Чулан
2 июля 2019 г., 13:45
Джеймс пялился на пергамент, заляпанный чернильными пятнами. На нем красовались четыре пункта. Его почерк всегда был еле разборчив, а сейчас и вовсе непонятным. Дело в том, что, когда он писал слова, перо отчаянно не слушалось и ставило закорючки не там, где надо. Первым стоял Хогсмид. Поттер считал, что вести Северуса на свидание в Хогсмид — это клише. Но с другой стороны — классика. Следующим по списку шел фамильный летний дом Поттеров. Казалось, что это откровенный намек на интим. Грубо, зато искренне. Хотя, Снейп мог и не оценить этого. Под номером три оказался пикник близ запретного леса. О том месте знали только мародеры. Они нашли его в одно из полнолуний в анимагических обличиях. Местечко было необычайно красивым. Номер четыре — трактир в Косом Переулке. В нем обычно ошивались волшебники старой закалки, желающие выпить чего покрепче. Вывести слизеринца из Хогвартса не составляло труда. Джеймс знал все пути в замок и из него.
— Что делаешь? — Сириус повис на Сохатом, пытаясь заглянуть в пергамент.
— Пишу маме, не смотри. — буркнул Поттер, прикрывая рукой свои каракули и нависая над ними, словно коршун. Он сказал это слишком громко. Сидящие в гостиной ребята обернулись. Вечернее время было прекрасно тем, что людей в комнате оставалось все меньше. Правда, зазнайки обожали задерживаться допоздна, строча домашние задания.
— Пишешь матушке список? — удивился Бродяга, переглядываясь с Люпином. — Передавай от меня привет! Эх, Юфимия, как я соскучился по ее утренним оладьям! — Сириус похлопал себя по животу.
— С каких это пор моя мама для тебя Юфимия?
— С тех самых, когда я переехал к вам на лето, — Блэк пожал плечами. Родители Сохатого всегда хорошо к нему относились. Он стал для них сыном. Пусть и не кровным.
— Было время, — Поттер улыбнулся своим воспоминаниям. Им действительно было весело. Ничто не волновало юных мародеров, кроме обеда по расписанию и ежедневной помывки. После же, начались все эти проблемы. Влюбленность в Лили, затем и в Северуса. Люциус, принесший ещё больше проблем. И зачем вообще перевелся? Сидел бы в своем Шармбатоне и не мешался под ногами. Ну или хотя бы мог быть по девочкам. Вон, как хаффлпаффки приударяли за ним. А он словно не замечал их, крутился возле Сева. Да так, что не подступиться. Но сейчас у Джеймса был шанс вырваться вперёд. Он от чего-то был уверен в том, что Снейп ещё не ходил на свидание с Малфоем.
— Выскочка. — фыркнул Поттер. И только после понял, что сказал это вслух.
— Я всегда им был. — отмахнулся Бродяга, который подумал, что это было адресовано ему.
***
— Нет, ну ты только представь, профессор Слагхорн изъявил желание завести знакомство с моими родителями! И что-то мне подсказывает, этот пройдоха не остановится, пока не получит желаемое. — Люциус устало опустился на кровать рядом с Северусом. Он долго и упорно пытался объяснить профессору, что у тех совсем нет времени. Но разве Горация это вразумит? Тем более, он так давно их не видел. Его выходка на собственной несостоявшейся свадьбе вывела их из себя. Общались они лишь редкими письмами. — Ему всегда были интересны люди, обладающие статусом и влиянием. — пояснил Снейп, переворачиваясь с живота на спину. Он посмотрел на Малфоя, который навис над ним. — Если бы не ты, я бы давно тут сошел с ума. — слизеринец улыбнулся, касаясь пальцами волос Сева. — Или жил бы счастливо с Нарциссой, в согласии с родителями. — сварливо заметил тот. — Знаешь, не жил бы, — Люциус поморщил нос, — рано или поздно, я бы понял, что она не мой человек. Но магические браки не расторгаются и тогда мне пришлось бы жить в несчастии. Я бы начал ей изменять, а она бы об этом узнала. Но молчала и тихо плакала в подушку по ночам. Я бы это слышал и был ещё более несчастен. Знаешь, мне нравится думать, что я не достоин ее. Надеюсь, она знает это. Ты понимаешь, чего я избежал, встретив тебя? — Ты просто нашел себе ещё одну проблему, — отмахнулся Северус. С виду он был отстранён, но слова друга задели его за живое. И это было чертовски приятно. Все мы хотим, чтобы кто-нибудь в нас нуждался. Говорил такие приятные откровения, словом, был рядом просто потому, что адски этого желал. — Как бы не так, — Люциус целомудренно поцеловал Снейпа в губы. Ему нравились такие поцелуи. Они не были испорчены страстью, не были продиктованы сиюминутным желанием. Это была та категория поцелуев, которые совершали обдуманно. Малфой лег рядом с Севом, принимая того в свои объятия. Он смотрел в потолок, на котором поблескивали наколдованные созвездия. Полутьма, зелёные шторы с серебряными вставками, две односпальные кровати: все это было их маленькой обителью. — Хочешь, когда закончим Хогвартс, мы переберемся в глухомань какой-нибудь живописной французской деревеньки? Ты будешь варить зелья. Знаешь, ведь там волшебники очень трепетно относятся к выращиваемым травам. Именно у них все именитые зельевары приобретают лучшие ингредиенты. Я буду нас обеспечивать, ты заниматься любимым делом. А наш дом будет небольшим и безумно уютным. — Ты ведь привык к роскоши. — Северус намотал на палец платиновую прядь волос. — Я хочу небольшой дом, потому что там ты от меня нигде не спрячешься, — улыбнулся Люциус, — даже если мы повздорим, в чем я сильно сомневаюсь, у нас не будет шансов укрыться друг от друга. Мне надоело жить в Мэноре. Мать с отцом часто ругались. Она жила в северном крыле, он в южном. Они могли не встречаться неделями, понимаешь? И я, как болван, метался между ними. Я не хочу больше наблюдать все это. Ты меня изменил. Раньше, я считал, что счастье можно заполучить за деньги. Но повстречав тебя, наконец понял, что счастье может быть худощавым, невыносимо язвительным юношей, который в довесок ко всему отлично разбирается в зельеварении. — Нам рано обсуждать такие вещи. — Снейп вспомнил, что согласился на свидание с Поттером. Как давно он этого ждал. А теперь его почему-то тошнило от самой мысли о встрече. Тем не менее, решение он ещё не принял и знал, что это будет нелегко.***
Пламя свечей-то и дело сбивались. Лёгкий, пронизывающий ветер упорно пытался потушить его. Чулан, в котором сидел Джеймс был непростительно мал. Там даже развернуться было сложно. Из приоткрытого окна слышались голоса студентов, спешащих на завтрак. Поттер расставил перед собой ингредиенты зелья, завернутые в разномастные мешочки. Котелок, который он стащил из подсобки профессора Слагхорна, стоял посреди комнатушки и нещадно коптил. Мысленно себя успокаивая, Сохатый развернул свёрток с клевером. Люпину пришлось постараться, чтобы отыскать его. Он опустил его на дощечку и поделил на две равные части. Помешивая варево по часовой стрелке, Джеймс опустил их в котел, из которого тут же повалил зеленоватый дымок. Гриффиндорец принялся отсчитывать пять с половиной слезинок румынского дракона. Мерная золотая ложка в его руке подрагивала. От напряжения, на лбу у парня выступила испарина. Капелька пота скатилась по носу и чуть было не угодила в педантично отсчитанные слезы. Джеймс вовремя сдул ее. Выругавшись, он продолжил. Ложка вместе с содержимым скрылись в бурлящей жидкости. Следующим по списку шел хвост огненной саламандры. Поттеру пришлось натянуть противопламенные перчатки. Он аккуратно выудил из мешочка, который был сделан из желудка норвежского острокрылого ящера, хвост. Он осветил комнату ярким теплым светом. Джеймс невольно им залюбовался, но все же, закинул в котелок ингредиент. Щепка от палочки Северуса хранилась у него в нагрудном кармане мантии. У самого сердца. Вскоре и она оказался в вареве. Охотник слышал, как гулко стучит его сердце. Ещё пара действий и зелье будет готово. Он приблизил булавку к безымянному пальцу левой руки, где когда-нибудь будет поблескивать обручальное кольцо. — Сохатый, ты там? — в дверь чулана забарабанили. От неожиданности, Джеймс вздрогнул. — Идите на завтрак, я скоро подойду! — заорал он, злясь на Сириуса, который ему помешал. — Чем ты там занят? Небось, пялишься на колдографию Макгонагалл в молодости? Она была горячей штучкой — посмеиваясь спросил Блэк. — Именно! — выпалил гриффиндорец. — Мистер Блэк! — грозно прозвучал голос Минервы. — Попрошу не выражаться, да, я была весьма хороша собой в молодости. Но вас это волновать не должно! Лучше побеспокойтесь о предстоящем экзамене по трансфигурации, с вас я буду спрашивать в двойном объеме. — Грифона тебе под одеяло, Сохатый! — возмутился Сириус, бросаясь вдогонку за женщиной, — профессор Макгонагалл, я совсем не то имел ввиду! Тихо посмеиваясь, Поттер дождался пока шаги Бродяги стихнут и безжалостно всадил серебряную булавку в палец. Пара капель крови полетели вниз. Со дна котла стали подниматься красные пузырьки. Джим готов был поклясться, что видел, как в жидкости плавали две маленькие рыбешки. — Кажется, готово. — прошептал он, утирая пот со лба.
