Боль твоих рук

Карстен очень расстроился, когда Эвен сообщил ему, что не сможет приехать на его день рождение. Теперь мужчина увидит парня только на Рождество, что расстраивало ещё больше. Верные друзья мужчины пытались подбодрить его, устроив ему небольшой праздник, как и всегда, когда сын не мог приехать. Да, они скрашивали его одиночество по некоторым праздникам, но не всегда. Он по-прежнему оставался один. С каждым днём это стало его уничтожать всё больше. Его друзья замечали состояние Карстена, неоднократно пытались поговорить с ним, что так нельзя, что нужно следить за собой. Но мужчине было не для кого этого делать. Он стал совершенно никому не нужен. В разгар так называемого праздника в дверь позвонили, один из близких друзей мужчины, Андрий, подорвался открывать дверь. На пороге Андрий увидел Эвена, радостно улыбнувшись, заключил парня в объятия. — Как же здорово, что ты всё-таки приехал, — сказал он. — И тебе привет, — усмехнулся парень, разуваясь. В самый последний момент он успел вырваться на праздник к отцу. — Карстен будет очень рад тебя видеть, пошли! — Андрий схватил его за руку, заставляя идти за ним. Когда Эвен появился в гостиной, где проходило празднование, то голоса смолкли, а Карстен рефлекторно поднялся из-за стола, часто задышав, не веря, что мальчик приехал. — Мужики, пошлите-ка покурим пока, — сказал Крис, присвистнув, прекрасно осведомленный об отношениях этих двоих. Эвен удивился этому, ведь никто из компании не курит, но быстро смекнул, что это повод оставить их наедине. К тому моменту, как все покинули квартиру и вышли на лестничную площадку подъезда, Карстен подошёл к сыну. — Я очень рад, что ты здесь, — тихо сказал он. — В последний момент удалось вырваться, — слабо улыбнулся парень. — Это тебе, кстати. С днём рождения тебя. Оставайся таким какой ты есть сейчас и живи. Просто живи. Эвен протянул ему небольшой пакетик с подарком. — Спасибо… — приняв подарок, вздрагивая от прикосновений к холодным пальцам мальчика, сказал он. — Открой. Хочу посмотреть на твою реакцию. Карстен заглянул в пакетик, где была небольшая черная коробка. Вытащив её, он отложил пакетик в сторону и открыл коробку. В ней лежали часы. Очень дорогие оригинальные механические часы, которые он всегда хотел себе приобрести, но как-то руки не доходили. А Эви вспомнил… — Эви… Это… Очень дорого… — у мужчины не было слов, чтобы описать того, что чувствовал сейчас. — Не волнуйся, я не украл их, а честным способом заработал, — улыбнулся он. — Я не могу… Эви… — Можешь. Ты столько всего сделал, что заслуживаешь их и даже большего, — уверенно сказал Эвен. Карстен взглянул ему в глаза, чувствуя как тонет в них, промолвил: — Спасибо большое… Послышался шум, который вернул мужчину на землю. Его друзья вернулись. — Ого, какие часики, — послышался сбоку голос Криса. — Ты подарил, Эв? Парень лишь кивнул. — Красава, такой подарок. Карстен стал снимать свои старые часы с руки, доставая новые, чтобы надеть их. — Ты останешься с нами, Эвен? — спросил Андрий. А отец дернулся от этих слов, взглянув как-то странно на парня. — Ну… — замялся чуток Эвен. — Если отец не против. — Я очень хочу, чтобы ты остался, — тихо прошептал мужчина, застёгивая на автомате часы. — Тогда останусь, — постарался перевести всё в шутку парень, направляясь к столу. За столом всё было спокойно. Все о чем-то болтали, даже Эвен участвовал. Карстен же больше наблюдал за своим мальчиком, чем разговаривал или ел. Но всё-таки вступал в разговор, особенно с Эви. Под конец гости стали расходится и лишь Эвен остался, помогая отцу убрать со стола и помыть посуду. И Карстену хотелось что-нибудь ему сказать, но не находил слов, поэтому они делали всё молча. Эвен хотел остаться с отцом, но не находил предлога, поэтому как только помог ему, то стал собираться. Кажется ситуация повторялась. Отец снова у шкафа, только сейчас стоял ровно на своих двоих, но по-прежнему обнимал себя и дрожал. — Мне не хватает тебя, Эви, — тихо прошептал Карстен, когда Эвен уже хотел прощаться. Эти слова заставили застыть парня на месте и тщательно всмотреться в дрожащую фигуру отца. Мужчине было больно это признавать. Больно, но признавать то, что ему не хватало его, причем очень сильно, что ему мало видеть его два раза в год. — Я очень скучаю по тебе… Очень сильно, — продолжил он, опуская голову ниже. Эвен подошёл к отцу, взяв его за плечи, пытаясь взглянуть в лицо, которое тот прятал. — Тебе больно, — утвердительно сказал парень, хотя подразумевал как вопрос. — Я люблю тебя, Эви… Я всё ещё люблю тебя, — чуть дрогнувшим голосом проговорил он, но несмотря на это звучал он уверенно. — И мне мало видеть тебя два раза в год, а то и один… Очень мало. Карстен чувствовал, как в глазах стоят слезы. Ещё пару фраз и он действительно расплачиться. Нужно замолчать и отпустить его. Остаться одному… Снова. — Послушай, пап… — тихо начал парень, поглаживая большим пальцем рубашку отца, чувствуя под ней тепло. — Ты очень хороший, правда. И не вини себя в этом всём себя. В этом нет твоей вины. По щекам мужчины покатились слезы, которые он попытался скрыть, опустив голову ниже. Слова сына причиняли ему сильную боль. — Ты очень сильный. Я замечаю как ты уничтожаешь себя… Пожалуйста, береги себя. Это очень важно. Ты важен для меня. — Не оставляй меня, Эви. Прошу тебя… — он поднял голову, взглянув на сына. Парень впервые видел, чтобы мужчине было так больно, чтобы его глаза буквально умоляли. Щеки Карстена были мокрыми, а губы искусаны, в попытке остановить поток слёз. — Т-ты мне о-очень нужен… — новый поток слёз и рваный выдох. — Я не могу без тебя. Пожалуйста, я… Мужчина понимал как жалко сейчас выглядел в глазах сына. Понимал, как возможно вызывал отвращение своими попытками… Это было эгоистично, но… Ему тоже хотелось немного тепла, заботы и любви от единственного человека в его жизни. Ведь у него никого не было кроме Эви. Совершенно никого. Карстен упал на колени, болезненно поморщившись от боли в них, обняв парня за ноги, уткнулся ему лбом в живот. — Я умоляю тебя, не оставляй меня одного… — выговорил он, зажмуриваясь крепко от очередного потока слёз. — Эй… Ты чего? — прохрипел Эвен. — Встань… Ты чего. Встань, пожалуйста. Парень не хотел, чтобы отец так унижался перед ним. Он взял его за руки, поднимая на ноги, что мужчина подчинился, виновато опуская голову. Эвен посмотрел на отца и ему стало безумно стыдно за то, что сотворил с ним такое, что своим отъездом и редкими визитами с звонками сделал с ним. Мужчина же за человека уже себя даже не считал… Но парень понял, что отец боится. Боится, что сейчас парень уйдет и он останется один. Отец боялся одиночества. Остаться совершенно одному на что Эвен и обрек его, переехав. Губы Карстена дрожали, а слезы беспощадно лились, не желая заканчиваться. — Прости… — тихо сказал он, пряча лицо в ладонях. — Я… Прости меня. Всё в порядке… Едь, у тебя, наверное, дела. Я справлюсь. Правда… Мужчина и сам не верил в эти слова. Не верил, что сможет справиться. Но за последнее время слезы часто сопровождали его. Боль копилась и её накопилось столько, что сдержать было невозможно. Карстен не хотел был эгоистом и принуждать своего мальчика оставаться с ним. — Иди сюда, — Эвен притянул его к себе, заставляя убрать руки. — Иди… Парень обнял отца. — Хватит обо мне думать. Подумай о себе, хотя бы чуть-чуть, — уверенно проговорил Эвен со стальными нотками в голосе. — Пора мне подумать о тебе, а не о себе… — Эви… — начал Карстен. — Нет, — грубо и резко прервал его парень, не желая слушать, как у того «всё в порядке». — Я буду рядом и не оставлю тебя. Больше не оставлю. Ты не один, у тебя есть я. Карстен зажмурился от этих слов, снова сдавшись слезам. Он крепко обнял парня, уткнувшись носом ему в плечо, роняя на него слезы, пока парень гладил его по спине. — Я люблю тебя, Карстен, — прошептал Эвен. Мужчина чуть дернулся. Мальчик впервые назвал его по имени. Он замер в объятиях, осознавая услышанное.