Настоящие истинные вроде бы?

Юнги: Утро разбудило меня, копошением рядом. Ещё и плечо чешется. Воспоминания врываются в разум обрывками. Чёртов гон, как можно опомниться только спустя почти неделю? Открываю глаза и вижу спящего Чимина. Волосы у него растрёпаны, губы распухли от постоянных поцелуев. Даже похудел, кажись: мы же почти не ели. Он был очень неугомонным, но так и не дал мне ни то что метку поставить, но и доминировать. Моя участь быть всю жизнь снизу? Не ожидал такого подарочка от судьбы. Может ли быть проблема в его нюхе? Ведь обычно омеги во время течки очень чувствительны и слабы, но не это чудо. Запутываюсь в собственных мыслях, поэтому отбрасываю их вон из черепной коробки. Тихонечко выскальзываю из кровати и спешу на кухню. Заглядываю в холодильник и понимаю, что там не только мышь повесилась, но и тараканы самоубились. Решаю, что будет разумнее сходить в магазин, заскочив в кондитерскую. Надо чтобы Чимин нарастил милые щёчки обратно. Похоже его присутствие делает мой характер мягче и гибче, это и значит быть истинными? Натягиваю на себя толстовку с джинсами и, закрыв квартиру, бегу вниз по лестнице, минуя лифт. Ближайшие магазины оказываются закрыты, поэтому решаю сбегать до супермаркета. Там же нахожу кондитерскую и покупаю омежке тортик с орешками. Раз я его истинный, значит он должен быть белкой. Потом смотрю на часы и понимаю, что очень задержался. Прошёл больше чем час и это волнует. Ведь Чима очень эмоционален, хоть и не признается. Когда захожу в квартиру, встречаемся на пороге нос к носу. Омега полностью одет и явно зол. Вталкиваю его обратно, внимательно изучая лицо, а потом спрашиваю: — Куда собрался? Чимин супится, морщит нос и выдаёт: — Я думал ты меня кинул и свалил. Начинаю смеяться, сдерживатся не получаеться. Его взгляд становится ещё обиженней. Чтобы разрядить ситуацию, поясняю причину своего смеха. — Чимин, твой альфа сбежал, при том оставив тебя в своей квартире и заперев на замок, а ты у меня оригинальная личность. Он фыркает, потом ойкает, хватаясь за поясницу. Устало трясу головой, потом шлёпаю по больной попе и указываю ему пальцем на комнату, говоря: — Иди в кровать, сейчас кушать принесу. Омега уходит, сверкая глазами и прихрамывая. Как мы только на пары пойдём? После разложения продуктов и воскрешения живности на моей кухне, сооружаю на подносе отличный завтрак в постель. Чимин встречает меня явно голенький под одеялом, на лице так и читается обида. Умиляюсь, заполняя лёгкие его ослабшим запахом, ставя перед упрямцем своё сооружение. Два кусочка торта, теплое какао, ещё и цветочек в вазочке для красоты. Он принимается есть, счастливо улыбаясь. Изголодался мой хороший! Не сдерживаю своих чувств, стирая большим пальцем остатки крема с измазанных губ. Чимин принимает заботу, всего на пару секунд краснея. Знаю, что нужно заново завоёвывать его доверие, удастся ли мне это? Этот вопрос мучает не на шутку, но решаю много не думать. Придвигаюсь ближе и, поглаживая оголённое плечо этого парня, спрашиваю: — Можно поцеловать? Омега кивает и прикрывает глаза, моё сердце от этого ускоряет ход. Прижимаюсь к сладким и липким губам, языком пробуя тортик на вкус. Душащее возбуждение теперь спало, и я тихо таю от нежных чувств по отношению к этому чуду-юду. Его руки ложатся мне на плечи, он успевает потрогать свою метку и улыбнутся сквозь поцелуй. Не могу не любить этого парня — просто утопаю в своих чувствах к нему. Когда поцелуй прекращается, наслаждаюсь туманными глазами Чимина. Красивый до боли под рёбрами. Он моя раковая опухоль — умру от неё, других вариантов просто нет. Легонько толкнув его в грудь, валю на кровать и, забрав поднос, бреду на кухню. Потом — долго шарюсь в холодильнике, ища обезболивающие свечки. Они — ко всем святым угодникам! — скоро находятся, правда в морозилке. Нахожу Чимина уже мокрого после душа, улыбаюсь такому зрелищу, начиная привыкать к подобной роскоши. — Ложись! — отдаю команду омеге. Он куксится, но в итоге слушается, подставляя мне свою попку. Аккуратно помещаю туда свечку, целуя туда же. Слышится довольный смешок сверху. Поднимая голову, замечаю взгляд полный счастья. Да так и должно быть, люби меня. Я постараюсь осчастливить тебя. В универ собираемся быстро, кое-чьей попке становится намного легче. Однако до учёбы всё же добираемся на такси. Как только заходим в здание, нас встречают счастливые молодожёны. Хосок осматривает меня, внимательно принюхивается и выдаёт: — Юнги, да ты же у нас теперь меченный! Просто киваю, готовясь к большому такому ржачу. Друг же обнюхивает Чимина, его глаза удивлённо распахивается, и он добавляет:  — А твоя омега немеченная, как так? В этот момент в разговор вмешивается моё чудо, строго предъявляя: — У него испытательный срок, он лишён моего доверия. Но его не дослушивают. Хосок начинает смеяться и довольно причитать: — Меченный альфа! В этот момент ласковый подзатыльник ему отвешивает Джин, следом обнимая мою красивую омегу. После мнётся, тут же ошарашивая нас обоих: — Мы с родителями Хосока уезжаем в Таиланд, нас не будет месяц. Так что не теряйте. В этот момент вопрос сам срывается на удивление с моих губ: — Как же свадьба? Отвечает на вопрос уже альфа. — Отгуляем её там. А как вернёмся, посидим с друзьями. Не волнуйтесь о нас и наладьте уже свои отношения. Джин обнимает своего жениха и добавляет: — Чима, мы будем каждый вечер созваниваться по скайпу, уже взяли академический отпуск. Вечером вылет. Можете приехать нас проводить. Похоже моя омежка в шоке, не придумываю ничего лучше, как обнять его и потащить дальше. Он машет рукой вслед парочке, становясь грустным. Веду его до аудитории, раздражаясь тем, что на него пялиться куча альф. Хотя удивляться нечему: Чимин же недотрога, которая всем отказывала, а сейчас он спокойно принимает объятия альфы. Напряженно вздыхаю и тихо спрашиваю в самое ушко: — Ты же однажды дашь поставить себе метку или хочешь, чтобы я поседел до тридцати лет? Чимин смеётся в кулачок, чмокает меня и залетает в кабинет к своей группе. Разворачиваюсь на девяносто градусов и спешу в свой корпус. Первые две пары пролетают в одно мгновение, уже тороплюсь в столовую, чтобы накормить свою омегу. Но меня перехватывает Хосок, на нём лица нет. Выглядит очень посеревшим и расстроенным. Так — обед отменяется. Покорно иду с ним на крышу здания, там он останавливается и встаёт передо мной на колени. Окончательно теряюсь, не понимая происходящего. Подхожу, пытаюсь его поднять, а потом психую и спрашиваю: — Да что случилось? Ответ получаю, спустя минуту молчания и разглядывания виноватых глаз. — Юнги, я поставил метку Джихуну. Когда осознание сказанного другом достигает мозга, и просто спрашиваю о том, что первым пришло в голову. — Зачем? Парень, по-моему, скукоживается и становится меньше, перед тем как ответить: — Мы истинные, он моя пара. Смотрю на друга, оцениваю разницу их комплектации и тут же ставлю вердикт. — Ясно, молодцы, будь с ним нежен. Разворачиваюсь, спеша к Чимину. Меня останавливает вопрос со спины. — Ты не злишься? Приходится тормознуть, улыбнуться другу и ответить: — Хосоки, он почти совершеннолетний. Я знаю, что такое истинность, так что не имею права мешать. К тому же от тебя несёт им, догадаться было не сложно. Оставляю загруженного друга размышлять, сам срываясь на бег. Хочется увидеть свою омегу, вновь ощутить любимый запах от пушистых волос этого парня. Вот только позитивный настрой спадает, когда вижу, как с Чимином флиртует какой-то непонятный альфа. Быстро подлетаю к омеге и отталкиваю этого парня, так что он влетает в ближайшую стену. За спинной слышится милый смешок — ему сейчас смешно. Меня внутри от ревности разрывает на части. Вот только легко наши проблемы не разрешаются. Альфа, что шмякнулся, встаёт и рыча спрашивает: — Ты кто вообще такой? Омежка немеченая, так что свали! Подавляю агрессию, поведение Чимина, что выглядывает из-за плеча, довольно улыбаясь, не уменьшает её, а заставляет разгораться. — Я его альфа! — На испытательном сроке. Добавляет Чимин, положив свою голову мне на плечо. Если бы не этот жест, обиделся бы на него, вот ей богу! Парень же напротив ухмыляется. Да, смешно: у меня метка от омеги. Но сейчас на это наплевать, волнует бесящий объект, что пялится на моё чудо, чуть не облизываясь. Народ вокруг нас кучкуется, надеясь на драку. Понимаю, что он её точно получит, когда слышу предложение, сказанное в сторону моей омеги, сладострастным тоном: — Может и меня на качество проверишь, милашка? — Ты сам нарвался! Рычу я и, подлетая, разбиваю придурку губу, тут же роняя его на пол ударом в солнечное сплетение. Он сплёвывает кровь и один зуб — перестарался чуть-чуть. Так нехер доводить до ручки: нервы у меня слабые. Ещё подбавляет азарту внимательный и любопытный взгляд Чимина, который восторженно охнул после падения противника. Альфа, проплёвываясь, встаёт и пытается меня ударить, изворачиваюсь легко, несмотря на его внушительную комплектацию. Увалень, вот честное слово. Его явно не устраивает поражение; он сражается дальше, пока не выдыхается. Тогда разворачиваюсь и иду к своей омеге. Не успеваю подойти, Чимин обегает меня, стремясь за спину. Резко поворачиваясь, вижу сцену для крутого боевика. В руках альфы стул, видимо хотел ударить меня им со спины. Чима же — легко так ногой с разворота — заезжает ему в живот, нокаутируя. Пытаюсь не засмеяться от счастья, он защитил меня. Приятно так что сердце заходиться от восторга. Вот только омега явно в ярости, культурно подхожу, обнимаю его со спины и увожу под веселый свист толпы. Чувствую наша парочка станет популярной в универе. Два сапога пара.