Ночные разговоры пробуждают откровенность.

В кабинете информатики, ранее математики, царил полнейший беспорядок: усталые после очередной попойки в отсутствии родителей парни пытались абстрагироваться от громкого галдежа; девушки, собравшись в круг, обсуждали безвкусный наряд бедняжки Роуз, которая имела несчастье столкнуться с ними утром; лузеры и аутсайдеры, притихшие на задних партах, старались слиться со стулом, а некоторые, те, кто более равнодушно относятся к обществу, предпочли громкому трёпу любимую музыку. Дверь кабинета бесшумно распахнулась и в класс медленно вошёл светловолосый паренёк с несколько женственными чертами лица и яростным взглядом. Останавливая несколько секундное внимание на каждом притихшем однокласснике, Уэй прошёл к своей парте, кинув взгляд на соседний стол, откуда на него воззрились несколько пар глаз. Предложив собеседникам договорить чуть позже, Фрэнк опустился на соседний стул, вопросительно поднимая бровь. Таким он видел Джерарда третий раз в своей жизни — сдержанный гнев, презрительное отношение к любому источнику шума и движения, вздёрнутый подбородок и рассерженно сжатые губы. — Что случилось? — в конце концов не выдержал парень, смело встречая испепеляющий взгляд оливковых глаз. — Ничего не случилось, Айеро, — сквозь зубы процедил Уэй, делая глубокий успокаивающий вздох, вот только нихрена это не успокаивала, лишь заставляло давиться кислородом до сдавленной боли в лёгких. — Джерард, ты действительно считаешь, что мой ум и внимательность не достаточно сильны, чтобы разглядеть твоё состояние? Или же ты после нескольких лет наших отношений решил признать меня недостойной кандидатуры для твоего доверия? — сдержанно поинтересовался Фрэнк, сцепляя пальцы в замок на столешнице. — Если бы было что-то, чем я бы хотел поделиться или узнать твоё мнение, то не сомневайся, прямо бы озвучил своё предложение, поинтересовался твоей точкой зрения и принял это во внимание; сейчас же дела обстоят иначе, и я вполне образован и расчётлив, чтобы разобраться во всём сам. — Удивительно. Столько лет мы разбирались во всех появившихся проблемах вместе, не зависимо от степени их сложности и конфиденциальности, а сейчас ты вдруг решил показать себя как глупого пугливого подростка, который предпочитает действовать в одиночку, абсолютно не желая выслушивать чьё-либо мнение, — сухо произнёс Айеро, удерживая зрительный контакт. Честно говоря, поведение его парня несколько настораживало, потому что раньше Джерард ничего не скрывал, а рассказывал обо всём ему, Фрэнку, насколько бы личными не были темы. Неужели он где-то допустил ошибку, из-за чего доверие Уэя пошатнулось к нему? или же данная ситуация настолько затруднительна, что он не желает впутывать в это Айеро? — Сейчас начнётся урок, — проигнорировал предыдущие слова друга художник, открывая учебник на нужной странице, — и тебе следует не отвлекаться на глупую болтовню, если ты хочешь сдать экзамены на своём уровне. — Конечно, — беззвучно шепнул Фрэнк, откидывая слегка отросшие волосы назад и записывая тему урока в тетрадь. Если Джерард считает, что сможет просто игнорировать данную тему и притворяться, будто этого разговора не было, то очень сильно ошибается, иначе, думает гитарист, я не Фрэнк Айеро.

***

Парень с зализанными назад волосами лениво ковыряет какой-то салат, переводя недоуменный взгляд с одного друга на другого; рядом, встав на стуле на колени, чтобы быть выше и иметь бóльшую свободу действий, подросток с оленьими глазами, в которых горел озорной огонёк, разделял ярко-голубые кудрявые пряди лучшего друга, проклинающего себя за согласие «поэкспериментировать с волосами». Откинув пластиковую вилку и откинувшись на спинку стула, Брендон шумно выдохнул: — Может кто-нибудь из вас всё же объяснит мне, что за кошка между вами пробежала? — Тайлер, ранее обдумывающий чем закрепить косичку, выпустил мягкие локоны из рук, наклоняясь ближе к столу. Эти двое что, серьёзно поссорились? Видимо он действительно не особо внимательный по части чужих отношений (не говорите Дженне, ведь она оказалась права). — Что случилось? — спустя несколько минут напряжённой тишины включился в разговор Джозеф, стараясь не обращать внимание на гневные оскорбления своего ударника, который пытался распутать маленькие косички. — Не знаю, Айеро последнее время ходит какой-то напряжённый, — безразлично кинул Уэй, прожигая взглядом испуганную таким вниманием девчонку. — Джерард просто решил, что сейчас самое подходящее время вести себя как полный кретин, — раздражённо отозвался Фрэнк, скрещивая руки на груди и впиваясь взглядом в напряжённое лицо своего парня. — Откуда в твоей речи появились эти плебейские слова? Неужели рвение молодёжи казаться куда более «круче» и использовать безобразный сленг настигло и тебя. — Твой перевод тем представляет собой довольно глупую и детскую тактику, — разочарованно покачал головой Айеро. — Ты постоянно кичишься своим более серьёзным и здравомыслящем поведением, а на деле выходит, что это не более чем попытка казаться лучше остальных. — Я никогда не пытался казаться лучше, чем есть на самом деле, и ты прекрасно осведомлён об этом. Из всех возможных приёмов, которые существуют в психологии, ты выбрал метод давления на самолюбие, — удовлетворённо улыбнулся Джерард, поднимая глаза на собеседника, — браво. — Не столь важно, какие приёмы использованы мной, главное, чтобы они давали результат — твои слова, помнишь? — лукаво прищурился Айеро, наклоняясь к другу. — Я не собираюсь пытаться как-то тебя задеть и заставить рассказать всю правду, — кивнул он, — но тем не менее не могу не просить тебя поделиться со мной своими переживаниями, потому что чтобы там не случалось, мы всегда были вместе и поддерживали отношения, основывающиеся на доверии, а сейчас велика вероятность того, что в будущем каждый пойдёт по отдельности. — Может кто-нибудь что-нибудь всё-таки скажет? — нарушил продолжительную тишину Тайлер, переглядываясь с таким же недоуменным Брендоном. — Скоро начнутся уроки, а просидеть всю перемену в тишине никому, думается мне, не льстит. — Хорошо, — пять минут спустя произнёс Джерард. — Это касается наших семейных устоев. С недавни- — Твою мать! — громко перебил Джош, к которому все обернулись с вопросительными взглядами. Рядом стоял какой-то высокий паренёк, держа в одной руке пустой поднос — Джастин, вспомнил его Фрэнк, — а второй прикрывал красное лицо. Посмотрев на расползающееся на рубашке и джинсах тёмное пятно, Дан встал на ноги и сделал шаг к виновнику произошедшего. — У тебя глаз что ли нет, или ты считаешь, что я именно тот, кто заслужил подобное дерьмо? — Плебей, — одновременно кинули Фрэнк с Джерардом, переглянувшись. — Прости, чувак, я не специально, — пролепетал Джастин, пытаясь салфеткой кое-как утереть пятно на ранее белоснежной рубашке. Тайлер возмущённо округлил глаза, делая резкий шаг к другу, и, вырвав салфетки из чужих рук, несколько раз промокнул джинсы друга, после чего отбросил ненужную бумагу на стол. — Это мой бро, чувак, только я могу трогать его так откровенно, — раздражённо осадил незнакомца со слишком длинными конечностями Джозеф. — Но я просто пытаюсь помочь, — вновь предпринял попытку подойти к Дану Джастин, но ему помешал вставший на пути подросток, который оттолкнул зардевшегося парня назад, делая страшные (как он считал) глаза. — Тайлер! — негодующе воскликнул Джош. Вышеупомянутый резко развернулся, впиваясь в растерявшегося лучшего друга обиженным взглядом. — Что? Хочешь, чтобы он продолжил тебя трогать? Тогда мне следует отойти, — сделал большой шаг назад Джозеф, приглашающе разводя руки и жутко улыбаясь. — Пожалуйста, Хрен-Знает-Как-Тебя-Оболью-Джоша-Дана-И-Полапать-Не-Забуду, продолжай своё увлекательное занятие! У него ведь нет лучшего друга, который всегда готов помочь, так стань им! — раздражённо выкрикнул он, одаривая бывшего лучшего друга и придурка убийственным взглядом, прежде чем быстрым шагом покинуть столовую, расталкивая на своём пути собравшихся поглазеть школьников. Да что вообще возомнил о себе это Дан? Пусть теперь этот придурок Джастин мается с ним и его забавным тупым смехом, сияющими идиотскими глазами и прекрасными ужасающими родинками, на которые Тайлер слишком часто завороженно пялится. Джош, бровь которого поднялась слишком высоко, тяжело вздохнул, прикрыв на секунду глаза. Как же иногда с Джозефом бывает сложно, кто бы только знал. Одарив растерянного высокого паренька невозмутимым взглядом, Дан попросил прощения у оставшихся друзей и удалился, намереваясь вернуть друга в состояние спокойствия и забавной невинности. Брендон протянул что-то на подобии «да, вот это поворотистый поворот», после чего с широкой заговорщической улыбкой добавил «как милая пожилая парочка. Сделаю тебе одолжение, Тайлер». Фрэнк на это закатил глаза, оборачиваясь, чтобы узнать наконец, что гложит его парня уже несколько дней, но тот, похоже, уже ушёл. — Джерард, — удивлённо воскликнул Айеро, отказываясь принимать, что его взрослый, самоуверенный Уэй просто по-тихому свалил, надеясь избежать разговора. — Он что, сбежал? — с необъяснимой радостью поинтересовался Ури, весело посмеиваясь. — Какой ты зверь, Айеро, от тебя даже самовлюблённые снежки сбегают. — Просто замолкни, Брендон.

***

Маленькая птица с ярко-зелёными перьями, поблёскивающими на солнце, неловко поднялась в небо, исчезая где-то за многоэтажным жилым домом и забирая у Пита цель для наблюдения. Райан снисходительно покачал головой, стараясь не закатывать глаза, потому что серьёзно… -…ты разукрасил бедную птицу баллончиком краски? — Да, почему бы нет, — беззаботно пожал плечами Вентц, поворачиваясь к другу и наклоняя голову в бок. — Где Патрик? — С Джошем, они вроде бы говорили что-то о маркерах, — Росс перевёл взгляд на подошедшего Джерарда, за которым важно шествовал Айеро, стараясь держать расстояние. — Неожиданно. — Представляешь, что вчера в столовой было? — медленно произнёс Фрэнк, прожигая взглядом безразличного ко всему художника. — Уэй сбежал от разговора. — Ты сбежал от разговора? — неверяще переспросил Райан, удивлённо переводя взгляд с одного на другого. — О чём вы собирались поговорить? — Он должен был рассказать, что тревожит его в последнее время, но видимо я не вызываю доверия, раз Джерард предпочёл побег разговору, — безразлично пожал плечами Айеро, опускаясь на скамью. — Дело не в этом, мы это обсуждали. — Тогда в чём дело? — раздражённо отозвался гитарист, встречаясь взглядом со своим парнем. — Хочешь знать правду? Хорошо, — согласно кивнул Уэй, убирая волосы за уху. — Я женюсь, — Дженна, до этого пившая какую-то смутно безалкогольную газировку, подавилась, поднимая глаза к небу. — На ком? — На Линдси Баллато, — переведя взгляд на подругу, проинформировал художник. — Охеренно, — слишком сильно, по мнению Райана, кивнула девушка, вновь присасываясь к бутылке. Фрэнк смотрел на своего парня несколько долгих минут, прежде чем развернуться и пойти в сторону выхода. Пит, покусывая нижнюю губу, хмурился, пытаясь понять логику действий Уэя, который, казалось, являлся однолюбом и должен был прожить с Айеро всю жизнь. Райан, единственный, кто всё ещё ожидал от друга каких-либо действий, удовлетворённо улыбнулся, видя, как Джерард быстрым шагом направился вслед за гитаристом. У него была практически сто процентная уверенность в том, что эти двое останутся друг с другом не зависимо от чьего-то мнения и обстоятельств; слишком уж крепкие, по мнению Росса, у них отношения, чтобы рушить всё из-за какой-то неожиданной невесты. Выплыв из-за кустов и перегородив дорогу Фрэнку, Уэй опустил руки на чужие плечи, слегка сжимая. Он предвидел реакцию подростка ещё с того момента, как услышал об этом впервые, поэтому старался оттянуть неизбежное настолько далеко, насколько это возможно. Конечно это не значит, что Айеро узнал бы обо всём за час до свадьбы, но тем не менее несколько месяцев можно было выиграть. — Отпусти, — жёстко произнёс гитарист, испепеляя взглядом человека напротив. — Ты даже не собираешься выслушать меня? — ничуть не испугавшись, поинтересовался Джерард, уже заранее зная ответ на свой вопрос. — Нечего слушать. — Это не моё решение, — удерживая вырывающегося парня, оповестил художник, делая шаг вперёд. — Ну конечно не твоё, тебя родители заставили, — хищно улыбнулся Фрэнк, намереваясь в первый и последней раз ударить друга, после чего обрубить все концы их общения. — На самом деле да, — устало выдохнул Уэй, наклоняясь ближе к застывшему собеседнику. — С недавних пор в нашей семье появилась традиция, следуя которой будущий наследник должен жениться на девушке из равной ему семьи. — Коей моя не является, — перебил Фрэнк, невесело усмехаясь. — Не для меня, для родителей. — Джерард, мы ведь не в девятнадцатом веке, где принц должен жениться на принцессе, — не давая себе повода оправдать друга, уверенно заявил Айеро. — Мои родители считают иначе. Отец думает, что чтобы сохранить семейный бизнес моя жена должна разбираться в политике и экономике не хуже меня, — закатил глаза художник. — Будто бы мне вообще есть хоть какое-то дело до этого. Думаю, точнее знаю, ты достаточно умён и понимаешь, чем я руководствовался, когда отказывался сообщать тебе об этом. — Тем не менее ты женишься, — медленно произнёс Фрэнк, глубоко вздыхая. — Я этого не хочу, да и единственное, что могу сделать — отказать отцу, но тогда тебе придётся делить со мной комнату, а Линда вряд ли будет довольна этим, — гитарист заговорщически ухмыльнулся, внимательно наблюдая, как его парень настораживается. — Нет, Фрэнк, даже не думай. — А если мы поженимся? — В восемнадцать лет? Это верх безрассудности, — поучительно покивал головой Уэй, — и мой отец тебя убьёт, а затем и меня. — Тебя волнует, что мистер Уэй разочаруется в тебе? — Ты же знаешь, что мне глубоко плевать на него. — Тогда просто доверься мне, я что-нибудь придумаю, — Джерард скептически поднял бровь, зная, что рвение парня всё равно не окупится, но всё же Райан прав, иногда он просто хочет побыть наивным подростком, верящим в чудо. — Договорились.

***

Высокий светловолосый парень облокотился плечом на ближайшую кирпичную стену, с ухмылкой разглядывая весёлую девчонку, по-блядски раскинувшую ноги на асфальте и самозабвенно затягивающуюся косяком. Подождав, пока шумная пьяная компания, только что вышедшая с бара, закончит «интеллектуальный» нечленораздельный разговор, блондин подошёл к девушке, насмешливо оглядывая её. — Каковы успехи, Зотти? — Ну, совсем скоро я выполню первую часть плана, — протянула та, заливаясь громким смехом и облизывая нижнюю губу, — а потом остаётся дело за малым. — Думаешь, раз у меня не получилось, выйдет у тебя? — Ты слишком много думаешь, мой сладкий мальчик, и ты не девушка, на тебя никто не клюнет, даже гей, — выдала вердикт Зотти, прежде чем сделать несколько глотков из бутылки скотча. — Времени месяц. Облажаешься — этот месяц будет последним, когда ты будешь чувствовать свободу. Парень презрительно скривился, обходя знакомую, и вышел из переулка, принимая безразличное выражение лица, а около чёрного входа прозвучала какая-то попсовая песенка, заглушённая истерическим смехом.