Заново

       Время текло медленно, но жутко незаметно. Только Итан встал — уже восемь. Вышел на работу — среда. Выехал за обновками — зима. В Рождество у него не было возможности приехать навестить родных в Канаде, посему праздничный вечер не ощущался таким уж и праздничным. Казалось, даже соседские дети чувствовали усталость и неясную апатию Итана на ментальном уровне, что аж не решались слепить и крошечного снеговичка на территории дома Уинтерса. Единственного не горящего яркими огнями дома в округе. Да и незачем было Итану украшать дом. Не для кого.        Уинтерс не знал точной границы простой усталости после восьмичасовой волокиты с бумагами и обыкновенным нежеланием двигаться и вообще жить. С одной стороны, он был свободен, в его распоряжении была вся его жизнь, и все возможности были ему открыты, только руку протяни, и… И что дальше? Итана сдавливало далеко не одиночество Рождественской ночи, нет, коллеги и семья без устали названивают ему, кто быстрее; потеря надежды на светлое будущее, кажется, это подходящее слово. Уинтерс уже не раз сталкивался с мыслью, что все, кто его встречают, задают один и тот же вопрос: «Как дела?» или «Чем занят?», «Как успехи?», «Над чем работаешь?», «Ну как оно?». Всем американцам нужно быть обязательно чем-то занятым, иметь какое-то дело, хобби, занятие, корпеть на работе до повышения в конце концов. В такие минуты тяжёлого размышления Итану думалось, что он неправильный американец. Он давно уже не ставил перед собой никаких целей, не до этого было, не за чем. А сейчас бесцельное шастание по маршруту «дом-работа-дом» давит на нервы, а бездействие угнетает ещё больше.        После очередного звонка матери и тёплых поздравлений Итан уснул прямиком на диване в полумраке гостиной под тихий шум телевизора, свист и грохот фейерверков за окном.        Утро встретило Уинтерса настойчивым телефонным звонком. «Запоздалые поздравления…» — смекнул Итан и, решив проигнорировать телефон, пошаркал вершить утренние дела. В планах у него было спонтанное решение отнести веночек омелы или цветы на могилу Мии, пусть даже тела, а в следствие, и души, если уж верить этому, там нет. А уж насчёт существования духов Итан, как ему казалось, с дуру, поразмышлять успел вдоволь. Со слепой и жадной надеждой, словно ребёнок, он ждал хоть намёка от жены с того света. Однако, вскоре, испугавшись собственного состояния, перестал забивать голову бредовыми мыслями. И вот сейчас, отправляясь на кладбище, Итан твёрдо решил поставить точку в «отношениях» с женой. Снова. Как ни крути, а вина за смерть жены, за слабость, за беспомощность разъедала изнутри, обдавая удушливым жаром голову, отчего и появлялись все эти замашки медиума или простого шизофреника.        Погода обещала быть чудесной: снег крупными хлопьями медленно застилал землю, ни намёка на морозный ветер и вьюгу, только покой и тихое волшебство. Самое время, чтобы очистить мозги, чтобы попытаться в очередной раз сменить поток жизни в светлое русло. Итан вышел на улицу и вдохнул морозу. Подходя к кладбищу, он не чувствовал такой смеси мандража, волнения и страха, какой ожидал. И когда-таки смог отыскать пустую могилу, успокоился и наконец простился с женой. Он не смог найти подходящих слов, слезы тоже упорно оставались на месте, будто не было в этом моменте ничего трагичного, будто бы Итан не прощался с Мией, не хоронил жену вновь в своей памяти, а провожал тёплого знакомого в добрый путь. Итан аккуратно присел, расчистил каменную плиту от снега покрасневшей рукой и положил веточку омелы на белую, ледяную простынь над могилой.

***

       Сегодня Итан впервые пожалел о нехватке сотового. Может, и не впервые, но пожалел сильно. Когда он, опустошенный, но вполне удовлетворенный Итан, брел домой и наконец пересёк порог дома, на диване его ждали Али, Крис и Лукас. Имя последнего эхом раздалось в голове Итана. Глаза двоих из гостей тут же уставились на Уинтерса. Взгляд Али был самым виноватым. —Привет, дружище! Ты не поверишь, мы тебе столько раз звонили, а ты трубку не брал, мы вот тут тебе телефон новый взяли, бери, это подарок, не стоит благодарности. Столько всего произошло за этот месяц, или уже полтора? Как давно мы с тобой не виделись, столько всего изменилось, ты не поверишь. Рэдфилд тараторил без умолку, медленно поднимаясь с дивана, плавно подбираясь к застывшему Итану, аккуратно огибая того рукой, крепко хватая за плечи. Крис и не думал заткнуться, Уинтерс и не думал выходить из оцепенения. Когда они скрылись за поворотом на кухню, до Ала и Лукаса доносилась ругань, будто те двое — крикливая семейная пара. Но проблема была куда серьёзней: Крис настаивал на том, чтобы оставить бездомного и абсолютно безопасного Лукаса у Итана дома, в то время как хозяин сего дома был категорически против этой затеи камикадзе. —Я же говорю, брат, его там больше месяца держали, он шёлковый! —Тогда выбросить его нахуй отсюда! Крис, не может быть, что этот психопат уживется со мной. Да он ни с кем не уживется! Крис, он ебаный убийца, он шизофреник, он перережет мне горло зубной нитью! Почему вообще я?! Я думал, мы друзья, Крис, а ты подставляешь меня под смертельный удар, ты, блять, нормальный? Крис, да вам всем там лечиться надо! Нахуя вы вообще его в живых оставили?! Он опасен для общества, от него веет смертью, он уже, сука, не человек, так скажи мне на милость, Крис, какого хуя он еще, блять, жив?! И почему я должен мириться с его существованием, Крис? Вся моя жизнь пошла к ебеням из-за него и его семейки, именно поэтому я лучший кандидат на усыновление этого чудовища. Ахуенная логика, Крис, спасибо за поддержку и понимание. Пока Итан выплескивал все свое негодование и возмущение по этому поводу, активно размахивал руками и жестикулировал, Крису оставалось лишь кукситься у подоконника. —Его не надо усыновлять… — как бы между тем проронил Рэдфилд, и Итан, услышав ответ на свои восклики, замолчал. — Его просто нужно куда-нибудь пристроить. На время. Мы честно перепробовал все варианты: детдом отпадает — ему примерно двадцать, на работу его не устроить — он ничего не умеет, он даже не говорит последние пару… Ну… Недель? Примерно. Ну и плюс, у него нет никаких документов, у него нет легальной истории, отдай его в любую другую семью, неважно под каким предлогом, они будут волноваться, будут расспрашивать, докапываться, а нам это, согласись, не нужно. Ты тот единственный, кто знает его и кого знает он. Помоги, пусть не ему, но нам. Обещаю избавить тебя от него как только, так сразу. Идёт? Крис старался быть непринуждённым. Будто такое каждый день встречается. Стандартная ситуация. —Нет, Крис. Не-ет.—Итан покачал головой. —Он будет жить в гараже, мы запрем дверь диваном, не волнуйся. —Рэдфилд попытался подойти к проблеме с юмором, но ничего не вышло. —Будто бы ты не знаешь что он сделал! Да ты в курсе всего дерьма, которого он нажрался! Ему нельзя жить, почему вы его просто не пристрелите?! Ты же убивал, убей ещё раз! Итан сорвался на крик. Костяшки его пальцев, ими он хвастался за столешницу, побелели и сжались до скрипа. Он старался сохранять самообладание, но делать это было все труднее. —Не мне его судить, брат. Я убивал, но не людей, то были инфицированные, твари. Лукас здоров. Чудом твоя доза спасла его, но он был в шаге от смерти. Потом, после больницы, у наших были сомнения насчёт его здоровья - Лукас прожил там прилично, чтобы впитать в себя это дерьмо по-максимуму. Но, как понимаешь, отныне Лукас - живой, равноправный человек. Рэдфилд аккуратно протянул Итану сигаретку, тот без раздумий взял её. —Я убью его, Крис. Когда он попытается убить меня, я его прикончу. — Итан затянулся и закашлялся. — Я тебя предупреждаю. И это обязательно случиться. —Он проколется. Всё они делают ошибки, и он сделает. У нас будут реальные основания посадить его за решётку, в психушку, казнить. Ты не думай, я целиком и полностью на твоей стороне. Просто так сложились обстоятельства. Я рад, что ты понял меня. Крис похлопал Итана по плечу, после чего они ещё обсудили тонкости дежурства Али в доме Уинтерса. Али будет караулить ночью в основном, так же согласился, как утвердил Итана друг, на дневное дежурство по мере необходимости. Итану выдали номер Али, в придачу ещё и психопата, комок оголенных нервов, охапку бессонных ночей, стрессов и мелких проблем на фоне всего этого. Итан был уверен, что Лукас попытается нарушить покой в первую же ночь, посему и не так сильно стал переживать из-за всего этого. Лукас тут и суток не продержится. Мужчины вышли в зал, где Али обратил все свое внимание на Итана. Тот коротко кивнул. Лукас взгляда не поднимал, упорно уставился в пол, не шевелился, даже старался дышать вполсилы. Итан понял, что этого парня стоит бояться как сжатой пружины: только тронь этот сплошной негатив и получишь по щам. Именно по этому у Лукаса были все шансы оступиться.

***

       Конечно, Итан в эту ночь так и не уснул. Лукас самым родным способом прошёл в гараж, стоило его только попросить. Ал убедил Итана в том, что запирать парня креслом совершенно не обязательно - Ал все равно ночует в гостиной и спит чутким сном. Во всяком случае так Итана уверил сам вояка. В полтретьего ночи, когда Уинтенс в очередной раз сменил позу, чтобы не отлежать лежало, в доме что-то разбилось. Итан сразу понял - Лукас выбрался, выбил окно и сбежал. Конечно же, это было ясно, как день, что он сбежит оттуда, куда дорогу знает, где ему нечего опасаться. Итан обматерил все, на чем все стоит и схватился за новенький смартфон. Долго искал фонарик, но, когда нашёл, молнией выбежал из комнаты. Он надеялся на Ала, на его подготовленность, но тот слабо сопел в подушку. Итан оглядел окна - целы. Тут ему стало не по себе, ведь из оружия у него был только телефон. Итан обошёл диван, чтобы растормошить Али, но в дверном проёме его внимание привлёк тёмный худой силуэт - Лукас. Чёрная тень стояла не шевелясь, грудная клетка едва ли вздымалась от дыхания. Итан посветил на Лукаса, совершенно забыв про Али. Парень смотрел промо на Уинтерса, щурясь от яркого внезапного света. Всё внимание Итана было приковано к тощей фигуре, он все ждал, выкинет ли Бейкер чего-не то, боялся, готовился, был настороже. Фигура медленно повернулась в пол оборота, открывая вид Итана на грудь Лукаса, облаченную в простую черную мешковатую футболку, на которую он по-началу не обратил внимания. —Я не за...ю... Итан вздрогнул от хриплого грубого голоса, исходящего от фигуры напротив. Уинтерс переступил с ноги на ногу, чуть двинулся назад и напрягся, готовясь бежать. Но ничего не случилось. Лукас продолжал смотреть на Итана с минуту, не шевелясь, лишь моргая, пока Уинтерса не смутило иное движение: ладони Бейкера были аккуратно оплетены тонкими красными струйками крови, которая легонько капала на пол, где лежал разбитый стакан. Итан пришёл в себя, набрал в грудь воздуха и, делая шаг навстречу, шёпотом сказал: —Что? —Я не заживаю... Итан сразу узнал голос Лукаса, и жар разнесся по всему телу пульсирующими волнами. Лукас опустил голову, глядя на ладошки, пока Итан крался на кухню, осматривая раненого на наличие оружия, коего не оказалось. Лукас приподнял руки, показывая их Итану: —Я не заживаю... Лицо парня исказила тусклая гримаса печали. Он поднял глаза на Итана, заглянул в них взглядом полным грусти. Итан понял, что Лукасу очень не хватает его вируса, его способностей. Уинтерс глянул на спящего Ала и решил, что справится без его помощи. —Иди в ванную, промой раны и жди меня. Итан указал на дверь ванной комнаты и проследил за медленными движениями Лукаса, который казался поникшим как никогда. Итан убрал стёкла , схватил бинты и антисептик и пошёл к страдальцу, который сидел в темноте на бортике ванны, где его когда-то полоскали. Мужчина включил свет, закрыл дверь и сел на крышку унитаза перед парнем. Лукас ничего не вымыл. И как только Итан не заметил дорожку из редких капелек крови? Он несмело взял руки Лукаса в свои, включил холодную воду и сунул ладони Бейкера в раковину. —Как ты выбрался? Решил начать разговор Итан. И начал с интересующего его вопроса. —Там было не заперто. Черт, значит Али и вовсе забыл его запереть, даже на ключ. —Ты специально разбил стакан? Ты хотел почувствовать боль? Хотел понять, сможешь ли восстановиться? Лукас полоскал ладошки по струёй воды, будто играясь, но веселья в этот момент не было вообще. —Нет. Лукас внимательно смотрел, как вода окрашивается в красный, смешиваясь с кровью. Итан решил прекратить это и вытащил ледяные руки Бейкера из-под струи. —Зачем тогда? Итан оторвал кусок бинта, промокнул несколько неглубоких, но ощутимых порезов на пальцах и ладонях им, и принялся за антисептик. —Пить хотел. Уинтерс вдруг понял, что жажду парень не испытывал уже много лет, и, что простые потребности ему сейчас в тягость. Стало как-то жалко его, хотя ситуация не позволяла Итану расслабиться полностью и сменить гнев на милость.        Однако, когда руки были неуклюже перебинтованы, Уинтерс набрал воды в пластиковую бутылку и отдал её Лукасу, провожая его в гараж и запирая на ключ.