Стальной ошейник

Найт*** Я проснулся от шороха. Ну какой мудак залез в мою комнату? Потом пришло воспоминание, что я в борделе, ещё более чёткое видение – светловолосый демон. О, а вот и он. Я приподнялся на локте, придерживая одеяло. Ну и чего ему не спиться, спрашивается? Чего ты мечешься как блоха на гребёнке? -Ты не знаешь, куда подевались мои вещи? – э? Что-то я заторможенный с утра. Он ещё пару раз повторил перефразированный на все лады вопрос и тяжко вздохнул. А-а! Небось тени взяли, они каждый вечер мои вещи чистят, я их на пол специально скидываю. Но вот почему они его шмотки брали? Зевнув так, что едва не вывихнул себе челюсть, я встал, по пути потеряв одеяло, и направился в ванную. Да, там аккуратно сложенные штаны, ремешки, и даже сапоги почищены. Взял всё под мышку и, снова зевая, вернулся в спальню. Несильно пнул его по голени (будет знать, как будить в рань, а то, что сейчас практически три пополудни ничего, мы ж не с закатом спать легли), всунул ему одежду, снова едва не вывихнул себе челюсть, подобрал одеяло и упал на кровать. На большее меня не хватило. Уже сквозь дрёму почуял прикосновение к заднице, а потом меня накрыли одеялом. Ладно, так уж и быть, сделаю вид, что не заметил, как меня кое-кто нахально полапал!.. А сейча-а-ас спать… Вальдаар*** Ну и что это было? Я задумчиво уставился на прижавшегося ко мне парня. По сравнению с изменённым мной, он сейчас кажется маленьким и хрупким, хотя рост и телосложение у нас одинаковые. Пальцы сами собой зарылись в блестящую чёрную гриву, погладили висок, скулу, коснулись полураскрытых губ… Никогда раньше не засыпал с любовником в обнимку. А тем более с рабом из борделя, а вот поди ж ты, заснул и выспался даже… Всё-таки это было нечто. Никогда не испытывал столько эмоций. Эльфы всегда сдержаны, даже во время секса, а тут водоворот чистых, незамутнённых эмоций… Найт нахмурился, зашевелил губами. Не сдержавшись, попытался разгладить складку на лбу, убрал длинную чёлку и стал изучать лицо. Высокий лоб, бледная кожа истинного аристократа, прямой аккуратный нос, пухлые губы, брови с загнутыми уголками, длинные чёрные ресницы, заострённый подбородок, длинная шея, на которой выделялась полоса ошейника из железа, тонкие, чересчур хрупкие косточки ключиц, вообще похож на фарфоровую куклу, а безмятежное выражение лица лишь подчёркивает это. В изящной кисти с ухоженными пальчиками зажата платиновая прядь, кончики которой трепещут от ровного глубокого дыхания. Вот он снова зашевелил губами и дёрнулся. Машинально прижал его к себе, погладил по спине. М-да, такого точно ещё не было. Осторожно, что бы не разбудить, вылез из-под одеяла и стал искать свои вещи. Странно, но я ничего не нашел, зато почувствовал внимание к себе. Обернувшись, встретился с расфокусированным взглядом тёмно-зелёных глаз. Он придерживал одной рукой одеяло на груди, а на другую опирался. -Ты не знаешь, куда делись мои вещи? – парень медленно моргнул и уставился на меня, чуть покачивая головой. –Так ты видел? – ноль внимания, словно таращится сквозь меня. –Эй?! Не знаешь, где мои шмотки?! А в ответ – тишина. Махнув рукой, принялся бродить по комнате. Шорох ткани. Оборачиваюсь. Это заспанное чудо, зевая во весь рот, побрело в ванну, потеряв по дороге одеяло, так что мне открылся прекрасный вид на упругие ягодицы, мускулистую спину и длинные ноги. Не успел я вернуться к прерванному занятию, как меня двинули по лодыжке и пихнули в руки вещи, а сам Найт завалился на кровать, не удосужившись даже одеялом накрыться. Хмыкнув, я оделся, подошёл к кровати. Его задница так и манила прикоснуться к ней, что я не удержался и провёл ладонью по нежной коже, а потом укрыл его. Почему-то не слишком хотелось, чтобы вошедшие любовались на голого парня. Подивившись собственным эмоциям, хмыкнул и вышел. Едва я закрыл дверь и развернулся, как нос к носу столкнулся с управляющим. -Так вот ты какой, гость Найта.— пробормотал он. – Ты ведь эльф? — Да… Вальдаар Риханну Эр’Нэлл, — представился я. -Лирэль Раун. -Раун? – странно, среди эльфов нет такого имени, и если это тот оракул… -Это имя рода моего мужа,— усмехнулся эльф, словно уловив мои мысли. -Э-эм… простите… - смутился я. -Ничего страшного. Уже уходишь? -Да… я… -Знаешь, ты первый гость Найта за все 24 года его пребывания здесь… — Что?! 24 года?! Так вот почему он хихикал, когда я пытался его растягивать… Но… Ему ведь понравилось? Или это только игра? –Да и ещё… — за размышлениями, я не заметил, когда Лирэль успел дойти до конца коридора. – Прими предложение, которое тебе сегодня сделают… — он завернул в боковое ответвление коридора. Предложение? Принять? Хотя, оракулы никогда не говорят ничего просто так, а значит, нужно прислушаться… *** Чем ближе я подходил к зданию посольства, тем большее волнение на меня накатывало. Почему-то была твёрдая уверенность в том, что сегодня должно что-то произойти. А ещё меня что-то смущало в самом здании. Уже касаясь ручки в виде ветви плюща, я понял что именно: стены, фасад, крыша – всё было приторно-розового цвета. А такой цвет у нас любит только… -АНРИЭЭЭЭЭЭЛЬ!!! – раздался вопль у меня за спиной, от чего я подсочил, крутанувшись на сто восемьдесят градусов. На самом деле, розовый любит Гор, но тщательно скрывает эту позорную слабость, как он сам выражается. Но вот папа… Стоп. Отец. Всё. Нам пиз9ец! *** Перед казнью мне дали время вернуть телу первоначальный облик, убрать излишнюю помятость лица и переодеться, дабы не отвлекать отца от нашего линчевания расхристанным внешним видом. Ну а потом, собственно, и начался допрос с пристрастием. *** -Да ка-ак вы… Да что вы… Да вы… — икал папа, хлебая вино прямо из бутылки. -Тише, Эндор… — Попытался придержать его за плечо никсар, с виду двадцати восьми-тридцати лет. -Нет, Хорт! Ты не понимаешь!.. – Выдавил отец, хватаясь за друга. – Они… Эти разрушители… -Ничего страшного, — примирительно погладил его по плечу мужчина. – Этим старым пердунам из совета давно пора вытряхнуть пыль из балахонов! -Но Хорт!.. -К тому же, тебе напомнить, как мы в Лесу куролесили? -Эм-м… — Глядя на наши подозрительно заблестевшие глаза, папа закашлялся и снова отхлебнул из горла. –А теперь вы расскажете мне, всё, что натворили! – и посмотрел на какого-то помятого Тамара. -Я… помню только, как мы потеряли Дара в парке славы никсаров,.. после того, как я… устанавливал ловушки… -Лову-у-ушки? – кажется глаза отца заняли пол-лица, а брови сделали попытку слиться с волосами. Бесстрастным голосом наша совесть и здравый смысл рассказал, что из себя представляют ловушки и как действуют. Видимо, представив последствия, у папы глаза, итак расширенные, стали ещё больше, хотя, хоть убей, не понял, как он это сделал. Рядом закашлялся никсар. Помимо этого он рассказал и про нашу с Анри выходку с фонтаном. Кстати, о посторонних: уже известный мне вампир сидел между воинственно настроенным Анри и Леном, причем при каждом взгляде, бросаемым отцом на него, попеременно жался то к одному, то к другому, кто на тот момент был ближе. Ближе неизменно оказывался Анриэль, отчего Лен странно поскрипывал зубами. -А что было дальше? – сдавленно поинтересовался Хорт. -Я… не… помню… — выдавил из себя Тамар, и мы в шоке уставились на него. Мистер Абсолютная Память что-то ЗАБЫЛ?! Это был шок. Даже не шок, а всеобщий ступор, который прервал никсар: -Тогда ты расскажи нам, что было дальше. – указал он на Анри. -Я? Ну ладно… мы ещё раз пятнадцать побегали по парку в компании никсаров из здешней золотой листвы, а потом я устал и Лен предложил меня нести. А Тамар… — он запнулся. – Предложил всем вместе нагрянуть в «Синюю русалку», но назвал её синей утопленницей. Оказалось, это клуб для сирен; Тамар с кем-то поругался по поводу названия, подрался… потом они помирились, он, не слушая нас с Гором, напился и танцевал стриптиз на столешнице… Ну а мы с Леном увидели Дорна… И.. и ушли… -А дальше? – не знаю как кто, но я смотрел на Тама и словно впервые его видел. Он. Танцевал. Стриптиз? Нет, тут даже дело не в стриптизе. А в том, что он с ногами залез на столешницу! Куда катится этот бренный мир? А сам Тамар в шоке, растопырив уши, внимательно слушал Лена. -Я стащил его со стола и мы с компанией никсаров под песни про то, как холодно маленькой девочке зимой, потащились гулять дальше. – тяжко вздохнул Гор. – В каком-то переулке на нас напала шайка потрёпанного вида, хотя я удивляюсь, как они рискнули выйти на такие вопли, Там одними звуками своего голоса заставлял прохожих шарахаться от него как от баньши. Они напали на нас, а Тамар неожиданно снёс их водяными плетями уровня мастера-водника, причём энергии ни у кого не черпал, а вбухал её в заклятье столько, сколько Анри тратит на огнешар. – Сколько? Да Анриэль со своим громадным резервом на фаер тратит четверть всей МЭ (магической энергии), что у него есть в запасе! Откуда у нашего романтика такая сила? Он же едва с бытовухой справляется?! — И ругался, что они все криво стояли и почему-то попадали, а он только прицеливался… — А демонесса, которую он вызвал, его поцеловала и предложила увеличить магический резерв в обмен на двадцатилетнее пребывание тут… — а вот на этом моменте у Гора подозрительно дрогнул голос. — …в нашем мире… Там согласился, они подписали контракт… Но потом демон возмущалась, что Там её облапошил и поставил грабительские условия сделки и… А потом смылась… А я отволок Тамара домой. Когда Гор закончил, на эльфа было жалко смотреть. -Так вот какие демоны в тихом омуте водятся… — пробормотал отец. -Да ладно тебе! – никсар положил папе на плечо ладонь, отец обернулся и… я понял, что они не только друзья. По крайней мере, в прошлом. Слишком нежное прикосновение, слишком привычный жест, слишком чувственный взгляд… Ладно, потом потрясу отца на эту тему. Сейчас самым важным было то, что все взгляды скрестились на мне. -Ну… У меня ничего особенного,.. Просто был в борделе,.. -У-ууу-у… — разочарованно тянет аудитория, а Тамар вскидывает на меня больные глаза. Ну, как же это, у меня, да самое обычное, что никак не перебьёт сообщение о выходке тихони. -.. «Дом соблазна». – закончил я. -ЧТО-О-О?! – подскочил папа, а потом и остальные, вспомнив, что это за место. -Гонишь! – уверенно заявил Гор. – Просто не потерялся, не смог придумать стоящей шалости и задрых где-то у… — начал Анри, а я молча вынул жетон из-за пазухи, демонстрируя только в ванной замеченную гравировку — дом и изгибающегося парня на его фоне. Гравировка была замагичена так, что два силуэта прекрасно различались, а так же появлялась иллюзия, что парень движется, принимая более соблазнительные позы. -Ты его украл? – выдал отец. -Мне его дал парень, которого я выбрал. — меня покоробило то, что отец посчитал меня вором, поэтому слова получились немного резче, чем я рассчитывал. -Ты уверен, что мы говорим об одном борделе? -Он предоставил мне право выбора. -Гм… Впервые о таком слышу… — протянул папа, не спуская с меня глаз. -Схожу сегодня … — мечтательно протянул я, вспоминая тёмно-зелёные глаза и нежные губы. -Боюсь, сегодня не получится. — ворвался голос Хорта в мои мысли.— Сын четвёртого советника приглашает вас к себе на небольшой, персон на пятьдесят, званый вечер для молодёжи. Вы пойдёте? Я замер. «Прими предложение, которое тебе сегодня сделают…» Мой тяжкий вздох разнёсся по комнате. Прости меня, Найт, но сегодня, видимо, придётся тебе побыть одному… Хотя почему одному? Наверняка у него есть куча других клиентов! Почему-то это вызвало раздражение. -Ладно, я пойду. – мрачно выдавил я. -Э? Дар, тебя ведь обычно днём с огнём на банкетах не сыщешь, а тут такое не слишком рьяное, но желание… может, ты заболел? – забеспокоился отец. -Сыскать-то не сложно!.. – пробурчал я. – Лирэль сказал, что мне нельзя отказываться от сегодняшних предложений. -Лирэль? – недоуменно переглянулись мои друзья. -Оракул?! – подскочил отец. -Оракул? – вытянулись лица Лена, Гора, Тамара и Анри. -Эльфийский оракул? Здесь? – изумился Хорт. -Угу, — протянул . — Он ещё имя рода мужа взял. -МУЖА??! -Хозяин «Дома соблазна» — Истор Раун, его муж и управляющий – Лирэль Раун. Из-за того, что Лирэль влился в род супруга, мы его и не чувствуем. –пояснил я, а потом зачем-то добавил: — А у рабов комнаты побольше, чем наши в посольстве. Папа закашлялся. -А как тебе бордель? – пытаясь отвлечь меня от темы, поинтересовался он. -Красиво, уютно, умиротворённо. Найт – замечательный собеседник, а ещё классно рисует и… -Найт? – сощурился папа. Тут только я понял, что пою восхвалительные дифирамбы. И кому?! РАБУ!! -Тебе настолько понравился раб? – выпучил глаза Анриэль. -Эм… я… -И что в нём такого особенного? – заинтересовался Лен, поглаживая по боку вампира, млеющего от удовольствия словно большой кот.— Голос? -Он немой, — буркнул я. -Немой? – подскочил Анри и тут же съязвил: — И как вы с ним разговаривали? -Переписывались, — я уже стал жалеть, что начал рассказывать про любовника. -Ну, может, он привлёк внимание Дара чем-то другим, — попытался встать на защиту неизвестного ему существа Гор. -Глаза. – я вздохнул, откинулся назад и уставился в потолок. – Темные словно негранёный, дикий изумруд. А иногда их заливает глубокая, беспросветная тьма, и сквозь неё проглядывают шалые зелёные искры.— протянул я.— И волосы. Густой чёрный шелк, мягче которого я ничего не встречал. Губы. Мягкие, припухшие, оцарапанные клыками. -Приворотное зелье? – послышался обеспокоенный голос Тамара, но я не обратил на это внимания. -Вечная дерзкая ухмылка и гулкая пустота в душе. – разговор о приворотном зелье смолк. Эльфы ведь видят души… — Даже пепелище. Эмоции ощущаются в тысячи раз острее, но потом тухнут, словно натыкаясь на что-то. А ощутить их можно лишь с прикосновениями. – я потёр лицо ладонями. Почему-то вспомнились широко распахнутые тёмно-зелёные глаза и крик-стон во время его оргазма. Тогда чувствовались изумление пополам с восторгом. И умиротворение. Да уж. -А ты, часом, не влюбился? – вкрадчивый голос отца раздался у самого уха, а когда я осмыслил, что именно он сказал, то подскочил вверх как ошпаренный. Послышалось хихиканье и хрюканье. -Да чтоб я!.. Да чтоб в раба!.. Раба!! – полный возмущения, я вылетел из комнаты. Очнулся я только привалившись к закрытой двери в своей комнате. Ведь правда? Не могу же я влюбиться в раба?..