SEXual Rivals

Молли дергается, когда между ее кожей и веревками проходят холодные ножницы. Но с каждым разрезом дышать становится легче, и неприятное давление грубых волокон исчезает. Шерлок растирает темные полосы на теле девушки, и та поднимает победоносный взгляд на доминантку, которая не сводит с них прицела своих глаз. Адлер думает, что с ней-то он так не нежничал. — Скажи ей, чтобы так не смотрела! — грубит Ирен. Шерлок опрокидывает Молли на спину и склоняется над ее лицом, — это моя постель! — Это мой патологоанатом, — успевает огрызнуться детектив прежде, чем лежащая подле него Молли потянется за поцелуем. Ирен делает злобный вдох и выдох, пока эта серая Хупер набирается наглости впиться в идеальные губы детектива своими бледными. И он отвечает. Смотрится это, по меньшей мере, дико! Все планировалось иначе и снова этот проклятый Холмс нарушает все возможные сценарии. Тот, кто не перестанет удивлять. Такое впечатление, что в его чертогах существует спецотдел по созданию креатива. Он приподнимается на локтях и ехидно улыбается Ирен. — Это именно то, о чем ты всегда говорила. К чему такие нервы? — изображает он удивление и тянет к ней руку, — я помогу, — она присаживается на край, пока он расстегивает длинную молнию ее фетиш-комбинезона, — вся концепция человеческого держится на теориях сексуальности, — шутливо копирует он ее интонацию, отчего она злобно зыркает в его сторону, и он резко дергает замком, защемляя ее кожу. Ирен вскрикивает, но бежать глупо, — фрейдизм-лакаонизм, ортодоксальный анализ, ох… Глубинная психология! Вот она — на твоей постели. А ты еще и недовольна… Адлер окончательно избавляется от костюма, кожа после него влажная и пахнет резиной. Несмотря на то, что Молли едва не вырывает волосы на голове детектива, в попытках обратить на себя внимание, тот не меняет позиции. Они с Ирен обмениваются печальными взглядами и, вероятно, это много значит для обоих. — Ты не простишь меня, — без надежды, утверждает доминантка, возвращаясь в постель, где ее прижимает к себе Шерлок и утыкается в каштановые блестящие волосы. Молли кажется, что все это длится целую адскую вечность. Ее охватывает паника, будто бы сейчас Шерлок вызовет для нее такси, а сам останется с этой великолепной мисс Адлер. В его руках она не кажется такой опасной, и только слепой не увидит то послание любви, которое она шлет ему взглядом. В ответ она получает одно сожаление. И быстрый поцелуй в плечо. Да несколько слов. — Спасибо, Адлер, — серьезно говорит Шерлок, — спасибо за то, что чуть не разрушила мою почти диссертацию. Это — хрупкий душевный организм, — он тычет пальцем в сторону Молли, и та отворачивает голову, глотая мгновенные слезы. — Ответь мне, почему? И зачем? — тихо шепчет Ирен, проскальзывая через вытянутые ноги подружки детектива, а ведь очевидно, что так ее можно назвать. Женщина проводит ладонью вдоль его позвоночника, сквозь плотную ткань рубашки. Шерлок, как обычно, долго не думает, словно каждый его ответ всегда готов заранее. — Потому, что так нужно и затем, что это очень важно, — укладывается в несколько секунд детектив. Ирен понимает его сразу, а Молли в замешательстве. И потом ей просто кажется, что действие наркотического опьянения сменяется новой фазой. Ведь все вокруг поглощается расплавленным туманом. И впервые, целуя столь любимого ею Шерлока так, как ей хочется, она понимает, что это ее самое заветное желание. Что совершенно неважно, каким образом и какая жестокая фея взялась за его исполнение. Неважно то, что они разделяют все это на троих. Ирен Адлер, отношение к которой меняется каждую минуту — ее жалко, ее и страшишься. А если ты боишься кого-то, значит ты не можешь его не презирать. А если жалеешь, то не можешь полностью отвернуться. Молли думает об этом и о многом другом, еще ей кажется, что если бы они не являлись соперницами, то определенно не испытывали бы к друг другу неприязнь, а скорее, наоборот. Целоваться с женщиной Молли совсем не нравится, но ей приходится, ради того, чтобы отдалить тот момент, когда Шерлок заменит ее. А наблюдать за их контактом — ужасно ранящее действие. До самой глубины души. Чувство последнего страха покидает Хупер в тот момент, когда она ощущает Шерлока в себе, и она не может сдержать слезы, ведь это ощущение сравнимо не с идеальным сексуальным актом. Это можно сравнить лишь с возвращением на родину, которую едва помнишь, но самое лучшее у тебя было именно там. Или со встречей близкого родственника, с которым вас давным-давно разлучили… Пожертвовать этим и уступить — преступление против самого себя.

***

— На завтрак не останемся, прости, — Шерлок одевается, пока Ирен и Молли лежат под одеялом. Ирен смотрит в потолок и не двигается, даже не видно, чтобы ее грудь вздымалась от дыхания. Молли касается ее плеча, почти незаметно. — Отвянь. Молли одергивает руку и опасливо отодвигается на самый край. — О, только не это платье, — ворчит Шерлок, вытаскивая из-под кровати бежевую ткань. Ирен вскидывается, как ужаленная. — Не может быть! — злобно шипит она, — с каких это пор ты стал благотворительным папочкой?! Мир сошел с ума, — стонет Адлер, когда ей ничего не отвечают и обхватив голову руками, она падает обратно на подушки. Очевидно, что она не собирается провожать гостей и вообще подниматься с постели в течение нескольких дней. Когда Шерлок выпускает Молли, приподняв поломанную дверь, Адлер подает голос. — Эй, Шерлок, — он молча оборачивается, и Хупер замирает вместе с ним, — твоя подружка недавно начала посещать процедуры восковой депиляции. Так что не будь уродом, ей и так больно. Понимайте сразу в двух смыслах.

***

Наверное Шерлок не понял ни одного из смыслов. Хотя совершенно глупо так считать. Его доблестный образ спасителя растаял, только они забрались в автомобиль. Молли отвернулась к стеклу и всю дорогу прижималась к двери, стараясь случайно не коснуться детектива. В конце пути он все же задал ей вопрос. — Я правильно считаю — если бы я не занялся с тобой сексом, в той сложившейся ситуации… — Да, я бы вывернула наизнанку то дорогое платье. — Дело в том, что ты бы так и поступила, — Шерлок был категоричен. А Молли просто ранена. Но никто другой так хорошо в ней не разбирался, может быть он и был совершенно прав… совершенно прав. Он знал ее так же хорошо, словно она созданная им программа, и если к ней пробирается троянский вирус, то он мог незамедлительно избавиться от него. Но если что посерьезнее — такое, что могло нанести вред уже не софту, а железу… Приходилось идти на разнообразные, с повышенным эмоциональным действием уловки. Чтобы выбивать клин клином, проще говоря. Но Ирен никуда не исчезла, как в сказке. Она постоянно пыталась напомнить о себе. И Молли все чаще казалось, будто бы Шерлок стоит на пороге сомнения. Что еще немножечко… и ее взяла.

***

«Дорогая Кейт! Замечала ли ты, что все мои маневры в прошлом имеют дважды ужаснее отражения…»

— А, к черту! — Ирен разрывает плотный лист пополам, после делит его и разрывает на остальные части, пока не высыпает горстку скомканных обрывков в мусорную корзину. Горка увеличивается, — Все равно я не отправила ни одного письма, будь они прокляты все, и почему так медленно работает служба доставки?! Она в прозрачном пеньюаре и в узких тапочках с меховой отделкой спускается по лестнице вниз, чтобы отворить двери. — Неужели настолько скудная зарплата? — серьезно спрашивает она, клацая замком. Молли смотрит с искренним недоумением, — очень медленно, пустышка. Даже не пытайся догадаться, лучше освободи проход. Ирен отходит в сторону, пропуская гостью. — Туфли он тебе тоже выбирает? — вместо приветствия уточняет Адлер. — Да, — подтверждает свой ответ Молли легким кивком. И совершенно не ясно, правда это или нет. Они проходят в просторную гостиную и присаживаются на диван недалеко друг от друга. На большом экране мелькают кадры без звука какого-то кулинарного шоу. — Мне жаль, я понимаю вас… тебя, — поправляет себя Молли. — Да, пора бы уже перейти на «ты». Мы почти породнились, — язвит Ирен, но резко спохватывается, — кого это ты жалеешь? — В том смысле… что я понимаю твои чувства. — Неужели? — доминантка заламывает свои руки, — повтори-ка… — Я тоже его люблю… — А я не люблю! — протестует Ирен, повышая голос. — Мне кажется, что вы врете. Точнее… ты. — Я вру? — женщина подрывается с дивана и становится напротив, — послушай, милая Молли. Мне пришлось много чего нехорошего съесть благодаря нашему святому детективу. У меня свидетельств о смерти — целое печатное издание! И после всего этого я возилась с ним и терпела все его асоциальные выходки. Я разрыла целую тонну земли, прежде чем добралась до сути его бешенства! И все потому, что я хотела сделать из Шерлока Холмса нормального мужчину, а не брызжущего слюной бульдога. — Но Шерлок никогда не был брызжущим слюной бульдогом… — Это сейчас тебе хорошо судить, когда его больше не тошнит при виде живого обнаженного тела женщины… — Но дело вовсе не в сексуальных отношениях! — вконец разнервничалась Молли, — ему они по-прежнему не важны. Ирен напряженно молчала, уперев руки в бока. Одна ее бровь так и осталась выгнутой, словно она еще ожидала доказательств от собеседницы. И Хупер решила, что самое время довести свою мысль до конца. — Он никогда не поселился бы с тобой под одной крышей и не стриг бы газон по пятницам. — Это еще к чему? — Не водил бы тебя под руку по элитным выставкам и не поздравлял бы с годовщинами. Потому, что он не такой человек. И все же, он — человек. Это значит, что он заслуживает собственный выбор, и вся резкость его поведения обусловлена защитой собственных прав. Шерлок необычный… мужчина, а еще он исследователь, ученый, криминалист и гений во всех этих сферах. Он не может любить тебя только за то, что ты преступница, несколько раз обошедшая его с помощью вранья. Но несомненно, наперекор моим словам, Шерлок испытывал к тебе чувства, только ты оценивала его с другой стороны. Со стороны сексуальности. Ему это надоело, и он вспомнил обо мне… — Тебе самой-то приятно такое осознавать? — яд все еще держится в голосе Адлер. — Конечно же, мне неприятно, но я это осознаю. Я не обладаю вашим сверх-эгоизмом, и у меня нет короны. Этим вы похожи настолько, что не можете спокойно существовать поблизости друг от друга. Тебе нужно прекратить ему названивать и требовать встречи. Это не приведет ни к чему хорошему, нельзя вернуться к тому, с кем никогда не был. А ты все зовешь его обратно, в неизвестном направлении… — Спасибо, но ты опоздала. Я уже приняла такое решение, — гордо сказала Ирен и вернулась на диван, высоко подняв голову. — Неважно, что это не так. Мне хочется донести другое. Я также — никогда не стану его женщиной в нормальном понимании этого слова, — голос Молли предательски дрогнул, но Ирен лишь молча сморщила нос, — и возможно, у меня осталось не так много времени находиться рядом с Шерлоком. Скоро ему также надоест, и он займется изучением популяции божьих коровок, что ему будет гораздо интереснее. Гораздо интереснее, чем… — Играть с тобой в куклы. — И что я буду делать потом, — Молли по-настоящему громко всхлипнула, — и как я буду жить без него… — Только давай без истерик. Я люблю женщин и мне бывает их по-настоящему жаль, — Ирен хладнокровно постучала по плечу Хупер, хотя к горлу самой подбирался неприятный ком, — мы сильные и всегда можем справиться сами, не прибегая к помощи кобелей. — Да, так и будет, — подняла к ней полные надежды глаза Молли, — тебе гораздо проще, чем мне. У тебя есть все, о чем может мечтать девушка. — И в самом деле, зачем мне такой якорь, как Шерлок Холмс, — тихо задумалась Ирен, — наверное я должна заключить с тобой договор. Мне кажется, что все идет именно к этому. — Будет достаточно обещания и пожатой руки, — мило улыбнулась Хупер. — Ну хорошо, хорошо, милашка, вот тебе моя рука, — доминантка протягивает руку и в тот же миг встречается с протянутой рукой гостьи, — вот тебе обещание. Могу собрать сумку из неплохих вещей, чтобы Шерлок не тратил драгоценное время… — Это совершенно лишнее, — засмеялась Молли, и Адлер почти влюбилась в эту улыбку, — думаю, что мы все решили, и я не буду больше мозолить глаза… — Не стоит так выражаться, — в шутку начала возмущаться Ирен, проводя девушку к выходу, — если что, обращайся. Могу помочь освоиться одиночке в жестоком и материальном мире… Молли ничего не ответила и легко обняла доминантку, та умилилась еще раз. Ей даже не жалко было Шерлока, такая хорошая девушка. Где еще он такую найдет, дурак? — И все же, я поражена, — кричит Адлер, когда Молли оказывается около ворот, — у тебя на удивление хорошая речь, если сравнивать с данными, которые я о тебе собирала! — Я тренировалась перед зеркалом! — кричит в ответ Хупер и скрывается по ту сторону ограды. Ирен настороженно склоняет голову набок, но потом возвращается в дом с более спокойными мыслями. Молли садится в такси и ворчит себе под нос: — Тоже мне, куница ободранная, сумку будешь своей мамочке собирать…

Конец

Прим. ав.: Вы прочитали фанфик — «Сексуальные соперницы», которым я хочу выделить следующее:

Мораль I

У каждого есть шанс и выбор разнообразных методов для борьбы за свою истинную любовь.

Мораль II

Любая ценная привязанность должна строиться на человеческом взаимопонимании, а не на сексуальных отношениях, потому что… «Это отвратительно, — брезгливо кривится Шерлок, вытирая пальцы о халат, после обнаружения у себя на ладони оранжевого следа от божьей коровки.»