько абсолютно некому. – Улыбнулась я, глядя прямо на старушку, которая аж покраснела от моих слов. - Ты сделала ее, Марлин. – Ухмыльнулся Джордж. - Это точно… - Кивнула Джинни, а после добавила шепотом. – Не волнуйся, Фред от этого не пострадает. Отец говорит, она уже вычеркнула их с Джорджем из завещания. - Уильям Артур, берете ли вы Флер Изабелль?.. – Продолжал свою речь служащий, но я с трудом слышала его, представляя, как в один прекрасный день мы с Фредом можем оказаться на месте Билла и Флер. - В таком случае я объявляю вас соединенными узами до скончания ваших дней. Леди и джентльмены, прошу всех встать! Свадьба продолжалась… Билл и Флер танцевали посреди зала, близнецы готовили фейерверки, Гарри о чем-то беседовал с каким-то старичком и противной тетушкой Мюриэль, а мы с Алиссией, которая была приглашена как девушка Джорджа, сидели в дальнем углу и разговаривали, потому что не виделись очень давно. - Хочешь сказать, ты теперь счастлива? Без него? – Спросила Алиссия. - А что такое счастье? – Улыбнулась я. – Я не знаю… Не уверена, что это. Но точно знаю одно… Счастье, оно как песчаный замок: ткнешь пальцем и развалится. В один миг нечто большое и серебристое пробило навес над танцевальным настилом. Грациозная, поблескивающая рысь, патронус Кингсли, который я уже видела ранее, мягко приземлилась прямо посреди толпы танцующих. - Министерство пало. Министр магии убит. Они уже близко. – Произнесла рысь голосом Кингсли, и я подскочила со своего места в поисках брата. Но я опоздала. Гермиона уже успела схватить Гарри и Рона за руки и трансгрессировать куда-то. Я понятия не имела, куда они отправились. И это было самым ужасным. Мы так и не успели обсудить наш план. - Джинни! – Стала звать подругу я. – Джинни, где ты?!

***

Сотрудники министерства опрашивали каждого из живущих в доме, пытаясь узнать хоть что-то о Гарри Поттере. Было противно от осознания того, что перед тобой сейчас не просто министерский клерк, а самый настоящий Пожиратель смерти, который может запросто одним движением руки стереть тебя с лица земли… - Ваше имя. – Спросил он. - Марлин Виктория Блэк. - Почему вы оказались сегодня здесь? - Меня пригласили на свадьбу, разве это не очевидно? - Вопросы здесь задаю я. – Рявкнул Пожиратель. – На свадьбе был Гарри Поттер? - Нет, Гарри Поттера я не видела. – Качнула головой я. - Девчонка Блэк тоже нужна Темному лорду. – Услышала я странный тихий голос за спиной. - Вы что-то сказали? – Спросила я у женщины, но та уставилась на меня такими глазами, что я поняла, что она ничего не говорила. Просто моя магия росла. - Амикус, отойдем на минуту. А вы сидите здесь. – Скомандовала женщина. Мне хватило этой минуты. Как только они отвернулись, я использовала свои чары невидимости, чтобы добежать до границы трансгрессии и покинуть дом, который за последнее время стал для меня родным. Особого выбора у меня не было, поэтому я трансгрессировала на маленькую убогую площадь, где все дома были похожи друг на друга. Вот он, мой настоящий дом. Дом Сириуса. Дом двенадцать на площади Гриммо. Дом, куда может смело попасть Снейп, ведь я имела глупость посвятить его в тайну, бережно хранимую Фредом Как только я оказалась в доме, лампы в прихожей загорелись. Все здесь было таким же, как раньше, больше полугода назад. Дом Блэков был таким же мрачным, затянутым паутиной. Я прислонилась к стенке и опустилась на пол, схватившись руками за голову. Мне нужно было узнать, где мой брат. Мне нужно было отправиться за ним. Немедленно. Но я услышала шорохи на втором этаже. В доме кто-то был… - Кто здесь?! – Прокричала я, но ответом были лишь громкие шаги. И не одна пара. - Марлин?! – В то же мгновение я оказалась в объятиях того, кого как раз собиралась искать. – Я знал, что ты пойдешь сюда в первую очередь… - Гарри! – Улыбалась я. – На самом деле, я вовсе сюда не собиралась. Просто в Норе сейчас шмон, ищут тебя. И меня. И у меня не оставалось выбора, я не знала, куда идти. - Я должен сказать тебе кое-что важное… - Произнес мне Гарри так тихо, чтобы Рон и Гермиона не слышали. - Я нашел Омут памяти, Марлин. Он здесь, в этом доме. На чердаке. И у нас есть воспоминания о родителях. Ночью, когда они уснут, я приду к тебе. Мы все узнаем.

***

Нет, я не буду говорить о том, как странно или страшно было смотреть воспоминания о родителях, хотя вы именно этого от меня и ожидали, ведь так? На этот раз все было иначе. Тот кусочек моей души, который звался Марлин Поттер, ожил, зацвел и также быстро умер. И все за пару часов, которые мы с Гарри провели в чужих воспоминаниях. - Теперь я не смогу избавиться от навязчивых мыслей… Какой была бы наша семья, если бы родители были живы? Как бы мы росли в доме в Годриковой впадине… - Не стоит пытаться избавиться от воспоминаний, надо научиться жить с ними, сестренка. - Я так устала лгать, Гарри. - Не сдавайся. Ты не имеешь права сдаваться. Чёрт, ведь целый мир в твоих руках.