SIN

Шуга и Джин часто ходили есть вместе. Они ходили в разные рестораны, иногда заказывали еду в комнату для практики или в здание, где проходил промоушен очередного альбома. Суть одна - они любили есть в обществе друг друга. Когда оба сильно уставали, трапеза проходила в молчании, но таком понимающем и приятном, что это можно было скорее назвать ласкающей уши тишиной нежели неловкой паузой длиной в час. Когда Юнги был в хорошем расположении духа, завязывалась приятная беседа. Если из-за недавних событий они оба были взволнованы, то начинался очень эмоциональный разговор, сопровождающийся быстрым и неаккуратным поеданием большого количества пищи. Фанаты никогда не видели, как вместе едят эти двое, а если бы узнали, то открыли бы для себя, насколько они близки. В этот вечер Джин зашел в студию Юнги, успев до того, как тот что-нибудь себе закажет. - Хён, мне нужно работать, - как можно мягче протянул тот. Из-за этого-то Джин и не воспринял его слова как отказ. - Пойдем, - сказал Джин и потянул того за руку. Юнги медленно встал, взял телефон с кошельком и, ворча, пошел за ним. - Это же твой первый прием пищи за день? - спросил Юнги, пока они шли по безлюдным улицам. Джин кивнул. - О, брось, тебе не нужны диеты. Он улыбнулся, но свое мнение не поменял. Юнги был немного обеспокоен тем, что на лице своего соседа он мог различить скулы. До такого состояния он не часто худел, и происходило это скорее не по собственной инициативе, а из-за стресса, недосыпа или плохого самочувствия. Они шли плечом плечу, засунув руки в карманы и надев на голову капюшон. Была середина весны, и они уже могли позволить себе выйти из дома вечером в одной толстовке. Пройдя тихие дворовые улочки, они вышли на главный, хорошо освещенный ночью проспект. Кругом пестрели вывески, но район был не центральный, дома недостаточно высокие, поэтому большую часть вида составляло черное, как смоль небо. Без единого облачка и совсем без звезд. На душе у Шуги было неспокойно, но он не мог найти этому причину, поэтому шел молча, пока Джин рассказывал про сахарных летяг. Обычно он умилялся, когда Джин о них упоминал или, как минимум, на его лице появлялась небольшая улыбка. Они, как и собаки, грели его душу. Сейчас же Джин не обнаружил привычной ему реакции и спросил Юнги, в порядке ли тот. Он лишь отмахнулся, потому что ответить ему действительно было нечего. Они подошли к улочке с их любыми кафе и остановились, чтобы сделать выбор. - Мы в том давно не были, - сказал Джин и показал на ближайший ресторанчик. Юнги не понравилась эта идея. Все его естество отвергало мысль зайти туда. - Нет, давай еще куда-нибудь зайдем, - сказал он и пошел по улице дальше. Но проблема заключалась в том, что либо все остальные рестораны оказались заполнены, либо места в них были совершенно неудобными. - В тот даже не думай заходить, там ужасная еда, - изрек Джин и повел Юнги в первый на этой улице ресторан и последний вариант из всех возможных. Честно говоря, от голода сил у Джина практически не осталось, поэтому, когда они наконец сели за столик, все что он смог сделать это откинуться на спинку стула и доверить выбор меню Юнги. Тот заказал блюда и сидел с ужасно кислой миной. - Юнги? - Джин облокотился на стол и посмотрел ему в глаза. - Что случилось? Шуга почесал шею и медленно осмотрелся вокруг. - Это будет глупо звучать, - он немного помолчал. - На душе как-то тяжело что ли. Он снова почесал шею и выглядел неловко. Джин списал все на предстоящий альбом, недосып, голод или даже стресс, но все же попытался отвлечь Юнги от гнетущих мыслей. Но нехотя это чувство передалось и ему самому. - Куда делись твои щеки? - спросил Юнги, вглядываясь в его лицо. Тот провел рукой по небритым щекам и вопросительно поднял плечи. - Зачем ты сегодня голодал? Ты и так сбросил из-за нашего графика, - продолжал ворчать Юнги. Когда он упрекал в чем-то Джина или высказывал свое неодобрение, его голос сам по себе делался мягче и тише, в отличие от того, когда он отчитывал младших. Хотя и там были свои исключения. - Почему ты не говоришь о том, что сам вчера ничего не ел, - перевел стрелки Джин, но их отвлек от разговора официант, принесший их заказ. Гриль в середине стола уже нагрелся и Юнги, всегда готовивший мясо, принялся накладывать его большими кусками. Им подали зелень и овощи и оставили в покое. Сегодня эти двое не были взволнованы, поэтому во время поедания пищи они лишь иногда перекидывались фразами вроде «Как вкусно», «Попробуй, так вкуснее», «Зелень заканчивается, надо попросить еще». Как бы то банально не звучало, но в такие моменты они оба чувствовали себя умиротворенно и спокойно. Можно сказать, что тогда они ощущали себя счастливыми, ведь есть где-нибудь в ресторане с человеком, с которым тебе максимально комфортно все же лучше, чем в студии, где ты совершенно один. Еда была доедена, их привыкшие к голоду желудки были набиты, и они ждали официанта, чтобы рассчитаться. - Я с трудом дойду до дома, - сказал Джин, похлопав себя по животу, и потянулся за кошельком. Он увидел краем глаза, что Юнги выглядел чем-то обеспокоенным и постоянно озирался по сторонам. - Что такое? - Я не вижу ни одного официанта, - сказал он и посмотрел в сторону входа. - Менеджера тоже нет. Джин проследил за его взглядом и понял, что тот говорит правильные вещи. - Я оставлю деньги тут, и пойдем отсюда, - сказал он и поднял Юнги с места. Они прошли мимо спокойно обедавших посетителей и пересеклись взглядами с парой таких же внимательных. Юнги схватил Джина за руку, заставив его остановиться. - Ты видишь, там дым? - резко спросил он. Джин увидел, что около кухни у потолка виднеется едва заметная дымка и обеспокоенно посмотрел на Юнги. - Ты предлагаешь нажать на аварийную кнопку? - Да, и валить как можно быстрее. Они дошли до выхода, Джин взял меню из стопки и был готов уже разбивать защитное стекло, как раздалась сирена с кухни. Пожарная сигнализация в этом заведении работала хорошо. Их оглушило, и они увидели разом вставших посетителей, многие из которых уже были готовы стартовать к выходу. Джин схватил растерянного Юнги за кисть руки, и они выбежали из этого полуподвального заведения по ступеням. За ними погнались и остальные самые сообразительные, и довольно скоро из-за узких дверей там образовалась давка. Джин шел слишком быстро, и Юнги не успевал за ним, хотя и держался за его руку. - Давай медленнее, мы уже совсем далеко, - выдохшись, проговорил он, и Джин действительно сбавил скорость. - Поверить не могу, что твое чутье тебя не подвело, - сказал он. Джин казался максимально спокойным, но на самом деле он просто хорошо себя сдерживал. Сбившееся дыхание и широко открытые глаза выдавали его, но Юнги не заметил бы этого, если бы не знал его так хорошо. На середине пути Джин остановился и, оперев свободную руку на бок, глубоко выдохнул. - Все нормально? - спросил Юнги, который стоял чуть впереди и тянул его за руку. - Просто перенервничал, - Джин попытался улыбнуться. - Оооо, - протянул Юнги. Он поравнялся с ним, расцепил их руки и положил свою Джину на талию. - Знаешь, жить вообще страшно, - Юнги старался приободрить опечаленного соседа. - Все закончилось хорошо. Они не оказались в давке у дверей, быстро выбрались оттуда, не надышались угарным газом, не выбивали окна, чтобы хоть как-то оттуда выбраться. Все действительно закончилось хорошо. Но сам факт того, что они могли оказаться в такой ситуации, если бы не внимательность Шуги и не оперативность обоих, не давала успокоиться ни Джину, который чувствовал себя ответственным за жизнь Юнги, ни самому Юнги. - Будем чаще заказывать еду... - покосившись на идущего рядом целого и здорового Юнги, протянул Джин. - И мы могли бы чаще готовить в общежитии, - добавил Шуга. - Остальным не будем говорить, что ели в том ресторане, хорошо? - Конечно, - тихо сказал Джин, почувствовавший, наконец, что угроза миновала, и они медленно зашагали домой.