Рецепт
1 июля 2019 г., 10:30
Непрекращающийся дождь барабанил по крыше, забрызгивая каплями каменную кладь замка. Кучевые облака закрывали еле поблескивающую луну, которой, кажется, осточертело освещать окрестности. Поттеру тоже все порядком осточертело. В частности — поток мыслей. А особенно, это банальное «а что, если». А что, если зелье будет сварено неверно. Что, если Снейп под ним будет другим. Уже не тем чудным пареньком, с которым он провел всю ночь в темных коридорах, перешептываясь о наболевшем. Именно наболевшем. Звезда Гриффиндора вздохнул и потёр переносицу. Уже полчаса, как можно было выдвигаться за рецептом, а он все тянул кентавра за хвост. Оправдания моментально приходили на ум. В час ночи, к примеру, он сетовал на то, что ещё не все улеглись спать, хотя им-то было как раз наплевать на то, что пара мародеров исчезнут из уютной гостиной. Будет больше места для греющихся у камина ребят. В пол второго, Поттер подумал, что хорошо бы подкрепиться на дорогу, эту идею Питер поддержал с отчаянным энтузиазмом. Ему и пришлось плестись на кухню, у этого парнишки уже сложились особые отношения с домовиками, которые подкармливали заблудших студентов. И все бы ничего, да кусок в горло не лез. Петтигрю пришлось слопать целую дюжину пирожных с помадкой, от чего у него скрутило живот. Джеймс с облегчением вздохнул, когда Хвост, оправдываясь, подорвался в уборную. Он прикрыл глаза, представляя Северуса. Ведь это ради него он затеял эту авантюру. Наконец, парень поднялся с кресла и решительно вышел из гостиной. На лестнице он увидел Питера, который пытался расправить мантию, что забилась в штаны.
— Ты, как всегда. — Поттер поджал губы, сдерживая улыбку.
— Даже не вздумай смеяться, — прищурившись пригрозил Хвост, одолев наконец непослушную ткань. Мародеры спустились в подземелья, где воздух казался прохладным и сырым. Несмотря на это, Сохатому нравилось тут находиться. Порой, там можно было встретить ветер, а летом это приравнивалось к живительному стакану ледяной воды. Замок опустился во тьму. Студенты спали или сбивались кучками в гостиных, греясь у камина. Редко кого можно было встретить. А те немногочисленные ребята, что шастали по замку, были слишком заняты тем, чтобы их не поймал Аргус. Судя по карте, Филч был на втором этаже, топтался в коридоре в поисках нарушителей. Класс зельеварения был заперт тяжелой деревянной дверью. Питер мог поклясться, что заклятие, охраняющее святыню Слагхорна, более чем ужасно.
— Как думаешь, какое тут защитное стоит? — прошептал Поттер. — Аберто! — Джеймс взмахнул палочкой. Ничего не произошло. Питер попытался открыть дверь. Та и не думала поддаваться.
— Алохомора! — Хвост и надеяться не мог на то, что такое простейшее заклинание сработает, но попытаться стоило.
— Диссендиум!
Послышался лёгкий хлопок и дверь, поскрипывая, отворилась. Питер удивлённо уставился на товарища. Он не мог припомнить, чтобы их обучали чему-то подобному.
— Это Сириус придумал, — отмахнулся Поттер, мысли которого были заняты лишь поиском рецепта.
— Я всегда всё узнаю последним! — возмутился Петтигрю, попутно снося рукой банку со стола профессора. Питер замер, прислушиваясь не идёт ли кто. На полу распласталась танзанская морская звезда. Слагхорн любил выставлять на всеобщее обозрение предметы своей гордости. Стены небольшого кабинета украшали фотографии с именитыми волшебниками, где Гораций жал им руки. Он постарался обставить аудиторию весьма помпезно. Вычурный светильник, совершенно не подходящий для мрачной обстановки, красовался на столе. А под ним, Поттер обнаружил подставку для ног, обитую красной кожей. Не вписывались в обстановку и африканские вазы. Ими были уставлены выступы вдоль стен. Шкаф с ингредиентами для зелий занимал чуть ли не половину помещения. Открыв ящик стола, Поттер рылся в записях профессора, пока Хвост заметал следы своего неуклюжего преступления. Пятно пришлось вытирать подолом многострадальной мантии, а осколки склянки, он закинул в одну из ваз. Джеймсу попались рецепты неизвестных зелий, которые готовились чуть ли не несколько лет. Карточки с записями неумолимо заканчивались. Сохатого пробирала нервная дрожь. «Любовное зелье. Веки вечные и даже больше» — гласила надпись на потрепанном листе.
— Есть! — Джеймс вчитался в компоненты, — двулистный клевер, щепка от палочки объекта приворота, кровь из безымянного пальца левой руки, слеза румынского дракона, хвост огненной саламандры, — вздохнув, он скомкал бумагу и положил в карман мантии. Теперь приходилось ломать голову, обдумывая, как бы достать все перечисленное. Ну, ладно, кровь из пальца он себе пустит без проблем и глазом не моргнув. Двулистный клевер придется поискать и сколько времени эти займет — неизвестно. Огненные саламандры — шустрые и обитают только внутри спящих вулканов. Лететь в Румынию за слезами дракона, которого черт знает как можно уговорить заплакать — это безумие. Но самое сложное — отколоть щепку от палочки Северуса.
— И как я это сделаю? — возмущенно шептал Джеймс, пробираясь в секретный проход, — привет, Нюниус, можно я слегка испорчу твою палочку? Мне всего лишь нужна щепка. Я ее вот этим ножиком отколю!
— Зачем тебе его палочка? — поинтересовался вспотевший Хвост, утирая лоб рукавом.
— Питер, тебе не нужно этого знать — Джеймс остановился и пристально посмотрел в глаза друга, взяв того за плечи.
— У тебя секреты от нас? — Петтигрю подсознательно спросил его обо всех мародерах. Ведь он знал, что если Поттер что-то может утаить от него, то от Сириуса — навряд ли.
— У каждого есть свои секреты. Это, скорее, мера вынужденная, — Джеймс пожал плечами и поправил очки на переносице.
***
— Мам, я отработал свое наказание? — заискивающе пролепетал Поттер, примеряя новую мантию. Ее только что принес домовик. — Да, Джеймс, и мы с отцом тобою очень гордимся. — мать снисходительно похлопала отпрыска по плечу и расправила складки на спине. Он прибыл домой на выходные, чему родители были безмерно рады. — А не полагается ли мне за это награда? — невинно спросил он. — Хм, — Юфимия призадумалась, — разве это, — она подцепила подол нового одеяния сына, — не достойный подарок? — Она великолепна, — подтвердил Поттер-младший, покрутившись возле зеркала, — но, если честно, мне нужно кое-что для учебы. — Обучение — это святое, — улыбнулась женщина. — Отлично! — Джеймс прихлопнул в ладоши и развернулся к матери лицом, — ты не могла бы достать слезы румынского дракона? — О, Мерлин, на что они тебе? — Это для профессора Слагхорна, — юноша комично поджал губы. — Я побеседую с ним, неужели этот пройдоха вымогает у учеников такие дорогостоящие вещи? — Не стоит, мамочка, — Поттер взял женщину за руку, — это для экзамена. Мы должны приготовить нечто особенное, зелье, которое будет безумно сложным. Я хочу удивить всех! Солгать родителям Джеймсу ничего не стоило. Тем более, он привык, что те сильно его баловали. А если уж наследник решил поразить профессора необычным зельем, Юфимия сделает все, чтобы у него это получилось. Гриффиндорец всегда знал, как заполучить то, что ему нужно. Только вот с Северусом эта схема почему-то не работала. Достучаться до него — было практически невозможно. Он так и не дал ответ. И, судя по тому, что раньше писал признания в любви Поттеру в учебниках, Джеймс здорово проигрывал Малфою, будь он неладен. Поиски клевера он поручил Люпину. Никто не ориентировался в запретном лесу, так хорошо, как он. — Кстати, ты знала, что ты самая лучшая в мире мама? — Джеймс поцеловал мать в лоб. — Тебе ещё что-то нужно? — усмехнулась женщина, ласково растрепывая сыну волосы. — Всего лишь хвост огненной саламандры, — Поттер хитро прищурился.***
Мы всегда что-то ищем. По утрам — одежду, небрежно заброшенную за кровать. В полдень — силы на ещё одно нелегкое дело, которое нужно совершить именно сегодня. Вечером — что-нибудь вкусное на кухне, открывая холодильник. По ночам — вдохновение. И нам не жалко времени, ведь на что ещё тратить жизнь? Джеймс отчаянно искал взгляд Северуса. Слизеринец обедал за соседним столом. Он недовольно ковырялся в тарелке с брюссельской капустой и в пол уха слушал Люциуса. Малфой как раз читал выдержку из газеты. — Как прошел прием у твоего дядюшки? — Хвост наполнил тарелку куриными бедрышками. В большом зале стоял гул сотен голосов, который перебивал звон посуды. — Все в восторге от Лунатика, — довольно улыбнувшись, ответил Сириус, — кажется, теперь он им нравится даже больше, чем я! — Просто у нас с Альфардом много общих тем, а его библиотека — это нечто! — восхищенно рассказывал Римус, позабыв, что насадил на вилку кусочек сочной говядины, — книги по анимагии и запрещённые заклинания, которыми пользовался сам Мерлин, гербология, которая нам и не снилась, вы только представьте сколько возможностей открывается с такими знаниями! — Сплю и вижу, как ты в шляпке бабушки Хвоста копаешься в саду, ловко орудуя тяпкой и руководя армией гномов. — Бродяга смеялся так, что чуть не упал со скамьи. — Я буду грозой огородов. — дружелюбно согласился Люпин, откусывая хрустящий лист салата. Джеймс, не сводящий взгляда с Северуса, увидел, как парень поднимается из-за стола и направляется к выходу. Люциус порывался было за ним, но из толпы его ловко выцепил профессор Слагхорн. Он увел Малфоя к преподавательскому столу и что-то настойчиво выпытывал. — Мне пора! — Поттер небрежно махнул друзьям рукой и умчался прочь. Он нагнал Снейпа уже в коридоре. Тот задумчиво пересчитывал склянки, что были в сумке. — Сев, — Джеймс остановился в паре шагов от него, — прогуляемся? — А? — Снейп удивлённо посмотрел на него, — день на дворе, какой соплохвост тебя укусил? — Я и забыл, каким капризным ты бываешь, — Поттер улыбнулся, перебарывая желание дотронуться до слизеринца. Проходящие мимо ученики подозрительно косились в сторону заклятых врагов. Кто-то даже начал собираться вокруг, думая, что сейчас начнется очередное представление от Поттера. — У меня скоро зельеварение. — Сев решил пропустить фразу мимо ушей. — Минут 10 в запасе, максимум. — Отлично! — всполошился Джеймс и потянул Северуса за рукав мантии к выходу из замка. Тот недовольно тащился за ним, бурча что-то про непринужденную бестактность, которой обладал охотник. И все же, пора было себе признаться, ему было чертовски приятно, что он теперь может спокойно побеседовать с гриффиндорцем. Позади них слышались возгласы Слагхорна. Он верещал, словно девица на метле. Что-то о его «звёздочке» и «непроходимых идиотах». Поттер целеустремленно вел Снейпа к большому дереву. Они остановились в его тени. Охотник плюхнулся на траву и утянул за собой Северуса. — Только не говори мне, что решил просто тут посидеть, — фыркнул Снейп, брезгливо разглядывая жёлтый полевой цветок. — Признайся, ты уже надоел своим дружкам? — Ты не оттолкнешь меня своей холодностью и не старайся, — Джеймс ослепительно улыбнулся и склонил голову на бок. — Что тебе нужно? — вздохнул Сев, отмечая, что этой улыбкой Поттер мог бы подкупить весь мир. Ну кто перед ней устоит? — Ты. — честно ответил охотник, по привычке нашаривая в кармане мантии снитч. — А конкретнее? — слизеринец приподнял бровь, невольно залюбовавшись парнем. — Пойдешь со мной на свидание? — выпалил Поттер, краснея. Он не мог припомнить случая, когда чувствовал себя настолько неловко. Приглашать девчонок на свидания — это проще простого. Парней — странно. А уж если этот парень Снейп, то сложнее некуда. — Свидание? — Сев прищурился, — ты на тренировке случайно с метлы не падал? — Конечно нет, — важно надулся Джеймс, — ты видел, как я тренируюсь? — Да, как раз проходил мимо поля, — небрежно отмахнулся слизеринец. — Так, что скажешь? — Поттер улёгся на живот и заинтересовано смотрел в глаза собеседнику. — И тебя не волнует, что весь Хогвартс будет видеть, что ты гуляешь с сальноволосым? — издевательски спросил парень. — Пусть все идут к Мерлиновой бабушке. Ты не пожалеешь, я могу быть романтиком. — Хорошо, — сдался Снейп, не веря в то, что согласился. Джеймс в это время взял с травы палочку Северуса и задумчиво крутил ее в руках. Она была украшена кельтскими узорами и выглядела весьма необычно. За все время использования даже не износилась. Видимо, слизеринец очень аккуратно с ней обращался. Парень провел пальцами по рукояти и сковырнул ногтем указательного пальца единственную выступающую щепку. Такое напряжение он давно не испытывал. Он почувствовал, как она забилась под ноготь. Поттер и сам не верил, что у него получилось. И речь шла не о палочке. Вовсе не о ней.
