Победители.

Лиз не отходила от дочери всю ночь, и только ближе к утру заснула на кресле рядом. Керолайн впервые видела мать такой взволнованной, обеспокоенной… родной. Теперь блондинка видела в Лиз не просто биологическую мать, а любящую маму, готовую на все ради Кер. Девушка, сама того не зная, мечтала об этом всю жизнь. В девять утра приехали близнецы Гилберт. Елена принесла блондинке собственноручно испеченные лимонные кексы, а Кетрин… Керолайн никогда не видела Кет такой… - Ужасно выглядишь, - весело заметила Керолайн. Кетрин только криво усмехнулась. Но Кер была на сто процентов права: волосы, обычно идеально уложенные в кудри, были сильно растрепаны, словно она вообще не прикасалась к ним после сна. Под глазами виднелись темные круги, и на лице ни грамма косметики. Керолайн указала рукой на сумку, лежащую возле ног спящей Лиз. - Мамин помощник принес мою сумочку. Там расческа и косметика. Иди в туалет и не возвращайся, пока не будешь прежней Кетрин! – шутливо пригрозила блондинка. Кетрин тихо засмеялась, но безропотно пошла в туалет. Пока Керолайн вместе с Еленой уминали кексы, проснулась Лиз. - Ох… Елена, ты уже здесь, - сонно пробормотала женщина, протирая глаза. - Сейчас еще Кетрин подойдет, - пожала плечами брюнетка. - Мам, езжай домой, выспись, - посоветовала Керолайн. – Елена и Кет побудут со мной. Лиз поднялась с кресла, качая головой. - Нет времени на сон. Я заскочу только на минутку, переодеться, и вернусь. Нужно допросить тебя – ведь тебя, солнышко, хотели убить. Поцеловав дочь в макушку, Лиз исчезла в коридоре. Вернулась Кетрин, ставшая снова самой собой. - Другое дело, - заметила Керолайн. Еще полчаса девушки просто болтали ни о чем, уминая Еленины кексы, а затем в дверях палаты появился Клаус. Елена ткнула Кетрин локтем, и они вышли, переглядываясь. Клаус и Керолайн остались одни. - Привет, - неуверенно произнес мужчина. Керолайн улыбнулась ему, протянув руки. Мгновение – и Майклсон крепко прижимал девушку к себе, осыпая поцелуями все лицо. - Я так волновался, - прошептал он в перерыве между поцелуями. – Это моя вина. - Твоя? – удивленно произнесла Керолайн. – Что ты, нет. Какой-то придурок пытался меня убить, а ты спас. Мама мне рассказала. Клаус нахмурился, но попытался улыбнуться. - Если бы не ты, я бы лежала не в палате, а в морге. Майклсон дернулся и отвернулся. - Я понимаю, ты очень испугался за меня, - продолжила девушка. – Но я жива. Благодаря тебе. Ты мой герой. Клаус фыркнул и снова повернулся к девушке. - Если бы ты знала, что я занимаюсь чем-то ужасным, ты бы продолжала верить мне? – вдруг серьезно спросил он. Керолайн мягко улыбнулась. - Клаус, я не верю, что ты можешь сделать что-то ужасное. Но так же я знаю, что ради семьи ты готов на все. Так что если ты поступишь ужасно во имя семьи, я все равно буду любить тебя. Глаза Клауса расширились, а Керолайн уверенно продолжила: - Да, Ник, я люблю тебя. Мужчина подошел к кровати и опустился перед ней на колени. Взяв руку Керолайн в свою, он прикоснулся губами к тыльной стороне ладони и тихо прошептал: - Я тоже люблю тебя. И сделаю все, чтобы ты была счастлива. Поверь мне. В этот момент в палату зашла Лиз. Удивленно приподняв брови, она произнесла: - Будем считать, я этого не видела. Керолайн покраснела, словно мама застала их с Клаусом за чем-то непристойным.