Ненависть

      Несмотря на то, что баттл закончился минут двадцать назад, Юра по-прежнему ощущал, как его обуревают эмоции. Достаточно противоречивые, причем — начиная от сладкого победного триумфа и заканчивая обжигающей злобой, которую вызвал оппонент.       Хованского окружали обезумевшие от зрелища фанаты и просто зеваки, наперебой прося дать автограф и в очередной раз поздравляя с победой. Впрочем, Юре внимание особой радости не приносило: поток бессвязных мыслей от притупленного алкоголем сознания мешал сосредоточиться, в то время как в голове единственной постоянной оставалась не очень правомерная идея. Хованский честно пытался отвлечься, но с каждой каплей алкоголя мысль становилась все настойчивее, а благоразумие (и совесть) слабело.       Как ни странно, ненавистного врага также окружали люди. И, судя по его виду, лучи славы и прикованного к нему интереса тоже доставляли дискомфорт. При взгляде на противника Хованский с новой силой прочувствовал рой отрицательных эмоций и сомнений.       Что скрывать, далеко не законные и гетеросексуальные мысли посещали мозг Юры касательно Уткина. Как бы ни старался Хованский отмазаться, но все-таки он признавал тот факт, что Ларин одновременно вызывает не только желание уебать, но и выебать, причем эти желания сейчас обострились как никогда раньше: в нормальном состоянии, без влияния раздражения и алкоголя, безумные идеи, закрадывающиеся в сознание, заглушались моралью, остатками ориентации и здравым смыслом.       И черт дернул Диму подойти сейчас к Хованскому. «Блять!» — только и успел подумать Юра перед тем, как Ларин заговорил.       — Ну что, можно поздравить нашего гангстера с тем, что он поверг противника? — с насмешкой в голосе произнес Дима, сам до конца не понимая причины своего поведения.       — Естественно, а по-другому и быть не могло. Кто может победить батю? Явно не такой хуебес как ты.       — Боже, ты настолько примитивен, что не можешь выдумать оскорбления по-оригинальнее. Впрочем, я слышал, как ты давал интервью. Судя по всему, твой пропитый мозг будоражат нестандартные фантазии?       «Если б ты знал, Дима, насколько твое ерничание попало в цель». По мере того, как развивался диалог, они отходили в сторону пустеющего бара, чтобы спастись от посторонних ушей.       — А ты уже потек, я полагаю? Небось мечтаешь о крепком хуе — неспроста в твоем тексте так много пидорасни.       — Как и в твоем. А ведь в наше время так сложно отличить безобидную шутку от реальности, — усмехнувшись, продолжал провоцировать Ларин, не отводя нахального взгляда.       Юра вспомнил строчки из обоих текстов и мысленно выругался, ощущая болезненный стояк. Посмотреть со стороны, так этот мудак Ларин будто специально подводил к неприятной теме.       Не ожидая ответа, Дима скрылся за дверью в уборную, а Юра огляделся по сторонам: бар окончательно опустел, осталось всего пару человек, которым ни Ларин, ни Хованский глубоко неинтересны. Убедившись, что за ним никто не следит, Юра выдохнул и зашел в комнату следом за Димой.