Невозможный разговор

— Что у нас? — Джо быстро подошла к телу, выброшенному на берег. Волны ещё плескались у ног погибшего. — Мужчина. Судя по состоянию кожи, пролежал в воде не меньше суток, — Генри склонился над телом, сосредоточенный, как всегда. — Но вот что интересно… — Он аккуратно поднял запястье и показал следы от верёвок. — Его связали. И, вероятно, выбросили за борт. Это было убийство. — Морская тематика, — буркнула Джо, глядя на потускневшую эмблему. — «Аурелия»? Никогда не слышала. Генри едва заметно замер. Лишь на миг. Но Джо, уже слишком хорошо читавшая его, уловила это. — Ты слышал об этом корабле? — Возможно… — медленно произнёс он. — Старое судно. Говорят, затонуло больше века назад у берегов Нью-Йорка. "Он не просто слышал. Он там был," - мелькнула мысль в голове у Джо. *** Позже, в музее, когда они подошли к витрине с обломками борта «Аурелии», Джо снова заметила: Генри смотрит на фрагмент дерева не как исследователь. А как будто… вспоминает. Личное. — Тебя что-то связывает с этим кораблём? — спросила она, когда они вышли на улицу. Он молчал. Несколько шагов — и только потом выдохнул: — Бывает, предметы из прошлого вызывают... необъяснимую реакцию. — Только ты почему-то цепляешься за прошлое, которому больше ста лет, — сказала она, глядя прямо в глаза. Он ничего не ответил. Но и не стал отрицать. *** Генри Он не боялся корабля. Он боялся всего, что с ним связано. Смерти, с которой всё началось. И жизни, которая не заканчивалась. "Аурелия". Первая смерть. Первый страх. Первая попытка понять невозможное.* Флешбек. Атлантика, 1857 год. Гром, крики, гул шторма. Верёвки на запястьях. Кто-то кричит "предатель!" — и вот он летит за борт. Вода. Холод. Тьма. Потом свет. Конец флешбека. Он поднял голову. За окном шумел Нью-Йорк. Столько лет спустя — всё та же тоска. Но сейчас внутри был другой шум. Джо. Он вспоминал, как они сорвали её свидание с Айзеком Монро. Всё по долгу службы. Подозрения, доказательства, факты. Он пришёл в ресторан вместе с Марком, чтобы предостеречь её. "Но разве обязательно было подходить к столу? " Генри нахмурился. "Ты не был честен, Генри. Ни с ней, ни с собой." Он сказал себе, что заботился. Что защищал. Но в ту ночь впервые за долгое время он почувствовал — ревность. Настоящую. Непрошеную. "Но как же Абигейл?", - спросил он себя. Генри сжал кулак. Абигейл — это было другое. Глубокое, настоящее, безусловное. Она знала его тайну. И всё равно осталась. Пока не исчезла. Но Джо… Она не заменяет Абигейл. Просто… я снова начал чувствовать. И это пугает больше, чем бессмертие. На автоответчике мигнул огонёк. Её голос: — Генри, я тут… пересматривала список пассажиров «Аурелии». Есть одна странная запись. Позвони, если хочешь поговорить. Он не знал, что именно она нашла. Возможно, его имя. Возможно, совпадение, от которого становится не по себе. Но он всё равно взял телефон. *** Джо Она не спешила идти спать. День вымотал, но мозг не отключался. Джо ходила по квартире, то подходя к ноутбуку, то отвлекаясь. Наконец она села, глубоко вздохнула и вбила в поисковик: Корабль "Аурелия" + 1857 + экипаж Несколько ссылок. Архивы. Пожелтевшие сканы. Письменные списки, аккуратные, почти каллиграфические. Она пролистывала страницы — просто чтобы… убедиться, что это всё глупость. Что совпадение. Что это может быть кто угодно. Но потом глаза зацепились. *Генри Морган. Врач* Она замерла. Сердце пропустило удар. Потом ещё один. Пальцы дрогнули на мышке. Генри Морган. Не Гарри, не Джон, не выдуманное имя. Генри. Тот самый. Врач. На "Аурелии". В 1857 году. 157 лет назад. Она наклонилась ближе к экрану. Запись выглядела подлинной. Всё сходилось. Даты, должность. Даже почерк в журнале с медицинскими записями — чёткий, аккуратный, как у Генри сейчас, когда он заполняет отчёты в морге. - Идиот, — подумала она. — Если ты действительно бессмертный, какого чёрта ты всё ещё используешь СВОЁ имя? Ну разве так трудно взять себе что-нибудь простое? Смит. Браун. Хоть бы Фрэнклин. Ну или фамилию жены, как нормальный человек. Но нет. Он — Генри Морган. Сто лет спустя. Всё тот же. С гордо поднятой головой и лицом, которое вряд ли кто забудет. Кстати, это следовало бы изучить. Она откинулась на спинку кресла и провела рукой по лицу. Что ты, чёрт возьми, за человек? Или… не человек? И вдруг её пронзило. Нет, не страх. Только… грусть. И, может быть, лёгкая обида. - Сколько ты носишь в себе? Сколько людей потерял? Сколько раз начинал сначала? - Почему ты решил, что я — не тот человек, которому можно доверить это? - с небольшой обидой размышляла детектив Мартинез. Она закрыла ноутбук, не сохранив вкладку. Всё равно уже врезалось в память. Теперь всё зависит от тебя, доктор Морган . Хочешь — скажешь. Нет — я уже знаю. И, честно говоря… не уверена, кто из нас больше боится этой правды.