Ты - моя жизнь

Прошла неделя, на протяжении которой я в действительности почувствовала себя счастливой. Свободное время проводила с Сашей, а когда у него появлялись неотложные дела, я, всё взвесив, оставляла его и не задавала лишних вопросов. Скучать мне не доводилось, ибо Антон являлся отличной компанией, время которой для меня предостаточно. С горем пополам научилась плавать, но до буйков, а уж тем более за них, мне далеко. В круговороте солнца, белого песка, синего моря и звёздной ночи я совсем позабыла о Наде, но сейчас, проснувшись утром и обнаружив свободную часть кровати, вспомнила и от стыда зарылась головой в подушку. Саша, не дожидаясь моего пробуждения, покинул меня, оставляя наедине со своими мыслями, а это строго противопоказано. «Интересно, как там тётя? — задалась вопросом, вставая с кровати, — Волнуется ли?» Глупый вопрос, ответ на который был очевиден. Натягиваю на себя платье, после водных процедур, и критично осматриваю себя в зеркало. Наверное, я надеялась, что во мне за эту неделю должно что-то поменяться, я должна стать взрослее вдали от Нади, но никаких изменений не заметила. Всё те же белоснежные волосы, большие карие глаза, хрупкое тело, которое платье делает детским и ничем не примечательным. Выхожу из комнаты и бегу вниз по ступенькам, но когда в столовой никого не обнаружила, возвращаюсь на второй этаж, где слышались голоса ребят. Не знаю, что меня заставило подойти ближе к кабинету, ибо ещё никогда не позволяла себе этого, боясь, что Саша может подумать: «Не доверяет, проверяет, преследует!» Прозвучало, как лозунг, и я чуть было не засмеялась от своих же мыслей, но недолго длилось моё веселье, стоило лишь прислушаться к разговору. Говорил Александр: -Это точно? — от резкого голоса чуть дёрнулась, но любопытство не позволило отступить. Судя по тишине в кабинете, молодой человек разговаривал по телефону, а судя по последующему шуму — телефон встретился со стеной. -Что, чёрт возьми, происходит? — близко послышался встревоженный голос Кати, — Что они сказали тебе? -Товар задержали на таможне, — голос Саши был приглушён, а я так и вижу: сидит за дубовым столом, закрыв лицо руками, — Сегодня ночью товар пропала, как и предоплата из моего сейфа. -Не может быть, — теперь мне слышатся голос Антона, но я уже с трудом способна различать голоса, всё смешалось в один непонятный гул, — Я лично всё проверял. -Что с этого мы имеем? Товара нет, денег нет, что я должен докладывать Новицкому? -Постойте, — голос рыжей был до крайности встревожен, — Надо позвонить в эту таможню и узнать всё подробно! Надо искать товар! -Хочешь подключить полицейских? — голос Александра звучал насмешливо, — А что мы будем делать, когда выяснится, что документы на этот товар поддельны? -И что ты предлагаешь? -Звонить Новицкому, его же товар, через нас он только прошёл. -Он потребует деньги, — голос Антона дрогнул, — Только заказчики могли устроить засаду на таможне, после по-тихому забрать товар и деньги. -Кто-то был у нас в доме? — я зажала рот рукой, когда мой мозг завопил «Тревога!» -Кто-то слил информацию. -Никто кроме нас не знал, что деньги в доме. -Оглянитесь, — под требовательный голос Саши я чуть было сама не оглянулась, — Кого-то не хватает. -Макс? — Катя засмеялась, — Он просто выехал в магазин, уж кто, но он не мог сливать информацию заказчику. -Уверена? -Ещё бы! Макс — трус, у него бы духу не хватило! -Трус, который любит красиво жить, — Антон приблизился к двери, а я отшатнулась, — Такие способны на предательство. -Что ему могли предложить такого, чего у него нет? — рыжая упорно стояла на своём, — Сейчас приедет Макс, и вы сами убедитесь! -Позвони заказчику, — будто не услышав речей Кати, посоветовал Антон, — Попробуй. -Уже. Абонент не абонент, как и у Максима. В общем, что и требовалось ожидать. -Бред! У него что-то случилось с телефоном или связь плохая! — закричала рыжая, — Он наш друг, а вы так просто потеряли к нему доверие? -Я понимаю, что он твой муж…- Сашу мигом оборвала рыжая: -Ничего ты не понимаешь! — не успела я среагировать, как дверь резко открывается. Отскакиваю назад, во все глаза наблюдая за появляющейся на губах девушки ухмылку: -О-ля-ля, — пропела она, скрещивая на груди руки.- У нас тут шпион появился, подумай-ка над этим, Саш. -Я вас искала, — с трудом даётся каждое слово, но я не смотрю на Катю, хоть и обращаюсь к ней, мой взгляд устремлён на зеленоглазого, — Просто мимо проходила. -А потом решила остановиться и подслушать? — не отставала рыжая, но я больше не оправдывалась. А смысл? И так всё очевидно. -Что за товар, Саша? — захожу в кабинет, не сводя глаз с молодого человека, — О чём вы здесь говорили? -Тебя это не касается, — от резкости в его голосе я содрогнулась, — Тебя никто не учил, что подслушивать не есть хорошо? -Я живу в этом доме, я должна знать, что здесь происходит! -Я ещё раз повторюсь: тебя это не касается! — обхватываю себя руками и перевожу взгляд на Антона, который в эту же секунду опустил голову, не желая встречаться со мной глазами и помочь. -Ты мне не доверяешь! — самой стало противно от истеричных нот в своём голосе, — Никто в этом доме мне не доверяет, а я тебе доверилась! -Ника…- слышу голос зеленоглазого за спиной, но не останавливаюсь: выбегаю из кабинета, вниз по лестнице и вон из дома. Слёзы катились по моим щекам, спадая на шею и пропитываясь в платье. Погода на улице, как зеркало моего настроения, была столь же ужасна: белые облака заслонили солнце, уступая дорогу чёрным тучам; море бушует, разбивая свои волны на миллион осколков; даже песок, который в моей памяти всегда согревал ступни, был холоден и неприятен. Останавливаюсь около моря, с размаху падая на влажный песок, мало заботясь о состоянии своего платья. Подтягиваю ноги к груди и прячу лицо в коленях, не останавливая поток горьких слёз. За прошедшую неделю я ни разу не задалась вопросом: «А не зря ли я оставила Надю?», но сейчас, чувствуя себя одинокой и никому ненужной на пустынном берегу, нахожу ответ на поставленный вопрос, приводящий меня в ещё большее уныние. Слышу, как кто-то присаживается рядом со мной, и в сердце закололо от обиды, но в то же время забилось чаще от мысли: «Он пошёл следом». Не знаю, доводилось ли вам испытывать разочарование крайней степени, которое возникло сейчас во мне. Тебе плохо, требуется поддержка и понимание со стороны любимого человека, но его нет рядом, хотя он хорошо осведомлён о твоём состоянии, знает, что ты чувствуешь — это я и называю крайней степенью. Стоило мне взглянуть на подошедшего парня, чтобы ещё сильнее зарыдать, но уже в голосе, потому что нет сил сдерживать всё внутри себя. -Не плачь, Ника, — чувствую тёплое прикосновение на своём холодном плече, и мало отвечая в тот момент за свои действия, придвигаюсь ближе к Антону: обхватывая его торс руками, а голову умещая на плечо. Наверное, только этот человек готов за мной идти, понимать и не обижаться, а ведь неделю назад, когда я оставила его после наших уроков в море, ему стоило обидеться. -Мне обидно, Антон, — шмыгаю носом, точно ребёнок, которого обделили конфетой, — Вы мне не доверяете. Я не могу жить в неведенье, понимаешь? -Ты же слышала разговор, наверное, поняла, что к чему. -Если бы я поняла, то не задавала бы вопросов! — отстраняюсь от парня, заглядывая ему в глаза, — Единственное, что воспринимает мой мозг, так это непонятный товар и поддельные документы. Вы что, преступники? Произнесла и самой захотелось рассмеяться, что я и сделала, после вновь дав волю слезам. Расплывчатым взор вижу, как Антон пожимает плечами: -Мы не преступники, — тепло улыбается, — Просто есть продавец и покупатель. Товар, который продаёт продавец, проходит через нас покупателю, но не всё так просто — документы на товар поддельны, потому что сам товар незаконен. -А что именно проходит через вас? — отстраняюсь ещё дальше от парня, стараясь не упустить каждое его слово, — Что-то серьёзное? -Ника, успокойся, товар может быть любым, но не на каждый есть соответствующие документы. -А как же бар? -Бар — это больше прикрытие, но прибыль, безусловно, приносит. -Ты так говоришь, будто то, чем вы занимаетесь, в порядке вещей. -Ну, да, — в изумление гляжу на Антона, стараясь отыскать в его словах хоть долю шутки. Не получается. -Но у вас возникли какие-то проблемы, — напоминаю, приготавливаясь слушать дальше. -Это не первое наше дело, но на этот раз покупатель и продавец — серьёзные ребята. Заказчик попросту украл внесённую им же предоплату и товар. -Вы подозреваете Максима? Антон вынужденно кивает: -Только мы знали местоположение товара и денег, ну и ещё продавец, но ему точно не было выгоды так подставляться, а у заказчика выгода была и большая. Подкупить Макса не составила бы труда. -Вы так в нём не уверены? -Мы просто хорошо его знаем, — парень встревоженно поглядывает на меня, — Тебе не стоит ничего бояться. -Но это серьёзно, какие могут быть последствия? -Не менее серьёзные, — от такой правды меня передёрнуло, — Если Макс не объявится, мы будем его искать, и если товар или же деньги не вернуться, придётся лечь на дно. -В смысле? -Прекратить свою деятельность на время, — пояснил Антон, — Новицкий — покупатель, будет требовать денег с нас, если мы ему сообщим о похищении, а деньги немаленькие. -А если как-нибудь договориться? — наблюдая за покачиванием головой, и от страха сжимаю пальцы в кулак, — Вы ляжете на дно, а что если он вас найдёт? -Не найдёт, — спокойствие парня поражало, но и предавало уверенности, — Тебе, Ника, не стоит из-за этого волноваться, и не из таких историй выходили чистыми. Саша — мастер в своём деле. -Как и ты, — улыбаюсь и получаю улыбку в ответ, но не могу сдержать восклицания, — Ребята говорят, что ты гений в программировании, почему не оставить позади вашу сомнительную работу и не пойти в университет? После, мог бы найти работу, конечно, начинать пришлось бы с нуля, но повышение никто не отменял! — собственные слова казались разумными, и я понадеялась, что ими смогу достучаться до молодого человека, но не получилось: -Ну, если я гений, почему бы не вложить свои знания во что-то значимее и престижнее? Я этого не понимала, да и спорить не было сил. Благодарно улыбнувшись за разговор, встала с холодного песка, направляя обратно в дом, в котором, надеюсь, меня всё ещё ждут. Но стоило мне вступить на тропинку, как вижу Александра, быстро выходящего из дома, даже не заметив меня. -Ты куда? — спрашиваю, наблюдая, как он открывает машину. -Еду в город, — закрываю глаза от холодного голоса, пытаюсь взять себя в руки. -Зачем? -Мне нужно придумать прямо сейчас? -Я с тобой, — делаю шаг к машине, за что и получаю строгий взгляд. -Я еду за Максимом, и тебе со мной нельзя. -Ты знаешь, где он? -Пока нет, — подхожу вплотную к машине, — Скажи, какую часть из сказанного мной тебе не понятна? Ты никуда не поедешь! -Я не хочу оставаться в доме, — открываю дверь автомобиля и сажусь в салон, слышу удар на крыше — Саша явно ударил по ней ладонью. Признаться честно, я сама не могла объяснить свой неожиданный порыв, но что-то мне подсказывало — так правильно. -Ну, хорошо, — протянул молодой человек, когда оказался в салоне. Но почему его «хорошо» прозвучало, как «плохо, очень плохо»? -Мне Антон всё рассказал, — нарушила тишину, когда мы подъехали к товарным рядам, вдоль которых ходило несчётное количество людей, — Почему ты этого не смог? Саша лишь улыбнулся, что несказанно разозлило меня. Ему смешно? -Что весёлого я сказала? -Неужели ты думаешь, что Антон всё бы тебе рассказал, не дай я своего согласия? — непонимающе свожу брови, на что он закатил глаза, — Это я отправил его с тобой поговорить. Обидно? Очень, но стараюсь этого не показать, с достойным видом отворачиваясь к окну. Маленькая слезинка предательски скатилась по щеке, я мигом избавляюсь от её следов. -Кого высматриваешь? — спрашиваю, заметив, как зеленоглазый сбавил скорость, рассматривая торговые ряды. -Максима. По его словам он должен быть тут, — но его мы не нашли, да разве найдёшь на машине сквозь толпу людей? Пришлось оставлять автомобиль и идти на поиски пешком. -Это бесполезно, — высказала своё мнение, когда мы подошли к сувенирным палаткам, — Ищем иголку в стоге сена. -Подожди здесь, — мне оставалось лишь кивать и смотреть в спину уходящего зеленоглазого, стремительно направлявшемуся в неизвестном мне направлении. Подхожу ближе к палаткам, рассматривая прилавки: причудливые брелки, магнитики разных размеров, непонятные побрякушки, пользующиеся популярностью среди покупателей; разноцветные оружия, которыми дети пускают мыльные пузыри и покрякивающие звуки. Но больше всего моё внимание привлекла собачка, чья голова раскачивалась в разные стороны, стоило коснуться её пальчиком. Кажется, водители прикрепляют их на машины, находя в этом забаву. -Будите покупать? — спросила женщина запыхавшимся голосом. -Нет, я просто смотрю, — такой ответ явно ей не понравился, но она промолчала, позволяя мне играться с головой несчастной собаки. -Развлекаешься, — спустя десять минут услышала голос Александра, а шеей почувствовала его холодное дыхание.- Хочешь куплю? Будет чем играться. -Спасибо, не стоит, — разворачиваюсь к нему лицом, находя на его губах улыбку.- Нашёл Максима? -Нет, — лицо тут же помрачнело, заставляя меня пожалеть о вопросе, — Стоит ждать звонка от Антона. -А он откуда узнает? -Антон может узнать местонахождение его машины, но для этого нужно время. -Ничего себе, — присвистнула, в сердцах радуясь, что он больше не холоден ко мне и даже чуть заметно улыбается. -Куда пойдём? — спросил он, а я не посмела сдержать улыбку: -Мне нужно придумать прямо сейчас? Зеленоглазый чуть наклонил голову, озорно ухмыльнувшись: -А ты неужто увлеклась сарказмом? -Я не знаю, — развожу руками, отвечая на его прошлый вопрос, — Мне кажется искать Макса в одиночку не самая лучшая идея. От неожиданности чуть слышно вскрикнула, ибо Алекс прижался своими губами к моим, удерживая моё лицо за скулы. -Что это значит? — прошептала, вовсе потеряв контроль над сложившейся ситуацией. -Я не люблю, когда мы ссоримся, — признался Александр, поглаживая пальцами мои щёку, — Нам надо научиться доверять друг другу. -Мне тоже так кажется, — мои слова его позабавили: -Я буду над этим работать, — последующий поцелуй не был для меня неожиданностью, скорее потребностью, которую я со всей страстью принялась утолять. -Постеснялись бы, — запричитала продавщица, хлопая себя ладонями по бокам, — Средь бело дня, при детях милуются! Как обычно со мной бывает, я засмущалась, а щёки запылали алым цветом. Опустив голову, увожу посмеивающегося молодого человека с товарных рядов на набережную, с которой открывается прекрасный вид на бушующее море. -Расслабься, — шепчет Саша, прижимая меня спиной к своей груди.- Не будь монашкой. -Я не монашка! — протестующе разворачиваюсь и скрещиваю руки. -Да? — зеленоглазый скептически меня осмотрел, а моя шея покрылась красными пятнами. Ух, эта белая кожа! Продвигается ближе, пытаясь снова поцеловать, но я отстраняюсь, не желая прилюдно показывать свои чувства. -Что и требовалось доказать, — засмеялся, а мне оставалось от досады топнуть ногой, но стоит признаться — я ещё больше влюбилась в такого улыбчивого, смеющегося Сашу. Около получаса мы гуляли по набережной, а тучи всё сгущались, превращая день в сумрачный вечер, от холода которого по телу пробегали мурашки. Я ещё никогда в своей жизни не гуляла с молодым человеком, взявшись за руки. Единственный парень, с которым вообще шла рядом, был Стас, но уверена — взялись бы мы за руки, то смотрелись очень комично, а вот с Александром… Сегодняшний день стал исключением. Я крепко сжимала пальцы зеленоглазого, зная, что смотримся мы с ним очень гармонично, и никого другого видеть на его месте не хочу. Неизвестно, сколько бы ещё могла продлиться наша прогулка, но позвонил Антон и сообщил координаты. Пришлось садиться в автомобиль и ехать по указанному адресу. Я чувствовала появившееся напряжение, исходившее от Александра, и начинала нервничать сама. В душе жила надежда на то, что Максим не способен предать своих друзей и скоро всё разрешиться в его пользу. В нашу пользу. Наш путь длился около пятнадцати минут, за это время на улице сильнее потемнело, а тучи были готовы взорваться от напряжения, уж настолько были чёрные. -Мне что-то страшно, — призналась, когда автомобиль остановился около жилых домов и тёмных переулков, которые «украшали» мусорные контейнеры. Создавшаяся картина так и напоминала фильм ужасов. -Оставайся в машине, — Александр сжал мои пальцы, покидая автомобиль и направляясь к белому транспорту, который и являлся средством передвижения блондина. Наверное, я очень глупая, но не стала ждать, когда вернётся зеленоглазый, вышла из машины следом, наперёд зная — ожидание сведёт меня с ума. -Конечно же, ты меня ослушаешься! — закатил глаза молодой человек, когда я его догнала.- Прогулки по тёмным переулкам очень романтичны, не находишь? -Мне не смешно! — обхватываю себя руками, содрогаясь всем телом. -А кто смеётся? — неожиданно бьёт ногами по колёсам белого автомобиля, который впоследствии громко запищал. -Ты совсем? — хватаю парня за руку, пытаясь оттащить его дальше от машины, — Сейчас же все выйдут! -Мне достаточно одного Максима, — Александр вырвал свою руку, кивая мне в сторону оставленного автомобиля, — Подожди меня там! Конечно же, я никуда не пошла, осталась на месте, морщась от пронзительной сигнализации, которая вскоре прервалась выходившим из подъезда блондином. Неотрывно наблюдаю, как он подходит к нам, вертя в пальцах ключи от своей машины. -Привет, ребят, — улыбается он, и я готова была улыбнуться и поприветствовать, но кулак Александра, встретившийся с лицом Макса, вызвал во мне крик. -Где деньги? — шипит зеленоглазый, утаскивая блондина в переулок, где с силой впечатал его в кирпичную стену.- Где, мать твою, деньги? -У меня их нет, Ал, — Саша хорошенько встряхнул друга, отчего тот болезненно поморщился, — Я их отдал, сразу же отдал! Секунда, и Максима отбрасывает к мусорным бакам, благо он устоял на ногах, но падение было близко. -Ты за это ответишь, — прохрипел Саша, а я в страхе наблюдаю, как вздуваются вены на его руках, как угрожающе ходит жилка на шее, но произнести хоть слова не решаюсь. Я чувствую удары собственного сердца у себя в висках. Тук. Макс разворачивается. Тук. У него в руках деревяшка, которая ранее валялась среди ненужного хлама. Тук. Вижу на его лице кровь, и перед глазами всё чернеет. Промаргиваю несколько раз, чтобы тьма рассеялась, но как выяснилось позже, сделала это зря. Мой крик сопровождается взмахом деревяшки, от которой с успехом удаётся увернуться Саше, но последующий взмах был очень быстр и не дал возможности опомниться и собраться. Деревяшка приземляется на затылок, с рычанием заставляя Александра опуститься на колени. Моё горло жгло, глаза плохо видели из-за мешающих слёз, которым не было предела, как и моему страху вперемешку со злостью. Именно этот коктейль сподвигнул меня броситься на Максима, избавляя зеленоглазого от новых ударов. Хватаюсь за шею парня, пытаясь его оттащить, что у меня и получилось, но болезненный удар пришёлся на моё лицо. Левая сторона лица загорелась огнём, беспощадно заныла, не давая мне шансов сделать вздох между стонами. Я ещё никогда не чувствовала такой боли. Боль, в моём представлении, это максимум укол иголкой, случайное падение, но не то, что сейчас переживала я. Хватаюсь за лицо двумя руками, широко распахнутыми глазами наблюдая за блондином, который подходил всё ближе и ближе, пока спиной не почувствовала шершавую стену. -Не лезь, принцесса, — сжимая пальцами мои скулы, заставил губы уродливо изогнуться.- Не заставляй меня быть с тобой грубым. Пожалуй, я бы не выдержала такого напряжения, если бы не увидела, как Александр поднимается. Он мне поможет. Неотрывно смотрю на Максима, чувствуя, как пересохшие губы дрожат под стук собственного сердца. -Отпустил её, — слышу голос Саши, и в туже секунду хватка на моём лице исчезает. Мой рот, несмотря на боль, шокировано приоткрывается, когда я вижу пистолет, дуло которого прижимается к голове блондина. Последний медленно разворачивается, выпуская палку из рук. -Никто не смеет бить мою женщину, — чётко выговаривая каждое слово, Саша сделал шаг вперёд, прижимая дуло к переносице. -Саш, — тихо позвала парня, глотая солёные слёзы, — Прошу, пожалуйста, пойдём в машину. Казалось, он не слышит меня, но спустя минуту, сделал шаг назад, всё ещё держа Максима на прицеле. Хватаю его за руку, и быстрее увожу, но тот не торопиться, мне кажется, в тот момент ему приносило удовольствие наблюдать за страхом в глазах безоружного блондина. Мне это нисколько не приносило удовольствия, даже вызывало отвращение то ли к Максу, то ли к Александру, в руках которого находилась опасная штука. С каждым нашим шагом назад, Максим делал столько же шагов, ближе к мусорным бакам, которые он не мог сидеть спиной. Ещё шаг и ещё, с облегчением вижу, как Саша опускает оружие, а блондин быстрее устремляется назад и в хламе, находившийся позади него, запутался ногами, с рёвом падая на землю. Я замираю, как и замирает зеленоглазый, но когда через несколько секунд Максим не поднимается, бегу вместе с парнем к бывшему другу. Увиденная картина вызвала из моей груди тошнотворный звук, и я хватаюсь за живот руками. В хламе, куда так упорно продвигался Макс, завалялась железяка — форма дивана, и именно она стала причиной падения блондина, именно с ней при падении соприкоснулся затылок. -Он умер? — шепчу, когда Саша прижимает два пальца к шее друга, отыскивая пульс. Исказившееся лицо было красноречивее любых слов, — Боже! Наблюдаю, как зеленоглазый чуть погладил мокрые золотистые волосы, после спуская ладонь на глаза. Как так? Улыбчивый парень, который первый из четвёрки заговорил со мной, первый, кто улыбнулся мне, сейчас лежит среди ненужных вещей, будто является частью их. Его кожа, которая всегда мне казалась удивительно загорелой, сейчас была неестественно бледной. Как так? Мой взгляд скользит по его лицу, останавливаясь на струйке крови, чьё начало идёт изо рта молодого человека. Чёрные точки заплясали перед глазами, и я опускаюсь на землю, хватая воздух из последних сил, которые меня собирались оставить. Чувствую руки на своей талии, чувствую, что меня тащат подальше от этого место. Пожалуй, это было моё желание, которое старательно осуществлял Александр. Я оказалась в тёплом салоне автомобиля, который, стоило двери закрыться, сорвался с места и понёсся дальше от тёмных переулков, где из жизни ушёл человек: плохой или хороший уже не имеет смысла. -Господи, — прошептала я, вытирая мокрое лицо ладонями, — Он умер, понимаешь? — рыдание вырвались из моей груди, заглушая шум мотора. -Я прошу тебя успокоиться, — костяшки пальцев, которыми Александр сжимал руль, побелели, но я не могла остановиться, эмоции переполняли меня: -Зачем? Зачем ты угрожал ему пистолетом?! Это подло, Саша! -Подло? — закричал он, — Ты думаешь, нас бы он просто так отпустил? Он бы уделал меня палкой, да и тебя бы в сохранности не оставил, так что не смей мне говорить: подло я поступил или нет! -Ты затеял драку! Он был безоружен, он был живой! -Заткнись! Закрываю лицо ладонями, задыхаясь собственными слезами. На улице прогремел гром, но в окне я так и не увидела дождя, всё та же напряжённость. Вся поездка прошла точно в тумане, лишь помню, как автомобиль остановился, и я выбежала из него, врываясь в дом и быстрее к себе в комнату. Катя с Антоном непонимающе поглядели мне вслед, после останавливаясь на Александре, который что-то отрывисто начал объяснять, но я закрыла ладонями уши, отказываясь слушать его голос. Слышу шум, и что-то вдребезги разбивается, а после нечеловеческий крик и рыдания, рыдания. Катя, которая на пальце носила кольцо, надетое Максимом, которая хоть на публики показывала своё пренебрежение к нему, любила, я уверена, что любила. Бросаюсь на кровать, зарываясь в белые простыни, пропитывая их слезами. Сердце болит, душа разрывается, щека, которой достался болезненный удар, ныла. Но обиды не было. Я не винила Максима, я его оплакивала. Дверь открывается, но не двигаюсь, потому что не в силах смотреть в изумрудные глаза. -Ника, — хриплый голос вызвал во мне тихий стон, побуждая подскочить на кровати и в ярости закричать: -Это ты виноват! Ты достал это проклятый пистолет, ты целился в своего друга, из-за тебя он оступился! — бью кулаком по упругому матрасу, потом ещё раз и ещё, пока слёзы вновь не хлынули из глаз. -Не говори того, о чём потом будешь жалеть. Ты-то раскаешься, а я запомню, — хватаю подушку и бросаю в молодого человека, который поймал её и отбросил на пол. Дверь закрылась, а я без сил упала на кровать.