Анна и Штольман. Дело №1. Смерть на Волге

- Разрешите представиться. Милц Александр Францевич, - высокий грузный немолодой врач весьма церемонно поприветствовал Штольмана. - Штольман, - коротко кивнул в ответ новый начальник затонского угро. После беседы с вдовцом он последовательно обходил всех гостей, бывших накануне в гостях у Кулешовых. Впрочем, Мироновых – обоих Мироновых – он оставил напоследок. Все опрошенные свидетели рассказывали одну и ту же историю. День уже клонился к вечеру, и Штольман был уже готов выдвинуться на Царицынскую, где проживала семья Мироновых, но тут ему сообщили, что результаты вскрытия Татьяны Кулешовой готовы, а судмедэксперт может с ним пообщаться, если он этого пожелает. Именно так он впервые оказался в морге при затонской больнице, где работал городской патологоанатом, при необходимости совмещавший обязанности судмедэксперта, доктор А.Ф.Милц. - Очень приятно познакомиться с вами, Яков Платонович. Честно сказать, я не ожидал, что наше знакомство состоится столь скоро и при таких необычных обстоятельствах, - патологоанатом явно не торопился переходить к делу. Штольман внутренне призвал себя к терпению. Выбора у него не было. Ему надо было привыкать к неспешности и многословности провинциалов, которым сначала надо было обсудить массу посторонних тем, прежде чем перейти к существу. - Действительно, что может быть более странным, нежели встреча сотрудника уголовного розыска и судмедэксперта в морге, - сухо ответил он. Однако доктора его тон не обманул, и у него дернулся в улыбке угол рта. - Ну, мы же в Затонске. Тут многое обстоит иначе, нежели в других местах, - пожал плечами врач. - И где же по затонским нормам мы скорее должны были встретиться? – все также сдержанно поинтересовался Штольман. - Ну, например, на каком-нибудь городском мероприятии. Или в процессе выписки мной для вас лекарства от простуды и моей рекомендации пить больше теплого, когда бы вы приболели, - едва заметно улыбнулся доктор. - Не уверен, что патологоанатом – это тот специалист, к которому стоит обращаться при простуде, - у Штольмана больше не получалось игнорировать обаяние доктора, и в его по-прежнему серьезном голосе отчетливо прозвучала шутливая нотка. - Туше, Яков Платонович, - склонил голову Милц. – Но повторюсь, мы в Затонске, а тут многое обстоит необычно. Вас, видимо, коллеги и наш уважаемый Иван Кириллович не посвятили в тонкости ситуации. Значит, мне придется самому. - Слушаю вас, Александр Францевич. - На самом деле по своему основному роду деятельности я терапевт, врач общей практики. Вот уже больше двадцати пяти лет я работаю в этом богоспасаемом учреждении. Проблема в том, что Затонск слишком маленький город. Слишком маленький и очень благополучный. У нас очень низкая смертность. В среднем в год умирает десять-двенадцать человек, и почти все эти смерти от старости и сопутствующих ей болезней. Нашей затонской больнице просто не нужен патологоанатом, потому что держать отдельную штатную единицу ради десяти вскрытий в год – просто абсурд. - Можно возить на вскрытия в Слободку, - предположил Штольман. – Поселок большой, там наверняка есть штатный патологоанатом. - Вы абсолютно правы. Но сложилась традиция, чтобы вскрытия затонских жителей проводились в Затонске, а не в Слободке. - Видимо, патриции не хотят лежать в плебейской прозекторской, - себе под нос пробормотал Штольман. - Это довольно жесткая формулировка, но имеющая под собой некоторые основания, - признал Милц, судя по выражению его лица, он с трудом удерживался от еще одной улыбки. – В общем, в силу сложившейся традиции один из врачей затонской больницы всегда имеет параллельную квалификацию патологоанатома. Ну и при возникающей необходимости выполняет его функции, а также функции судмедэксперта, если возникает таковая надобность у правоохранительных органов. И вот уже скоро двадцать лет, как таким патологоанатомом в Затонске служу я. - Понятно, - Штольман действительно с интересом выслушал рассказ о специфике организации судмедэспертной работы в Затонске. – Александр Францевич, неужели у вас, как патологоанатома, действительно настолько мало работы в городе? - Яков Платонович, да я вот уже много лет на четверть ставки оформлен патологоанатомом в Слободке и раз в неделю езжу туда на полдня проводить вскрытия, - махнул рукой Милц. – Потому что это единственный способ поддерживать соответствующие навыки и квалификацию. - Необычная ситуация, - признал Яков. – Неудивительно, что вы начали разговор, что в Затонске труп – необычный повод для встречи полицейского и судмедэксперта. - Тем более если труп криминальный, - выразительно и уже абсолютно серьезно сказал Милц. - Криминальный? – немедленно сосредоточился на деле Штольман. – Татьяна Кулешова была убита? - Вне всяких сомнений. Да вы взгляните сами, Яков Платонович, - Милц жестом пригласил Штольмана подойти к столу прозекторской, где под простыней лежало тело погибшей женщины. – Видите за ухом след от сильного удара. В легких воды нет. Ее ударили так сильно, что проломили череп и потерявшую сознание сбросили в воду. - Есть предположения, каким орудием был нанесен удар? – спросил Штольман, рассматривая пострадавшее место. – Бутылка? Камень? Бита? - Точно не бутылка и не бита, - покачал головой врач. – Камень не исключен. Но мне кажется, что это было скорее что-то вроде трости с тяжелым набалдашником. - Еще какие-нибудь важные детали? - Не знаю, насколько это важно для дела, но незадолго до смерти у Кулешовой был сексуальный контакт. - Изнасилование? – голосом Штольмана можно было стекло резать. - В данном случае полностью исключить такую вероятность нельзя, но она мне видится крайне незначительной. Я полагаю, что имел место добровольный половой акт. Причем с использованием презерватива.