Пламя

      Они бежали. Огромная, гигантская лавина людей, скорчив гигантские гримасы, неслась по улицам всегда такого тихого города, но в несколько мгновений ставшего шумным и запуганным. Даже удивительно, как всего пара фраз, сказанных человеческим лицом с табличкой "Президент" из телевизора, смогли в столь тёплый и душный летний день разом выгнать на улицы такое обилие людей. После срочного оповещения властей, что "к их величайшему сожалению городу не будет оказана помощь в борьбе с Мировым пожаром", телефонные сети и Интернет ресурсы едва не лопнули от напора звонков и сообщений. Родители и дети, тёти и дяди, родные, двоюродные и троюродные братья и сёстры, просто друзья - кого только не просили, буквально стоя на коленях, жители города "приютить их на недельку-другую". Целый скоп Ванюш, Танюш, Илюш, Ксюш, Варечек или превращался в зверинец "чёрствый и неблагодарный" или вмиг становился собранием ангелочков и величественно взлетал на крыльях сладких слов.       К проблеме прикоснулись и те, кого она вовсе, казалось, не касается. Как только репортаж был протранслирован, стройные отряды блоггеров и простых обывателей сети бросились строчить длинные сообщения, перестреливаться репостами, снимать видео, проводить трансляции и благотворительные стримы, "стремясь оказать поддержку и сделать всё возможное для спасения жителей, а также поднять общественный резонанс, чтобы вынудить власти оказать помощь". Но вся эта громада слов так и не смогла остановить панику, охватившую, подобно огню, обречённый город.       За тем, что творилось на улицах, тесно, словно новогодний стол, уставленных зданиями всех цветов и размеров, воочию наблюдал, стоя у кристально чистого окна, всего один человек. Он - первый, кто понял, что бежать просто некуда. За его широкой сутулой спиной на экране компьютера нервно кривлялось существо в чёрном балахоне. "А что вы вообще знаете?" Да и вся квартира казалась лишь проекцией на одном из десятков этажей высокого панельного дома, неутомимой игрой чёрного и белого цветов во всех их оттенках.       "Тут нужна жертва!" - назидательно верещало существо с экрана.       А за окном рёв толпы неуклонно сменялся на гул сотен автомобилей и неподдельный вой тысяч людей, которым "родные" отказали в помощи.       "Как странно, - думал человек, и его голова почти коснулась глади ледяного стекла, - почему большинство людей не лицемерят, только когда им плохо? Неужели им так тяжело поделиться своей радостью с другими?"       Начался переполох. Машины неуправляемым потоком силились пробиться сквозь нестройную, но толстую плотину из покинутых, в один голос умоляющих забрать их с собой. Кто-то делал отчаянные попытки организовать общегородское сопротивление пожару, на что человек за окном лишь махнул рукой: "сами потом вернутся, чего время зря тратить! Их с детства научили, что дохнуть легче дома, чем неизвестно где".       Некоторые, кто хотел напоследок "сполна насладиться жизнью" - ворваться в закрытый магазин, залезть на крышу банка, - были немедленно схвачены доблестными сотрудниками правоохранительных органов, желавших и под угрозой опасности навести в городе порядок. Меж суматошными толпами важно расхаживало духовенство, благословляя всех направо и налево. Правда, никто так и не понял, на что, но многие сочли своим долгом скинуться им на такси купить кусок воска с ниткой внутри.       "Сколько слов, сколько эмоций! - качал головой человек в такт своим мыслям, глядя на всё разгоравшийся шабаш".