Несчастный случай

POV Чимин Через несколько часов после того, как Юнги пришел ко мне домой ранним-ранним утром, я заболел. Я проснулся с температурой, у меня саднило кожу и ломило все тело, но я был до ужаса счастлив. Я мечтал о поцелуе Юнги 8 лет. 8 лет! Кто-то назовет меня ненормальным. Потому что мечтать о поцелуе парня — странно. Мечтать о поцелуе сурового Юнги — еще страннее. Хосок подшутил надо мной, когда заметил, что Юнги мне нравится, мол, ты, Чимин, любишь плохих парней. Это было смешно. Еще я смеялся потому, что это было забавно — заболеть после первого поцелуя с человеком, который тебе нравится. Может, дело было вовсе не в Юнги. Может, я подцепил вирус на вечеринке в доме Мина. Но, может, все же заболел и Юнги? Он просил водички у меня, может, что-то запивал? «Нужно позвонить ему», — решил я. Я набрал номер Юнги и принялся терпеливо ждать, пока зазвучат гудки. Но электронный голос ответил мне: «Абонент недоступен». Я вздохнул и решил написать Юнги в соцсети. «Юнги, ты случайно не заболел?» Рано или поздно он прочитает мое сообщение, ведь так? Я отложил телефон в сторону, и тут мне пришло сообщение, которое сопроводил соответствующий звук. Я приоткрыл глаза и вновь взял мобильник в руки. Это было сообщение от Юнги. «Я долго болел. И, наконец, выздоровел». Спустя мгновение пришло еще одно сообщение: «Чимин, я тебя люблю». Мое сердце забилось сильнее, я не знал, что написать и просто прижал телефон экраном к груди. Я вспомнил, что положил флэшку, подаренную мне Юнги, в карман домашних штанов. Я вытащил флэшку из кармана и тоже сильно сжал ее в руке. Нужно посмотреть, что на ней. Когда я выздоровлю, то обязательно схожу в студию, где работает Юнги. Он поручил мне такое ответственное задание, а я взял и заболел! Болел я долго, около двух недель. Температура стабильно держалась на высокой отметке около пяти дней подряд. Я никому не писал и практически все время спал. Когда, наконец, я выздоровел, то сразу же поспешил выписываться с больничного и в школу. Мне хотелось встретить там Юнги. Я шел в приподнятом настроении и несколько уроков подряд не мог сосредоточиться на занятиях, хотя много в чем отстал от класса. У меня выдалась большая перемена, на которой я был свободен, и я побежал туда, где обучались композиторы. Я нигде не мог найти Юнги, но нашел своего знакомого — Чонгука, который перевелся с художественного сюда. Чонгук выглядел немного расстерянным. — Чонгу-ук, а где Юнги? Парень вздрогнул и коротко сообщил мне: — Он уехал. Улыбка, весь день не сходившая с моего лица, вдруг покинула его. — Куда?.. Почему? — Карьеру строить. — В Сеул?! — Удивленно воскликнул я. — Он все-таки согласился! — Я не знаю, — Чонгук выглядел рассеянным. Почему Юнги ничего не сказал мне? Я ощущал себя абсолютно потерянным. Да и все вокруг меня были не особо веселыми. Я так и не разузнал, в чем дело. Все молчали, как рыбы… Я писал Юнги неоднократно. Ходил к нему домой, но ни самого Юнги, ни его родных дома не оказалось. Что за проклятье? Почему судьба так дурачит меня? Я чувствовал себя, как несколько лет назад, когда я пытался связаться с Хосоком, ходил к нему домой, он мне отказывал во встречах, а потом и вовсе пропал — канул в воду вместе со своей семьей. Меня поразила резкая догадка. Наверное, Юнги нашел Хосока, вот и переехал за ним. Точно…точно. Но почему он бросил меня? Разве это правильно? Хотя, в конце концов, кто я такой, чтобы указывать ему? Я немного успокоился. Теперь я должен был всего лишь исполнить то, что попросил от меня Юнги. Когда я разыскал студию, в которой работал Юнги, и пришел туда, меня встретили тепло. — У Юнги повышение? — Спрашивал я. Мне отвечали утвердительно, вежливо улыбаясь. Я встретился с боссом своего друга. Я долго не мог собрать свои разрозненные мысли в единую речь, но через некоторое время я все же сумел изложить цель своего визита. Я показал мужчине флэшку, переданную мне Юнги. — Он попросил меня закончить песню, которая находится здесь. Я побоялся открывать содержимое на своем компьютере, вдруг я что-то сделаю не так, — лепетал я. — Я не хочу повредить труды Юнги. — Хорошо, мы посмотрим. А ты… Ты когда-либо записывал песни в студии? — Конечно, нет, — отвечал я с дрожью в голосе. — Я боюсь, что у меня не получится. Мужчина положил руку на мое плечо. — Давай посмотрим, что там за песня, большая ли партия нужна, и все решим? Хорошо? Я кивнул. Начальник студии провел меня в комнату с аппаратурой и попросил работников оценить материалы, находящиеся на флэшке. Я стоял чуть поодаль и терпеливо ждал, что произойдет дальше. И скоро я услышал то, что заставило мое сердце замереть. Песня, хранящаяся на носителе была прекрасной. Гениальной. Красивой и проникновенной. Вся студия слушала ее, затаив дыхание. — Какие гитарные рифы… И все это он сделал дома? — Восторгался начальник. — Он гений… Я тихо шепнул: — Почему Юнги оставил эту песню мне? Я не понимаю… — Может, потому что в ней хранится его исповедь. Этой песней Юнги положил конец прошлым страхам, — проникновенно ответил мне владелец MicDropStudio, будто думая о чем-то своем. И я ему поверил. Но у меня еще оставались вопросы: — Теперь все права на песню перейдут к студии? На мой вопрос последовал неожиданный ответ: — Вообще да, но если ты хочешь, то права могут быть оформлены на тебя. — Что? Но я же… — Ты допоешь песню и сможешь оформить права. — Но это не моя песня, хоть она мне очень дорога… Сначала давайте допишем. В песне выявились явные пробелы в тех местах, где, по идее должен был быть припев. — Для тебя оставили местечко, — улыбнулся босс. — Кажется, Юнги хотел, чтобы ты играл решающую роль в песне. Я оставался в студии долго. Мы решили не сочинять длинный текст и ограничились одной лишь фразой, которая как нельзя лучше подчеркивала основную мысль всего трека. Я предложил ее сам. Вспомнил очень подходящее словосочетание, которое когда-то Хосок посвятил Юнги. Я написал о крылатой мечте. * * * Прошло некоторое время, и мы с MicDropStudio решили все же явить свету творение Юнги, оставленное мне. Произошло это на студийном мероприятии при небольшой публике, среди которой были мои мама с папой, мой младший брат, присутствие которого придало мне дополнительных сил, Хена, пара друзей, которых я завел на дне рождения Юнги и, к моему удивлению, присутствовал Ким Намджун. Мужчина поздоровался со мной с приветливой улыбкой, сказал, что с нетерпением ждет моего выступления. Я же был немного не в себе. Намджун заметил мою бледность: — Чимин, ничего не бойся. Ты хорошо выглядишь, когда выступаешь. Я же мучился совсем другим. Я тихо спросил у сеульца: — Юнги теперь выступает в Сеуле? Вы взяли его? Да? Мне сказали, что он уехал строить карьеру. Скажите, что он у вас? Во мне все еще плескалась надежда, что Юнги действительно идет вверх по карьерной лестнице. Но Намджун лишь покачал головой. Значит, дело все же в Хосоке. Я понимаю. Теперь я все понимаю. — Но я бы с удовольствием взял в наш entertainment тебя, — внезапно услышал я. Я горящими глазами посмотрел на высокого мужчину. Он улыбнулся мне. — Сияй сегодня. Пришло время моего выступления. Я выучил слова, которые проговаривал в песне Юнги. Я знал песню наизусть. — В нашей студии была записана просто потрясающая песня, и я не могу этим не поделиться. У нее чрезвычайно интересная история. Наш гострайтер записал ее вместе с этой восходящей звездочкой, о таланте которой мы только начали догадываться. Я покраснел при словах владельца студии, но постарался сосредоточиться на песне. — Пак Чимин исполнит ее один. Я на секунду почувствовал себя одиноким. Я вышел на маленькую сцену в том самом наряде, в котором увидел меня Юнги на встрече в «Wild Cherry»: белая рубашка с лентами на рукавах, аккуратно зашнурованными и связанными в банты, выглаженные, черные брюки. Я опустил микрофон, закрепленный на стойке, пониже. Заиграла музыка, я начал петь, и меня понесло куда-то далеко-далеко… — Это реально ужасно — когда у тебя нет НИЧЕГО, что бы ты хотел делать, Знаю, что выглядит жалко — не иметь мечты, как у всех нормальных людей. «Всё будет хорошо, если ты поступишь в универ и будешь делать, как мы тебе скажем», Я, как придурок, верил в эти слова… но сейчас я живу, тупо потому что не могу сдохнуть. Я слушал голос Юнги, который дублировал мой голос, и мне хотелось заплакать. Я так скучаю по нему. Помню, как я переживал из-за текста этой песни. О чем говорил Юнги? Касался ли текст песни того случая, когда я отговорил его от принятия предложения Намджуна? — Просто дай мне выпить, потому что сегодня я хочу напиться в хлам, и не пытайся меня остановить… — Я прикрыл глаза. — Все вокруг бегут вперёд, но почему я всё еще здесь… Моя партия. Я будто бы переговаривался с Мином. Возможно, когда-нибудь он услышит эту песню, он услышит то, что я спел для него. — Где-то далеко отсюда… Ты говоришь, если бы у тебя была мечта, крылатая мечта… Не уходи, останься, ты говоришь, если бы у тебя была мечта, крылатая мечта… Здесь настроение текста. — МЕЧТА! — мы будем вместе от ее рождения до осуществления; МЕЧТА! — нам хватит для нее душевного тепла и неважно, где ее место; МЕЧТА! — мы достигнем расцвета в конце всех трудностей; МЕЧТА! — мы начнем с малого и достигнем успеха в конце… - Всё верно, я не могу сдохнуть и вот я живу, и нет ничего, что бы я хотел делать, Мне хуже, чем другим, я один, а вокруг меня те, кто талдычат, что я должен делать, Я хотел бы вылить на кого-то свою злость, но я всегда один, и нет смысла изливать душу себе, Каждое утро я боюсь открыть глаза, боюсь дышать… На мои глаза наворачивались слезы. - Мое чувство одиночества и ненужности — хотел бы, чтобы это все исчезло, как мираж, Хотел бы я, чтобы оно исчезло, и чтобы я тоже провалился ко всем чертям, Вот так, я выброшен из жизни, я всё дальше и дальше от рая, Так далеко… Я падаю… — Так далеко отсюда, ты говоришь, если бы у тебя была мечта, крылатая мечта… Не уходи, останься, ты говоришь, если бы у тебя была мечта, крылатая мечта… — Почти кричал я. — МЕЧТА! — мы будем вместе от ее рождения до осуществления; МЕЧТА! — нам хватит для нее душевного тепла и неважно, где ее место; МЕЧТА! — мы достигнем расцвета в конце всех трудностей; МЕЧТА! — мы начнем с малого и достигнем успеха в конце… Я не выдержал и заплакал. Слезы катились по моим щекам. Я представлял, что теперь Юнги там, где он счастлив, и я был счастлив вместе с ним, будто бы наши души стали единым целым. — Мечтай! Я тяжело дышал, когда все закончилось. Я сильно прижал руку к губам, содрогаясь от рыданий. Мои длинные серьги, вдетые в уши, колыхались, хлестали мою шею. Мне помогли спуститься со сцены, хотя она была совсем низенькой. Сам Ким Намджун придержал меня за локоть и приобнял. — Почему ты плачешь? Испугался первого выступления? Я вздохнул. Разве он что-то понимает? Решительно ничего. Я всегда любил внимание, хоть и никогда не показывал этого. Может, поэтому я так страдаю сейчас? Потому что я совершенно не получил внимания того, кто был мне так нужен. Я осторожно выскользнул из рук Намджуна и побежал в туалет, чтобы привести себя в порядок. Когда я закончил умывать лицо, я поднял голову и посмотрел в зеркало, висящее над раковиной. И отшатнулся. Наверное, это были галлюцинации, но я так ясно вдруг увидел в зеркале Юнги и Хосока. Вы можете не верить мне, но мои старые друзья улыбались мне. Хосок излучал радость, Юнги помахал мне рукой. Я помотал головой, и видение исчезло. Я не чувствовал страха. И мне удивительным образом стало легче. Я вышел из уборной, зашел обратно в зальчик и вновь встретил Намджуна. Ему не нужно было никаких предисловий; владелец студии в Сеуле взял меня за руки и произнес на одном дыхании: — Ты будешь выступать по всему миру. Я забираю тебя. Я был поражен, совершенно сбит с толку. Я начал кусать губы… Намджун пристально смотрел на меня: — Ты не хочешь? — Хочу… — Так почему же ты думаешь? Я немного помолчал. — Я хочу быть уверен в том, что и Юнги исполнил свою мечту и счастлив. — Мечту стать знаменитым? — Спросил меня Намджун. Я понизил голос и тихо-тихо сказал: — Нет. Я надеюсь, что Юнги исполнил свою мечту. Что он нашел Хосока. Я высвободил руки из рук мужчины и закрыл ими лицо. Тот начал волноваться: — Чимин, что с тобой? Тебе плохо? Я убрал руки от глаз и шепнул, дрожа всем телом: — Я скучаю по нему… Он где-то так далеко отсюда… Я резко вытянул руки вдоль тела, утерев слезы. — И он исполнил свою мечту. Крылатую мечту. Намджун выглядел очень удивленным. Я вздохнул и оглянулся через плечо. Ко мне подошли мои знакомые, которые присутствовали на дне рождения Юнги. Здесь были Шин Хосок, Наен, Чжухон и СонЁн. Мы кое о чем договорились. Я посмотрел на Намджуна, вежливо склонив голову. - Простите, мне нужно уйти. Владелец сеульской студии придержал меня за рукав рубашки. - Ты согласен? - Да... Да, я согласен. Намджун сунул мне в руку визитку. - Я очень рад. Я поблагодарил Кима за то, что он вот так красиво устроил мое будущее. Но теперь мне нужно было идти. Я присоединился к знакомым. Мы шли в психиатрическую лечебницу, чтобы навестить Хену. Мои знакомые навещали ее уже неделю. "Юнги, ты ведь исполнил свою мечту?" POV Yoongi Я исполнил свою мечту, Чимин. POV Hoseok Мы исполнили. Мы вместе. Навсегда!