Man, you've got to be kidding!

— Напомни, почему именно я должен был идти с тобой? Юнги мученически вздохнул и устало взглянул на странно напряжённого Намджуна. Парень то и дело подправлял свои неаккуратно высветленные волосы и стряхивал несуществующую пыль с кожаной куртки. — Потому что ты мой бро? Намджун попробовал улыбнуться, но брови, словно под давлением, снова опустились чуть ли не до переносицы. Мда, гиблое дело. Юнги закатил глаза, но промолчал. Всё-таки не стоит пока трогать и так встревоженного парня. Погода не сулила ничего хорошего, словно предвещая беду. Ебучие листочки так и норовили залететь прямо в лицо. Хоть дорога от машины до аккуратных жилых построек занимала не так много времени, но ветер уже успел проникнуть под все эти слои теплой одежды. Господи, как же Юнги замёрз! И устал! И вообще-то, в основном от своих долбанутых друзей! И если гребанный Ким Намджун сейчас же не объяснит, куда они прутся в такой морозный вечер, Юнги засунет ему его… — Мы на месте. Ким остановился возле пряничного домика. По другому и не назовешь это творение доброй феи из страны мармеладных мишек. Аккуратный газон у дома, осыпанный цветочными кустами, похоже совсем не пострадавших от осенних морозов. Мин ещё раз посмотрел на Намджуна, затем на дом, на маленький дворик, затем снова на Намджуна, вдохнул в лёгкие побольше воздуха, пытаясь усмирить ярость, разливающуюся, кажется, вместе с кровью по всему телу. — Намджун, — обманчиво спокойным голосом произнес Мин. — Это же не то, о чем я думаю, верно? — Ты о чём? — на секунду отвернувшись от разглядывания домика, младший состроил самую глупую на свете рожу и посмотрел на Юнги. — Это либо домик ебанной сказочной принцессы, либо убежище сектантов, поддерживающих культ диснеевских мультиков. Или же ты припер меня на такое огромное расстояние от теплой постельки, чтобы зацепить очередную омежку. — Юнги угрожающе посмотрел на побледневшего Намджуна. — И лучше бы это была секта. Такое происходило постоянно, серьёзно. Намджун был самым, нахрен, гениальным пикапером. Все его «набеги» на симпатичные мордашки были серьёзно продуманы до самого мелкого элемента в них. И если Ким Намджун вписал тебя в свой план, то будь готов сыграть свою роль на самом, блять, высшем уровне. Юнги, если честно, глубоко затрахался потакать нытью младшего. Хватит с него. — Понимаешь, хен… — Ким нахмурился ещё сильнее, словно сожрал лимон, и повернулся к Юнги. — Все не так просто. Мин почувствовал странное волнение за донсена и решил, что мог бы потерпеть ещё раз. Что поделать, кодекс бро работал повсеместно. Парни молча подошли к двери, украшенной каким-то подобием блёсток. Мило. Нет, жилище реально напоминало дом какой-нибудь помешанной старушки. Что-то в плане Намджуна идёт наперекосяк. Ким нажал на звонок, и за дверью послышалась какая-то надоедливая рождественская песенка, на что парни одновременно закатили глаза. Намджун громко вздохнул и обратился к Юнги, когда за дверью отчётливо послышались шаги. — Хен, я должен тебя предупредить. Эмм, здесь живёт мой… Дверь неожиданно открылась, отчего парни одновременно вздрогнули и повернулись к источнику звука. И знаете, сколько бы Намджун там о чём-то не предупреждал, Юнги бы никогда не смог заранее подготовиться к такому. Просто… — Ты что, ебанный ангел? Парень с просто восхитительными губами ошарашенно взглянул сначала на Юнги, а затем на Намджуна. — Простите, что? Голос ангела заключал в себе пение всех райских птиц, а волосы, словно в замедленной съёмке, шелковыми волнами легли на другую сторону, когда омега зачесал их тонкими пальцами. Когда Юнги красноречиво промолчал, всё ещё открыто пялясь, парень обратился к спокойному Намджуну, видимо, привыкшему к виду ангела. — Здравствуй, Намджун. Пожалуйста, проходите, у нас час, — тон парня стал холодным и жёстким, на что Ким лишь презрительно фыркнул. — Я тебе не проститутка, — вставил Намджун свои пять копеек, что совсем не впечатлило омегу и он отошёл, являя взору Юнги совершено, сука, невъебенно розовое жилище. Хорошо, возможно, Мину не стоило строить из себя королеву драмы, но… — Сука! Я ослеп! Почему так много ебанного розового? — Юнги актерски прижимал ладони к глазам и падал коленями на пол, на что ангел устало вздыхал, выглядя совершенно не впечатленным. — Это что, срака единорога? — А вот это уже грубо! — омега зло сжал губы в тонкую полоску и прошел в комнату, видимо, приглашая идти парней следом. К слову, двое альф, обутых в массивные черные ботинки и такие же черные куртки, немного дофига много не вписывались в общую обстановку. И когда Юнги всё-таки отошел от шока, он очень настойчиво проговорил. — Даже наличие самого ангела не сможет заставить меня продержаться здесь хоть ещё одну секунду! Юнги уже собрался проигнорировать умоляющий взгляд Намджуна и уйти, когда из дальней комнаты показался Он. Немного ниже ростом самого Мина, с самыми пухлыми губами на свете и яркой улыбкой, светящей ярче долбанного солнца, вышел к парням навстречу, вытирая руки розовым (да ладно!) полотенцем. — О, Намджун-хен, ты с другом? — обратилось к альфам блондинистое чудо. Ким устало вздохнул. — Да, но он уже уходи… — Пожалуй, задержусь ещё ненадолго, — с преувеличенным энтузиазмом проговорил Юнги и принялся снимать ботинки, рискуя приложиться головой об пол от излишне резких движений, на что «чудо» звонко рассмеялось. Намджун грубо пихнул Юнги и прошел вперёд, даже не дожидаясь старшего. Маленький паршивец. Они присели на единственный не розовый предмет мебели — диван. Он был белым. Да. Высокий ангел красноречиво посмотрел на Намджуна, указывая тому на Юнги и заставляя Нама закатить глаза. — Юнги, это Сокджин. — Ким указал на высокую омегу. — Это Чимин… «Чудо» само подало руку для рукопожатия, и Юнги ощутил в своих ладонях маленькую чужую ладонь. Ну что за прелесть? — Так вот, — продолжил Намджун. — Сокджин - это мой… — Я его жених, — грозно отрезал Сокджин. Сказать, что Юнги ахринел - ничего не сказать.