stay with me

      Бэкхён целует Чондэ. Бэкхён по-настоящему целует Чондэ здесь, прямо на улице, под сильным дождём. Он кладёт одну руку на его щеку, а другой перехватывает руки омеги, который в первые секунды начал сопротивляться и со всей силой отталкивать альфу. Это как кадр из фильма, так волнующе. Губы Чондэ мягкие, на удивление пухлые, ещё пахнут вишней из-за ранее использованного бальзама для губ. Бён ведёт языком по крепко сомкнутым губам, спрашивая разрешение, и углубляет поцелуй, когда получает его. Он освобождает руки Чондэ, которые находят своё место на его груди, и опускает ладони на талию Кима, прижимая его к себе. Сердце стучит как сумасшедшее, когда омега так близко. Никогда ещё не хотелось поцеловать кого-то так сильно. Несмотря на сильный дождь, поцелуй выходит горячим, между ними нет ни сантиметра расстояния, только один воздух на двоих. Бэкхён наклоняет голову на бок и улыбается сквозь поцелуй, когда чувствует, что Чондэ расслабляется в его руках и прикрывает веки, несмело отвечая на поцелуй. Он приоткрывает губы, и Бён проникает своим языком в рот омеги, слегка касаясь его языка. Ведет им по ровному ряду зубов, вырисовывая узоры на нёбе. Целует медленно и страстно, раскрывая и смыкая губы вокруг губ Чондэ. Через несколько секунд отстраняется, в последний раз оставляя тягучий поцелуй в уголке рта. Бэкхён прижимается лбом ко лбу омеги, тяжело задышав ему в губы.  — Что будет с тобой после этого? Они же это всё так не оставят, — в голосе Кима волнение и тревога. Страшно подумать о последствиях, ведь Бэкхён сегодня был очень дерзким и грубым со своими знакомыми, с, наверное, очень влиятельными людьми.  — К черту их всех, — встречная улыбка Бёна искренняя и уверенная. — Я знал, к чему это идет, и я не жалею о том, что наговорил там.  — Но…  — Ш-ш-ш, — альфа смотрит прямо в глаза и прикладывает указательный палец к его губам. — Они зависят от меня, так что не переживай, со мной всё будет в порядке. А теперь давай сядем в машину, а то тебе придется ухаживать за мной, если я простужусь.  — Но с мокрой одеждой?  — У тебя есть другой вариант? — скептически приподнимает бровь Бэкхён, на что Чондэ качает головой и тихо следует за ним к машине. Дорога почти пуста, нет ни единой машины. Ещё бы, кто бы рискнул выходить из дома во время такого ливня, когда на часах почти восемь вечера? Улыбка не сходит с лица, и Бэкхён вынужденно прикладывает пальцы к губам в жесте «я сейчас в глубоких размышлениях», чтобы не напугать Чондэ, и продолжает держать руль другой рукой. Их запахи сейчас так сильно выражены, Бён невольно думает, что и с ними у него с омегой идиллия — они прекрасно дополняют друг друга. Увы, его хорошее настроение портится, когда на пути в Сеул ровно через полчаса автомобиль отказывается двигаться дальше. Альфа задумчиво хмурит брови, выходит из машины и открывает капот своего новенького черного Бугатти, чтобы взглянуть внутрь. Уже через несколько минут приходит обратно и стучит в окно.  — Возьми телефон и ключи, — говорит он Киму. — Ничего не понимаю в Бугатти. Нужно заказать эвакуатор и взять такси, но из-за погоды нет связи. Последний поезд уже ушёл, и автобус не работает после девяти, не успеем. Остаётся только самолет, твоя ID-карта с тобой?  — Нет, я не взял ее, — растерянно отвечает Чондэ, смотря на альфу в смятении. Поставив руки на пояс, Бэкхён нервно кусает губы, бросая взгляды то на машину, то на Чондэ. Так ничего не получится, вернуться сегодня в Сеул не получится. Будет лучше найти место для ночевки и только утром продолжить путь, а то бог знает, что может случиться из-за такой погоды. Кругом нет ни души, до отелей далеко. Бэкхён это знает — уже ночевал здесь несколько раз. Или же нужно остаться в машине и немножко поспать, или искать мотели или добрых людей, которые позволят остаться у себя. Оставлять Бугатти на дороге совсем не хочется. Но, может после того, как они найдут место для ночевки и мобильная связь восстановится, он позвонит в службу поддержки и закажет эвакуатор. Да, это сейчас кажется самой лучшей идеей.  — Пойдём, — он открывает дверь автомобиля для омеги, проверяет карманы, чтобы убедиться, что карточка и телефон на месте, и блокирует машину. Бэкхён без единого сомнения берёт его за руку и идёт вперёд. Здесь должно быть хоть что-нибудь. Интенсивность дождя уменьшилась, но одежда всё же мокрая. Да, нужно будет поменять её, а ещё неплохо бы было принять горячую ванну.  — Куда мы идём? — робко спрашивает Чондэ. Они оба устали и голодны тоже. Столько всего случилось за один день.  — Ищем место для ночевки.  — А дети? Мы не сможем вернуться сегодня?  — С ними всё будет в порядке, Кёнсу уложит их спать, не беспокойся, — ответ Бэкхёна не успокаивает, но другого выхода и нет. Чондэ остаётся только довериться альфе, и его решениям.       Они находят двухэтажный небольшой мотель рядом с бензоколонкой после сорока минут ходьбы. Здесь есть место для парковки, а на первом этаже маленький кафе-ресторан. Людей здесь немного, в основном молодые альфы с бутылками соджу на столах. Бэкхён инстинктивно сжимает ладонь омеги в своей и двигается к работнику, стоящему у приёмной стойки. Когда кажется, что хуже некуда, им отдают ключи последнего свободного номера в мотеле. Впрочем, это волнует только Чондэ, Бэкхён очень даже доволен этим.  — А у вас случайно не найдётся одежда? — говорит альфа работнику. — Любая, я готов заплатить, — ведь правда. Оставаться в мокрой одежде не совсем комфортно, особенно, если они собираются принять душ, поужинать и лечь спать. В ответ им предлагают только стандартные черные футболки с длинными рукавами, парные — улыбается в мыслях Бэкхён.       Номер оказывается довольно-таки приличным. Двухместная кровать в центре с тумбочками с обеих сторон, на которых стоят ночники. Висящий на стене напротив телевизор, узкий диван с журнальным столиком и дверь, ведущая в ванную комнату.  — Иди первым, — уступает свою очередь альфа, на что Ким благодарно кивает головой и заходит в ванную. Выходит обратно уже через пятнадцать минут в новой футболке и в тех же штанах, сушит волосы полотенцем. Бэкхён идёт следом, а после они оба спускаются на первый этаж, чтобы поужинать.  — Боже, это так хорошо, — стонет Бён после первого бокала пива. Они заказали для себя пиво и «кукси» — единственное, что осталось в здании кроме риса с кимчи, и сели за стол ближе к одиннадцати, когда вокруг не осталось почти никого. Глаза альфы расширяются после того, как Чондэ начинает ковыряться в его тарелке своими палочками. — Что ты делаешь?  — Тебе же не нравятся огурцы? — кратко отвечает омега, продолжая своё дело. — Мне об этом Кёнсу рассказал, когда я готовил ужин для тебя.  — Невероятный, — улыбка расплывается по лицу Бэка, сердце наполняется теплом. От этого чувство хочется петь и танцевать под негромкую музыку, что исходит от старого радио. Но альфа только поднимает свой бокал и предлагает выпить вместе с ним.  — Ты, — неуверенно начинает омега, привлекая внимание Бёна. Он облизывает сухие губы, и на сей раз упорно смотрит на альфу, двумя руками держа свой бокал пива. — Знаешь, ты сегодня выглядел круто, когда заступился за меня. Все это увидели, я не ожидал такого.  — Почему? По-твоему, я не человек? Ну, знаешь, я всегда крутой.  — Сехун тоже так говорит. Он очень много говорит о тебе, спасибо. Я правда благодарен, что ты хорошо относишься к нему. Он моё всё. — Это не трудно. Сехун особенный ребенок. Есть кое-что, что уже долгое время меня интересует. Позволь спросить насчёт его отца… — тихо произносит Бэкхён, отчего Чондэ сразу же напрягается и отводит взгляд, поджимая губы.  — Прости, не хочу об этом говорить, — ответ омеги четкий и серьезный, ясно, что больше не нужно задавать вопросов по этой теме. — А папа Чонина?  — Я не знаю его, — альфа спокойно пожимает плечами, как будто то, что он сказал, нормально.  — Как не знаешь?  — Семь лет назад тринадцатого апреля отец привел новорожденного Чонина домой, он — внебрачный ребенок. У двадцатитрехлетнего Бэкхёна тогда много было случайных связей, вот и один из них, наверное, связался с моим отцом и рассказал про беременность. Отец говорит, что папа Чонина умер во время родов. Он сделал тест на ДНК и, когда всё подтвердилось, принес Чонина домой. Серьезные отношения у меня были дважды. И с обоими это длилось всего несколько месяцев.  — И ты не интересовался, кто он, папа твоего сына?  — Пытался. Было бы правильнее связаться с его родными или хотя бы узнать место, где его похоронили, ведь Чонин имеет право знать о своем родителе. Но всё безуспешно. Я прекратил его поиски, когда отец заявил, что его родные и слышать не хотят о ребенке, из-за которого умер их сын. Вот так вот в моей жизни появился мой Чонин. Теперь не представляю свою жизнь без него, поэтому тебе тоже спасибо за его улыбку. Ты ему очень нравишься.  — Он мне тоже нравится, — ярко улыбается Бэкхёну Чондэ, на что альфа неловко кашляет и наклоняется через стол к омеге.  — А его отец? Отец Чонина тебе нравится? Слышал, он безумно привлекательный мужчина, знаешь, с красивыми чертами лица, умный, вежливый, воспитанный, смелый…  — Перестань себя хвалить, — в ответ на это смеётся Ким и замирает, когда Бэкхён бросает что-то похожее на «о, моя любимая песня, давай потанцуем» и заставляет встать на ноги. — Но я не умею танцевать. Здесь не место для танцев, люди смо…  — Здесь никого нет. Думаешь, я умею? — руки альфы находят своё место на талии Чондэ, который обнимает в ответ, обвивая руками его шею. Его запах такой манящий, лицо находится так близко. Здесь, в пустом кафе, под светом лампы и с какой-то ретро музыкой на фоне момент кажется таким идеальным. Бэкхён смотрит в глаза Чондэ и теряется. Или ему так кажется, потому что думать об этом приятно, или правда там сияют звездочки, на губах играет мягкая улыбка. Альфа никогда ещё не видел Кима таким расслабленным. Он трется носом о щеку, оставляя там легкий поцелуй, переходит на другую щеку и делает то же самое с ней, а потом подаётся вперед, соприкасаясь носами. — Можно тебя поцеловать?  — Почему спрашиваешь? Час назад ты сделал это без разрешения, — усмехается Ким, вызывая у Бэкхёна ответную ухмылку. Дерзкий Чондэ так сильно заводит.  — Правильно, и хочу сделать это ещё раз, — шепчет он и льнет к розовым губам омеги в жадном поцелуе, покусывая и посасывая их по очереди. Омега отвечает с таким же напором, кладёт руку на его затылок и слегка сжимает волосы, слыша, как рычит альфа в поцелуй. Никто не слышит, не видит, и это даёт им возможность полностью насладиться этим моментом.       Бэкхёну нравится целовать Чондэ.