Глава семнадцатая. Новые тайны
3 февраля 2018 г., 18:56
Купив на приличную сумму различных лекарств, я отправилась к Эйдану, который успел мне надоесть звонками и расспросами, где я. Кажется, Эйдан исчерпал лимит сегодняшних телефонных звонков, так как Саймон до сих пор не звонил. Я попыталась один раз дозвониться до него и придумать какую-нибудь легенду, почему меня нет дома, но он не ответил на мой звонок. Я забеспокоилась о нём и в не самом добром расположении духа приехала к Эйдану.
Меня уже привычной улыбкой встретил швейцар и даже поздоровался, обратившись ко мне по фамилии — запомнил! Поднявшись на нужный этаж, я без каких-либо стуков открыла дверь и зашла в квартиру. Сняв пальто и шарфик, я взяла пакет с лекарствами и прошла в гостиную. На диване, одевшись в свитер с горлом и тренировочные штаны, сидел Эйдан, переключая каналы на телевизоре. Его всегда аккуратно причёсанные волосы теперь стояли торчком, а вид серьёзного и харизматичного мужчины сменился на больного, по-ребячески надувшегося юнца. Подавив приступ смеха, я подошла к Эйдану, который, заслышав мои шаги, повернул голову, и на его бледном, но не менее красивом лице, расползлась улыбка. Да этот чёрт был рад меня видеть!
— Ты пришла, — выдохнул он, кажется, до последнего не веря в это. — Я уж думал, что ты меня обманула, и всерьёз надумывал тебя уволить.
А острил он так же, как и прежде. Я подошла к дивану и всучила в руки Эйдану пакет. Тот начал шарить в нём, доставая различные пластинки с таблетками, упаковки от лекарств и баночки с сиропами.
— Сколько я тебе должен? — спросил он, взглянув на меня. — Ты, наверное, кучу денег отдала за лекарства.
И это была правда. Когда я увидела чек, то мои волосы встали дыбом — проще было умереть, чем вылечиться в наши-то дни с такими ценами на лекарства! Но Эйдана я пожалела, решив, что помирать в двадцать семь лет — рановато, даже для такого задиры, как он.
— Считай, что я оплатила одну тысячную аренды за квартиру, — хмыкнула я и оттянула горловину свитера — в квартире нечем было дышать. — Тебе не жарко?
— Как видишь, мне холодно, — развёл руками Эйдан и дальше начал выгружать из пакета лекарства. — Ты купила мне гематоген?
На его лице расплылась такая непривычная для него детская улыбка, что я даже слегка умилилась, но только слегка!
— Купила, купила, — вздохнула я и нагнулась, чтобы взять упаковку с градусником. — Держи, измерь температуру, а я пока сделаю тебе чай на травах.
Эйдан послушно сунул градусник под мышку, а я пошла на кухню, утаскивая за собой лекарства. Не успела я поставить чайник, как в кухню забежал Эйдан, тряся передо мной градусником.
— Тридцать восемь и три! — завопил он, бешено смотря на меня. — Это конец.
Фыркнув, я забрала у него градусник и подошла ближе, касаясь ладонью его лба. Он и впрямь был горячим, а до этого яркие и жгучие глаза Эйдана заметно потускнели, в некоторых местах даже лопнули капилляры.
— Послушай, я тебя предупреждала, — напутственно сказала я, продолжая держать ладонь на его горячем лбу, — чтобы ты не ел мороженое на ветру. Но нет же, зачем нам слушать какую-то девчонку? И хватит ныть! У тебя обычный грипп или ОРВИ.
— А недавно ты говорила, что у меня обычная простуда, — стал канючить Эйдан. — Скоро обнаружится, что я не излечимо болен!
Ох, если бы он не болел, то я бы ему этот градусник засунула куда подальше!
— С головой-то у тебя точно не всё в порядке, — заметила я и кивком приказала сесть на стул. — Ты пробовал просто лечь спать?
— Пробовал, — сказал Эйдан, подперев рукой щеку. — Не спится из-за этого кашля. А ещё мне то холодно, то жарко.
Я отвернулась, чтобы он не увидел, как я закатываю глаза. До чего же мужчины слабые существа, когда речь касается об их «драгоценном» здоровье. Вот когда у меня была температура тридцать восемь, то я выпила аспирина и пошла на занятия, даже не пискнув, что мне плохо. А Эйдан уже трагедию развёл, всех подняв на уши.
Чайник наконец-то вскипел, я высыпала в кружку порошок на травах и залила кипятком. Поставив кружку рядом с Эйданом, я села напротив, перебирая лекарства и решая, какое ему дать.
— Спасибо, Абби, — произнёс Эйдан, отпив из кружки и сморщившись. — Ну и гадость.
— Ты тоже не подарок, — отметила я и протянула ему таблетку от жара. — Выпей эту.
Эйдан послушно подчинился мне, глотая таблетку. Я жалостливо посмотрела на него, и моё сердце защемило: он выглядел таким беспомощным, и явно нуждался во мне. От ощущения нужности мне стало тепло на душе. Эйдан поймал мой взгляд и улыбнулся.
— Ты всё-таки пришла, — повторил он, вновь отпивая чай.
— Дорожу своей работой, — пожала я плечами и достала из кармана телефон, проверяя, звонил мне Саймон или нет. — Допивай чай, я дам тебе сиропа и таблетку от кашля и пойду домой.
— Уже? — выпрямился Эйдан и округлившимися глазами посмотрел на меня. — Абби, не уходи, пожалуйста, я ведь без тебя коньки отброшу!
Так странно было наблюдать за ним в домашней обстановке. Я вспомнила тот вечер, когда мы вместе искали мне квартиру. Эйдан тоже был таким по-домашнему уютным, весёлым и игривым. Сейчас, конечно, ему было не до веселья, но эти нотки чего-то родного всё же остались в нём. Ну и как я могла оставить его одного?
— Я жертвую ради тебя выходным, — сказала я, понимая, что вновь попала в его плен. — Ты обязан поднять мне зарплату и выписать премию за то, что я терплю тебя ещё и внерабочее время.
— Идёт, — хмыкнул Эйдан и, скривившись, допил чай. — Надеюсь, сироп будет вкуснее.
Я открыла упаковку малинового сиропа, достала ложечку и налила в неё лекарство, поднося ко рту Эйдана. Он послушно выпил, а я не смогла сдержать улыбки от его послушности.
— Пойдём, — сказала я и сунула в руку Эйдану таблетку от кашля. — Рассасывай её.
Мы вновь оказались в гостиной. Я остановилась около дивана, подождав, пока Эйдан ляжет.
— Неудобно, — возмутился он, недовольно смотря на жёсткий подлокотник. — Абби, принеси одеяло с подушкой, пожалуйста.
Я чинно кивнула и пошла на второй этаж, впервые заходя в комнату Эйдана. Включив свет, я тут же заметила женские вещи, которые, несомненно, принадлежали Эшли. Её платья и кофточки валялись на стуле, а обувь была раскидана по всему полу. Да уж, один из минусов Эшли — беспорядок, который она разводила, а после не убирала, хотя вечно бранила меня за какую-нибудь пыль на полке. Я подошла к роскошной большой кровати и взяла подушку Эйдана. Поняла я, что это его подушка по тому, что от неё пахло им. А пахло крепким кофе, дорогим парфюмом и мужским шампунем. Скептически посмотрев на одеяло, я решила не брать его, так как внутри засел какой-то протест: под ним спала Эшли.
Я вышла из комнаты Эйдана и зашла в свою, точнее гостевую спальню, в которой я жила несколько дней, и взяла оттуда одеяло, спустившись вниз. Когда я подошла к дивану, то увидела, что Эйдан спит. Его голова свисла с подлокотника, а сам он умилено приоткрыл рот. Я присела около него и взяла его за плечи, чуть дёрнув их вниз. Эйдан пошевелил головой, и я успела подложить под неё подушку.
— Абби, — прошептал он, не открывая глаз и пытаясь рукой отыскать меня.
— Что? — также тихо спросила я, смотря в его спящее лицо.
— Не уходи, — произнёс он и, найдя мою руку, крепко сжал её, окончательно погрузившись в сон.
Вздохнув, я приподнялась, не выпуская его руки, укрыла его одеялом и снова села на мягкий ковёр, взяв пульт и переключив на мультики. За моей спиной пошевелился Эйдан, и я почувствовала, как он лбом упёрся в мою спину. Я опустила глаза на наши сплетённые руки и погладила костяшки пальцев Эйдана. Что-то внутри меня вновь начало рушиться, а в голову проникали мысли, которые я старалась держать под запретом. Я внезапно подумала о том, что было бы, если я была бы на месте Эшли? Будь я на её месте, я бы никуда не поехала, а осталась бы рядом с больным Эйданом и так же, как и сейчас помогала бы ему. Но была всё же одна разница: на месте его девушки я бы постоянно целовала его, гладила по густым тёмно-русым волосам, говорила бы, что он самый-самый. Но я находилась в таком положении, что ничего, кроме «главное не помри», сказать и не могла. Во мне чётко проснулась мысль, что этот человек значил для меня куда больше, чем я думала. Ведь не будь он так дорог мне, вряд ли я бы поехала к нему, да я бы вообще, может быть, и трубку-то не взяла. Но ведь ответила на его звонок, согласилась приехать, потратив последние деньги на лекарства, осталась с ним, несмотря на то, что обещала уехать. Это противоречие душило меня. Ведь я теперь была с Саймоном. Но, тем не менее, всё равно при первом зове бежала к его лучшему другу…
***
Проснулась я от духоты и от неудобной позы, в которой спала. Открыв глаза, я поняла, что сплю не на полу, где уснула, а на диване, укрытая аж двумя одеялами. Откинув их, я приподнялась, осматривая тёмную гостиную, которую озарял лишь слабый свет камина. Повернув голову, я заметила Эйдана, который сидел в кресле и смотрел телевизор. Заметив, что я проснулась, он отвлёкся от экрана и посмотрел на меня. — Зачем ты укрыл меня двумя одеялами? — спросила я сонным голосом. — Мне просто было холодно, вот я и подумал, что стоит тебя укрыть потеплее, — ответил Эйдан. Я уставилась на него, чувствуя волны тепла, расходившиеся по всему телу. И не от того, что я спала под двумя одеялами, а от того, что Эйдан подумал в первую очередь обо мне, когда почувствовал, что ему холодно. — Почему ты спала на полу? — спросил он, не отрывая от меня взгляда. — Могла бы лечь рядом или хотя бы сесть в кресло. — Ты меня не отпускал, — сказала я. — И я фильм смотрела, а потом уснула. — Фильм? — хмыкнул Эйдан. — Про принцессу Лебедь? Я покраснела и взглянула на экран телевизора, по которому шёл мультик про человека-паука, и насмешливо обратила свой взор на Эйдана, который безуспешно пытался отыскать пульт и скрыться от позора. — Я не знал, где пульт, — оправдался он, но, конечно, я ему не поверила. — Сколько время? — спросила я, потягиваясь. — Семь, — ответил Эйдан. Охнув, я свесилась на пол, ища в полумраке сотовый. Нащупав его, я выпрямилась и включила его, ища взглядом пропущенные от Саймона. Но их не было. Я зашла в исходящие и входящие, но Саймон мне не звонил со вчерашнего вечера. Внутри засела тревога. — Мне Саймон не звонил, хотя обещал, — сказала я, подняв взгляд на Эйдана. — Вдруг с ним что-нибудь случилось? К моему изумлению, на эту новость Эйдан отреагировал прохладно и даже бровью не повёл. А вдруг с его другом и вправду случилась беда? — Эйдан, позвони ему! — возмутилась я. — Зачем? — лениво отмахнулся тот. — Он мне звонил двадцать минут назад. Моё сердце ухнуло вниз, представляя, как Эйдан сказал, что я у него сплю на диване. Саймон, конечно же, всё не так понял и сказал Эйдану, чтобы тот передал мне, что мы расстаёмся. Вот и конец счастливой сказки! — Да ничего я ему не сказал, — вздохнул Эйдан, увидев моё побледневшее лицо. — Тогда почему он мне не звонит? — тихо спросила я саму себя, смотря на свой телефон. — У него дела? Эйдан взглянул на меня так, что я поняла всё без слов: не было у Саймона никаких дел. Мне захотелось плакать, и я побыстрее отвернулась от Эйдана. — Абби, я тебя предупреждал, — услышала я его голос. — Я тебе говорил, что Саймон не тот человек, с которым можно строить серьёзные отношения. У вас что-то было? — Представляешь, мне вчера в самый разгар дела позвонила моя преподавательница и сказала, чтобы я немедля села заканчивать реферат, — язвительно ответила я и стрельнула взглядом в сторону хохотавшего Эйдана. — Зачем ты мне позвонил? — А зачем ты подыграла мне? — вопросом на вопрос ответил успокоившийся Эйдан. — Просто, Абби, пойми, что я не хочу причинить тебе зла. Я наоборот, хочу уберечь тебя от него. Саймон не такой, каким кажется на первый взгляд. Разве ты сама это не поняла ещё? — Он не такой, каким ты его описывал, — сказала я, вставая на защиту Саймона. — Он добрый, романтичный, нежный, и он сам говорил мне, что готов к серьёзным отношениям со мной. Конечно, я не стала рассказывать Эйдану, что вчера произошло между мной и Саймоном. А что бы я ему сказала? Что в постели Саймон совершенно другой, чем в жизни? Такое точно не обсуждают со своим начальником. — Он навешал тебе лапши на уши, а ты, как дурочка поверила, — отрывисто сказал Эйдан. — Да не нужно ему это всё, Абби, пойми ты это! Он говорит это всем девушкам, получает то, что хочет и бросает их! — Прям как ты? — Я повернулась к нему с горящими от негодования глазами. — Я хотя бы сразу говорю девушкам, что я от них хочу, — постоял за себя Эйдан. — И, как ты можешь заметить, я не бросил Эшли! Мне так и хотелось выдвинуть новые оскорбления, но их не было. Эйдан и впрямь был прямолинеен в своих отношениях с девушками. По крайней мере, как говорил об этом он. Тогда получалось, что он был прав насчёт Саймона? И я ему нужна была только ради развлечения? На глаза навернулись слёзы, и я шмыгнула носом, ложась обратно на диван. Я услышала шаги Эйдана, но он не подошёл ко мне, а прошёл мимо, кажется, на кухню. А я продолжала лежать на диване и плакать от несправедливости этого мира. Всё-таки на мужчин мне конкретно не везло! Но вдруг Эйдан всё же говорил неправду, и Саймон не такой, каким он его описывал? Я просто погорячилась, приняв слова Эйдана за чистую монету. — На, — услышала я над собой голос Эйдана и вскинула голову. Он мне протягивал кружку, из которой поднимался дымок. Я села, утёрла слёзы и взяла кружку чая, отпив маленький глоток. Чай был с мёдом и лимоном — какой я и любила. — Сколько ложек сахара ты положил? — Две. Столько и я клала себе. Откуда он это знал? У меня начало складываться впечатление, что Эйдан уж слишком много знает обо мне. Эйдан сел рядом и посмотрел на меня. — Быстро же ты сдалась перед Саймоном, — хмыкнул он. — А передо мной всё ещё выкаблучиваешься. Я стрельнула на него злой взгляд и всерьёз хотела облить кипятком, но Эйдан быстро поднял руки и засмеялся. — Вообще-то никто ещё никому не сдался, — отрывисто сказала я. — Только благодаря «миссис Вуд», — добавил Эйдан и, увидев мой взгляд, сказал: — Я пошутил, Абби, пошутил. Ладно, знаешь, возможно, ещё не всё потерянно. Я заметил, как Саймон смотрит на тебя, обращается с тобой, думаю, он действительно возлагает на ваши отношения что-то большее, чем просто разовый секс. — Правда? — Я посмотрела на Эйдана полными надежды глазами. Он печально усмехнулся и подманил меня к себе. Я покорно подвинулась к нему и угодила в его объятия. Положив голову ему на плечо, я подмяла под себя ноги. Эйдан закинул одну руку на спинку дивана, другой укрыл мои ноги пледом и отыскал пульт, делая чуть громче. — Правда, — наконец-то произнёс он. — Останешься у меня? В его просьбе не было никакого скрытого подтекста, и я кивнула, понимая, что до дома уже буду не в состоянии добраться. Да и эта квартира уже стала чем-то родным для меня, чем-то особенным. И этот человек, сидящий рядом со мной, тоже стал для меня чем-то особенным и родным.***
— Абби! Абби, вставай! Я отмахнулась от навязчивого голоса Эйдана и потянула на себя одеяло, но его сдёрнули с меня, и я возмущённо заверещала, желая вернуться в сон. — Чего тебе? — спросила я, шаря руками отобранное одеяло. Но наткнулась на что-то твёрдое и приоткрыла глаза. Это была нога, стоящего передо мной Эйдана. Он схватил меня за руки и стащил с дивана. Я, будучи ещё сонной, повалилась на него, готовая уснуть прямо в его руках. Тем более они были такими тёплыми и уютными, что я вот-вот уснула бы опять. — Да проснись же ты! — крикнул мне на ухо Эйдан. — Там за дверью Эшли! Слушай, я могу её конечно впустить, но объясняться будешь ты! Я резко распахнула глаза и увидела озарённую утренним солнцем гостиную Эйдана. А он сам стоял позади меня, держа меня за талию. — Как? — ахнула я, твёрдо вставая на ноги. — Почему она вернулась? — Потому что, мать твою, десять часов утра! — завопил Эйдан уже почти нормальным голосом. — Абби, просыпайся! Он встал напротив меня и затормошил за плечи. Я отмахнулась от него и взяла с дивана телефон. — Ты хочешь её впустить? — нахмурилась я. — Я бы её впустил, если мы бы были здесь голые и нам было бы в чём сознаваться, а так я не хочу ни за что получить нагоняя, — сказал Эйдан и толкнул меня в сторону коридора. — Иди, спрячься в библиотеке. Послушав его, я отправилась в сторону коридора, а Эйдан пошёл открывать дверь Эшли. Я остановилась у третьей двери слева и толкнула её, заходя внутрь — здесь я ещё не была. Эта комната была что-то вроде галереи. Я закрыла дверь на замок, ещё сонно оглядывая помещение, залитое ярким светом солнца. На стенах висели планы каких-то зданий, схемы и чертежи, и я тут же поняла, что это, должно быть, университетские работы Эйдана. Вот оно — хранилище стольких тайн моего босса. Тут я заметила стол, на котором стоял макет какого-то здания. Я подошла поближе и отметила для себя, что он был весь в пыли, должно быть, к нему давно никто не прикасался. Это был макет, по-моему, офисного здания. Оно было сделано в форме длинного цилиндра, изящно изогнувшегося на конце. Я прищурила глаза, в деталях рассматривая макет. Он был идеален! Создавший его был точен в своих действиях, даже крошечные окна были выстроены в ряд. Я поглядела на картон, на котором стоял макет, и увидела надпись: «Работа Эйдана Уэйна 2013 год». Нахмурившись, я вспомнила из рассказа Саймона, что как раз-таки четыре года назад Эйдан грезил мечтой о собственном бизнесе, и этот бизнес был связан с архитектурой. А вдруг эта работа была значимой для Эйдана в тот момент? А какой-то человек его подставил, разрушив все его надежды. Теперь я понимала, почему этот макет был весь в пыли. Удивительно, что со своим пылким характером Эйдан не уничтожил его. Отвернувшись от стола, я заметила мольберт, стоявший ко мне ножками вперёд. Во мне взыграло любопытство, и я поколебалась всего лишь пару секунд, а после, упрятав совесть в шкаф, подошла к мольберту с лицевой стороны. На полотне была изображена я!
