Мой выбор

       " Ты должна быть послушной девочкой. Ты должна хорошо учиться. Ты не должна расстраивать родителей. Ты обязательно должна выйти замуж за надёжного и перспективного молодого человека, который сможет обеспечить семью. Ты должна найти стабильную, престижную и хорошо оплачиваемую работу, а не заниматься глупостями. Не строй воздушные замки. Ты должна быть реалистом».       Мы с Рей выучили эти правила наизусть с детства. Наши родители не терпели возражений. Я действительно боялась разочаровать их. Я старалась прилежно учиться, посещала дополнительные занятия и секции. Я лезла из кожи вон, чтобы понравиться не только родителям, но и их друзьям, коллегам, просто хорошим знакомым. Я считала всё это действительно важным. Я научилась скрывать и даже игнорировать свои настоящие увлечения, стремления, казавшиеся мне глупыми. Рей была другой. Она была лучше и храбрее меня.       Она не терпела давления, наставлений и советов. Рей хотела жить своим умом. Поэтому, стоит ли удивляться, что у неё были постоянные ссоры с родителями?! Они называли её неблагодарной и дерзкой. Несмотря ни на что, Рей была для меня примером. Втайне, я мечтала стать такой же, как она, но понимала, что мне не хватит характера. Сколько раз я в мыслях говорила маме с папой: «Я хочу сделать это по-другому!», но всегда не находила в себе сил так сказать. Рей было семнадцать, когда она устроилась на работу кассиром в Burger King. Это была её первая работа. Разумеется, мать с отцом воспротивились её решению. Они считали, что это не престижно и унизительно.       — Если ты так хочешь работать, давай я устрою тебя на лето в хорошую фирму моего друга. — сказал папа. — Я не хочу, чтобы моя дочь работала в какой-то забегаловке. Рей отказалась из принципа. Кумовство казалось ей отвратительным. Слова отца взбесили её. Она заявила, что собирается жить отдельно. Квартиру будет снимать с подругой. Разразился скандал, все кричали. Рей обвиняла родителей в деспотизме. Помню как в слезах выскочила из комнаты и бросилась Рей в ноги. Я молила её остаться дома, иначе я умру. В тот раз она осталась. Из-за меня. Вечером она пришла ко мне в комнату, легла рядом со мной на кровать и прошептала: «Я осталась ради тебя. Я не хочу, чтобы твоя жизнь превратилась в кошмар. Я буду защищать тебя. Не унывай».

***

      Через три года Рей встретила Кристиана де Мервиля — молодого фотографа из Франции. Он приехал в Лондон к своему старому приятелю. Однажды они зашли в кафе, в котором Рей отдыхала с подругой. Кристиан увидел её за соседним столиком и влюбился с первого взгляда. Симпатия оказалась взаимной. Через месяц после знакомства они поженились. Рей без раздумий решила переехать к нему в Страсбург. Родители были в шоке от решения Рей. Кристиан совсем не подходил под их высокие стандарты достойного кандидата на роль мужа: бедный фотограф без образования, перебивающийся случайными съёмками. Без перспектив. Без связей с нужными людьми. Больше всего их добивало, что Рей ради него сама бросала учёбу в университете и уезжала во французскую провинцию. Отъезд Рей стал для меня ударом. Всё же, я понимала, что она имеет право на личное счастье. Я не хотела быть эгоисткой. Мне пришлось тоже смириться с выбором Рей. В последующие годы я была единственной, кто поддерживал с ней связь. Родители считали её неблагодарной и глупой девушкой. После её отъезда мы встретились лишь раз — по пути в Швейцарию Рей и Кристиан заехали в Лондон. Мы виделись на вокзале ровно пятнадцать минут. Рей выглядела счастливой. Они получили заказ (Рей стала личным ассистентом Кристиана) на серию снимков для Life. Мы толком и не поговорили. Я тогда и подумать не могла, что вижу её и Кристиана в последний раз. Рей обещала, что мы снова встретимся, но в более подходящей обстановке. Нашим планам не суждено было сбыться: через два года Рей и Кристиан разбились в автокатастрофе под Бретанью.

***

       Мне было шестнадцать, когда я познакомилась с Аланом и его братьями. Папа пригласил семью Корнуэлл к нам на один из семейных ужинов. Отец Алана, Фредерик Корнуэлл, учился вместе с папой в Итоне. Алан с Джоном и Чарльзом только-только основали Three Lights и ещё никому не были не известны как самостоятельные единицы. Их знали просто как «сынков богача Корнуэлла». Фредерик Корнуэлл был одним из самых богатых людей в Англии. Ему принадлежала крупнейшая в стране сеть магазинов спортивных товаров. В бизнесе он отличался мёртвой хваткой и удивительным чутьём. К группе сыновей он отнёсся как к очередному бизнес-проекту. Тексты песен, мелодии, имидж, оформление выступлений — всё было продумано с учётом потребностей «целевой аудитории». Он не жалел средств на продвижение группы ибо понимал, что всё это окупится в тысячу раз. И он не прогадал. Уже в первый год существования, группа стала открытием. К сожалению, в те годы я не очень хорошо понимала всю глубоко коммерческую направленность Three Lights.        Разве я могла не влюбиться в Алана?! До него у меня не было никакого опыта в отношениях. Никто, кроме разве что Роберта Тейлора в фильме «Мост Ватерлоо», не производил на меня впечатления. Он был для меня идеалом, воплощением Роя Кронина. Безумно красивый, весёлый, добрый и такой чуткий. Мы сдружились сразу же за столом. Весь вечер он смешил меня, рассказывал про группу и даже спел мою любимую Yesterday. Я влюбилась в него без оглядки. «Делай как считаешь нужным, но не попади в золотую клетку. Не гонись за идеалами родителей. Этот твой Алан может оказаться обыкновенной марионеткой в руках отца» -написала мне Рей, когда я сообщила ей в письме о моей влюбленности в Алана и о том, что он предложил мне встречаться. Я тогда жутко обиделась на неё. «Неужели ей так трудно за меня порадоваться? Даже родители в кои-то веки довольны мной» — думала я в то время. Откуда мне было знать, что через некоторое время её слова подтвердятся?

***

             Дэриан проводил меня до самого подъезда. Он говорил, что его группа делает такую замечательную музыку, аналога которой нет во всей стране. Я лишь улыбалась. Его самоуверенность поражала меня. Другой человек, заявивший подобное, мог бы не на шутку взбесить меня, но на Дэриана было трудно сердиться. С ним вообще было комфортно. Комфортно, как с человеком, которого знаешь всю жизнь. Мы стояли под крышей у подъезда. Снова начал моросить дождь. Я подумала о том, что он промокнет без зонтика. Я уже хотела предложить ему свой, как он сказал мне:       — Дай, пожалуйста, свой номер телефона. Если ты думаешь, что так просто отделаешься от меня, то ты ошибаешься. Я очень настойчивый. Не знаю почему, но я без раздумий назвала настоящий номер. Интуиция подсказала мне, что Дэриану можно доверять. Он взял с меня клятву, что я обязательно приду на концерт башни Татлина.       — Ты предложи мне ещё клятву кровью закрепить, — съехидничала я, глядя на его разбитый нос и залитую кровью рубашку.       — Тогда мне придётся разбить твой очаровательный носик, а этого мне совсем не хочется. Хватит с тебя и честного слова. На этом мы расстались. Дождь усиливался. Он помахал мне на прощание и крикнул, что обязательно позвонит.

***

Между прочим, Дэриан сдержал своё слово — уже через полтора часа в квартире раздался звонок.       — Ага, значит номер правильный! — сказал он вместо привычного «Привет». — А то у меня была мысль, что ты применила ваши обычные женские штучки и решила дать мне неправильный номер.       — Как я могла?! — подыграла я его шутливому тону. — Разве я могла обмануть вокалиста лучшей группы страны?! Он засмеялся в трубку. У меня почему-то тоже потеплело на душе.       — Это был контрольный звонок. Завтра я позвоню ещё раз, даже не сомневайся. Сообщу точное время концерта и местоположение клуба. Спокойной ночи!       — Не сомневаюсь. И тебе спокойной ночи. Я чувствовала, что перенеслась на четыре года назад. В подобной манере произошло и моё знакомство с Аланом. На душе было так хорошо, что хотелось петь. Той ночью я впервые за долгое время спокойно спала.

***

       Я с ужасом осознала, что не вспоминала об Алане где-то к полудню следующего дня. Я вернулась после очередной примерки свадебного платья домой и обнаружила на автоответчике сообщение от Алана. Полёт прошел очень хорошо, сегодня вечером группа выступает в Гамбурге. Он говорил, что скучает по мне. Я несколько раз прослушала сообщение. Я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЗАБЫЛА О НЁМ. Я ЗАБЫЛА ОБ АЛАНЕ, СВОЁМ ЖЕНИХЕ. Всё утро я думала лишь о своём новом знакомом, предстоящем концерте и звонке. Даже во время примерки я обдумывала, что же я надену в клуб. «Я не пойду. Это предательство. Я помолвлена. Я не должна идти туда. Это неправильно» — лихорадочно думала я. В разгар моих хаотичных мыслей зазвонил телефон. Как я и ожидала, Дэриан снова объявился.       — Хей. Значит, приходи в 19.40 в клуб Armageddon. Я скажу, что ты по моему личному приглашению, поэтому не плати за билет. Это в Ньюэме. Только будь, пожалуйста, осторожной. Это не самый благополучный район, — обычным, не терпящим возражений тоном, сказал он.       — Какое шикарное название у клуба! Приду.       — Мы там тоже устроим тот ещё конец света, вот увидишь. Кстати, чем занималась сегодня? И, кстати, почему ты так рано дома?       — Решила прогулять учёбу. Ходила по магазинам всё утро, — соврала я. Мне не хотелось говорить про подготовку к свадьбе. Для меня эта тема стала мучительной.       — А я вот всё репетирую у себя в комнате и иногда думаю о тебе.       — Прекрати, пожалуйста… Ладно, мне надо идти. У меня ещё есть дела, — протараторила я. Его слова очень смутили меня. Я положила трубку. Мне было стыдно. Дэриан был приятен мне, но я помнила, что моё отношение к нему противоестественно.

***

             Armageddon полностью оправдывал своё название: старый, явно требующий ремонта клуб был забит до отказа неформалами. Я, в своем простеньком чёрном платье и джинсовке с белым мехом была самой неприметной. Рядом со мной толпились размалёванные готы и парни а-ля «новые романтики». Я с трудом пробилась к сцене. Дэриана и других музыкантов ещё не было нигде видно. «Интересно, а у них действительно такая замечательная музыка, раз пришло столько народу их послушать?» — подумала я. Всё это было как во сне. Я в маленьком старом клубе, в окружении странных людей пришла на концерт группы парня, которого знала всего сутки. В это трудно было поверить.       Внезапно включился свет на сцене. Толпа загудела. Сначала вышли три парня. Дэриана с ними не было. Один сел за барабаны, другой встал за синтезатор, третий настраивал бас-гитару. Девчонки рядом со мной начали скандировать название группы. Я сжалась в комок. «Зачем я пришла, зачем я сюда пришла» — проносилось в голове. И тут выскочил Дэриан. Я не поверила своим глазам. У меня рухнула нижняя челюсть. Я узнала в нём того самого Безумного шляпника, который нам с Эми повстречался два года назад у лифта. На нём были те же очки и шляпа. Слава Богу, он не надел тот дурацкий блестящий костюм. Он ехидно улыбался мне.       — Всем привет. Это Башня Татлина. Сегодня мы разнесём этот клуб в щепки, не так ли? Толпа одобрительно загудела. Я не могла оторвать взгляд от этого наглеца. Он лукаво подмигнул мне. Чего греха таить, он великолепно держался на сцене. Дэриан был похож на диктатора, которого безоговорочно слушались.       — Наша первая песня называется «Весёлая история». Начинаем! — крикнул он. Заиграли первые аккорды. Они отдавались в моём мозгу. Дэриан запел. Я слушала, и не могла поверить, что такое возможно. Я не могла поверить, что тот Шляпник, с которым я перекинулась шуткой про Зигги Стардаста два года назад и есть Дэриан. И да, он оказался прав: их музыка оказалась лучшим, что случалось на британской сцене за последние десять лет. Его песни и голос были дерзкими, странными, впивающимися в мозг. Он, на самом деле, было безумно талантлив. Я была смущена и взволнована. Во время концерта он старался поймать мой взгляд. У меня возникло ощущение, что он играет только для меня. «И как я жила без него раньше? Почему так получилось?» — подумала я.