На расстоянии вздоха

Опасное мероприятие Шерлок решил осуществить ровно в полночь. Причём он проявлял удивительную пунктуальность, смотря на свои наручные часы. Джон поднял финансовые возможности Шерлока ещё на ступень выше. Кто же он такой?! Часы представляют из себя травяной браслет, в который вплетен овальный кусочек соты. В соте закреплены камушки разного цвета, которые выдвигаются в определенное, строго сверенное с главными часами время. Механизм настолько дорогой, что часы сразу и без торговли обменивались в деревне на двухэтажный дом. Они дошли пешком до прямоугольника современного здания, полностью сделанного из слюды и сотового материала. Сверху для прочности оно обито самой настоящей древесиной! — Шерлок, это крепость! — Джон поднял по выше палочку со светом. Она по настоянию Шерлока закрыта специальным чехлом, и почти ничего нельзя рассмотреть. — Конечно, это же сверхсекретный государственный лабораторный комплекс. Я тут был только раз за всю жизнь. Нам нужно в архив, на пятый этаж. — На пятый! Как мы туда, по-твоему, заберёмся?! — Самым естественным путём. Шерлок отошёл от Джона, и шелкопряд впервые увидел процесс перехода в истинное тело. Вообще насекомолюди редко показывали своё тело полностью. Перед любимой женщиной ещё можно пощеголять клыками и вторым фасеточным зрением, но в общественном месте демонстрировать подобное было признаком очень дурного тона. Насекомолюди могли показать свои красивые крылья, но уж точно не другие органы. По этой причине шелкопрядов хоть и уважали в обществе, но считали людьми низшего сорта. Ведь они просто не могли контролировать позывы своего организма в высвобождении шёлковой нити. Шерлок и так был высоким, а теперь ещё больше вытянулся. Глаза увеличились, и зрачки растворились в черноте фасеточной структуры. С громкими щелчками из-под кожи вышли хитиновые пластины для движения по деревьям. И, конечно, богомол обнажил своё истинное убийственное оружие. Из спины Шерлока вышли два захвата, похожие на лапы настоящего богомола. Они оканчивались ножеподобными кистями, которые богомолы применяли для охоты. Нет такого материала, который не могли бы разбить эти ножи. — Неужели ты собираешься…. — Именно, Джон. Забирайся ко мне на спину и привяжи себя. Сам не справлюсь, у нас до сигнала тревоги будет всего пять минут, и ещё одна пара рук мне пригодится. Джон вздохнул и попытался запрыгнуть Шерлоку на спину. Тот сразу наклонился, понимая безуспешность этой попытки. Джон обмотал нитью талию Шерлока. — Скажи мне, ты боишься высоты? — Шерлок! Я сижу на богомоле! У меня над головой твои чёртовы захваты! Шипы у тебя на спине могут распороть мне живот! Поэтому сделай одолжение, молчи и ползи! И без тебя тошно! Шерлок засмеялся и подпрыгнул, врезавшись ножами в деревянную обшивку стены. Джон действительно старался убрать из головы все мысли. Чем выше Шерлок поднимался, тем сильнее был страх. Один раз Джон не выдержал и вцепился зубами в воротник пальто Шерлока. Его обоняние уловило аромат кожи богомола. Шерлок пах свежей травой и лилиями. Наконец Шерлок остановился и попытался нанести новый удар по стене. Волна воздуха отшвырнула его. Они повисли на нити, которую Джон успел выпустить из руки и приклеить к дереву. — Ага! Вот и окно! Нас отшвырнуло ударной волной. — Шерлок! Как ты думаешь, легко шелкопряду держать на себе богомола? — Извини, я сейчас. Шерлок разбил скрытое окно, и они пролезли в комнату, заставленную ящиками от пола до потолка. У Джона всё ещё дрожало всё тело, а Шерлок уже начал развивать бурную деятельность. Он вскрывал своими хитиновыми пластинами ящики и увлечённо копался в картотеках. — Документы могут быть где угодно. Мы ищем материалы о новом шприце и недавно полученных ядовитых веществах. Думаю, сведений об экспериментах тут не будет. Джон снова выпустил из рук нити и приклеил их к каждому ящику. Вырванные крепления открыли доступ ко всем документам сразу. На пол посыпались целые горы бумаги. — Хм, Джон, у тебя в роду пауков не было? Обычно они так применяют нить и тоже склонны к вандализму. — Нет, Шерлок, я просто не хочу погибнуть от осиных жал. Шевели поршнями! Джон бросился разгребать бумажки из травяного материала. Он плохо понимал, что нужно Шерлоку. Главное, найти это за пять минут. Естественно, они не успели, под потолком взвыл сигнал тревоги. Двери в комнату открылись и впустили того, кого Джон меньше всего ожидал увидеть. Богомол! В несколько раз крупнее Шерлока и старше, он обнажил свои захваты и не спеша, словно танцуя, приблизился к собрату. — Ты всё же это сделал, глупец, — зашипел он. Клещи столкнулись так, что проскочила искра. Джон сидел под слюдяным столом, на оценку возможностей противников он затратил считанные секунды. Богомол-охранник значительно крупнее, если он и не убьёт Шерлока, то покалечит. Страшно изуродует, а осы их добьют без жалости. Есть только один выход. Джон сжал плечи и стал быстро напрягать и расслаблять мышцы живота. Всю нить в себе он объединял в один-единственный заряд. Когда шёлк оплёл ноги богомола, тот его даже не заметил. Разорвал, как нитку. Но шёлка становилось всё больше, он закручивался в кокон, не давая пошевелиться. Шерлок не нападал, с удивлением смотрел как противник с руганью падает на кипу документов. — Джон! Ватсон пришёл в себя уже на пороге дома, голова кружилась. Затратив все запасы нити, шелкопряд прибывал на грани смерти от обезвоживания. — Пить, — Джон с трудом мог открыть рот. Шерлок бросился на кухню, в спешке он буквально оторвал дверцу хранилища продуктов. Он вливал в Джона нектар, пока того не стало тошнить. — Хочешь листик? Странно было видеть такого испуганного богомола. Беспомощность сбросила с Шерлока маску самодовольного убийцы и открыла возраст. Он совсем недавно вошёл в возраст размножения. — Мне нужно восстановить силы, окуклиться. Только вот нечем. — Сейчас мы что-нибудь придумаем, — Шерлок подхватил Джона на руки и потащил наверх. Бросив на кровать, стал обматывать одеялами и своей одеждой. — Спасибо, так почти хорошо. Ты нашёл документы? Ответа Шерлока Джон уже не услышал. Когда Джон проснулся, за слюдяной пластиной окна было темно. Сколько он проспал, пару часов? Скорее, целый день. Как неловко, Шерлок не должен был видеть его в таком состоянии. Нужно как можно быстрее встать и извиниться. Из гостиной слышны голоса, оба собеседника говорят быстро и зло. — Вот твои документы, Шерлок. Как ты мог! Никто, кроме нас, не понимает, чем ты рискуешь. Этот шелкопряд — не просто твой возможный единственный друг, рискнувший ради тебя жизнью! Не только наш единственный шанс изловить опасного маньяка! Он…. — Замолчи, он проснулся и слушает нас. Джону ничего не оставалось, как войти в гостиную и тут же замереть с открытым ртом. В кресле напротив злого Шерлока сидел тот самый ужасный богомол! — Джон Ватсон? Шелкопряд, врач, единственный ученик последнего в этом мире военврача, жука Ганса Шрёдера. Возвращаю вам вашу вещь. Прекрасный материал, прошу заметить. В руке у богомола была скрученная в клубок нить Джона. — Позвольте познакомиться ещё раз. Я — Майкрофт Холмс, глава службы безопасности её величества, наследник рода Орнуоллов, самой богатой семьи Лондона, не принадлежащей к правящим кругам, и старший брат этого замечательного детёныша. — Не называй меня детёнышем! — Я запретил ему играть в эти игры с расследованиями и приключениями. Мамочка волнуется. Но, конечно, он не слушается меня. На стол упала папка с документами. — Тут всё, что ты ищешь, Шерлок. Но об этом странном убийце и его целях нам тоже ничего не известно. А его первоначальный план ты знаешь и обязан просветить Джона. До свидания. Богомол гордой походкой удалился. Джон смотрел на Шерлока, спокойного, полного непрошибаемой уверенности, свойственной хищникам. А потом ему сорвало крышу. С рычанием Джон прыгнул на Шерлока и вцепился руками ему в горло. — Какого чёрта! Почему ты меня держишь около себя! Как ты можешь так издеваться надо мной! Я чуть не издох, спасая твою мерзкую шкуру! А он твой брат! Брат! Ты меня дуришь, используешь в своих целях! Я могу постоять за себя, понятно! Вопли Джона Шерлок прервал самым диким образом. Конечно, шелкопряду никогда не удастся навредить богомолу. Шерлок балансировал в кресле, опираясь ногой на стол и легко удерживая Джона на коленях. Одна его рука поглаживала живот Джона через одежду. Касаться живота можно только в одном случае — намёк на спаривание! Второй он обнимал его за плечи. Вернув кресло в нормальное положение, Шерлок резко встал, выпуская захваты из спины. Острые концы толкнулись в спину Джона. — Я переступил черту, да? — Да, доктор. Но не совсем ту, о которой думаешь. Джон знал одно: нельзя приближаться к богомолу на расстояние удара. Они пожирают всех и всё. Захваты не давали ему отстраниться, а губы Шерлока жадно припали к его губам. Джон исчез, растворился в пелене адреналина и невероятного по силе желания. Разные виды, одного пола, это невозможно! Ничего более противоестественного быть не может. Тогда почему Шерлок держит его на руках, почему Джон касается языком острых, как бритва, мощных клыков? Почему Шерлок с таким упоением слизывает с его губ секрет? Захваты сжались на рубашке Джона и одним движением разорвали её пополам. — Шерлок?! Остановись! — Это было лишнее? — голос богомола звучал глухо, его фасеточные глаза светились чернотой. — Да, это всё… Прости, мне нужно поспать… Джон позорно убежал из гостиной, Шерлок упал обратно в кресло. Шелкопряд? Он боялся за его жизнь? Захотел спариться с ним? Что ж, факты отрицать нельзя. Когда Джон попытался подраться, он не смог сдержать странное желание, преследующее его с самой первой встречи. Неестественное? Кто это сказал? Шерлок встал и поднял с пола нить, отрезал кусочек и положил под слюдяную пластинку. Потом собрал со своих губ капельки секрета. Он открыл журнал. — Образец три и четыре, продолжение наблюдения. Поведение объекта меняется. Цель исследования — изучить первую в истории бабочку шелкопряда, вступившую в стадию созревания.