Настоящие истинные вроде бы?

Чимин: Всю пролетевшую в один миг неделю мне не удалось увидеться с Юнги. Из-за этого разговор о нас откладывался в долгий ящик. Спасали моё душевное положение, каждодневные звонки и новая подработка в убыточной фирме. Ещё изредка удавалось проследить за счастливой парочкой, но ничего особенного они не делали. Хотя такие гонки отнимали у меня все силы, и к выходным реально разыгралась мигрень. Итогом стал обморок и отправка меня в больницу. Всё бы ничего — здравое мышление мне вернул укол. Но вот по дороге к выходу на лавочке я увидел брата и его альфу. Стало действительно любопытно, плюс ещё подозрения, что терзали меня столько дней. Когда же стало ясно, возле чьего кабинета они сидят, в голову ударила кровь. Гинеколог! Одним словом: эти кролики перестарались во время течки. Всё складывалось в одну картину: утреннее недомогание, избегание моего общества и округлившийся живот. Хотелось придушить альфу прямо сейчас. Однако их уже след простыл, поэтому я стал ждать сладкую парочку у двери. В мыслях уже развивались разные варианты убийства, ну, или наказания. Всё же племянника нельзя было оставлять без отца, но напугать-то надо, потому что скрывали и прятались, вместо того, чтобы сказать всё в лоб. Я что, страшный зверь? В момент, когда дверь распахнулось, нужно было видеть лица этих двоих. Джина явно трясло, Хосок побледнел. Парочка встала как вкопанная, брат пытался что-то сказать. У меня же кулаки чесались, так и хотелось ласково начистить одну рожу. Рука взметнулась вверх, а потом столкнулась с телом напротив. Вот только попало не по виновнику, а по Юнги. Вот это было шоком для меня. Почему он защитил этих обманщиков? Он знал? Тогда почему не сказал мне? Подлое предательство горчило на языке, голова разболелась с новой силой. Уши словно ватой заложило. Я кричал и бесновался от обиды, догадавшись о том, что Юнги знает больше, чем ему положено. Мне же хотелось доверять ему, хотелось открыться. Теперь же хрупкий мост из хрусталя рухнул и разлетелся вдребезги. Осколки впились в сердце и кололи. Единственное, что могло спасти моё тело в такую секунду, только бег. Неважно куда, лишь бы подальше. В голове была пустота, даже не помню, что наговорил альфе. Осталась только острая боль утраты. Как оказался дома, не понял сам. Только запер дверь и плюхнулся на кровать. Мне было больно и противно. Неужели все, что говорил этот парень, ложь? Значит он не мой истинный? Почему разочарование гложет душу? Вскоре, немного отойдя, я ответил на телефонный звонок. Папа рассказал мне о свадьбе и счастливом будущем молодожёнов. Стало легче, на брата больше не было сил сердиться, однако боль никуда уходить не собиралась, становясь всё сильней. Неужели мне хотелось, чтобы Шуга бежал за мной? Просил прощения? Этот же альфа даже не позвонил, лишь уже следующим утром я услышал телефонный разговор брата. — Цветочек, как он там? — Совсем плохо, всех посылает? — Нужно будет заставить его хотя бы поесть. Вызови его младшего брата, может он его послушает. — Хорошо, встретимся вечером. Сомнений не оставалось, разговор вели об этом обманщике. Ему настолько плохо от моих слов? Когда же уже воспоминания о том, что было сказано мной, обратно вернутся ко мне? Весь оставшийся день я просто лежал, потом ел и возвращался в кровать. Тело неприятно ломило, голова было пустой, а в груди ныло сердце. Пускай у нас с ним было так мало встреч, вместе с ним было тепло и спокойно. Иногда — даже весело. Он последнее время занимал все мои мысли, а сейчас всё кончено. Но почему от этого мне так плохо? Меня мучает беспричинное чувство вины. Вот в таких мучениях прошёл ещё один день. Чувства были противоречивые. А на следующее утро ещё и течка началась. В прошедшие времена она всегда протекала спокойно, в этот же раз всё было невыносимо. Обезболивающих в доме не оказалось, кошелёк пропал. Хотел позвонить брату Джуна, но и на телефоне деньги закончились. Вот надо оплачивать сотовые счета, а не страдать из-за непонятно чего. На дрожащих ногах я отправился искать свои игрушки, потому что возбуждение было болезненным. Голову немного вело, но не так уж и сильно. Бесила только откровенно мокрая задница. Поэтому приняв душ и не найдя специального оборудования (Секс —игрушек!), поставил тампон. Во рту было сухо, есть совсем не хотелось. Плюс ещё и обострённое эмоциональное состояние. Если объяснять точнее, за пять часов после пробуждения, я успел раз пять пореветь, семь поржать и три раза по проклинать всем известного альфу. В момент моей очередной мастурбации на телефон позвонили. Вот только я не ожидал, когда брал телефон, что это будет мой личный сталкер. В голове сразу же мелькнула мысль: Может с ним переспать? Он же тоже альфа. При подобных размышлениях, я ответил на звонок. — Привет, Чонгук, чего звонишь? Парень взволнованно дышал мне в ухо, а потом ответил: — Чимин, давай сходим прогуляться? — Хорошо, подходи к моему дому, тут есть лавочка неподалёку, жди меня там, — ответил я, прокручивая в голове грязные мыслишки. Лучший вариант: просто переспать с альфой. Значит, подойдёт любой? Разве не так устроен наш мир? Через десять минут пришла смс, и мне оставалось только накинуть куртку и спуститься к месту встречи. Но странное чувство задержало меня на пороге. Что-то было не так. Однако откинув все эти глупости, я побежал по лестнице вниз. Младший ждал меня там, где велено. Когда его взгляд коснулся меня, улыбка озарила лицо. Но за секунду до него донёсся мой запах, и он, похоже, дар речи потерял. Потом же я подошёл вплотную, Чонгук поднялся и, обняв, поцеловал мои губы. Поцелуй был настойчивым и влажным. Парень дрожал то ли от нервов, то ли от возбуждения. Меня же чего-то не вставляло. Вообще никаких эмоций, учитывая, что моя течка в разгаре. И, нет, мне не хотелось сравнивать, просто в голове сам всплыл последний поцелуй с Юнги. Сердце от одного воспоминания вздрогнуло. С ним целоваться было приятно до дрожи в коленках. Чувства всегда обострялись, да и течка изменилась. Значить подобное может только одно. Шуга вправду мой истинный, и я на самом деле очень хочу принять его. Отнекиваться бесполезно. Даже не чувствуя его запах, мой организм нашёл его и выбрал. Оттолкнув от себя разгорячённого ребёнка, я громко сказал: — Чонгук, извини, что так получилось и спасибо. Благодаря этому поцелую я понял, что уже нашёл своего альфу! Мне пора! Развернувшись на пятках и переведя дыхание, я сорвался на бег. Ветер свистел в ушах, было всё равно на любопытные взгляды. Мне нужно было увидеть Юнги, прямо сейчас. Немедленно! Потому что, он мне необходим как воздух. Только вот ему о подобном лучше не знать. Несмотря на течку, мне было не страшно бежать по людной улице, ведь в драке я мог уделать любого альфу. В эту минуту вспомнилась наша первая встреча, она была нелепой. Будто специально спланирована самой судьбой. Не знаю, во что всё выльется, просто увеличиваю темп. Оказываясь у знакомой двери, начинаю звонить как сумасшедший. Альфа ни в какую не открывает, а потом за дверью слышатся тихие шаги, и она распахивается. Человек, что стоит передо мной, не похож на вредного и несгибаемого репера. Глаза потухшие, словно из него все силы выкачены. Не мог он так похудеть за жалких два дня. Не знаю, что сказать. Просто захожу к нему, Юнги пятиться пока не сталкивается спиной со стенной. Говорю первое, что приходит в голову. — Доктор, я пришел, чтобы сдать вам зачёт. Альфа смотрит на меня устало, а потом тихо бормочет, закрывая лицо руками: — У меня галлюцинации, круто. Не удивляюсь подобной реакции, поэтому решаю подтвердить свою реальность. Подхожу вплотную, убираю его руки и целую закусанные губы. Закончив невинный поцелуй, шепчу томно и тихо: — Юнги, я реальный. Парень смотрит уже более осмысленно, а потом ведёт носом и пытается оттолкнуть. — Я думал, ты пьяный, а у тебя течка. Не подходи, пожалуйста, я не смогу сдержаться. Улыбаюсь немного нагло, наблюдая подобный протест, следом ставя ультиматум. — Я всё ещё зол на тебя, так что тебе нельзя меня трогать. После сказанного, вжимаю своё тело в его и прикусываю плотно сжатые губы. Вскоре преграда исчезает, и мой язык проскальзывает в приоткрытый рот альфы. Он от подобных действий утробно стонет. Такие хриплые звуки ласкают слух, заставляет сердце безумно колотится, а кое-что течь ещё активнее. — Чимин, ты же сказал… — шепчет Юнги. Затыкаю его поцелуем, в этот раз тоже пользуясь языком. Альфа ни долго думает, опускает свои руки на мою попу, за что получает шлепок и тихое напоминание: — Говорил же не трогать меня. Я всё сделаю сам. От отчаянья Шуга стонет снова и просто кивает, соглашаясь с моими условиями. Его зрачки сейчас увеличены, и мне приятно то, как он сдерживает свой гон ради меня. Тащу его в спальню по памяти. Юнги послушно идёт следом, пожирая моё тело только взглядом. По приходу на место назначения кидаю его на кровать, сам начиная раздеваться. Футболка и штаны летят на пол, как и нижнее бельё. Я стою перед своим альфой абсолютно голым и ни капельки не смущаюсь. Потому что по глазам видно, как он восхищён мной. Приятно и так волнительно мне ещё не было никогда в жизни. Оглядываю его намекающим взглядом, Юнги понимает намёк и, вставая, тоже оголяет своё тело. Тут-то я и залипаю. Даже не смотря на то, что он похудел, можно слюной подавиться. Белоснежная кожа, пресс в шесть кубиков, плотные мускулистые бёдра. Прям мечта любой омеги, а под одеждой заморышем казался. Смотрю и не могу наглядеться, прихожу в себя, когда он грохается на кровать, тяжело вздыхая. Переборов смущение, отправляюсь по тому же маршруту. Чонгук: Похоже меня окончательно отшили. Сейчас бредя по ночным улицам города, я окончательно понимал, что всё было напрасно. Моя попытка убежать от судьбы и истинности провалилась с треском. После того, как на том парне оказался запах моей пары, всё труднее было сопротивляться связи. Как вообще так можно? Я не видел его ни разу, но от его коньячного запаха, голова кружится. Всегда ненавидел это грёбанное предназначение, именно из-за него погибла моя мать. Она была невинной девушкой. Когда встретила моего отца бандита. Они оказались истинными, любовь вскружила голову обоим. Но папа не отказался от своей работы и когда нам с братом было всего по три года, маму-омегу застрелили киллеры, что явились в наш дом. Отец тогда всё же отошёл от дел, жаль, что так поздно. До сих пор в ноздрях стоит запах коньяка, которым воняло в баре, который открыл папа на оставшиеся деньги. Мы находились там, два ребёнка, почти круглосуточно. Пока однажды я не позвонил родителям нашей мамы, и они не забрали нас. Дедушка с бабулей были обеспеченными людьми, именно поэтому ни я, ни брат ни в чём не нуждались. Однако травма с запахами осталась в моём мозге навечно. Теперь же мой истинный, воняет тем самым коньком. Это как закон подлости, а самое страшное, что моя попытка побега не удалась. Дойдя до дома, я плюхнулся на диван и начал пялиться в потолок. Тёмная комната озарялась фонарями с улицы. Братик куда-то свинтил, видимо, его попа, любящая приключения, снова пошла в бой. Ему всегда хотелось найти свою пару и жить счастливо, как в сказке, жаль, что я не верю в подобное. Несмотря на отрицание, меня по ночам душила ревность к этому Джуну. Хотя свою омегу я даже не знал — не комично ли? Не в силах больше копаться в своих эмоциях, мне осталось только встать и поесть чего-нибудь. Как назло, в холодильнике было пусто. Мысленно придушив братика и порывшись в визитнице, я пошёл самым простым путём — заказал пиццу на дом. Хоть и было поздно, но заказ пообещали доставить через пятнадцать минут. На меня внезапно напала фея уборки, поэтому вскоре квартира напоминала пряничный домик. В моём понимании хватило и того, что все вещи модника-братишки были разложены по местам. Это уже было огромным достижением. В момент, когда моя альфья сущность пыталась отмыть пол, раздался звонок. Так и не накинув футболку, я двинулся открывать. Дверь медленно распахнулась — и кажется весь мир замер. Этот запах — тот самый, что горчит на языке, напал на меня вместе с легким ветерком, гуляющим по подъезду. Передо мной стоял парень ниже меня, в капюшоне и с пиццей в руках. Мы так и замерли, смотря друг на друга в упор. Рука сама потянулась к мешающему элементу одежды, и мне открылось лицо омеги. Он был очень красив: красные волосы, аккуратные черты лица, а главное — губы в форме сердечка. Ещё и взгляд такой, что кажется мою душу куда-то засасывают. Против воли, в одну секунду я влюбился в обладателя этого коньячного запаха. Сердце готово было вырваться из груди и сбежать к чёрту напротив. Закон подлости похоже решил сыграть злую шутку, и у него получилось. Истинность лишила меня силы воли. Наверное, поэтому, я неловко улыбнулся и спросил: — Как тебя зовут? Парень напротив поднял на меня свои темные глаза и ответил приятным мелодичным голосом, от которого я снова получил ещё один инфаркт: — Кенсу, До Кенсу, а тебя? Над его вопросом я думал меньше секунды. — Чон Чонгук. На мой взволнованный голос парень с пиццей в руках улыбнулся, тем самым добив мою сердечно-сосудистую систему. Эта улыбка для меня была подобна огнестрельному выстрелу. Тут до меня дошло, что я стою перед омегой в одних спортивных штанах. Покраснев от смущения, я рванул в глубь квартиры, крикнув перед этим: — Можешь зайти, я сейчас кошелёк принесу. Парень, не стесняясь пошёл следом, а потом положил мой заказ на кухонный стол. Накинув на себя первую попавшуюся футболку, я вернулся к своей омеге. Он смотрел на меня с неподдельным интересом и любопытством. Что волновало так, что воздух для лёгких казался обжигающим. Ломающимся голосом я спросил Кенсу: — Это твой последний заказ на сегодня? Он снова улыбнулся и кивнул. Тогда моя решимость взяла верх над разумом. Звук голоса сам разрушил тишину: — Может чаю хочешь, один пиццу я не осилю? Омега, видя моё нервное состояние, немного покраснел и спросил: — Где чайник? Не понимая суть вопроса, я просто показал на предмет пальцем. Кенсу сразу начал набирать в него воду и поставил кипятиться, параллельно нарезая кусочками то, благодаря чему мы встретились. Сам того не осознавая, наблюдая за ним, я улыбался. Но парень заметил это, и наши взгляды встретились. Тут же уши залил звук уже полюбившегося мне голоса. — Не думал, что мы встретимся так, Чонгук. Сколько тебе лет? — Двадцать один, — ответил я, даже не задумываясь. Кенсу после моего ответа поставил передо мной тарелку и сказал: — Мне двадцать пять. Меня его возраст ни капельки не смутил, поэтому тут же выдал: — Ты старше, но мне пофиг; я твой альфа. Кенсу подавился и посмотрел на меня серьёзно. — Конечно, малыш, — тут же ответил он, придя в себя, прожевав кусок пиццы. Вскоре доев, мы посмотрели фильм, абсолютно молча, просто держась за руки. Его запах меня на удивление успокаивал. Вообще его присутствие приносило эйфорию и счастье. Похоже омега чувствовал тоже самое. Когда мы прощались, стоя на пороге, набравшись смелости, я выпалил: — Дай мне свой номер! Кенсу от такой просьбы улыбнулся и ответил: — Не дам, возьму у Чимина твой, и сам тебе позвоню, когда решу, что дальше делать с этими отношениями. Хорошо, милый сталкер? От его слов вспомнился тот дылда-парень и ревность резанула по сердцу. — Кто тот парень, Джун, по-моему. Вы встречаетесь? Спросил я, боясь услышать ответ. Кенсу улыбнулся моему любопытству и ответил с явной насмешкой: — Он мой брат, младший притом. Так что не ревнуй, малыш. Стало намного спокойней, хотя похоже придётся налаживать дружеские отношения с тем парнем. — Можно мне проводить тебя? Задал я очередной вопрос, сгорая от волнения. Тогда Омега быстро сократил между нами расстояние и поцеловал меня в щёку, тихо ответив: — Нет, Чонгук, нельзя. Не волнуйся я на байке, так что доберусь сам. После сказанного, этот парень просто закрыл за собой дверь, оставив меня стоять с горящей щекой и прыгающим в груди сердцем. Юнги: Похоже мои глюки, внезапно оказались реальностью. Чимин сидел на мне сверху и культурно надо мной издевался. Его запах сводил с ума, поэтому на контроль уходило много сил. Понять же этого парня было ещё труднее. Он же не хотел меня больше видеть, сейчас же полностью голый, вылизывает мои соски. Хотя что-то подобное должен делать я, но двигаться не могу по воле одной подлой омеги. Послушно принимаю его ласки, наслаждаясь такой близостью. От одного выражения лица Чимина можно спустить (сами знаете что и куда). Но усердно пытаюсь держать себя в руках и просто любуюсь, принимая происходящее как должное. Хотя в голове и летают миллионы миллиардов вопросов. Всё же решаю задать самый важный: — Чимин, ты осознаёшь, что творишь? Омега после вопроса смотрит на меня с вожделением и отвечает тихо и интимно: — Разве я не могу творить с моим альфой всё, что хочу. От его ответа дышать становится ещё труднее. Второй вопрос сам срывается с губ. — С каких пор я твой? Выслушав меня, Чимин наклоняется и кусает меня за плечо, ставя метку. Меня прошибает на сквозь от приятных ощущений, дёсна начинают зудеть. Это же чудо улыбается невинно и говорит: — С этой минуты ты мой, Мин Юнги! Невольно улыбаюсь в ответ, а потом возмущенно бубню: — Тоже хочу поставить тебе метку. Чимин снова лыбится, а потом тихо шепчет в самое ухо: — Тебе пока нельзя, до тех пока я снова не стану тебе доверять. Это твоё наказание, мой альфа. Хочу уже возмутиться от такой наглости, но вместо слов из горла рвутся стоны. Потому что Чимин на меня сейчас насаживается — сам. Видимо, за всей этой болтовнёй я упустил тот момент, когда омега растянул себя и надел на меня презерватив. Мне становится слишком хорошо, голова кружится. Сверху в голос стонет Чима, работая самостоятельно, переодически шлёпая мои руки, которые так и тянутся потрогать его тело. Просто принимаю наказание, наслаждаясь чем-то нереальным. Смиряясь с тем, что надо мной будут ржать все знакомы мне альфы. Главное, что Чимин сам пришёл ко мне, выбрал меня из всех других альф. Остальное неважно. Об этом можно подумать утром, на трезвую голову.