Мой личный сорт цианида

Она лежит на полу. На синем паласе. В комнате слишком темно, чтобы разобрать цвет, но палас точно синий. Почему это важно? Иногда она лежит неподвижно. Иногда её колотит судорогой. Иногда она пытается кричать, но в легких совсем не осталось воздуха. Она не понимает, что нужно всего-то навсего вдохнуть. Она открывает глаза, пытаясь увидеть хоть что-нибудь. Её тело пронизывает новая волна боли. Она снова пытается кричать. И снова безрезультатно. Из её горла вырывается хрип. Марк! Если бы здесь был Марк, он бы обязательно что-то придумал. Но его здесь нет. И вообще нигде нет. Потому что, если бы он был – он бы обязательно помог! Всё, что осталось – боль, судороги и холод. Она теперь – просто тело. Хрупкое, нежное, слабое тело. Узкая спина, острые плечи, тонкие руки. Выкрашенные в рыжий волосы перепачканы и спутаны.  Джинсы и тонкий, когда-то белый свитер – насквозь мокрые и грязные. Часы, проведенные перед зеркалом в ванной, статьи в глянцевых журналах, картинки из интернета. Она знает, что даже с возрастом, это тело так и останется худым – никаких «приятных округлостей». После тридцати, максимум, после сорока, оно просто станет мягким и немного рыхлым. Хотя, на самом деле, это не важно. Сейчас телу семнадцать, и оно уже не постареет. Потому что оно умирает. Когда-то, бесконечно давно, тело звали Алиса. Когда-то, целую вечность назад, этим телом была я. А Марк... Именно с Марка всё и началось.