Глубинная угроза

«Это странно» - пронеслось в голове Советского союза, когда она осматривала свою руку. Самую обычную человеческую руку. В отличии от местных кораблей, благодаря развитой электронике, Дредноут обладала зачатками разума и самосознания ещё когда она была кораблём. И то, что у неё появилась такая человеческая конечность как рука, сильно её удивило. Она осмотрела своё новое тело. Тело оказалось женским и, судя по имеющимся у неё данным, весьма привлекательным. Хотя ей практически не с чем сравнивать. Единственная девушка, которая была у неё в доке, была снайпером. Советский союз решила встать. Тело очень хорошо выполняло команды, словно она всегда была человеком. Не было никаких проблем с координацией движений. Разобравшись с телом, Дредноут решила разобраться с окружением. Она находилась в обычной, на первый взгляд, больничной палате. Ничего интересного, кроме некоторого оборудования. Рядом с койкой находилась готовая одежда. Шорты, колготки, обувь с металлическими вставками и, как вишенка на торте странности, китель, которым можно прикрыть только грудь. У Дредноута появилось желание запустить пару ракет в того кто придумал такой дизайн. Но увидев, что другой одежды нет, всё-таки одела. Через пару минут она попыталась выйти из палаты, но дверь оказалась заперта. Сев на кровать, Советский союз принялась думать над тем где она и что ей делать. Вероятность, что её захватили силы Альянса была не нулевая. «А что если я здесь не одна?» Мысль породила идею, а идея включила радиосвязь. «Кира на связи» - прозвучал девчачий голос в голове. Дредноут ожидала услышать басистого радиста, но идентификационный номер несомненно принадлежал дирижаблю. «Доложи обстановку.» - сказала Дредноут. «Я человек» - с каким-то детским весельем ответила Кира. «Помимо этого» - несмотря на неуместное и слегка надоедливое веселье Киры, Советский союз была спокойна. «На связи» - тихо проговорил новый голос, словно его обладатель прятался от кого-то. Идентификационный номер соответствовал номеру Красного октября. «Дай угадаю. Ты тоже стала человеком.» - сказала Дредноут. «Да, флагман.» - так-же тихо, как и в прошлый раз, ответила Акула. В эфире повисла тишина. Ни дирижабль, ни субмарина не решались мешать флагману думать. А Дредноут уже додумала свой немного грубоватый план. «Кира, Красный октябрь ваши ТТХ сохранились?» Этот вопрос застал их врасплох. Они не пробовали использовать свои способности (полёт и невидимость) и даже не подумали об этом, отчего им стало стыдно. Советский союз поняла это и повторила жест генерала, который он называл «рука-лицо». «Вы находитесь в месте не опознаной принадлежности и не удосужились проверить свои возможности?» - отчитала их Дредноут. Отчего дирижабль и подлодка сами захотели стать невидимыми и улететь подальше. И не важно, что с флагманом нет визуального контакта. «Я лечу!» - крикнула Кира повиснув в паре метров от пола. Именно в этот момент пожилой куратор дел о канмусу решил зайти в палату. Когда он вошёл, он увидел девочку, которая парила в воздухе и заливалась смехом. Он многое повидал за свою службу, но такое он видел впервые. Внезапно ему стало плохо.

***

Акула с улыбкой смотрела в зеркало. Но ни она, ни кто-либо ещё не мог видеть эту улыбку, как и Акулу. Субмарина радовалась тому, что её не видно, что очень важно для субмарин. И словно по щелчку она снова стала видимой. Девочка с интересом рассматривала собственное отражение. Светлые, почти белые, волосы до поясницы, довольно милое личико и в целом ей можно было дать лет 12. из одежды на ней был тёмно-зелёный водолазный костюм с красной звездой на груди. Послышался звук открытия замка, заставивший Красный октябрь стать невидимой. Зайдя, молодой куратор не постарался закрыть дверь, что стало его главной ошибкой. Не найдя канмусу на кровати, он решил, что она где-то спряталась. Пока куратор звал подлодку, Акула, будучи невидимой и бесшумной, выскользнула из палаты. К счастью для Акулы её бесшумные винты превратились в бесшумные ботинки. Покинув палату, она побежала в сторону сигнала флагмана. Пробежав пару коридоров и поднявшись на два этажа, субмарина поняла, что сильно устала. Неудивительно — устроить забег находясь далеко от моря и будучи невидимой для канмусу весьма и весьма тяжело. Поэтому она присела на корточки, перевела маскировку в экономный режим, замаскировавшись под ближайший объект, и задремала.

***

-И всё-таки я не могу это понять. -Я тоже не понимаю как произошла инициация недостроенного линкора. Двое кураторов обсуждали результат опроса канамусу. В целом, всё прошло успешно: они узнали имя канмусу и узнали её отношение к людям, России и другим кораблям и девам флота. Было ясно, что она им не сильно и доверяет. А когда услышала от одного из кураторов о распаде Советского союза, она начала нести какой-то бред о войне Союза и Альянса. Неожиданно из-за угла вылетела кушетка, толкаемая медиками. На кушетке лежал пожилой мужчина, которого кураторы моментально узнали. -Это-же Илья Иваныч. Что с ним случилось? Плачевное состояние старшего коллеги выбило этих двоих из колеи. Этот «дедан», как его многие называли, способен спокойно вынести выкрутасы эсминцев без всяких препаратов. И тут такое. -Может присядем? -Давай. Там как-раз два стула. - поддержал его коллега, указав на «комфортную зону». Налив по стаканчику воды, оба почти синхронно сели на стул. Вернее, сел только один. Второй упал на пол, пролив на себя воду. Но это волновало его меньше всего. Сейчас они оба в шоке смотрели на удирающий от них стул.

***

Рассвет. Первые лучи солнца озарили водную гладь, по которой двигалась эскадра дев флота. Четыре канмусу позёвывая направлялись в сторону загадочного острова. -Почему нас отправили сюда так рано — простонала эсминец -Ну-же, Муцуки, не отставай. — ответила ей Симикадзе — Кстати, действительно почему? -Адмирал приказал нам проверить эти острова на наличие химе — «напомнила» ей Фубуки. -Верно! Когда я выполню задание Адмирала, тогда он … - выражение лица Конго стало мечтательным. -Но мы не сможем тягаться по силам с химе! - чуть ли не крикнула Муцуки. -Мы должны только обнаружить химе. Когда мы её найдём — сразу-же отправимся на базу. Муцуки поникла. Её терзало смутное чувство того, что они скоро найдут химе. Или она их найдёт. В любом случае они эту встречу не забудут.