Здравствуйте, дядя, с этого дня я буду жить с вами...

      Чем ближе такси приближалось к дому, тем все меньше на улице было людей, лишь немногочисленные машины проезжали мимо, ослепляя водителя и Тэхена. Настроение у парня пропало уже тогда, когда Чонгук ушел в компании блондинки и оставил его одного. Тэхён весь путь не проронил ни слова и даже не заглядывал в телефон. Все его внимание было сосредоточено на окне. Вид у парня был совсем отсутствующий, он о чем-то думал, пребывая сейчас в другом мире. Один дом сменялся другим, фонарные столбы мелькали с завидным постоянством, излучая теплый свет, звезды на небе образовывали невероятную картину, но парень, не обращая на это все внимания, хотел поскорее попасть к себе в комнату и забыться сном.       Машина притормозила в нескольких метрах от входа, и в свете фар показался силуэт мужчины, тут же отвернувшегося от яркой вспышки, раздражающей глаза. Тэхён открыл дверь, уже собираясь выйти, как его окликнул водитель с прямым вопросом об оплате. Парень только лишь кивнул в сторону приближающегося к ним Хосока и покинул транспорт. Тэ почувствовал усталость и решил быстрее вернуться к себе, чтобы, наконец, лечь на мягкий матрац, да и Чон мог начать расспрос, а отвечать сейчас совсем не хотелось. Хосок расплатился и хотел было уже обратиться к Тэ, но стоило ему обернуться, как обнаружил, что парня и след простыл. Старшему было безумно интересно, почему светловолосый вернулся один, еще и такой хмурый и поникший, однако, не стал торопить события и решил, что всё узнает, но позже. «Утро вечера мудренее», — как говорится.       Тэхен ввалился в комнату и тут же рухнул на постель. В душ идти уже совсем не хотелось, тем более, сил, казалось, уже не хватит даже для того, чтобы просто подняться. Парень, в итоге, так и уснул в одежде. В какой-то момент усталость просто взяла верх, а белоснежное теплое одеяло приняло в свои объятия. Организм уже не мог бороться и Тэ погрузился в царство Морфея.

***

      Дни быстро сменяли друг друга — уже завтра семейство Чон покинет США и вернется в Корею, а Тэхен останется наедине с Чонгуком в этом огромном доме. В последние дни Тэ много думал, стоило ли покидать родную обитель и ехать сюда, пытаясь что-то и кому-то доказать. Пребывание тут сейчас, почему-то, совсем не радовало парня, пару раз даже его посещала мысль о том, чтобы собрать вещи и уехать вместе с Сохен и Хосоком, однако, это было лишь мимолетное желание, которое не переходило на стадию выполнения. Тэхен и Чонгук после выходных практически не пересекались. Чон работал круглые сутки, уходя в дела даже в свободные минуты, когда был дома. Между двумя витала аура неловкости, они почти не разговаривали, лишь мимолетное «Доброе утро» можно было услышать, стоило тем с утра увидеться, например, на кухне.       Хосок и Сохен целыми днями пропадали, отдавая всех себя долгожданному отпуску. Тэ же, наоборот, совсем не выбирался не то, что из дома, он из комнаты выползал лишь на несколько минут и то, только ради еды. Парень выпустил внутреннего интроверта. Он валялся целыми днями в постели — либо смотрел аниме, либо слушал музыку. Японские шедевры и песни Троя поднимали настроение. Тэ несколько раз пытался сесть за английский, иногда проверял почту в ожидании письма из универа, однако, новых сообщений не было, а разбор различных незнакомых слов быстро наскучил. Каждый вечер, просматривая странички в соцсетях, он читал сообщения от Чимина, который переживал за друга, отвечал и пытался успокоить рыжика. В это же время, каждый вечер, с первого этажа до комнаты парня доходил веселый смех Хосока, который постоянно развлекал тех, кто присутствовал в доме. Особенно его шутки нравились домработнице, которая была без ума от мужчины. Иногда Тэ, сквозь всю эту какофонию из различных звуков, слышал знакомый голос хёна, который что-то с энтузиазмом рассказывал родственникам.       Так прошла неделя отдыха Чон, и уже в ночь с четверга на пятницу они отправятся домой. Тэ даже в четверг не соизволил выйти из своей крепости. Однако ему удалось услышать очень интересный для него разговор: братья Чон, по-видимому, были где-то на втором этаже и их было прекрасно слышно, Хосок напрямую решил спросить о том, что произошло в субботу, что после этого ребенок из комнаты не выходил. Чонгук же оправдывался, пытаясь доказать, что ничего такого не сделал и он сам не понимает, почему мелкий заперся в своем мирке. Мужчина рассказал старшему брату о их прогулке, о девушке, о том, как ему пришлось покинуть Тэ, иначе легко бы не отделались. Хосок же, выслушав все аргументы, взвесил все за и против и, все-таки, отругал, в шутку, конечно, Гука и попросил, чтобы больше не повторялось, мол Тэ чувствительный парень и ему хватит и такой ерунды, чтобы кинуть на кого-то обидку. Тэхён в комнате в тот же момент немного оскорбился от слов дяди, но после на лице непроизвольно расцвела легкая улыбка. Настроение поднялось и появились жизненные силы для того, чтобы заняться нужными делами.       Тэхен, после успешных водных процедур, решил сесть за обучение. Приятный голос женщины в наушниках, рассказывающей о правилах чтения и произношения некоторых английских слов, и блокнот с ручкой увлекли парня так, что тот и не заметил, как задремал.

***

      Негромкий и неловкий стук в дверь, и такой же еле слышный голос ничего не дали — никто не отозвался. — Тэ, можно войти? — все так же приглушенно спросил Чонгук, осторожно заходя внутрь комнаты. Ответа не последовало, и Чон с уверенностью прошел вглубь и посмотрел на кровать. На не расправленной постели, свернувшись в комочек, спал светловолосый. Рядом валялся плеер, а наушники все еще находились у парня. Гук невольно задумался о том, как умиротворенно выглядел парень, и совсем забыл зачем вообще пришел сюда. Взгляд пробежался по юноше с ног до головы, и Чонгук подумал о том, чем тот занимался, перед тем как уснуть. Он аккуратно попытался убрать мешающие наушники, когда его взгляд бросился на раскрытый блокнот с красиво выведенными английскими словами. В этот момент Чонгука посетило чувство вины: он вспомнил, как обещал парню, что поможет с обучением, а, в итоге, даже не разговаривал с ним. Отстранившись вместе с плеером, Гук убрал его на прикроватную тумбочку и услышал звуки копошения со стороны Тэхёна. Он повернулся и заметил, как тот перевернулся на спину, а немного погодя проснулся. Парень явно потерялся в пространстве и времени после пробуждения и не понимал где он сейчас. Затем, он медленно повернул голову к Гуку, все еще наблюдающему за светловолосым. — Хён, — подорвался Тэ, — что… что ты тут делаешь? — спросил он, попутно зевая и одной рукой потирая глаз. — А-а, — очнулся черноволосый, — да вот, хотел спросить поедешь ли ты Хосока и Сохён провожать, зашел, а ты спишь, — прочистил горло Чон неловким «хм-хм» и улыбнулся, — не хотел будить, прости… — Да ничего, хён, — улыбнулся в ответ Тэ, — конечно поеду.       Чон развернулся в тот же момент, посмотрел на часы на левом запястье и попросил парня спуститься вниз через минут 15, так как надо бы уже выезжать, самолет не будет ждать. Чонгук вышел, Тэ кивнул пустоте и ухмыльнулся своим мыслям в голове.       Тэхен спустился ровно во столько, во сколько попросили. Мужчины грузили багаж, а Сохён уже сидела на пассажирском сидении позади водительского. Светловолосый, недолго думая, уселся рядом с женщиной. — Ну-с, едем? — обратился ко всем Чонгук, занимая место за рулем, Хосок же приземлился по соседству и подмигнул сидящим позади. — Едем, — весело выдал Чон старший, и машина тронулась с места.       По пути в аэропорт в машине витала дружественная атмосфера: все переговаривались на любые темы, Хосок благодарил Чона за отпуск, Гук же отнекивался, мол «ничего такого не сделал». Дальше пошли разговоры о невероятном Лос-Анджелесе и летних приключениях парочки. Все улыбались, сейчас даже неловкость, что существовала между Гуком и Тэ, исчезла.       Аэропорт встретил их голосом диспетчера, объявляющим рейсы, и шумная компания поспешила вовнутрь. Хосок и Сохён обняли обоих парней и пожелали удачи, однако, Чон старший все так просто не оставил. Он подошел к брату и шепнул на ухо: — Будь осторожен с этим парнем, — бросил взгляд на Тэ, — он может быть очень непредсказуемым, ты ведь знаешь кто его отец, и чьи гены он унаследовал, — Гук на это лишь забавно хмыкнул, но брат не закончил, — и приглядывай за ним, а то нам головы не сносить, думаю, не стоит говорить почему, хватит и одного упоминания об этом человеке, — выдал Хосок и залился смехом. Когда объявили их рейс до Кореи, Хосок отстранился и, отсалютовав парням, приобнял жену за талию одной рукой, подхватывая вещи другой, ушел. Чон лишь успел крикнуть: «Берегите себя! Передавайте привет родителям!». Тэхён стоял позади и наблюдал за всем происходящим. В голову опять пришли мысли о совместном проживании, а также, — о поступлении, и стало жутко интересно, что сказал Хосок Гуку. — Пойдем, — предложил Чон, ближе подойдя к Тэ. — Ага, — кивнул тот.