Деньги правят миром

***

Первое же собрание в Выручайке, куда ребята еще в прошлом учебном году начали приходить каждый вечер, не сговариваясь, практически продолжило их дорожные разговоры. Разве что они обменялись тем, кто какие предметы выбрал, и удивились, что Трелони непривычно резко для нее отказалась от Прорицаний. — Разве тебе не надо учиться управлять даром? — Если бы тут учили этому! Здесь все только хуже станет. Я прочитала про курс, он создан для того, чтобы разбудить дар, если у кого-то он есть. А куда мне еще будить-то? — Это да… — А где могут научить нормально управлять? — Только те в родне, у кого был дар… — Неужели в Англии никого не найдется? — Попробуй найди. Искать активно — это все равно, что разболтать о своем даре всем на свете. У нее и так неплохо получается, разве нет? Сивилла покачала головой. — Это по мелочам неплохо. А по-настоящему… — Какая разница, все равно в секрете уже ничего не удержишь. У Фортескью тогда человек десять сидело. Может, наоборот, начать искать как можно активнее и даже изображать, будто дар то есть, то нет… — Предлагаешь прикинуться ненормальной шарлатанкой? — Ну да. И всем будет не до Сивиллы. — Смеяться будут… — Пусть лучше смеются, чем пытаются против твоей воли прибрать тебя к рукам. — Да… ты прав, Северус. Я так и сделаю. И даже то, что я от Предсказаний отказалась, можно будет понять так, что я боюсь, чтобы мой «обман» не рассекретили! — Умница… — Да сколько можно о грустном! — возмутился наконец Пит. — Сивилла, пока ты в Хогвартсе, стоит опасаться только директора, ну да он вряд ли займется тобой прямо сейчас — все-таки хоть чему-то научиться ты должна. Так что пока не старайся особо, хорошо? Так, по случаю, пару глупостей в год, и хватит. Думаю, до сдачи СОВ можно более-менее быть спокойными, а потом видно будет. А вот кого я вам сейчас покажу… И достал своего фамильяра. Хомяк поднялся на задние лапы, смерил присутствующих оценивающим взглядом черных глаз-бусинок, встал на все четыре и почесал задней лапой спину. Девочки дружно пискнули и потянули к нему руки, парни заухмылялись, и только Снейп понимающе протянул: — Замечательная маскировка… И тут до остальных дошло. Все так и сели. — И ведь поди теперь знай, кто тут пробежал… Настоящий хомяк или?.. — Ну ты и хитрец, Петтигрю! — Это не я, это мне предки подарили. — Офигенные у тебя предки. А, я это уже говорил… — Эх, теперь бы всем нам фамильяров по аниформе… — Ага, вот Эйвери-то порадуется. В Африку придется за нильским вараном ехать. — А как он будет смотреться в гостиной Слизерина… — А что? Вполне себе гармонично! Змеям же родня. — Не, манулу там будет лучше, у него шуба хорошая. — Мальсиберу тоже не ближний свет, если что. Манулы и у себя в Азии встречаются весьма редко. — И с крыланами немногим проще… Хотя да, Северус, заведи-ка ты себе тоже, только выбери кого покрупней. — Предлагаешь мне пойти помышковать? — Не пойти, а полететь… — А… тогда может быть. — Ха! Только до меня одного дошло, как наши аниформы подходят факультетам? Смотрите, слизеринцы — манул, летучая мышь и ящер… Гриффиндор — рыжие куница и хомяк. Дрозд немного не в тему… хоть тоже местами рыжеватый. — Дрозд орет громко. — Точно! — Хорошо, для Эванс куницу достать будет проще. Все-таки они здесь водятся. Хочешь? — Спрашиваешь! А где? Я в магазине не видела… — Для фамильяров лучше самим ловить молодых животных. Но мы поможем, если что. Только сперва научимся. Потерпишь? Лили кивнула. — Я уже понял, — улыбнулся ребятам Люпин. — Я сам поймаю. — Ты умеешь ловить птиц живыми? — изумился Пит. — Конечно. Я мальчишкой певчими птицами приторговывал… — Отличненько, да здравствует Хогвартс-зоопарк, — Пит предвкушающе потер ладони и осторожно забрал Пирса у Мэри. — Надо еще будет как можно тщательней провести ритуалы привязки, чтобы можно было управлять своими питомцами. Их можно сделать по-настоящему волшебными — и жить будут долго, и хозяев хорошо понимать, и холод наш им не будет так страшен. А то ведь выбрал кое-кто себе южных обитателей. Я тут из дома взял кое-что… А Сивилле и Мэри надо срочно заняться анимагией! Девчонки согласно закивали, энтузиазма им теперь было не занимать, так что Петр решил, что у них все быстро получится. А записки Петтигрю и Фосетта про фамильяров после множественного Джеминио ребята растащили моментально.

***

Люпин не стал откладывать. Он использовал первое же полнолуние, когда директор, как всегда, сослал его в Визжащую хижину, первым пробрался к Запретному лесу и обзавелся собственной забавной птичкой. Любопытная молодая самочка певчего дрозда, услышав в сентябре весеннюю песню, не могла не посмотреть, что за кретин залетел на их опушку… Самец был просто шикарен. Шоколадная спинка и хвост и такие же четкие крапины на желтовато-охристых боках, горле и светлом животике, а уж когда тот призывно махнул крыльями, явив ярко-рыжие пуховые перья под ними… Она была поражена. И подлетела ближе, чтобы попытаться вправить мозги болвану, который, кажется, собрался загнездиться на зиму глядя, но сама едва не отдала концы, оказавшись в лапе здоровенного оборотня… Так что ритуал пришлось проводить сразу же, и отнюдь не в удобной Выручайке, а в Визжащей хижине. Хорошо, Пит страховал приятеля, предварительно угостив «любимых соседей» сонным чайком от Снейпа. Хотя, если хорошо подумать, какой ушибленный поперся бы за ним в пять утра?.. Но Петр всегда предпочитал перестраховаться: Лютный переулок такому научит любого, а если не научит, то и говорить будет не о ком. Воспрянувшая после ритуала пичуга обиженно посмотрела на новоявленного хозяина, нахохлилась и отвернулась. — Думаешь, я собирался гнездо с тобой вить? — спросил ее Ремус. — Тебе не кажется, что время к зиме и пора уже лететь в теплые края? Я, конечно, чувствую себя немного обманщиком, но какие-то мозги в твоей собственной дроздиной голове есть? Птица обиженно свистнула и брезгливо дернула хвостом. Люпин продолжил. — Зато ты теперь просто жить будешь долго. И зима тебе уже не страшна, если еду найдешь. Да и я подкормлю, не вопрос. Виноват все-таки. А то давай ты попоешь, я самца поймаю, с мужиками оно как-то проще. Пичуга распушила перья, подлетела и больно клюнула парня в ухо. А потом сделала еще пару подлетов, подозрительно подергивая хвостом — Ремус едва успевал отстраняться. — Да ты боевая девчонка! — одобрил он. — Сработаемся? Кивни, если согласна. Птица внимательно посмотрела ему в лицо и медленно склонила головку. — Как же назвать тебя? — задумался Ремус, но тут же нашелся. — О! Альфой будешь? И услышал в ответ довольную трель. В мальчишеской спальне новую жительницу приняли довольно спокойно. — Только если орать будет… — начал было Поттер, но его перебил приятель, известный любитель всего музыкального. — Это ж певчий дрозд, они классно поют! Пусть, это ж как будет здорово: за окном зима, а у нас птичка щебечет. Люпин поперхнулся, а дроздиха посмотрела на их соседей, как на идиотов. Питер едва сдержал смех. А Ремус полез оборудовать питомице насест в своем укромном углу. * * * Когда после очередного сбора в Выручайке все собрались уходить, Пит попросил Северуса остаться. Ему нужно было наконец узнать, что произошло у Фортескью между Лордом, Малфоем и его другом. Снейп обрисовал ситуацию буквально парой фраз: как Петр и думал, Малфой рекомендовал его как способного зельевара «Милорду». — Ну и как тебе милорд вблизи? Снейп пожал плечами: — Нормально в целом. Только… есть ощущение чего-то, будто ненастоящего. Он не переигрывает, он… словно не совсем живой. И реакции у него немного странные. И зрачок… знаешь, такой почти вертикальный. Любопытно было бы узнать, какая у него аниформа. Договорились, что я могу подрабатывать на его заказах, пока учусь, если у меня, конечно, получится. Заплатить хорошо обещал. — Северус, ты же понимаешь, что это не просто клиент? — Конечно. Знаешь, я тут подумал… К ужасу Петра, Снейп буквально рвался в… шпионы. И для того, чтобы свернуть его с этого пути требовалось, как выяснилось, не меньше усилий, чем свернуть носорога с тропы к водопою. У Пита не хватило. Даже когда он упомянул Лили, парень лишь покивал: — И для Эванс будет защита, если я буду нужен Лорду, она же мой ассистент… — Ты уверен, что он, с его-то политикой, не найдет тебе другого? — Зачем? — Наивный ты. Вот скажи, если ты заявишь ему, что, например, собрался жениться на магглокровке, что будет? Северус задумался. — Не знаю. — Вот то-то же. Так что работу бери, конечно, только несложную. Чтоб он на тебя особо видов не имел. — И если что, зачистил вместе с остальными? Ну извини… — Кстати, а Малфой подтверждает, террор действительно начинается? — Кстати, нет. Они собираются провести как можно больше своих людей в Министерство, а взять большинство в Визенгамоте рассчитывают уже в конце этого года. — Ладно… Думай сам, только очень прошу, не очень высовывайся перед Лордом. А пока давай-ка поставим защиту, чтобы в нашу Выручайку никто больше не смог ни зайти, ни залететь. А то в прошлый раз я как феникса увидел, чуть не окосел… от «щастья». Снейп ухмыльнулся в ответ на незамысловатую шутку. — Давай, чем помочь? Когда они закончили, Петр решил закинуть еще одну удочку: он понадеялся, что если Снейп увлечется ментальными практиками, то зелья немного отойдут для него на второй план и особо стараться для Лорда тот не станет. И выдал ему пару книг, взятых из домашней библиотеки. * * * — И что ты так долго? — Эванс дожидалась друга этажом ниже. — Выручайку зачаровывали от чужих. Чтоб никто не мог пройти, кроме нас, даже животные. — А фамильяры как же? — Так они же на нашу кровь и магию привязаны или будут привязаны, так что почти как мы… Пройдут ведь? — Снейп повернулся к Питу, чтобы уточнить. Тот кивнул. «Точно, надо будет попробовать Эванс припрячь, если она не отговорит этого героя, то… никто не отговорит. Это уж точно», — подумал Петр и попрощался с ребятами. Вскоре выяснилось, что Эванс тоже не умеет двигать носорогов, а вот с менталистикой он попал в яблочко: Снейп почти забросил лабораторию аж до зимних каникул. А в первый месяц так вообще выбыл бы из школьной жизни, если бы не подруга. Та, сердито хмурясь, выговаривала ему о том, что надо хоть иногда смотреть по сторонам, ходить на приемы пищи и уроки делать. А еще умываться и спать. Одна беда — на Слизерине ее не было, правда, Эйвери с Мальсибером после просьбы Лили прониклись, стали помогать. Заключалось это обычно в том, что они таскали парня на завтрак, обед, ужин и некоторые уроки, которые тот начал было понемногу прогуливать. Но Снейп, зараза, и этих с пути свернул, поделившись, как водится, интересными вещами. Так что слизеринское трио все первое полугодие отличалось почти патологическим усердием к чтению, задумчивостью и практически полным игнорированием всего остального. Так, мимо них прошло то, что Локонс с директором перешел едва ли не к личному ученичеству, хотя Слагхорн в качестве противовеса тоже был весьма хорош. А вот Флитвик почему-то совсем перестал интересоваться собственным питомцем. Гилдерой таки зазнался, правда, лишь по отношению к «своим крестным». Зазнаваться, помешивая котел с экспериментальным зельем, оказалось как-то не с руки. Но в зачарованном блокноте он писал ребятам все меньше и меньше, пока не прекратил совсем. Джеймс Поттер продолжал плеваться в сторону Снейпа и устраивать всякие пакости, но все же немного успокоился, став наконец ловцом сборной Гриффиндора. Теперь почти все свободное время он проводил на стадионе, таская за собой и лучшего друга Сириуса. Погода была им не страшна — старший Поттер квиддич весьма одобрял и снабдил сына и его приятеля всеми полезными вещами, в том числе защитными и согревающими амулетами. Блэк полетать любил и даже отбор в сборную прошел и стал запасным загонщиком. Только вот из-за фамильной блэковской импульсивности все члены команды (кроме Поттера, конечно) активно не хотели допускать его до общей игры. Когда это до парня наконец дошло, он здорово обиделся. И вместо тренировки заперся в туалете с какой-то книжкой. Кажется, очередным индейским боевичком… Правда, его соседи узнали об этом несколько позже. Пит с Люпином вошли в пустую комнату и радостно развалились на кроватях. Они недавно вернулись после вылазки в Лютный, где сбыли Шайверетчу новую партию зелий, в том числе «не очень легального», но пользующегося все большим и большим спросом веритасерума. Вылазка оказалась почти экстремальной, потому что парни второпях не сделали поправку на то, что сами неплохо подросли за лето, так что оборотное перестало действовать в момент их ухода, благо, хоть спиной развернуться успели. Так что сматываться пришлось уже под невидимостью, благо, скорость реакции у Люпина всегда была отменной. — Знаешь, Пит, а меня вчера директор чайком угощал, — «порадовал» оборотень приятеля. — Что сразу не сказал? — нахмурился Пит. — Ты занят был, потом я не успевал, а потом мы в Лютный отправились. — А если на тебе следилки? — Конечно, на мне, — фыркнул парень, снимая со своей пичуги своеобразный ошейник и трансфигурируя его в обычную школьную мантию. — А ты молодец, — прищелкнул языком Пит. — Я-то думал, что это ты в домашней одежде пришел? — А то. Короче, слушай… И парень высказал ему все, что на душе накипело. Мол, его считают темной тварью, но жалеют, хвалят за то, как он борется с «внутренней тьмой», и что Свету, да, именно с большой буквы, может понадобиться грубая сила — его сила… Что он нужен, что должен укротить своего зверя, и так далее. — Получается, ты как в воду глядел. Я — действительно эксперимент. Что-то в духе «Как сделать темное существо преданным делу Света». С какого… я темный, скажи! Но директор считает, что к Свету я должен прийти сам. Вот что за… Я против Света, что ли? Куда еще идти-то? — Ты его спросил? — Ну да. — И? — Да непонятно все! Говорил, говорил — столько всего, а я ничего не могу вспомнить, кроме того, что надо как-то бороться с собой. На фига? А ведь он еще и к моим старикам ездил, оказывается, отцу мозги полоскал. Тот, кажется, сильно жалеет, что меня сразу не пристрелил. Ну то есть, когда покусали. — Директор так прямо сказал?! — Не прямо, конечно, но смысл такой. — А мать? — Она меня боится… — поник волчок. — Когда я приезжаю, даже на глаза не показывается. И отец к ней пройти не дает. Я бы объяснил, да он ничего слушать не хочет! Родители вообще… Он безнадежно махнул рукой. — Да у меня предки точно такие же, хвосторогу им в зад! Хоть говори им, хоть не говори, ничего не желают знать, — Сириус Блэк прямо с порога, к немалому удивлению своих соседей начал грузить их своими проблемами с предками, которые его, кажется, изрядно достали. «Нашел родственную душу», — подумал Петр, но слушать начал внимательно. И не зря. Так Люпин неожиданно нашел полное понимание у Блэка, а Петр словно увидел парня с другой стороны. И у него мелькнула мысль, что здесь что-то не так. Определенно, не так! И он решил попробовать. — Слушай, Сириус… Вот ты же сейчас нормальный. Ты же всегда за справедливость, правда? — Конечно, я всегда за спра… — А Снейп? — не дал ему договорить Пит. — Да я как только увижу этого гада… — Вот-вот, а ну-ка теперь расскажи мне связно, почему он гад?  — А… Э… Джеймс… — Пох мне на Джеймса, они Эванс не поделили, ты мне про себя расскажи. Или ты тоже на Эванс запал? — Пит встроился в речь Блэка, который любил вставить словцо-другое из ненормативной лексики и почувствовал, что его тоже начали воспринимать, как «своего». — Я? Что? Эванс? Не-ет… Я против друга никогда! — Тогда что он сделал именно тебе? Сириус долго морщился, но выдавить из себя так ничего и не смог, так что Пит прервал его потуги довольно весело, поднеся к его носу зеркало. — Смотри, как ты сам удивляешься, что докапываешься до Снейпа. — А тебе-то что до него? — Да вы с Поттером достали уже, — очень вовремя встрял Люпин. — Вы не замечаете, что только о нем и говорите, будто и тем других нет? — С вами уже вообще больше поговорить не о чем стало, — добавил Питер, равнодушно пожав плечами. — Как лучше мячик поймать да как Снейпу гадость сделать. Скучно, господа. Сириус задумался минут на пять. Рекордное, надо сказать, время… — Во, бля… Петр хмыкнул. Ему очень хотелось ответить по-северовски, что-то вроде: «Какой блестящий вывод, сэр», но внутреннее чувство велело держать паузу. И не зря. — А знаете, — разродился наконец Блэк, — вот я его сейчас не вижу и все вроде как нормально, ведь и правда, ничего он не сделал, чтобы гадом его считать. Да и Джеймсу тоже, если уж честно. Но как только я его вижу… — Да-а? А это уже интересно… — Да я и сам вот думаю, что это может быть? Неужели чары? Или что-то еще? Но я же всегда хожу с ам… — Сириус осекся, но его тайна уже перестала быть таковой. — Да вся школа, скорей всего, ходит с «ам», — усмехнулся Пит. — Даже магглокровки ко второму курсу начитались, наслушались и прибарахлились. — Но как же тогда?.. — Я бы спросил еще «кто и зачем»? Заодно припомни, когда это началось? Сириус напрягся, но увы. «А теперь надо кое-что проверить. Зря, что ли, я штудировал тот самый трактат по менталистике, который Снейпу потом дал?.. Чары или зелье, или даже ментальная закладка могут быть завязаны на разные вещи: внешность, ауру, голос, запах. Ну, запах можно отмести, разве что Рем чудить начнет…» И вот тут снова встрял оборотень, сбив Пита с мысли. — Слушайте, а ведь мне тоже хотелось Снейпу гадость сделать… — Когда? — парни изумленно смотрели на Люпина. — В самом начале. А когда познакомились… вроде отпустило. — Получается, у Снейпа есть серьезный враг? — Это не Джеймс. — Ты уверен? — Я его всю жизнь знаю. Он просто… Не умеет он так. — Остается вопрос: кому и чем мог так насолить мальчишка-полукровка? — Думаешь, это на него навесили, а не на нас? Но тогда бы его всем Хогвартсом гоняли… — Слизеринцы нет, у них должна быть защита хорошая. Да и не по чину им уделять внимание полукровке. — У меня тоже хорошая, а ведь… — Похоже, вас определили во враги. — Кто и зачем? — подкинул вопрос Люпин. — Слушай, а может, и Эванс… то есть Джеймса по поводу Эванс… того? Ведь обычная девчонка, а у него крыша едет, когда она рядом. Кстати, почему она только на уроках появляется, а в гостиную не выходит, Джейми достал? Питер кивнул. А потом Блэк начал жаловаться на то, что у него отобрали все записи по анимагии. Люпин выразительно посмотрел на Питера. Тот вздохнул и слез с кровати, тут же зарывшись в свои тетради. — Вот, на, — протянул он записки Блэку. — И нафиг эта мандрагора не сплющилась, тут вообще все просто. Изучай. Когда будешь готов, скажешь.

***

А в это время тот, о ком они так много говорили, бешеной землеройкой рылся в Выручайке-хранилище в надежде найти «еще что-нибудь по менталистике». И не первый раз… Феникс, наблюдавшая за мальчишкой под невидимостью, давно передала это хозяину. Тот долго думал, что лучше выбрать, но в конце концов махнул рукой и послал справочник по менталистике из Отдела Тайн. Приятель — «тайнюк», как их именовали в разведке, был даже не столько приятелем, сколько лучшим другом еще со школьной скамьи. Так что тот просто сунул ему небольшой, но пухлый томик. И надо же было такому случиться, не пролистал на всякий случай его страницы из-за срочного вызова к главе отдела. Феникс унесла книгу, а Главный консультант МИ-6 сэр Оливер Грин отправился на внеочередное совещание. Посвященное, кстати, утечке определенной информации от разведки к гоблинам. После чего именно ему было поручено выследить и обезвредить «крота», на что выдан полный карт-бланш. А в справочнике, который птица несла очень аккуратно, оказались интересные листочки… Разработки одного гения, увы, ныне покойного, изобретшего связку заклинание-зелье, чтобы дистанционно попадать в разум магов через любых животных, способных посмотреть им в глаза. Точнее, заклинаний было два: одно — для смотрящего мага, второе — для животного или птицы, которое при этом становилось полностью подвластным воле волшебника. Зелье же закрепляло эффект и позволяло им пользоваться достаточно долго. Северус едва не забыл, как дышать, когда понял, что ему попалось… А потом окопался в лаборатории. Правда, подошла зачетная неделя, так что пришлось ему все-таки отложить эксперимент. Да и с реактивами было, как всегда, довольно напряженно: их было не так-то просто доставлять, а задействовать домовика Петтигрю, точнее, Фосетта, он пока не хотел. Вот все закончит, тогда… О, тогда он всех удивит! * * * Директор школы был весьма задумчив. Как-то все пошло наперекосяк… Снейпа, которого он прочил себе в зельевары, быстро затмил талантливый мальчик Гилдерой Локонс. Самолюбивый и из хорошей семьи, чистокровной, так что на Тома их никак не спишешь. Пусть живут. С ним будет намного трудней. Может, проще оставить себе все-таки Северуса? Но… нет, зельевар ему нужен самый лучший. Теперь необходимо создать все условия, чтобы мальчик был ему весьма и весьма обязан. И искренне предан. О, надо просто свести их с Люпином. В правильное время. И отбить. Только не самому, пусть это будет давно преданный ему Джеймс Поттер. Отличный ход, отличный. Один минус — сам он остается в стороне, а значит, преданность… Хотя, стоп. Ничто не мешает ему подкинуть пару темномагических книг, в частности, с заклинаниями защиты. Они у Темных весьма просты и эффективны, кстати. Не может быть, чтобы мальчик не клюнул. Люпину, правда, достанется, но… ничего. На волках все быстро заживает. И он подлечит, сформировав у мальчика должное чувство. И, наконец, никто не будет ему говорить, что он слишком медлит со сбором сторонников. Не медлит он! Просто они должны собраться сами. Времени достаточно. В конце концов, кто они такие чтобы торопить его — ЕГО, Верховного чародея?! А амулеты они вернут себе только через его труп! Да и Том очень кстати отправился в какое-то путешествие… И появится, кажется, не скоро. Да хоть бы вообще не появлялся, воевать пока совершенно не хочется. Вообще война — это не его. Как бы это обойти?.. * * * После сданных экзаменов Питер с Ремусом, взяв с Блэка самую страшную из известных им клятв и предварительно предупредив, чтобы Снейп к ним не совался, привели Сириуса в Выручайку. Там-то и состоялось первое превращение Блэка и Сивиллы Трелони. Крошка Мэри справилась быстро, еще в октябре превратившись в чудесную черно-белую кошечку, а Сиви мешал ее дар, тянущий на себя почти все ее не такие уж большие силы. Так что для превращения Пит выдал ей амулет-накопитель. Здоровенный черный пес весело гавкал на птичку и молотил хвостом, пытаясь ее догнать, периодически смешно путаясь в собственных лапах, а большеглазая пустельга дразнила его, то подлетая, то отлетая вверх. Сивилла Трелони на удивление легко овладела своей аниформой… Наконец Блэк осознал, что лай — не лучший способ выразить свои мысли, и обратился. Но не успел он открыть рот… — Вот чуял же я в тебе… что-то родственное и враждебное, — улыбнулся Ремус. — Волки с собаками никогда не ладили. Но мы же — люди? Попробуем вдвоем? — предложил Люпин и обернулся первым. На дружное и довольно злобное рычание из лаборатории выглянул Пит, собиравший там оставшиеся зелья на продажу. — Не сметь! Кому я сказал! — от души рявкнул он. Сириус так и сел, тут же вернувшись в человеческое состояние. — Да ты и без аниформы грозный зверь… — протянул взлохмаченный Блэк. — Едва не круче моей мамаши рявкаешь. Только так нечестно, ты меня видел, а я твою форму не знаю. Ты кто? Когда Пит обратился в хомяка, он хохотнул, и вот уже к нарядному пухленькому черно-рыжему зверьку потянулся здоровенный мокрый нос. «Зря он это сделал», — подумал Ремус, но сделать ничего не успел. Хомяк глухо, но громко рыкнул, подскочил и, недолго думая, цапнул. Пес заверещал от боли и тут же вернулся в человеческую форму, закрывая руками лицо и тихо подвывая. По лицу Блэка обильно текла кровь, и сам он, похоже, был почти готов вырубиться. Питер и Ремус бросились к нему, и через несколько секунд тот осторожно ощупывал собственное лицо со вполне уже целым носом. — Ну ты зверь… Никогда бы не подумал. Хомяк может так рычать? И так зверски кусаться? — А не лезь, куда не просят, — сварливо ответил Пит. — Я откуда знаю, как на тебя аниформа действует? — А… — Ты же ничего не говорил. — Так никак не действует, я так же, как человек, соображаю. — И чего тогда полез? Попугать захотел? Понравилось? — Нет уж, я лучше буду держать свой нос от тебя подальше. — А и держи, я не против. — Трелони, ты как? — крикнул Сириус, и глазастая пустельга спланировала на его протянутую руку. Тот немного сощурился: острые коготки довольно больно прихватили кожу, но после травмированного собачьего носа это оказалось сущей мелочью… — А ты красавица, — он залюбовался птицей. — Самый маленький сокол, но зато одна из самых быстрых птиц. Здорово. Знаешь, я даже завидую немного. — Возвращайся, Сиви, — попросил Люпин. — Дурак, вдруг она за одежду беспокоится? Давайте выйдем, — предложил Блэк, проявив ранее совершенно несвойственную ему галантность. Птица благодарно наклонила голову и взлетела. Когда мальчишки вернулись, перед ними стояла совершенно счастливая девочка. Точнее, не стояла — прыгала от радости. — Теперь меня не догонят! — ликовала она. — Теперь я всегда смогу улететь! Можно не бояться Темного Лорда! Никого не бояться! — Только не запутайся в сетях, — спустил ее с небес на землю Пит. — Умеешь ты все испортить, Петтигрю… — Это вы о чем? — заинтересовался Сириус. И Трелони, не раздумывая, выложила ему все, как на духу, ее друзья даже слова не успели сказать. А когда Ремус попытался прервать девочку, Пит приложил к губам палец. Он решил, что провидица не будет действовать себе во вред, совершенно забыв о том, что о себе прорицатели никогда ничего толкового сказать не могут. Но Блэка неожиданно проняло. — А я знаю один ритуал, сделаем!.. Надо только тебя на каникулы к нам притащить, когда все смотаются. Предки часто по гостям ходят, точно получится. Только чтобы никому, это самый сильный ритуал, и за тобой будут все Блэки, а с нами никто не связывается! — Сириус, ты уверен? — Да конечно! Что я, не Блэк? Спорить было не о чем… Да и вообще спорить с Блэком — дело неблагодарное. — Надеюсь, это безопасно? — Конечно! Отец на матери проводил, когда она была мной беременна. Мне Андромеда рассказывала, когда за своего Тонкса собралась, все сокрушалась, что в наш зал ей не добраться. Хочешь, клятву дам? Я, Сириус Блэк, клянусь никогда не вредить Сивилле Трелони. — И не подвергать ее опасности, — подсказал Пит. — И не подвергать ее опасности. Люмос. Нокс. Вот!

***

На зимние каникулы они отправились поездом, но на этот раз даже в разных вагонах. Слизеринцы — своей компанией, гриффиндорцы — своей. Только девчонки ехали вместе, втроем. Благодаря Блэку, агитировавшему друга на анимагические эксперименты, Петтигрю и Люпин даже Поттера вытерпели. И не прерывали его счастливые воспоминания про квиддич. Еще бы, поймал снитч в последнем матче, так что Гриффиндор наконец стал победителем. Ура? Да ура, конечно, кто спорит. Так что парень остался совершенно доволен, отнеся Петтигрю и Люпина к поклонникам своего квиддичного таланта. Только еще до посадки в поезд Блэк передал Трелони через Эванс записку, в которой значилось то самое: «Площадь Гриммо, 12», Пит, конечно же, прочитал. И через день прогулялся по той самой площади и зачаровал пару порталов в переулочек возле нее: Сивилле и себе, на всякий случай. И тут же отправился к Эвансам: девчонки его уже ждали. * * * Сириус, как обычно, с первого же дня каникул показал себя далеко не лучшим сыном и вообще родственником, так что Вальбурга, Орион и Регулус отправились на прием к Малфоям без него. Но веселиться им пришлось недолго. Примерно через пару часов глава семьи, почуяв неладное, нашел свою жену, оторвал от общения с другими аристократическими детишками сына, извинился перед хозяевами, и Блэки срочно аппарировали к себе. В доме чувствовалось напряжение. В ритуальный зал войти они не смогли: там творилось нечто, чему явно не стоило мешать. Как бы ни были они сердиты на своего старшего сына, убивать его собственными действиями никто не собирался. — Что происходит? — удивленно вскинула брови Вальбурга. Ощущение было странно знакомым, но поверить в то, что это так, она не могла. — Ты не чувствуешь, дорогая? Наш сын привел в дом… о, кажется, уже супругу. — Что? — женщина осела в кресло. Ноги перестали слушаться. — Кого? — Судя по отдаче из зала, наш мальчик только что женился… — Как?! Он же не мог! Он… и не хотел никогда… Ему же всего четырнадцать! — Поздно, дорогая… Когда на пороге комнаты появились двое растрепанных и почти обессиленных подростков, хозяйка дома поджала губы, чтобы сразу не выругаться, а супруг крепко взял ее за руку. Ту самую, с палочкой. — Сириус… Поздравляю, — скупо кивнул парню отец. — З-з-здравствуйте… — протянула девица, пытаясь спрятаться за спиной Сириуса. Сам парень только удивленно наморщил лоб и нахмурился. — Могу я поинтересоваться именем своей невестки? — Кого?! — воскликнули детки дружно в голос, и старшие Блэки поняли: их старший сын попросту не знал, что творит. Ну, как всегда… — Вы наконец представитесь? — теряющая терпение Вальбурга внушала оторопь даже собственному супругу. — Си… Сивилла Т-т-релони… миледи… Девчонка попыталась сделать неуклюжий реверанс, но вместо того пошатнулась и опустилась на подставленный хозяином дома стул. А потом, с ужасом глядя на хозяйку дома, все-таки спросила: — Я… кто? Леди Блэк едва сдержалась, но супруг, пожимая ее кисть в только им двоим известном ритме, напомнил, что она прежде всего — леди. Вальбурга почти нечеловеческим усилием задвинула зашкаливавшие эмоции и включила голову. «Бесприданница? Сирота? Без роду, без племени?! Ужасно. Впрочем, я ей не завидую, — подумала она. — Пожалуй, узнай я о том, что стала замужней дамой таким вот способом, то выглядела бы немногим лучше. Но лучше!» — Что же вас сподвигло, дорогая, на столь поспешное решение? — Какое решение? — слабо пискнула девчонка, едва не теряя сознание. Тут наконец обрел дар речи сынуля. Эге, да он защищает эту соплячку… Скандал в благородном семействе разгорался стремительно, но Орион Блэк не выдержал и расхохотался во весь голос, так, что и жена, и сын просто растерялись. — Ритуал он знает! Ох, ха-ха! Сынок, ты идиот, поздравляю! Знаешь, надо все-таки немного учиться перед тем, как что-то делать… Ох… Ха. Бедная девочка. Как вы вообще на это пошли? Зачем? Хотели окрутить наследника Блэков? Сивилла тихо заплакала, желая провалиться на месте, а Сириус, до которого наконец дошло, что именно он сделал, пока не мог прийти в себя. — Смотри мне в глаза, девочка! Кому я сказал! — рявкнул хозяин дома. Серые глазищи встретились с синими… — Грядут два пастуха, черный и белый. По душу старшего, по душу младшего, на погибель обоим, — не своим голосом произнесла девочка и потеряла сознание. — Пророчица? Настоящая? — леди Блэк уже подняла Мобиликорпусом невестку, отправила на ближайший диванчик и уже аккуратно прикрывала ноги девочки теплым пледом. — Рассказывай, сын, — она обернулась к Сириусу. — Рассказывай все, от начала и до конца, таким не шутят! Ты все слышал? И Сириус рассказал… — Значит, истинная пророчица в семье Блэков. Сириус, пожалуй, мы тебя простим… — И даже выделим вам тот охотничий домик на первое время. Содержание… Сам посчитаешь, по каждой статье, я проверю и подпишу. Доступ к сейфу, сам понимаешь, до твоего совершеннолетия гоблины не дадут. Будешь брать в своем кабинете. Он напротив моего. Сириус только хватал ртом воздух. Свой кабинет? Статьи расходов его... семьи? Домик? — Учти, ты теперь отвечаешь за нее. Если с тобой случится что-то, твоя жена умрет. — Же-на… — протянул непривычное слово Сириус и содрогнулся. — Как? Почему? — Таков ритуал. Читать надо внимательно и до конца, кому я всю жизнь талдычил?! — Я кретин!.. — Да кто бы спорил, мой мальчик, кто бы спорил. — А как же… — Она сможет выжить, только если станет матерью наследника. О, кажется, пришла в себя. Добро пожаловать, девочка… Пророчица в семействе Блэк никогда не будет лишней и обиженной, клянусь тебе в этом! И воспитать твоего мужа — моего сына я тебе помогу, пожалуй. — А… может, не надо? — хором простонали дети. — Ну вот и первое семейное согласие, — хохотнул глава дома. — Так это что… действительно была помолвка? — слабо пискнула Сивилла, в шоке глядя, как ужасная женщина… (Свекровь? Только не это! Спасите-е-е!) поправляет ей плед. — Нет, это был брачный обряд, самый полный из возможных тайных обрядов, который могут проводить сами маги. И то, что вы провели его и остались живы, уже делает вас супругами. Вы не сможете… друг без друга. И учти, дорогая, меньше чем на трех наследников я не соглашусь. Но консумация брака, конечно, только после вашего совершеннолетия, а пока… придется поучиться, чтобы стать достойной леди Блэк. Сивилла Трелони снова уплыла в спасительное для нее забытье.