Стальной ошейник

23 года спустя… Вальдаар* * * -Да-а-ар!! – мне на грудь плюхнулось что-то мелкое, костистое и завозилось на груди. С трудом, но мне всё-таки удалось продрать глаза. Ура мне!.. Уй-ё, как больно глазам! Кто-нибудь выключите солнце!.. – Ну, Да-а-ар!! Хватит дышать перегаром в подушку!!! Отрывай свою опухшую рожу от наволочки и иди в ванну! Вон, даже стёкла запотели от твоих миазмов!! -Ты умеешь подбодрить… — прохрипел я, пытаясь зарыться в подушку. -А нечего было вчера пить! Вот, даже в рифму сказала! Меньше, братик, надо пить, и не буду тебя бодрить! – приятный, звонкий в обычном состоянии голосок, сейчас ржавой пилой вгрызался в мозг. -Сгинь, мелкая! – отмахнулся я. -Алкоголик ушастый! Если через полчаса тебя не будет в столовой, я всё маме расскажу! –Акита подпрыгнула на мне особо резко, попав острыми косточками по пояснице. -Ладно, ладно… — проскрипел я. -Алкоголик ушастый! –припечатала мелкая и через пару мгновений громко хлопнул дверью. Уу-у… Голова квадратная! Всё-таки надо вставать. Если мелкая расскажет маме, в каком состоянии меня застукала, то мне кирдык башка… С трудом, мне удалось сползти с кровати. На четвереньках, я направился в сторону ванной, макушкой поприветствовал дверь. Ругнувшись, раскрыл двери и ладонями коснулся прохладного камня. Не удержавшись, ложусь и прижимаюсь лбом к полу. Ка-а-айф… Минут через пять, вспоминаю, что если не приведу себя в порядок, то меня репрессируют, поэтому поднимаю свою пропитую тушку и ползу дальше, к зеркалу. Из зазеркалья на меня смотрит помятая, опухшая морда, с глазами-щёлками, варениками вместо губ, и синими – не мешками – чемоданами под щелями. Кожа – обвисшая, словно не я эльф, а человеческая собака, ну такая, со складками, толи шарпей, толи лабрадор, а хрен его знает, всё равно страшный. Всё-о-о, бросаю пить, да ну его на фиг с такой мордой щеголять после очередной пьянки! Хотя… По-моему мы там еще дурманом баловались… или Рубином… Хотя мы и умат кумар курили… Всё так же, по-пластунски, подобрался к бассейну и, пробормотав общее исцеляющее, бухнулся в воду. Утреннюю тишину нарушил оглушительный вой, перемежающийся громким, магически усиленным хохотом одной маленькой бесовки. Стуча зубами, стряхивая снежное крошево с тела, я вылез из л-ледян-ной в-вод-ды и запрыгал бодрым козликом по ванной. М-мрак!! Сестрёнка я буду мстить, и мстя моя будет страшна! Ощущая лёгкость во всём теле, я не вытираясь, направился в гардероб, выбирать утренний туалет. В комнате на мгновение остановился у зеркала, разглядывая себя. Ну, что вам сказать… От вечерних возлияний не осталось и следа. Сейчас на меня смотрел жизнерадостный платиновый блондин с изумрудно-зелёными глазами, овальным лицом так и пышущий здоровьем. Телосложение – умеренное, тело боевым искусствам не чуждо. На этом всё приятное кончается, а далее начинаются синюшный оттенок кожи, после купания в покрытой ледяной коркой воде (его я пробил телом), всклоченные волосы, и общий вид жулика, застуканного на месте преступления. Ладно, продолжаем одеваться. Выбираю зелёные штаны, рубашку, её оставляю расстёгнутой, короткая зелёная же куртка, состоящая из лямочек и повороздочек, — её я уже наловчился за 2 месяца одевать, а что и модно, а тепло, — дриадские, мягчайшие сапоги. Небольшое заклинание и предмет чёрной зависти сестры – мои волосы – мягкой волной спускаются до середины бедра. Всё, я готов к завтраку! В столовой только меня и дожидались. Всё наше семейство недовольно зыркнуло на меня, но успокоилось, оценив внешний вид. Отец вообще не по этикету подмигнул, правда, незаметно для мамы и сестры. Они те ещё мегеры, одна на другую похожи как однояйцевые близнецы, чуть нарушишь канон этикета, заживо сожрут, а потом заставят изучать весь учебник, и плевать, что ты его знаешь, как свои пять пальцев! Вышивать заставят. Хотя, мы с папой уже наловчились, баталии расписываем – как не фиг делать, у нас для этих делов даже стена в библиотеке выделена! Мы там битву между расами вышиваем, по кусочкам складываем, как мозаику. Вот и занимаемся. А что поделать, в доме – жесточайший матриархат, это на эльфах мама тихая мышка, жмущаяся к папе, а так тиранша. И ведь не разведёшься, браки-то нерасторжимые, лишь смертью одного из супругов, а мама скрипеть ещё до-о-о-лго будет, разве что папу со свету сживёт, но тут уж я не позволю. Минут пятнадцать мы старательно делали вид, что насыщаемся. Утренняя овсянка полезна лишь дамам, для сохранения идеального цвета лица, а не молодому растущему организму в лице меня и зрелому взрослому эльфу для придания сил в течении дня в лице отца. Я сочувствующие посмотрел на него, я-то в городе поем, а ему, бедному, щас к Хранителю леса бежать. Он посол в дружественные государства. -Гм… — привлёк к себе внимание отец, после положенного времени. – Фанатики как-то активно зашебуршились… — Мама сморщилась. Она терпеть не может политику, а особенно за столом. – Были совершены нападения на князя оборотней, и тот попросил помощи у Расового Союза. Хранитель хочет послать посольства ко всем союзникам. Нас отправляют к никсарам… -Что?! – Мама подскочила. — Да как он может!! Неужели его ничему не научило происшествие прошлого посольства?! Никсары ведь подло убили невесту моего брата!! -Никсары доказали невиновность того мальчика… — начал отец. -Нет! Он её убил!! -Да? – вдруг вкрадчиво поинтересовался отец. – У себя дома, в постели, во время секса? -Эндор! Дети! – побурела мать. -Значит, ты считаешь, что парень мог преступить клятву сгорания души, лишь ради того, чтобы убить девушку, которая делала ему прямые намёки? -Эндор… — но отец уже не обращал на неё внимания, распаляясь всё больше. -Я знаю отца этого парня, Даэкра… шиава, кажется, он мой побратим, ещё с войн тьмы, когда со всех щелей попёрла тьма, а потом я давал ему убежище, когда на него началась Большая охота по ложному обвинению! -Эндор!.. -Его дети и так пережили массу проблем и психологических травм, а старший заработал проклятье! И он совершенно точно не мог этого сделать, так как сам погиб! Наверняка путники убили Лионеллу, мир её праху, и мальчика и забрали его тело, чтобы подозрения пали на никсаров. Я лично проверял их на ложь, и когда младший близнец сказал, что вместо брата он чувствует пустоту, я убедился, что это так. А если ты ещё раз вякнешь мне поперёк слова, я сошлю тебя в дальнее поместье, а детей буду брать с собой в поездки! И уберите эту демонову овсянку! Я мяса хочу!! – рявкнул он в сторону застывших истуканчиками слуг. Я не выдержал и бурно зааплодировал. Отец хмыкнул, поднялся и шутливо мне поклонился. Так его! Сбрасываем иго матриархата!! Да здравствует свобода!!! -Па, — вскочил следом за ним я. – Можно я поеду с тобой? -Хм… -Эндор!! -Конечно можно! Иди собирай вещи и седлай Тишшеса с Кребом. Я проверю дела и переговорю с хранителем и к полудню поедем к телепорту. -Эндор!!! -Тогда и поедим перед отъездом, — кивнул я и бросился в свою комнату, собирать вещи. Насколько я знаю отца, если у него так блестят глаза, у меня будет масса свободного времени. Оу, да-а… * * * С делами отец управился намного раньше полудня, так что сейчас мы с ним сидели в чайной и отъедались за испорченный завтрак. -Пап, — привлёк я его внимание, — А что за убийство невесты? Отец нахмурился и попытался отвязаться от меня: -Да тёмная там история… -А ты расскажи, может, прольём на неё свет вместе. -Хм… — он задумался, а потом стал рассказывать: — Это было четверть назад. Тогда вера Небесный путь только разворачивала крылья. Они устраивали диверсии, покушения на монархов, демонстрации, агитировали существ всех рас… Тогда на съезде рас у храма Забвения властители решили объединить усилия и создали Расовый Союз. Как самый беспристрастный судья и командир, был выбран наш Хранитель Орланиэль. – я не перебивал отца. Он с детства привил мне способность слушать и слышать, так что торопиться не куда, обычно, что бы разобраться с проблемой, надо знать её первоисточник, а папа явно рассказывает то, о чём не распространяются широкой публике. Поэтому пошевелим ушками и настроимся на рассказ. – К сожалению не все расы могут присутствовать у храма, в тот раз не было орков, драконов, кентавров, сидов и никсаров. Хранитель направил отсутствующим послов. Меня со свитой направили к никсарам. – Вот он, момент истины! Я аж подался вперёд. – Помнишь брата своей матери? – Дядю Эзэргима? О-да. Злобный, мелочный, постоянно со всеми спорит и не умеет признавать свои ошибки. Я, не сдержав гримасы, кивнул. – Так вот Эзэргиму посватали девушку из младшего дома, — кажется, мои глаза стали размером с блюдца. Амбициозный дядя и девушка из младшего дома? Остановите землю, я сойду! – и он взял её с собой. Вирина, точнее Лионелла – это её детское имя – была искусной целительницей, негласной Белой леди. Белая леди – это титул женщин-целителей, которые могут вытянуть душу умирающего из Тьмы. -А мужчины Белые лорды? – все-таки не удержался я. -Нет, Белые леди только женщины, мужчины так не могут. – м-да, по неволе чувствуешь себя ущербным, — Так вот, она замуж не хотела, по этому стала изменять Эзэргиму со всеми подряд. Среди никсаров она заприметила сына моего побратима, а тот и согласился… А потом он исчез, а Лионеллу нашли с пробитой грудью в луже крови у него в кровати… -То есть он её убил.— констатировал я. -Да нет же! – в сердцах воскликнул отец, привлекая восклицанием внимание, но потом уже тише продолжил: — Он не мог её убить, потому что на парне с сорокалетнего возраста стоит Печать Сгорающей души. -И что? – не понял я. -Боги, да чему вас только учат в Академии! – снова вспылил отец. – Печать стоит на убийство особ женского пола! -Погоди… — до меня только сейчас начало доходить. – Ты сказал «печать»? -Да, я сказал «печать». – передразнил меня отец. -Тогда он действительно не мог этого сделать… Ведь если он её нарушил бы, то у него бы сгорела душа, и тело впаялось бы в место, где совершилось клятвопреступление! -Вот и я о том же! – кивнул отец. Предупреждая мой вопрос, он добавил. – Свидетелем появления Печати является младший брат Даэкрашиава, а заклинатель печати до сих пор жив, иначе она бы не была активна! Хорт, мой побратим и их отец, сказал, что «сгорание» ставил шархан. -М-да, вот обвиняемый любит шарханов… — покачал я головой. -Любит не любит, а именно это его спасло от Большой Охоты со стороны никсаров и казни с дипломатическим скандалом со стороны эльфов. – я хмыкнул. -Вот бы с парнем познакомиться… -Не получится. Он ушел во тьму. -Печально… Наверное интересный экземпляр был… — мой вздох. -Кстати, новость для тебя, — хитро прищурился отец. – С нами едут парочка оболтусов – твоих друзей из Академии. -Как?! – из головы моментально вылетели все мысли о неизвестном парне. -Я подумал, тебе скучно будет одному… — он сделал вид, что задумался и лукаво подмигнул. – А так сходите, развлечётесь с местной молодёжью… -Пап! Ты нечто! – я, не обращая внимания на укоризненные взгляды посетителей, перегнулся через стол и обнял отца за шею. -Значит «не-е-ечто-о-о»? – протянул он и мы вместе рассмеялись, получив новую порцию взглядов. Всё-таки папа у меня замечательный! Как говорят у нас в Академии – свой в доску! * * * Ровно в полдень посольство светлых эльфов, в составе 50-сяти существ, въезжало в телепортационную арку, настроенную на княжество никсаров. * * * Мы вышли в огромном зале, облицованном тёмным нешлифованным камнем, что придавало помещению вид пещеры. Ничего не скажешь, красиво, и как-то первобытно, что ли, подавляюще… Нас встретил эскорт из 20-ти магов, судя по аурам (хотя кто их, никсаров разберёт), вежливо попросили спешиться и идти за ними. На мой вопрос о лошадях, сообщили, что их доставят в конюшни. Никсары повели нас по длинным широким коридорам, словно демонстрируя неброскую немного готическую роскошь, мы проходили сквозь приятные глазу залы, пару раз переходили по лестницам, а потом вышли в большой, мрачный тронный зал. В самом его конце, теряясь во мраке, стоял высокий постамент с троном, в котором сейчас сидел темноволосый, полускрытый тенью мужчина. Даже своим эльфийским зрением, я не мог увидеть сквозь тень его лица. -Посольство из Светлого Леса, от Расового союза! – стукнул посохом мажордом. -Приветствую вас, — а голос у правителя ничего так, приятный, бархатистый. – Что привело вас сюда? – продолжил он, когда мы прошли к возвышению. – Дела или праздный интерес? -Да продлятся годы вашей жизни, — с лёгким поклоном ответил отец, — Праздный интерес в некотором роде присутствует у младшего поколения, — кивок в сторону меня и 4-х моих бывших однокурсников, — а нас, увы, привели дела. -Думаю, вы не станете вести разговоры о делах сразу же по приезду? – мягко поинтересовался князь. – Вы явились, как бы это не прозвучало, весьма вовремя: сегодня будет бал-маскарад в честь праздника стихий. -Нет, конечно, Князь, все дела могут и подождать. Это честь для нас присутствовать на балу, — вежливо кивнул отец, а у меня едва не свело челюсти. Опять балы! Не успели из дому выехать, как попали на очередной бал! Да ещё и маскарад! -Прекрасно. Ожидаем вас сегодня к семи часам вечера, — а потом вдруг подался вперёд, выныривая из тени, открывая лицо с резкими, какими-то заострёнными чертами, и совершенно не по-княжески подмигнул. МНЕ. – Специально для тебя, да-да, тебя! – ответил он на мои вертения головой, — Как раз весь официоз и приветствия пройдут, и хотя бы часа на два задержись, а потом можешь сбегать с нашей молодёжью в город, искать развлечений на свою за… короче, по вкусу. – и, словно не замечая наших вытянувшихся лиц, откинулся на спинку трона и посетовал, — Эх, и пока молодёжь будет развлекаться, мне придётся корчить из себя умудрённого опытом старого хрыча, и выслушивать откровенный подхалимаж нескольких особ. -Мы нарисуем вам морщины, дабы придать сходство со старым хрычом… — зависла рядом с троном… тень. -Лучше бы вы подхалимов убрали… — буркнул князь. — Как скажете, князь, — бесполый голос был без эмоций, однако почему-то чувствовалась насмешка, — яд, верёвка, камень на шею и река?.. -Уйди! – рявкнул князь и резко выпрямился. -Как пожелает князь… Тишина… -Вы свободны. – кивок нам. И напоминание: — Не забудьте, в семь… и скрылся во вспышке телепорта. М-да, классный у никсаров князь. Всё ещё находясь под впечатлением приёма, мы гуськом покинули тронный зал. Глоссарий Рубин – сильно действующий наркотик, опасный для эльфов, вызывает ломку, разрушение личности, тела, психического состояния; очень дорогой. В растительном состоянии – цветок с пятью, словно выточенными из рубина, лепестками. Сухие лепестки, перетирают в Рубиновую Пыль. Пыль курят, вдыхают, разводят в алкоголе, поглощают с пищей (лёгкие фрукты), разводят в самогоне и маленькими дозами вкалывают в организм. Самый безобидный вид принятия этого наркотика – поглощение с пищей. Привыкания не вызовет, однако, горе-наркоман получит в расплату сильнейшую мигрень, тошноту, рвоту, некую раскоординацию движений и сильную жажду. Умат кумар – травка для курения вроде опиума или марихуаны. Листья сушатся, их набивают в трубку или сворачивают «козью ногу» и курят.